Рукой смерти

*Не POV.* - Вот черт, жена будет орать, что опять под ночь домой вернулся. – Ругался грузный мужичонка в зашарканной от помады рубашке. Любовница? Нет, стриптиз-клуб. Его ноги, заплетаясь между собой и шаркая по асфальту, вели тело в обратном направлении от дома. Он шел на какие-то огоньки вдали, что с пьяни принял за сигналы жены, которая указывала ему фонарем в какой стороне их двух-этажка. Правда, с приближением к некогда далекому сиянию, мужчина осознал, что у него в глазах все слишком сильно плывет, ну или свечение и правда расширяется. И вот еще с десяток шагов и перед его очами уже четкий ясный силуэт взвившегося ввысь пожара, обволакивающего неизвестное ему жилище. - Что ты хочешь? – раздалось прямо за спиной. - Чего?! – вскрикнул мужик, резко оборачиваясь назад, и, перепугавшись увиденного, припал мягкой точкой к земле. – Ты что такое?! А ну изыди, нечисть! – стал угрожать он стоящему перед ним объекту крестиком на шее. Глотка существа расширилась, прочерчивая на лице тоненькую белую полоску рта, и тот с треском плоти распахнулся. Оно вновь заговорило: - Твое желание. Загадай что-нибудь, и я исполню. – Договорив, он снова смык челюсти, будто возвратив время на пару секунд назад, плоть рта срослась, а полоска на его месте снова стала смольно-черной, как и все тело безликого. Его «лицо» опять стало гладким. - Ты это, типа джин, чо ли? Страшный какой-то! - ошарашенный мужичонка смолк, прислушиваясь к неровным вдохам и томным выдохам, висящим в воздухе, и недоумевал, как безликому удается вообще дышать. Но вспомнив его слова о желании, он решил попробовать, - Прямо любое загадать? Серьезно исполнишь? - Да. – Вновь раздался звук из порванного рта, и так же быстро, как и открылся, он сросся в прежнее состояние. - А душу не заберешь случаем, а, господин джин? - Не заберу. – Процесс повторился. - Круто! – вскрикнул тот, поднимаясь с асфальта и отряхиваясь. - Тогда, я хочу, чтобы меня по работе повысили.. а, не, не, стой, я директором сразу хочу стать, а лучше просто деньгами завали меня и бухлом, чтоб я эту работу совсем послать мог, ха-а! Слабо, а, господин джин? - Зови меня Шинигами. - А, ну ок, госпо..гами… - Госпогами? Тоже не плохо. Я завалю тебя золотом. Но взамен, - существо с размаху кинулось вперед четко к лицу собеседника, и тот снова осел наземь со страху, - ты должен будешь напасть на человека с обожженными руками из того горящего дома. Души его, пока мальчик рядом не кинется на помощь, дальше - убегай. А после награда. - А, ну, не обманешь? - Нужно закончить седьмые. Не хочу заморачиваться. – Бог отодвинулся чуть в сторону и перед тем, как раствориться в ночной тьме пустых улиц, добавил, - Не убивай его.

***

- Ак-ки-и, хва-ти-ит, - через силу выговаривал Рэки, всё еще считая, что бог намертво вцепился в каждую частичку него и держит, не позволяя двигаться. От одного из обожаемых им отцов почти ничего не осталось, уже и кости начинают сгорать в пламени неоткуда взявшемся и так же неожиданно вскоре планирующем исчезнуть. А второй усыновитель - Аки, боле не ощущал у себя передних конечностей, и даже не задумывался, что раз он утерял способность чувствовать отдачу нервов рук и у него отсутствует ощутимость боли, то он уже точно не сможет помочь выжженному трупу своего мужа. Частично и его кости полопались, кожа и плоть рук подавно истлели, а сердце, продолжая верить в абсолютно невозможное, разрывалось на части душевно. Аки умер душой, как Уса телом... Коскэ же со всей силы противился гнетущему чувству внутри себя, что желало, старалось заставить того выбросить этот момент из памяти, и стереть только что вспомнившееся, он сопротивлялся чувствам вроде бы и знакомым, но всё еще мало понятным, таким, как ненависть и ярость. Ненависть. Ярость. Эмоции, не чуждые лишь убийцам. И обе эти эмоции объединяет одно цельное понятие – грех Гнева. 5 круг ада – гнев и лень. А вот 7 круг ада – истязание насильников и убийц всех мастей. Куда же можно отнести Шинигами, которого влечет убивать людей, когда на то нет причины и когда у него нет оправдания за эти деяния перед высшими, низвергнувшими его на ступень ниже? Он гневный пожинатель душ или простой жалкий убийца? Был подобие ангела, но один проступок – и он уже бог смерти. Если бы он сделал что-то иначе на небесах, мог бы либо остаться высшим, либо опустить себя на две черты ниже, и стал бы смертным мучеником, сгорая от холода в последнем 9 кругу ада – кругу для отступников и предателей. Терзаемый ледяными окраинами, он бы страдал в ужаснейшем кругу ада за свое предательство… Он был разочарован скукой, предал святых, и был выгнан из так называемого рая. Ему просто повезло, что он не стал смертным. Хотя, как сказать, может, в муках уничтожаться внутренне и физически в ледяном озере Коцит на 9 ступени ада даже лучше, чем быть Шинигами и, вечно скитаясь по миру, убивать созданий человеческого рода, всего лишь по тому, что людей слишком много. Но это все равно не причина. Да, количество не повод, он просто «от балды» убивает. Без оправдания, без шанса на искупление. Чертов бессмертный грешник. И не важно, что он совершил прежде, важно нынешнее. Он Бог Смерти, не ангел и не человек, а именно Шинигами.

***

Пламя все вилось и вилось, создавая ощущение, что не собирается исчезать до тех пор, пока не сотрет тело своей жертвы до праха. Остались лишь прямые очертания без конечностей, в глубине огня слышатся последние потрескивания костей. А в это время движущийся образ человека подобрался со спины к обезумевшему от душевной боли Аки. Мужчина резко, но не прилагая особых усилий, схватился за его шею, начиная несильно сжимать и оглядываться на замертво приросшему к одной точке парнишку, который лишь перевел взгляд красных от слез глаз на мужчину, но и не подумал сдвинуться. Пальцы стали сильнее вдавливаться в нежную кожу тонкой шеи, а Рэки все не мог перестроиться с силуэта трупа на картину удушения прямо перед его взором, он жадно заглатывал воздух, пытаясь построить из мыслей алгоритм действий. Он молчал, и лишь сердце на неуловимой волне дико стучало, разрывая грудь. - Аки-с-сан, - вырвалось из уст, но парень пристыл к одному месту, и кроме как глупо открывать рот и складывать звуки, из него вылетающие, в слова, ничего не мог сделать. – Прекрат-ти. – слабо продолжал он. Единственное сейчас различие между одним его отцом и другим была лишь возможность спасти. В отличие от догорающих в огне костей, Аки может выжить, только стоит парню сделать пару шагов – дальше тело само понесется к обидчику, скорее всего у Коскэ не получится как следует ударить сие нового убийцу, на этот раз уже человека, он может промазать или вообще упасть в обморок от бессилия, но попытка, как говорится – не пытка. Хотя, все-таки, мучительно вести почти застывший от слабости организм, трудно признать, что шанс спасти отца от удушения выпадет только, если он поменяется ролями с напавшим. А какая, в принципе, разница, что из психа он эволюционирует в убийцу? Станет тоже грешником, будет еще больше похожим на ненавистного бога. Да и идите под ручку в ад! - Беги, беги же. - Не..могу.. - Дурак, - что-то нежно подтолкнуло со спины, и Рэки пришлось сделать небольшой шаг вперед. Еще один толчок, и подростку уже нельзя было увильнуть от скользящей ходьбы, которая резко и по четкой цепочке начала превращаться в бег, все мышцы словно единый застоявшийся механизм автоматически включились и отдали цепной реакцией по телу, будоража каждый нейрон, активируя будто бы определенную систему с заложенными данными. По единственной траектории он пробежал какое-то определенное количество метров и на этом алгоритм действий закончился, и Коскэ бездумно вписался в ошарашенного мужчину, валя и себя и врага на землю. - Убей его! Вновь мерзкий голос зажужжал над ухом парня, а тот, словно не понимая фразы, поддался сказанному побуждению, хватаясь за чужое горло и крепко-накрепко сжимая, что пальцами он мог прочувствовать пульсацию под ними артерий. Мужчина тоже перестроился на новый субъект. Если бы не синие от тисков пятна на шеях, то происходящее напоминало больше некую игру в грязи. Хотя скорее уж в пепле... Но после грубого хрипения и ощущения свободы в области горла Рэки, образумившись, ослабил хватку и поднялся с человека, заодно откашливаясь. Тот скорчился от нехватки воздуха и рывками попытался свернуться калачиком, судя по всему, подозрительный недоманьяк был слаб легкими, потому ему стало действительно дурно от мучительных объятий. Еще несколько секунд и незнакомец вовсе упал в обморок, что было понятно по прекращению им нервных движений, что из четырех людей на участке остались в живых только трое, а в сознании – один. Рэки растерянно оглядел само по себе стихающее пламя, которое как началось, не пойми с чего, так и пропадать вдруг принялось неожиданно. Подросток сильнее сдавил ладони, находящиеся в тот момент на его же шее. И опять удушение. Пусть долго он не протянул, не получилось и минуты продержаться без воздуха, и с красным лицом совершенно ослабил хватку, руки полетели вниз, и если бы не были прикреплены костями, мышцами и плотью к телу, остановились бы только, рухнув на почву, а не остались бы висеть без сил, скрепленные с плечами. Слезы бесшумно и привычно покатились из уголков глаз. А у Рэки остались одни лишь вопросы, вроде банальных «почему?», «как ты мог?» и… - Зачем… - тихо и неразличимо проговорил парень шепотом. - Нет причины. - Убийца… Ты ужасен… - Знаю. – Сосед провел немного пафосные секунды в молчании, а дальше больше растерянным голосом продолжил, - Эй, Рэки, я ведь сам себе судья, сам себе палач… - вновь смолк и тяжело вздохнул, - Наверное, потому я убиваю людей так, как хотел бы быть убит сам. И правда, Рэки, я хочу сдохнуть… - А я хочу убить тебя. – Ни мгновения не упуская, ответил Коскэ, аккуратно, чтобы не потревожить больную шею, поворачиваясь на звук. - Так убей. Тонкая полоска рта, но есть нос и чарующие глубиной очи, высокая стройная фигура и идеальная пропорциональность, неухоженная свисающая с правой стороны челка и длинные непонятного на первый взгляд цвета волосы – рядом с парнем стоял бог, который сдерживает обещания. Он все же выполнил просьбу Рэки. Похоже, сейчас не сильно перевалило за девять часов, его облик вновь стал таким знакомым, родным... Одновременно как назло парню стало радостно и злостно, что ненавистно-любимый бог принял то самое первое свое обличие, что исполнил таки свою почти что клятву. Но как только он собрался Шинигами ответить, в глазах знакомо все поплыло. А дальше все как по накатанной: Коскэ смутно видел белые халаты с расплывчатыми очертаниями чужих лиц, улавливал звуки, а порой и предложения, и все время до окончательной потери сознания чувствовал приятное тепло обжигающе горячих ладоней. - Не.. не ненави..жу… - бормотал во сне он.

***

Через неделю Рэки пришлось выйти на работу за место своего отца. Государство предоставило им в связи с ужасной травмой небольшую квартирку в общежитии в префектуре Токио. Пепел Усы был похоронен у древнего храма на пригорке…