) Хижина алхимика (

       Генерал Туллий принял независимое решение, никоим образом не связанное с одним местным алхимиком, остаться в Имперском лагере-Рифт на более продолжительный срок. Исключительно из соображений более кропотливого руководства действиями отряда. ТОЛЬКО из этих соображений. «Кого я пытаюсь обмануть?!» - Спросил мысленно имперец у себя самого, отшвыривая перо, которым как раз писал отчет. Фейсендил, как раз занимающийся рядом в том же шатре примерно тем же самым, от этого действия вздрогнул и опасливо покосился на экспрессивное начальство. Генерал же умом понимал, что только и ищет повод еще раз наведаться к Элейниру, чтобы вновь окунуться в эту невероятную атмосферу света и непринужденности. Но, как назло, зелий теперь в лагере было с достатком – хоть стрелы ими смазывай. А другие весомые причины для визита мужчине пока в голову не приходили. - Легат! – Слишком резко произнес Туллий. - А-а?! – Фейсендил столь внезапного возгласа не ожидал и сильно испугался. - Отставить панику! - Прошу прощения… - Фейсендил, как давно вы знакомы с Элейниром? - Прошу прощения, с кем? - С алхимиком-отшельником, Легат. Вы что, даже его имени не знаете? - Вышло так, что не знаю, генерал. Он никогда не упоминал своего имени, а никто и не спрашивал. Хм, да… Нехорошо вышло. - И на этом фоне, такая показательная демонстрация моральных принципов! – Укорил Туллий, напоминая Легату о его нежелании обращаться к алхимику за помощью. – Как давно вы знакомы? Фейсендил поднял глаза к сводам палатки и на секунду задумался. - Не так давно. Он появился здесь вскоре после того, как мы поставили лагерь. - Так вы с ним не давние знакомые? - Нет! Он просто подошел однажды к нашему костру и скромно попросил его накормить. Я не отказал собрату, и с тех пор он периодически заявляется в лагерь. Тут все ему рады, подкармливают, как зверька лесного. А он с некоторых пор стал нам еще и зелья подбрасывать. - Вы так легко приняли его. А что если он шпион Буревестника? - Ульфрик не доверился бы высокому эльфу. Этот алхимик, он… нейтральная сторона. - Понятно. Генерал замолк, переваривая новую информацию и не особенно замечая, как за ним наблюдает Легат. Значит, Элейн просто водит ничем не обязывающую дружбу с отрядом и производит небольшой взаимовыгодный обмен – еду на зелья. За это уже можно было зацепиться. *** На следующий день ранним утром, пока роса еще украшала траву, а ночной туман не успел рассеяться, генерал Туллий с некоторым набором провианта выехал из лагеря в сторону хижины алхимика. Меньше всего имперец хотел, чтобы о его интересе к альтмеру узнал отряд. Подъезжая к уже знакомому ветхому строению, мужчина напрягся. Его чутье, всегда заранее предупреждающее опасность, его еще ни разу не подводило. Зеленоватое свечение между досок хижины привлекло внимание сразу же, как только генерал спешился. Имперец обнажил меч и застыл. Свет же наоборот начал движение в сторону дверного проема, послышался стук дерева и что-то напоминающее вой ветра или жужжание роя пчел. Все было так, как Туллий и предчувствовал: смертельно опасное порождение леса – спригган появился на поляне перед домом. И в этот самый неподходящий момент из леса вышел алхимик со своей неизменной корзиной для трав. - Элейн, живо беги! Я задержу эту тварь! – Крикнул генерал, обходя по дуге застывшее мистическое существо и загораживая собой альтмера. - Генерал, Ваша самоотверженность достойна восхищения… - Произнес Элейн, мягко удерживая имперца за плечо. – Но нет нужды защищать одного хозяина этого дома от другого. - Что?! Генерал не успел задержать мера, когда тот приблизился прямо к сприггану. Блондин коснулся ладонью подобия лица существа и не получил никакого отпора или агрессии. - Как это возможно? – Пробормотал имперец, нерешительно убирая меч в ножны. - Если бы не моя дружба с местными спригганами, я не смог бы здесь остаться. - Когда я пришел в этот лес в поисках пристанища, хижина была заросшей и заброшенной. – Рассказывал Элейнир, наливая в деревянные стаканы горячий эль. – Спригганы считали это место своим. Туллий слушал внимательно, но старался не переводить надолго взгляд с так и оставшегося рядом с эльфом сприггана. Порождение дерева и магии вело себя сдержанно, периодически принимая из рук мера какую-либо утварь, чтобы поставить ее на место. - И как же они тебя приняли? – Поинтересовался генерал. - Я сталкивался периодически с этими тварями, и единственное, чем они занимались – ревностно охраняли свои владения. Не думал, что с подобными им можно договориться… За полным отсутствием стульев, Туллий сидел прямо на кровати. Согрев с помощью магии свою чашку с элем, Элейнир присоединился к гостю и продолжил: - Всегда есть шанс просто прийтись по нраву существам, чувствительным к эмоциям. Достаточно не желать им зла и не бояться, чтобы они просто не тронули тебя. Ну а потом следует просто часто с таким же внутренним настроем появляться в зоне их видимости. Привыкают, принимают… Спригганы подобны зверям – их можно приручить. - Тебе не хватило того, что они не атакуют, и ты решил пойти дальше – приручить. Зачем? Элейн со снисходительной улыбкой глянул на имперца и вопросом на вопрос ответил: - Скажите, генерал, как Вы думаете, откуда у меня такое бессчетное количество зелий? - Это остается для меня тайной. – Напрягся мужчина, сверля собеседника взглядом. – Даже вычистив весь лес, ты не смог бы найти необходимое количество ингредиентов. Более того – эта местность крайне скудна на травы, используемые в самых востребованных составах. – Генерал размышлял вслух, поражаясь собственным выводам все больше. – Это… Элейнир, это в принципе невозможно! Сейчас осень – травы увядают, а значит их не должно быть вообще! Альтмер хитро улыбался, глядя на имперца поверх стакана. - Сдаетесь, генерал? - Я никогда не сдаюсь. – Серьезно заявил имперец, расправив плечи. - Ох, прошу прощения. Тогда… - Голос эльфа внезапно стал томным и с придыханием, а сам он доверительно склонился к человеку. – Позвольте МНЕ сдаться Вам… Имперский генерал на мгновение забыл, как дышать. Но, завидев искорки веселья в рыжеватых глазах, понял – над ним снова смеются. В доказательство этого, эльф тут же отпрянул и звонко захохотал. Смех альтмера… Вероятнее всего, это и есть самый редкий или даже мифический ингредиент какого-либо зелья-панацеи. - Простите, генерал, Вы просто провоцируете меня своей серьезностью. – Покаялся эльф. – Что касается моей тайны… Тайна действительно есть и она сейчас прямо перед нами. Туллий почему-то сразу посмотрел на сприггана, застывшего статуей подле эльфа. Деревянная маска, имитирующая человеческое лицо, невидяще смотрела всеобъемлющим взглядом, таинственно сияя зеленым магическим светом. - Спригганы?.. – Неверяще предположил имперец. - Именно. - Как? - Вы еще не были на заднем дворе? – Спросил эльф, поднимаясь и предлагая пройти следом. Задним двором у эльфа именовалась небольшая отгороженная территория позади хижины. Маленький сад с алхимической лабораторией, ограниченный сплетенной из прутьев оградкой. Всего пара небольших грядок не вписывалась в представления Туллия о хозяйстве уважающего себя алхимика. - И что я должен увидеть? – Начинал терять терпение генерал. Но ответа на вопрос не понадобилось, так как в глаза, наконец, бросилась одна невероятная деталь. Растения на грядках цвели и были пышущими жизнью, что в принципе было не возможно в это время года. Так же от них исходило уже знакомое зеленоватое свечение. - Как видите, с выращиванием ингредиентов мне помогают. – Проговорил эльф, сорвав один из цветов и наблюдая, как за несколько секунд вырастает новый. – Растения с помощью подпитки магией спригганов приобретают поражающие воображение свойства. Нескончаемое ежеминутное обновление. - Неисчерпаемые ресурсы… - Верно. Туллий обернулся к Элейну и посмотрел на него совершенно другими глазами, только сейчас замечая, что за всей этой иронией и несерьезностью скрывается истинная мудрость. - Ты понимаешь, что это значит? – Проговорил генерал. – Ты можешь стать богатейшим мером всего Тамриеля. Это открытие способно перевернуть мир и … - Генерал! – Прервал его альтмер. – Поверьте, мир не нуждается ни в каких переворотах. Я рассказал именно Вам о своей тайне, так как совершенно уверен в Вашем благоразумии. Вы сохраните в секрете то, что узнали здесь? На красивом лице отражение предельной серьезности. Туллий не замечает, что уже несколько непозволительных мгновений рассматривает собеседника. - Сохраню. Каким бы грандиозным открытием это ни было, оно принадлежит тебе. И лишь ты можешь распоряжаться им. Элейн удовлетворенно улыбнулся. - Спасибо Вам, генерал. Теперь, когда все встало на свои места, Туллий позволил себе расслабиться. Они с Элейниром пили горячий эль, говорили ни о чем. В процессе имперец, наконец, вспомнил, зачем вообще явился и передал донельзя счастливому эльфу привезенный провиант. Пока мер копался на многочисленных полках в попытке разложить там все новоприобретенное добро, Туллий рассматривал его. Альтмер явно тяготел к свободным балахонистым одеждам. Длинная светло-серая туника в пол с широкими рукавами, большая шаль того же цвета на плечах. Сзади он был похож на очень высокую женщину. Касательно роста – Элейнир был выше Туллия где-то на пол головы, чем невообразимо нервировал генерала. - Элейн? - М-м? – Эльф обернулся, одаривая неповторимой улыбкой. - Почему ты такой? - Поясните, генерал. - Ты понимаешь, о чем я. – Проворчал мужчина. – Где ненависть к «низшим расам», где вечная ледяная маска? Альтмер ты или нет? - Ах, Вы об этом… - Элейн печально потупил глаза. – Просто я вырос в нетипичной для альтмера обстановке. Меня вырастили норды. - Расскажи. - Вам это интересно? - Мне интересен ты. На мгновение в хижине повисло молчание. Элейн с удивлением взирал на своего гостя, а тот понимал, что сказал лишнего. Но, пауза быстро закончилась с легкой подачи мера: - Мне это льстит, генерал. – Эльф прошел к кровати и опустился на шкуры. – Я мало что знаю о себе, на самом деле. Я не знаю своих настоящих родителей, не знаю, как оказался в Скайриме вдали от альтмерского общества... Норды, которые вырастили меня, говорят, что еще во младенчестве меня привез в их богом забытую деревушку извозчик и просто оставил на дороге. Думаю, ему заплатили за доставку меня в Скайрим. Там меня и подобрала одна пара. Растили меня, как своего сына, и когда я достиг сознательного возраста, попытался отплатить им за доброту. Уже тогда во мне проснулась тяга к алхимии… Не вдаваясь в подробности, скажу лишь, что с моей помощью родители смогли основать свое дело, связанное как раз с созданием и продажей зелий. Я был первым и единственным в этом деле зельеваром, но приходилось оставаться в тени, так как в Скайриме альтмеров не любят. Да, за мою жизнь я повидал достаточно ненависти и расовых предрассудков, чтобы возжелать уединения. Мои приемные родители стали всего за несколько лет очень богатыми и уважаемыми людьми и связь с альтмером стала прямой угрозой их статусу. Я понимал это и в один прекрасный день покинул дом тайно. Наверное, это самая последняя услуга, которую я им оказал. Больше я никогда ничего о них не слышал. - Это… очень необычная судьба для высокого эльфа. – Проговорил задумчиво генерал. – Ты скучаешь по ним? - Нет. – Грустно улыбнулся Элейн. – Я бы никогда не назвал этих людей добрыми или хорошими. Они как были, так и остались мне чужими. Я отплатил им долг и не хотел бы встретиться с ними вновь. - Но разве не они воспитали в тебе ту личность, которой ты сейчас являешься? - Эту личность воспитал во мне Скайрим. Я видел и знал много людей, я проникся их духом и их убеждениями. Я старался впитать в себя самое лучшее, что видел и ощущал. - Ты невероятен, Элейнир. Элейн удивленно вскинул брови и посмотрел на имперца. Тот не отводил взгляда. - Я никому и никогда не рассказывал о себе всего этого. – Будто бы себе самому сказал альтмер. - В таком случае, я рад, что был удостоен такой чести – знать тебя лучше многих. - Генерал… - Прошептал мер, смотря куда-то сквозь собеседника. – Что Вами движет, когда Вы приезжаете сюда ко мне? Будьте осторожны, доблестный Легионер, а то я действительно посчитаю, что интересен Вам. - В истине не стоит сомневаться, Элейн. Мне никто и никогда не был так интересен, как ты. Вот так, внезапно слова перестали быть нужны. Но ощущение некой недосказанности, незавершенности витало в воздухе. Ни эльф, ни имперец пока не понимали – лишь смутно догадывались к чему они медленно, но неумолимо идут.