Одна на двоих

— Эй, Шикамару, лови! Десятки голосов, сливающихся в общий гул, множество лиц и постоянное движение. Выкрик утонул где-то между группкой девушек в купальниках и выстроившихся в очередь на трамплин парней. Киба замер, заранее просчитав траекторию брошенного мяча, а затем послышался громкий всплеск — не иначе звук упавшего против воли тела в воду. Шикамару его так и не услышал, однако, обернувшись, обо всем догадался. Пленку начавшей успокаиваться водной поверхности разорвала голова шатенки. Ее распущенные волосы расползались волнами во все стороны вслед за уходящей водой, пока она не освободила от них весьма недовольное лицо. Инузука вздрогнул, а его глаза приобрели форму шара. — Киба, твою мать! Ты куда бросаешь?! — выкрикнула ему разъяренная девушка. — Ой, прости, Шизуко, я тебя не заметил… — Не заметил?! Я что, стеклянная что ли?! Она выбралась из воды, не спуская зеленых глаз с бедного парня, а затем рванула за ним. Стоящие рядом взорвались дружным хохотом, который приглушили дальнейшие вопли: — Я же извинился! Черт, Акамару, спасай!!! Наруто, сидевший в этот момент на дереве, захохотал, когда увидел друга, припустившего с почтительной скоростью в противоположном от Шизуко направлении. Он знал, как доставалось Кибе от его девушки — тут и рассказывать не было нужды. Являясь куноичи, пусть и генином, она была способна держать его в узде. И, все больше наблюдая за ними двумя, Наруто убеждался, что втайне Инузука был мазохистом. Влетев на скорости в Ино и едва устояв на ногах, он принялся прятаться за нее и без устали лепетал слова извинения подоспевшей девушке. Они привлекли к себе внимание половины здесь присутствующих и, засмотревшись, Узумаки не заметил, как в него полетели две палочки от данго. Они вонзились в дерево возле его головы, и парень крепче взялся за сук под собой, чтобы не упасть. — Слезай уже, Наруто-кун, — позвал его Ли, занятый приготовлением шашлыков под деревом. — Подмени меня на пару минут, я должен отойти. Снующие рядом девушки подняли головы вверх и заулыбались, обнаружив парня. — Да, спускаюсь. На заднем дворе, пусть он и был достаточно большим, свободного места почти не оставалось. Клан Хьюго проводил здесь очередную гулянку, которая совпала по дате с инаугурацией Пятой, случившейся шесть лет назад, и поэтому народу здесь было предостаточно. Наиболее людным оказалось место у бассейна и по его периметру, остальные кучками разбивались по саду и носились по мягкой зеленой траве. Из колонок вырывалась громкая музыка, длинные столы пестрили разнообразными сладостями и фруктами. Первые гости, в том числе и Наруто, стали появляться еще в полдень. Сейчас солнце уже коснулось горизонта, а он все еще не видел здесь своих сокомандников, Саске и Сакуру. Несомненно, они знали о вечеринке. О ней, кажется, знала вся Коноха, и не прийти сюда было бы самым настоящим кощунством. Ведь даже он, Наруто, пришел, хотя в последнее время Цунаде просто свихнулась на том, чтобы загрузить его работой. Подготовка к посту Хокаге — тяжелый труд, ведь большая часть подразумевает зубрежку книг и прочего. Узумаки вдыхал запах дыма, пропитанного якитори, сдерживал слюнки и непринужденно болтал с девушками, окружившими его в количестве полдюжины со всех сторон. Он старался отдать всего себя этому запаху, этой бессмысленной беседе, где он рассказывал, как тренировался на горе Мьебоку и как после сражался с Пэйном. Старался, но почему-то мысли уводили его все дальше, и он думал о том, что изменилось в его жизни за последние полгода. А изменилось многое. Прежде всего, Наруто перестал мечтать. Дни проходили как-то по-особенному однообразно. Подъем, завтрак, тренировка, зубрежка, сон. Иногда миссии, короткие и порой растягивающиеся до двух недель. Но это так прочно вжилось под кожу, что Наруто и сам не замечал, что отличало его жизнь от жизни прежней. Теперь он планировал, как планировал всегда, но меньше размышлял. Особенно длинные вечера он проводил среди друзей, и это помогало ему расслабиться, а главное — лишний раз убедить себя в том, что он все сделал правильно. Час спустя на вечеринку заявились еще двое. Завидев их, выходящих из особняка во внутренний двор, Наруто направился навстречу. — Эй, а я думал, вы уже не придете! — парень пожал руку Саске и, улыбнувшись, кивнул Сакуре. — Мы бы такое не пропустили, — Учиха хмыкнул, окинув взглядом толпу. Девушка держала Саске под ручку и, как всегда, вздернула подбородок, когда подошел Наруто. Именно она была главной причиной его перемен, причиной, по которой Узумаки подчинился системе, с которой всегда боролся, и пошел вразрез своим желаниям. Ровно полгода назад. Наруто замечал, каждый раз, когда Сакура смотрела на него, как в ее изумрудных глазах плескались осколки слез и обиды. Ничего, ведь осколки рассасываются. Она будет в порядке, главное об этом не думать. — Ты давно здесь? — спросила Сакура, чуть сильнее сжав Саске за локоть. Узумаки этого не заметил. — О да, уже весь день. Совсем скоро начнутся танцы, присоединяйтесь. — Так и сделаем. Сакура, хочешь перекусить чего-нибудь? — Я бы не отказалась от окономияки, повары клана Хьюга очень вкусно его готовят к праздничным мероприятиям. Они направились к столам, располагавшимся в стороне на маленькой полянке, огороженной живой изгородью, а на Наруто вдруг напал мандраж. Он приказал себе идти вперед, неважно зачем, лишь бы не стоять на месте, но не мог двинуться. А потом с невероятной силой вдруг потянуло оглянуться. Он пытался себя остановить, ни о чем не думать, но чутье, чертово чутье, которое он раньше игнорировал, заставило его повернуть голову. Повернуть и убедиться в предчувствиях, которые он старательно подавлял. Саске и Сакура к этому моменту отошли всего на несколько шагов, и Наруто четко увидел, как опали плечи девушки, будто сбросив с себя груз, и опустился ее подбородок. И теперь он уже точно не мог пошевелиться. Случилось это с ней в первый раз, или он заметил только теперь? Как по наваждению, ощутив прилив эмоций и поддавшись им, но увидел то, чего страшился. Что за неведомая сила, что за странное беспокойство дернуло его оглянуться, прямо как тогда, когда их тянуло друг к другу? Наруто знал: ничего хорошего от этого ждать не стоит. Опыт показал, что чем ближе они друг к другу, тем больнее приходится обоим. Но больше он боялся только того, что сам доставляет ей боль до сих пор. Наруто не был эгоистом. Не после того, через что они прошли — урок он усвоил на всю жизнь. Он заботился о Сакуре, как заботился всегда, и весь оставшийся вечер думал только о ней, о том, что она чувствует после всего. Он полагал, что они с Саске полюбят друг друга, ведь все к этому шло, и она будет счастлива. После выпотрошившей их души миссии в Канзаши Наруто обязал себя позаботиться о счастье Сакуры, потому что по большей части это была его вина. Он должен был все прекратить еще тогда, когда Харуно зашла к нему под предлогом вылечить раны после их перепалки с Саске, выслушать, принять извинения и простить, а не подавать ложную надежду, чтобы потом все разрушить. Именно из-за того поступка они столько страдали впоследствии. К трем часам ночи, нагулявшись, молодежь начала расходиться. Наруто выпил две стопки сакэ, чтобы только прогнать от себя мысли о Сакуре, но это не помогло. Он вышел на улицу, на мгновение остановившись у входа на территорию Хьюго, и вдохнул свежий, чуть прохладный ветер. Долгий взгляд бродил по красивой каменной брусчатке, задерживаясь на стыках. Воспоминания ворвались в его голову с таким стремлением и неистовством, с каким вырываются из клеток лишенные свободы животные. Все, начиная от того признания Сакуры, что они с Саске начали встречаться, до собственной победной, сокрушающей улыбки — все поплыло перед глазами, как в каком-то кошмаре. Сидение на крыше собственного дома, случайное наблюдение за целующимися сокомандниками, страсть в зеленых глазах, луна над поляной в лесу, остающийся невероятно далеко горизонт, когда ноги сжигало огнем, безразличие и самоуничтожение, гордость и ложь, вина и немая мольба. Как многое они тогда пережили за ничтожный срок. И как сильно не хотелось думать об этом сейчас. Наруто плотнее натянул на плечи куртку, чтобы не замерзнуть, и уже двинулся в сторону дома, как совершенно случайно услышал позади мелкие шаги. Сакура. Он узнавал ее безошибочно. Но где же Саске? Узумаки больше не понадобилось толчка от неведомой силы — сомнения повели его дальше. И если Сакура так старательно играет роль довольной жизни и ни в чем не нуждающейся девушки — нет проблем, Наруто просто в этом убедится. Парень так и не понял, в какой момент он решил проследить за ней, но опомнился уже когда забрался на крышу и подавил свою чакру. Силуэт внизу неторопливо вышагивал по безлюдной улице, вырывая из тишины стук каблуков о дорогу. Розовые волосы выделялись издалека и напоминали собой нежные лепестки сакуры, собранные в пучок. А ведь Наруто знал, как пахнут ее волосы. Этот запах вдруг выскочил из памяти и ударил в нос, будто парень очутился в саду во время ханами. Забыть такое было невозможно. Как глупо они вели себя тогда, держась за собственные правила и не пожелав уступить надуманной слабости. Глупые предрассудки. Наруто вглядывался в девушку, идущую внизу, а сам гадал, вспоминала ли она о том, что они пережили на той самой миссии. А с чего бы ей вспоминать? Сакура едва не погибла по его милости, настрадалась и после, так и не услышав того, чего хотела. Так бывает. Наруто точно знал, что так было лучше. По возвращению в Коноху Узумаки вдруг сделал для себя открытие: он без труда мог смотреть ей в глаза. Уже решив все за себя, за других, определив будущее, которому будут следовать все трое, он смотрел в любимые изумруды и разговаривал так, как разговаривают близкие друзья. Будто не заметил, как между ним и Сакурой вспыхнула искра. И когда Наруто понял, что она догадалась о его намерениях, на душе тут же полегчало. Они прекрасно общались все полгода, вместе смеялись, вспоминали былое и шутили о том, чего никогда не будет, но никогда больше не затрагивали чувства. Наруто за этим проследил. Он обещал сам себе, что больше не сделает прошлых ошибок, не заставит страдать близких, но решение о том, чтобы отвергнуть зарождающуюся любовь Сакуры — настоящую любовь — пришло к нему небезосновательно. На то были причины, и Наруто свято верил, что поступает правильно. Сомнениям здесь было не место, иначе все бы началось сначала. Задумавшись, парень понял, что увлекся и подошел слишком близко. Сакура прошла еще десять метров, а затем остановилась и повернулась, уверенно глядя перед собой. Ничего удивительного, она все-таки куноичи высокого уровня. — Перестань прятаться и покажись! — с вызовом бросила Харуно. Прямо сейчас они находились в парке, и Наруто притаился за одним из деревьев. Он надеялся, что девушка не заметит его и пойдет дальше, но треск перчатки подсказал ему, что она не шутит. Мощный удар по земле — и почва заходила ходуном. Деревья стонали, кренясь набок, и в один момент Наруто потерял опору. Он пошатнулся, когда земля перед ним вспоролась, будто готовясь изрыгнуть лаву, и почва под ногами вдруг превратилась в огромный земляной булыжник. Узумаки вскрикнул, когда почувствовал, что падает, и приземлился далеко не самым изящным образом. Сакура удивилась, когда на лопатки недалеко от нее упал Наруто, чуть не сломав себе шею. — Наруто? — не скрывая удивления, воскликнула девушка. Парень что-то пролепетал, выпрямился и потер шею. Поймали с поличным. Но ведь всегда можно попробовать выкрутиться. — Сакура? О, привет, я тебя не заметил. Решил вот пройтись после вечеринки, — он не мог себя остановить, но это и в самом деле было самое худшее оправдание тому, как он здесь оказался. — Ты что, следишь за мной? — Харуно нахмурилась и подошла к другу. — Я? Нет-нет, что ты! С чего ты взяла?! — Твое поведение сейчас как раз это доказывает, — она уперла руки в бока, всем своим видом отражая уверенность. Может быть, подумал Наруто, ему показалось этим вечером? Сакура теперь держалась отлично, не выказывая малейших признаков того, что поддерживать разговор ей хоть сколько-нибудь трудно. На протяжении всех шести месяцев он старательно закрывал себе глаза, чтобы не замечать ее мелких жестов, взгляда, опущенного в неподходящий момент, дрогнувшего по какой-то причине голоса — чтобы не видеть настоящую Сакуру. Он нарисовал в голове образ ее счастливой и старательно поддерживал, но сегодня, почему-то, не сдержал себя, как делал раньше. Наруто внимательно всмотрелся в нее, в этот раз стараясь разглядеть правду. А потом выдохнул, спрашивая себя, зачем он схватился за эту нить и ради чего. Сам ведь запретил себе сомневаться. — Прости, кажется, мне просто показалось, — он опустил голову в нерешительности, глядя на иссеченную трещинами землю. — А где Саске? Разве он не с тобой? — Саске-кун остался. Он проспорил Шикамару выпивку, и они вместе с Чоджи собирались просидеть в баре до утра. — Он оставил тебя одну? Черт, да о чем он думает? Сакура посмотрела Наруто в лицо долгим, тяжелым взглядом. Он будто сам напрашивался на разговор, а она слишком устала таскать за собой эту невыносимую невысказанность. И даже если так, Сакура бы просто промолчала, если бы решительности не придавал алкоголь. — Ты хочешь поговорить об этом? Парень сразу понял, куда она клонит. Он расслабил сжавшиеся до этого кулаки и машинально сделал шаг назад. Растерялся, что было заметно, а потом еще какое-то время не мог подобрать нужных слов. Вместо него продолжила Сакура: — А знаешь, давай поговорим. Здесь никого нет, кроме нас, может, хоть сейчас ты перестанешь играть? Не будешь делать вид, что все в порядке, а скажешь правду? — чуть повышенный в громкости голос был пропитан упреком. — Какую правду, Сакура? — Ты мне скажи! — девушка даже подалась вперед. — Что ты здесь делал? — Я беспокоился о тебе. — О, ну да! Именно поэтому, наверное, стал лепетать что-то о том, что оказался тут случайно. — Я… не… Послушай, — Наруто взял ее за плечи, то ли чтобы успокоить, то ли чтобы собраться самому. — Сегодня вечером мне показалось, что ты… была какая-то подавленная, что ли. И специально скрыла это от меня. Я не мог знать, что произошло, и поэтому заволновался. Сакура легко отбросила от себя его руки, скорее бессознательно, и отошла на шаг, повернувшись к парню боком. — Сегодня, да?.. — она подняла голову вверх, к звездам, утопая в бесконечности ночного неба. Как же ей хотелось выпустить упреки наружу, все выговорить, все, что было на уме, но последствия всего этого перевернули бы их жизни с ног на голову. Однако полностью молчать Сакура не собиралась. — Раньше ты был другим, Наруто. Узумаки смотрел на нее сконфуженно, растерянно. Меняться в глазах друзей было страшно, ведь Наруто всегда знал, чего хочет. Стать Хокаге, добиться признания, защищать близких, не забирать свои слова назад и нести справедливость. Где именно он оступился? А главное, когда успел себя потерять? — Сакура… в чем дело? — парень обошел ее спереди и посмотрел в глаза. — Скажи мне. — А ты не чувствуешь? Вопросы, которые висят в воздухе между нами? Или ты уже забыл, что так и не поделился со мной своими решениями? Наруто затяжно выдохнул. — Я думал, ты и так все поняла. — Я поняла, что ты просто сбежал от объяснений. Но нельзя решать за других, Наруто. Ты не спросил, чего хочу я? Что я думаю обо всем этом? — Я просто хочу сохранить все то хорошее, что осталось между нами. Сакура-чан, ты все еще мне не безразлична. И именно поэтому мне важно, чтобы ты была счастлива. Мы ведь хорошо ладили последние полгода! И если бы ты позволила себе забыть то, что было до этого, то тебе было бы гораздо легче. Просто… отпусти все, что мы наделали за тот чертов месяц. Наши глупые ошибки не стоят твоего беспокойства, — Наруто улыбнулся, и если бы Сакура не знала его так хорошо, она бы решила, что улыбка была фальшивой. Они разговаривали до боли просто, как будто речь шла о том, что каждый из них ел сегодня на завтрак. Обычная будничная беседа хороших друзей, и именно поэтому в душе просыпалась горечь. Просыпалась в душах обоих, хоть Наруто и пытался это отрицать. Его слова звучали достаточно убедительно, но Сакура смотрела на него, изогнув бровь, и не могла понять, почему это не может уложиться у нее в голове. Что-то определенно было неправильно. — А ты бы забыл так просто? — Я стараюсь забыть. Стараюсь меньше думать об этом, и понемногу получается. Это не так уж и сложно, Сакура. Он не избегал ее взгляда — смело смотрел в глаза, уверенный в своих словах. И девушке вдруг резко расхотелось его переубеждать. Наруто жил в новом мире, без нее, но с ее дружбой, так почему бы и самой Сакуре не найти в себе силы что-то поменять? — Ясно, — рассеянно проронила она, глядя на то, как нелепо шевелятся ее пальцы ног, торчащие из ботинок. — Ну, тогда все нормально? Больше не о чем беспокоиться? — воодушевленно спросил Узумаки, вытянувшись во весь рост. — Все хорошо. — Отлично! — он показал жест большого пальца, поднятого вверх, сжатой в кулак рукой. — Я рад, что мы поговорили. Признаться честно, я и правда немного боялся твоей реакции, но я рад, что ты все поняла. Наруто развернулся и неспешной походкой направился к выходу из парка, в ту сторону, откуда пришел, следя за Сакурой. И, не останавливаясь, закончил: — Просто меньше думай о плохом. Я уверен, у тебя все будет хорошо. Спокойной ночи, Сакура. Это страшно — говорить о чувствах с таким безразличием и такой простотой, непосредственностью. Наруто снова признался, но от этого признания стало только страшнее. Сакура смотрела вслед удаляющемуся Узумаки и решительно ничего не понимала.