Одна на двоих

Наруто сидел на краю крыши и бродил взглядом по безжизненным улицам Конохи. Солнце уже село, и все вокруг поглотила непросветная тьма. С обратной стороны на небе сияла яркая луна — единственный источник природного света во время отсутствия основного светила. И хотя был еще только вечер, Коноха уже порядком притихла, разбросав жителей по домам и подарив этому месту тишину и спокойствие. Так все выглядело снаружи. Однако Наруто чувствовал, как внутри него бушуют целые ураганы, сметающие все на своем пути. Как жестоко. Как бесчеловечно... А ведь он всего лишь хотел поддержать ее. Какая нелепость... Все обернулось против него так внезапно, что он просто не успел ничего сделать. Какой мерзкий поступок... Что значил теперь Наруто для Сакуры? Что он вообще значил для нее все эти годы? От вновь и вновь появляющихся вопросов у парня раскалывалась голова. Сакура просто использовала его. Использовала его любовь и доброту, от которых он только-только хотел отказаться. Однако он не позволил зайти ей слишком далеко и теперь был бескрайне рад этому. Что было бы потом, если бы между ними все произошло? Сакура проснулась бы на следующее утро, в чужой кровати, в объятиях совершенно чужого, нежеланного человека, пусть и такого родного. Она бы растерялась, ушла бы от него, сказав, что это была всего лишь ошибка. А он был бы отдан на растерзания голодных бесконечных мыслей до конца своих дней. Так ты хотела, Сакура? За что? Чем он заслужил такое отношение от той, которая была ему дороже всех на свете? Наруто с силой сжал кулаки, пытаясь унять дрожь. Если бы только она не сделала этой ошибки... Если бы только не поддалась печали и пережила бы этот удар молча, продолжив идти с гордо поднятой головой, то сейчас бы не пришлось никому страдать еще больше... И в первую очередь, ей. Несмотря на дикую обиду, Узумаки чувствовал вину за то, что ушел, когда ей так нужна была поддержка. Бросил, оставив наедине со своими печалями. Но ведь она тоже фактически сбросила его с того самого обрыва, с которого чуть не упала сама, причем, поступила ничуть не гуманнее. Но должен ли он был остаться? Определенно, нет. Тогда пусть сама идет по своей дороге, раз уж так категорично отвергла его помощь. Пусть сама переживает свои трудности и оставит в покое те обломки сердца, которое она так беспощадно разрушила. Но мог ли Наруто оставить ее, когда так сильно обжегся и когда ожог обещал навсегда остаться на и без того покалеченной душе? И опять нет. Он никогда не оставил бы ее, пусть бы даже она возненавидела его, пусть бы прокляла и предала еще более жестоко. Эта стена всегда будет стоять нерушимо, принимая на себя любые атаки и подпитываясь такой же крепкой верой. Наруто взялся рукой за собачку на замке, сжав ее, тем самым, подавляя подступивший к горлу комок, а затем потянул вверх. Замок застегивался, а резкий, пронзающий звук, разрушающий тишину, отдавался необъяснимым страхом по нервам, заставляя заново пережить все то, что с ним только что произошло. Сердце болезненно сжалось. Почему, почему все это должно было произойти именно с ним?.. А может, еще не поздно отказаться от всего? Может, он еще сможет забыть ее? Парень судорожно вдохнул, хватаясь за новую и единственную ниточку спасения. Однако все его раздумья были прерваны ощущением присутствия той, которую он меньше всего хотел сейчас видеть. Зачем она пришла? Ей принесла мало удовольствия та боль, что отхватил от нее Узумаки за долю секунды? — Наруто... — тихим, сдавленным голосом произнесла Сакура, в котором чувствовалась сильная, необъятная вина. Травящим, кровавым ядом растеклось по венам собственное имя, вызывая в нем новую волну ярости. Девушка стояла где-то позади, тоже на крыше, замерев от нерешительности. Конечно, его несложно было найти, ведь он совсем не отходил от своей небольшой квартирки. — Прости... — так и не дождавшись ответа, добавила Харуно. Она не знала, что следовало ей говорить в этой ситуации. Она стояла от парня в нескольких метрах, с болью прижимая руки к груди и глядя на него, поникшего, обездвиженного в свете луны, чьи черные полоски ткани от продолжения налобной повязки легко колыхались на ветру. Сакура вмиг почувствовала все те раны, что она неосторожно нанесла ему, пытаясь залечить свои, и от этого чувство вины забурлило в ней с новой силой. — Прости, я действительно не должна была так поступать, Наруто... Ты помог мне, ты поддержал меня, а я... — А ты хотела воспользоваться мной ради мести Саске, я прав? — холодно спросил парень, не оборачиваясь и продолжая спокойно рассматривать тусклые здания засыпающей Конохи. — Мне... мне жаль, Наруто... Мне действительно было тяжело после предательства Саске-куна, и поэтому... — И поэтому ты предала меня... Ясно. Сакура промолчала, поджимая губы, а в ее глазах снова блеснули слезы. Она не могла сдерживаться, когда поняла, что самое худшее уже произошло, и виновата в этом была только она. И теперь червем вилась гнетущая мысль, что Наруто не простит. Ведь такое не прощают. И об этом буквально кричали его слова, его поведение и холодная недвижность. — Все не так... — от безысходности по щекам заструились слезы. Голос стал еще больше надломленным и теперь дрожал. — Пойми, я не хотела этого, не хотела играть на твоих чувствах... Это вышло случайно. — Да. Конечно. Я все понимаю, — Наруто тяжело вздохнул. — Ты была предана тому, кого любила всю жизнь, поэтому просто не хотела видеть в нем ничего плохого. Это и погубило тебя, сыграло на твоей слепоте и ударило в самый неподходящий момент, в ту самую слепую зону. Ты просто не успела отреагировать и защититься, поэтому хотела забыться, погасить горе, а заодно и отомстить Саске. Но Сакура-чан... это подло... Ты же знаешь, что я никогда бы, никогда не сделал бы с тобой подобного... никогда бы не затащил тебя в постель... Ну, по крайней мере... против твоей воли... — в конце его голос потерял былую твердость, и в нем почувствовалось даже какое-то смущение. Сакура не могла пропустить это мимо ушей. Ее темную доселе душу будто бы осветило ярким, ослепляющим светом. Девушка внезапно прозрела и все поняла. Поняла, почему он так волновался за нее, почему пил тогда в баре, почему поддерживал ее и почему сочувствовал так сильно — все поняла. Столь долгие годы она была ему небезразлична и поняла это только сейчас... Он всегда любил ее и не переставал любить никогда. И теперь, когда она все знала, то могла представить, насколько ничтожна, оказывается, была та боль в ее глазах. Наруто был ранен куда сильнее, чем она могла предположить. — Наруто, так ты... — Извини, Сакура-чан, я... хотел бы побыть один, если ты не возражаешь. Наруто чувствовал, что все начинает выходить из-под контроля. Что он вообще только что наговорил ей? Неудивительно, что она обо всем догадалась. Ему не хотелось от нее никакой жалости, все это только раздражало. Парень должен был сначала сам разобраться в себе. — К-конечно, — пролепетала Сакура и, чуть помедлив, развернулась, чтобы уйти. — Прости еще раз... если сможешь. Узумаки услышал, как скрипнула черепица, после чего ощущение знакомой чакры пропало. Он вновь остался один на один с собой. Ну и пусть, так было проще. Впервые в жизни ему не хотелось видеть Сакуру. Своим одним лишь увлеченным взглядом, одним только своим касанием нежных ручек, одним поцелуем она смогла перевернуть все вверх ногами в его маленьком мире. Все полетело к чертям, переломав шатхие подпорки. И что же было делать теперь? Оставить все как есть, чтобы их отношения и дальше продолжали гнить в долине безысходности? Жалкое скопление противных самому себе чувств не позволяло Наруто нормально рассуждать над ответом. Быть может, он и в самом деле не готов был пока простить Сакуру за этот глупый проступок? Слишком много вопросов. И почти ни на один из них не было ответа. Наруто знал, что должен был забыть этот вечер, потому как девушка сама поняла и признала свою вину. Но вопреки всему память не позволяла и цеплялась за ошибку, как за проявление какой-то несуществующей нежности. Нет, все это было ложью. Сакура не любила его, и это не были ее чувства, пробурившие, наконец, выход наружу. Но сердце не хотело соглашаться с выводом холодного разума. Наруто кончиками пальцев коснулся своих губ, все еще хранящих те мягкие и нежные поцелуи. До безумия мягкие и нежные, что заставляло поверить в то, чего не существовало. За столько лет парень не раз мечтал прикоснуться к ее губам своими, ощутить всю ее теплоту. Что ж, мечта исполнилась, но забрала с собой слишком высокую цену. — Ксо! — не сумев подавить очередную волну ярости, блондин закусил губу и с силой ударил кулаком в крышу, которая едва не развалилась. «Я знаю, кто мне за все заплатит. Единственный, кто повинен во всем». В голубых глазах блеснул лихорадочный гнев, и Наруто оттолкнулся ногами от крыши, вмиг исчезнув с места. Большими прыжками передвигаясь по крышам домов, парень бежал в сторону дома Саске, надеясь застать его там. Конечно, он мог быть где угодно, но это не было бы помехой разбушевавшейся злости джинчурики. Он обежал бы всю Коноху, все ее окрестности, достал бы Учиху хоть из-под земли, но не оставил бы все, как есть. Кулаки чесались от мысли, как жестоко Саске поступил с Сакурой. Наруто хотел лично разукрасить ему его ухмылистую физиономию и пусть даже силой притащить его к Сакуре с извинениями. Парень разошелся не на шутку, и в этот раз ничто бы его не остановило. Тихий ветерок раскачивал тонкие ветки деревьев, осыпанные зеленой листвой, кое-где темные переулки освещали горевшие в ночи фонари, привлекая внимание беспокойного взора. Людей снаружи практически не осталось, и тишина раздражала еще больше, чем неугомонный вечерний гул. Наруто быстро миновал высокие дома, которые остались позади, и приблизился к центру деревни, однако тут было так же спокойно. Тем лучше. Будет меньше свидетелей его разбушевавшегося гнева. Дом Учихи был уже близко, когда Узумаки резко затормозил, почувствовав неподалеку знакомую чакру. Что ж, вполне ожидаемо, что ему ночью не сидится дома. Наруто повернул голову и начал всматриваться в площадку, едва освещенную тусклыми фонариками. На одной из открытых дорожек он и увидел Саске, не спеша прогуливающегося с руками в карманах. Наруто спрыгнул с крыши и приземлился в нескольких метрах от него. — Эй, Саске! — рыкнул парень. — Я пришел, чтобы поквитаться с тобой за Сакуру-чан. И ты никуда от этого не денешься! Учиха остановился и медленно обернулся, холодно глядя на Узумаки. Наруто не стал дожидаться ответа и тут же помчался на него, с ненавистью глядя в черные, как смоль, глаза. — Хн, спарринг, значит? Ты не оригинален, Наруто, — усмехнулся Саске, перехватив атаку и зайдя за спину блондину. — Я догадывался, что ты придешь мстить мне, однако думал, что это случится раньше. Блондин пригнулся, уперся в землю руками и с выпадом атаковал брюнета ногами в живот, однако тот поставил блок и перешел в лобовую. Удар за ударом были успешно блокированы, либо же просто не достигали цели. Оба парня ловко уворачивались, однако же первую кровь пролил Наруто, потому как из-за ярости меньше думал о защите, чем следовало бы. — Какое тебе дело до того, что я творю со своими фанатками? Или тебе своих не хватает, и ты решил перетянуть их у меня? — Саске продолжал наносить удары, некоторые из которых снова достигали цели. — Как ты смеешь... — Наруто схватил Учиху за руку, дернул на себя и со всей силы ударил лбом по его голове. По лицу обоих скатилась тонкая струйка крови. — Да как ты смеешь ставить Сакуру-чан в одну категорию с ними?! Брюнет отошел на несколько шагов и пошатнулся, схватившись рукой за поврежденный лоб. Голова раскалывалась от боли и неожиданного удара, но Наруто, кажется, было все равно, будто бы это на него никак не повлияло. Саске поднял на него ненавистный взгляд и нахмурился. — Сакура-чан другая, и она не твоя собственность! Тебе что, вообще плевать на нее? Саске! — крикнул парень, не спешив нападать и ожидая ответа. — Зато я отлично вижу, что тебе на нее совсем не плевать, — негромко заметил Учиха, усмехнувшись. — Но это не дает тебе права вмешиваться в ее жизнь и разбираться с ее проблемами! — он вновь ринулся на противника, однако Наруто перехватил его удар и крепко сжал его кулак ладошкой. — А это уже мое личное право. Право защищать моих друзей. Узумаки сверкнул глазами и отбросил руку брюнета, моментально приблизившись к нему и нанеся сильный удар локтем в живот. Саске отступил, но Наруто не позволил ему так просто уйти и послал еще несколько мощных ударов вдогонку, в конце концов, повалив его на землю и надавив на горло предплечьем. — Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты сделал. Заставлю тебя просить у нее прощение, даже если мне придется избить тебя до полусмерти! Учиха недовольно цыкнул, и в следующую секунду Наруто поразило молнией, которую Саске высвободил всем своим телом. От резкой боли и ярких синеватых искр Узумаки подскочил и вскрикнул, рухнув на землю в метре от брюнета. Тот принял сидячее положение и откашлялся, испепеляющим взглядом уставившись на парня. — И где же твоя злоба? Почему ты ограничиваешься только кулаками? Боишься проиграть мне в настоящем бою? — усмехнулся Саске. — Я просто... не хочу тратить чакру на такого, как ты... Чтобы избить тебя, мне вполне хватит только кулаков, — с уверенностью бросил ему Наруто, переводя учащенное дыхание. Было видно, как эти слова здорово задели Саске. Он буквально потемнел от злобы и поднялся на ноги, всем своим видом показывая, что готов убить противника. Наруто на это лишь усмехнулся, исподлобья наблюдая, как тело Учихи моментально окутала темноватая аура чакры. Блондин не торопясь поднялся на ноги, приготовившись к схватке. Однако чьи-то частые шаги где-то вдалеке отвлекли обоих, уж явно не предвещая ничего хорошего. — Наруто! Саске-кун! Что же вы творите?! — послышался знакомый голос. — Сакура-чан! — парень машинально обернулся, не ожидая такого поворота. Использовав отвлеченность Узумаки, Саске моментально приблизился к нему и нанес мощный удар в область печени, сразу после чего Наруто кашлянул кровью. Вернув бдительность, парень сосредоточился на противнике и принялся блокировать удары — перейти в атаку ему не позволяла резкая боль в животе, заставшая его врасплох. Сакура со всей скоростью бежала к ним, с ужасом наблюдая, насколько были покалечены оба. После того, что случилось, она предполагала, что все может закончиться дракой, однако так и не успела им помешать. Парни ввязались в бой и, не жалея, избивали друг друга. Получив очередной удар, Наруто разозлился еще больше. Сейчас только гнев на Саске держал его на ногах и не позволял упасть, хотя силы уже были на пределе. Уклонившись от серии ударов, Узумаки перешел в наступление, и первый же удар достиг цели. Учиха отшатнулся и уже не в силах был сопротивляться, в то время как Наруто продолжал наносить удары, снова повалив противника на землю. Как раз в этот момент подбежала Сакура. Она видела, какая ненависть горела в помутившихся голубых глазах, с какой жестокостью он избивал Саске, и испугалась не на шутку. Костяшки на его руках уже были в крови, когда Харуно схватила его за локоть и попыталась оттащить от Учихи. — Наруто, прекрати! Не трогай Саске-куна! Хватит! В какой-то момент ей все-таки удалось остановить блондина, и Сакура опустилась на колени между ними, протестующе расставив руки в стороны. Узумаки замер и молча смотрел, как она защищает того, кто причинил ей столько боли. Почему, Сакура? Почему он? — Наруто, что же ты делаешь? Откуда столько злости? Ты же мог убить Саске-куна. — Сакура-чан, почему ты его защищаешь? — шокировано произнес парень, продолжая стоять на месте в паре метров от нее. — Он же предал тебя! Он обманул тебя и бросил, смеясь над твоими чувствами! Как ты можешь защищаешь его после всего этого?! В изумрудных глазах девушки появилось какое-то смятение и неуверенность, и она повернула голову, через плечо глядя на Саске. Учиха как раз приподнялся на локтях, со злобой сплюнув кровь, и продолжая молча наблюдать за всей этой картиной. Наруто так и не дождался ответа. — Ладно. Можешь не отвечать, я все понял, — парень вытер кровь у уголка рта, наблюдая за Сакурой холодным взглядом. Харуно была растеряна, и это слишком явно проступало на ее лице. — Наруто... — Хватит. Я больше не буду вмешиваться в твою жизнь, Сакура-чан, — Узумаки развернулся и, слегка пошатываясь от полученных травм и боли, не спеша направился в сторону дома. Сакура вздрогнула от его слов. Он говорил слишком спокойно и размеренно, чтобы просто оставить это без внимания. Это безразличное и холодящее душу спокойствие сильно испугало ее. Сакура предпочла бы, чтобы он накричал на нее, выплеснул всю злость и обиду, но только не так. Такой холод от него заставил ее сердце болезненно сжаться и обдумать все ее последние ошибки, которые смогли так легко сломать чью-то жизнь.