Из двух огней я выберу пламя

Лично у Кота день как-то не задался с самого утра. Во-первых, жутко саднило горло, и совсем нетрудно было догадаться, что причиной стала его ночная прогулка с последующим купанием в почти ледяной воде. Во-вторых, подъем оказался ранним и очень неожиданным. Ну, и третьей, самой главной причиной стал командир. В том, что просто так он не отделается, Ионов не сомневался с прошлой ночи, когда, вернувшись в комнату, не обнаружил там Батю. Вот только о поступке своем кап-лей не жалел, хотя, наверное, стоило бы. Все-таки нарушил режим, ослушался командира, но… воспоминания о нежных поцелуях и тонких пальчиках, запутавшихся в его волосах, подавили муки совести. Поэтому и головой сейчас парень кивал только для проформы, чтобы не злить Булатова еще больше. – Совсем распустились! – тем временем возмущался Иван Михайлович, вышагивая перед выстроившимися в строй бойцами, – забыли, кто вы и где находитесь? Вопрос касался исключительно одного молодого человека, но таков уж был метод воспитания в «Смерче» - если получать, то всем вместе. Женька, стоящая рядом с Котом, попробовала заступиться за молодого человека, но он сам оборвал ее на полуслове, дернув за рукав и взглядом давая понять, что сейчас не самое лучшее время проявлять благородство. Тут же еле слышно кашлянула Уманова. Это ее, между прочим, смекалка спасла Женьку от криков и в ее адрес. Ночью, убедившись, что «чертовы романтики», как их окрестила сама Леся, успешно смылись с территории гарнизона, девушка свернула одеяло сослуживицы таким образом, чтобы получилось некое подобие фигуры. Так что если бы появилась проверка в лице кого-нибудь из командования, Мура как бы была на месте. Это, кстати, и сработало. А сейчас, заступаясь за Кота, Женя рисковала выдать не только себя и его, но и Уманову, которой итак пришлось мерзнуть из-за открытого окна пол ночи. – Влепить бы тебе выговор с занесением в личное дело! – продолжал бесноваться командир. – Ну так влепи, – тут же поддержал эту идею Ионов. Правда, договаривать не стал, так как резко обернувшийся контр-адмирал к шуточкам явно не был готов. – Поговори мне еще тут! – мужчина окинул его строгим взглядом. – Смысла уже нет в выговорах, ты ведь их не боишься. Вернемся в Питер, оформлю тебе перевод в южный КТЦ, будешь служить там! Пусть теперь они с тобой помучаются! По строю пронесся синхронный вздох. Такого от командира явно никто не ожидал. Да и провинность была не такой уж тяжкой, чтобы принимать такие меры. – Бать, – начал, было, Бизон, но контр-адмирал остановил его одним только взмахом руки. – Я все сказал! А сейчас на построение. Учений еще никто не отменял. Они шагали в полной тишине, словно боялись, что хотя бы еще одно слово выведет командира из себя еще больше. Хотя, больше уже казалось некуда. Ребята, наверное, не поверили бы в такое заявление, если бы не видели в этот момент глаз Бати. В них не было ни намека на сомнения, только решительность. Наконец, Уманова все же не выдержала. Догнала шагающего впереди нее Бизона и шепотом, так, чтобы слышали только они двое, поинтересовалась: – Его ведь не переведут, правда? Тарасов неопределенно пожал плечами. Где-то на подсознательном уровне он даже завидовал Ионову. Парень умудрился за короткое время завоевать женские сердца. Сначала была Багира, потом Мура, теперь вот Ума… Да, конечно, симпатия была разной, и Боря это прекрасно понимал, но противное чувство ревности все прочнее пускало свои корни в его сердце. Леся пришла в группу самой последней, но уже успела стать всеобщей любимицей. Не сговариваясь, ребята относились к ней, как к младшей сестренке, которую то и дело хотелось побаловать, только вот делать это нужно было незаметно, чтобы не обидеть ее. Она привыкла терять. Теряла всю жизнь дорогих сердцу людей. С приходом в «Смерч» жизнь вроде бы вошла в нормальную колею, а тут вдруг бац – и уход Багиры, а теперь еще и Кота. – Думаю, нет, – мужчина мягко улыбнулся и, приобняв девушку за плечи, притянул к себе. Теперь они шагали медленнее, зато вместе. – Кот, он как сын. Несмышленый, шкодливый, но родной. Сомневаюсь, что Батя отпустит сына. Не переживай. – Думаешь? – она недоверчиво прищурилась. – Уверен! Что-то сразу пошло не так. Вот только что именно, никто так и не смог уловить. С самого инструктажа внутри поселилось неприятное предчувствие, но ребята списали это на то, что сегодня их соперниками стали «викинги», у которых теперь был частичный недобор ввиду того, что Ума немного перестаралась и сломала одному из их бойцов руку. Вроде бы ничего, но Булатов решил поиграть в благородство и уравнял количество бойцов. Изначально, в воспитательных целях было решено оставить на берегу Ионова, но командир побоялся, как бы парень вновь не натворил каких-нибудь дел, поэтому остался сам. Так было безопаснее, да и руководить отсюда было куда удобнее. Потом возникли проблемы со снаряжением у Мурашовой, но времени разбираться особо не было, и, получив разрешение, девушка прихватила комплект командира. Бизон еще покачал головой – меняться снаряжением, если это, конечно, не экстренный случай, у них было не принято. Ну и наконец, произошло то, что перепугало капитана до полусмерти. Почти все условные противники были уничтожены, и их квадрат был чист, значит, можно было подниматься, но Мура не отвечала. Тарасов окликнул ее раз, второй, третий, но ничего. Связался с Батей, чтобы уточнить – может, Мурашову условно уничтожили? Оказалось, нет. Оставалось только надеяться на маячок, прикрепленный к ее снаряжению. Умная техника не подвела, девушку он нашел довольно-таки быстро, но… кажется, она была без сознания. Думать о чем-то плохом как-то не хотелось. Мужчина легко подхватил Женьку на руки – сейчас дорога была каждая минута. Бизон бережно опустил свою ношу на крупную гальку. Женя по-прежнему не двигалась. Стянув маски с себя и с нее, первым делом мужчина проверил пульс. Слабый, еле уловимый, но он был. – Мура! – он осторожно похлопал ее по щекам. Никакой реакции. Веки так и не затрепетали. – Женька, ну же, давай, приходи в себя! Борис аккуратно приподнял бессознательную девушку за плечи и уложил ее голову себе на плечо. Может, ему это только показалось, но с каждой минутой девушка бледнела все больше и больше. Нужно было что-то срочно предпринимать. – Багира! – завопил в микрофон мужчина, но вовремя опомнившись, чертыхнулся, – тьфу ты! Батя, у нас проблемы. Его наушник еще не успел толком «ожить», как капитан оборвал командира на полуслове: – Мурашова без сознания. Не могу привести ее в чувство. Батя, нужны медики! У дверей, ведущих в ее палату, было шумно. Слишком шумно. Медики уже собирались сделать замечание по этому поводу, но, как ни странно, а смелых так и не нашлось, уж больно грозными и непредсказуемыми на вид были столпившиеся тут офицеры. Да и потом, рядом с ними стоял вроде как генерал-майор ФСБ, и раз он не рискнул вмешиваться, значит, так оно и должно было быть. Справедливости ради стоит отметить, что первое время в коридоре, наоборот, царила гробовая тишина. Можно было даже услышать, как тикают часы в кабинете заведующего, но как только стали известны результаты анализов… – Из-за чего вы ввязались в драку с «викингами»? Отвечать никто не собирался, и командир окончательно вышел из себя. – Она надышалась паралитического газа! – мужчина пнул стоящий рядом стул, и тот с грохотом отлетел к соседней стенке. – Как он попал в баллон с дыхательной смесью? – Какая-то тварь постаралась! – зло выплюнул Ионов. – Вот именно, Кот! – Батя подскочил к кап-лею и, тряхнув его за плечи, заставил посмотреть себе в глаза, – и эта же тварь «нахимичила» с количеством смеси. У нее воздуха оставалось минуты на две, не больше. Ты понимаешь, что было бы, не найди ее Бизон? Командир осознанно выбрал из всех присутствующих именно Ионова. Ближе всех Жене был как раз он, и расколоть, следовательно, было легче тоже его. – Понимаю! – парень резко скинул его руки, – можешь не напоминать! Внутри все клокотало. Хотелось рвать и метать, но вместо этого приходилось «собачиться» с командиром. Васю до сих пор еще трясло. Женя без сознания, неизвестно, как именно подействовал газ, а тут еще и эти разборки. – Тогда отвечай! – Не думаю, что это «викинги», Бать, – раздался за спиной голос Тарасова. Булатов тут же развернулся и шагнул к капитану. – Там, действительно, все началось из-за ерунды. Девчонок наших они зацепили. Не стали бы они так мстить. Действительно, маловато для убийства. А в том, что планировалась именно смерть, никто уже не сомневался. Девушка должна была задохнуться, они бы потом нашли ее тело, но пока то, да се… короче, при вскрытии следов паралитического препарата уже никто бы не нашел. Все бы списали на несчастный случай. Вот только кому понадобилось убивать Женьку? А главное, за что? Или, может, мстили всей группе? А может, Ионову? Ведь только слепой не разглядел бы связи между ними. – Не понимаю, – мужчина тяжело опустился на стул и обхватил руками голову. Он на самом деле перестал что-либо понимать. В конце коридора раздался топот, и совсем скоро перед ними стояла запыхавшаяся Багира. Женщина тяжело дышала, а сама быстро-быстро осматривала ребят. – Все целы? – получив в ответ утвердительный кивок, она выдохнула. – Женька как? – Без сознания. – Вася обошел женщину и уселся напротив командира. – Бать, а ведь это не ее хотели убить. Контр-адмирал резко вскинул голову. В коридоре вновь воцарилась тишина. Все ждали, что еще скажет молодой человек, но тот, как назло, молчал. Смотрел куда-то в стену и, казалось, вообще забыл, где сейчас находятся. – Что ты имеешь ввиду, Кот? – не выдержала Багира, – договаривай! Парень несколько раз моргнул, словно только что очнулся после короткого сна. Окинул всех присутствующих внимательным взглядом и остановился на Булатове. – Убить хотели тебя. Багира захлопала глазами, Ума удивленно пискнула и покрепче вцепилась в плечо стоящего рядом Бизона. Мужчины же молча смотрели на командира. – Это было твое снаряжение, Бать. Мура взяла твое снаряжение…