Опасное влечение

Сразу после объявления победителя, лошадей стали уводить обратно в загон. Я пробиралась сквозь толпу людей, некоторые из них пытались что-то мне говорить, но моей единственной целью был Уолтер Мэрдок. Как назло, его нигде не было видно. Его лошадь давно увели, а он, как сквозь землю провалился. Наконец, я увидела, как он шел по направлению к конюшне, твердой походкой, сосредоточенный и, похоже, чем-то расстроенный. Я ускорилась и прежде, чем он успел скрыться в глубине загона, громко сказала: - И какого черта это было? Он остановился и не спеша развернулся ко мне, презрительно усмехнувшись: - Вас что-то не устраивает мисс Маккейн? - О, да! Меня определенно не устраивает твоя грязная игра! – выпалила я. - Моя грязная игра? Это ты меня еще будешь учить честности? – огрызнулся он. - Так вот значит как? Решил отомстить мне таким нехитрым способом? – прошипела я, подходя почти вплотную к мэру. Вокруг начал собираться народ, но пока никто не решался подойти ближе, поэтому я решила понизить голос, чтобы не устраивать прилюдных концертов. - Ты несешь полную чушь! Все вышло случайно! Это ты у нас мастер по части подлых интриг. - Я не слепая и прекрасно видела, как ты вывел с дистанции мою лошадь! - Значит, тебе пора обратиться к окулисту или к психиатру из-за своей паранойи! Его слова все больше распаляли во мне ярость, я из последних сил сдерживалась, чтобы не опустить его ниже плинтуса. Меня сдерживало только осознание, что причиной его злости была отчасти моя связь с его женой, а, следовательно, именно я виновата в его нынешнем, мало дружелюбном тоне. Сделав глубокий вдох, я процедила: - Если ты думаешь, что я позволю тебе и дальше ставить мне палки в колеса и тем более оскорблять меня, то ты глубоко заблуждаешься. Еще раз ты устроишь что-то подобное, и к специалисту будешь обращаться сам. - Ты мне угрожаешь? Да, кто ты такая? Господи! И что она нашла в тебе? - Спроси это у нее. - Спросил! Ты совсем запудрила ей мозги! Она даже не понимает, какая ты на самом деле! - И какая же я на самом деле? – вот тут мне уже стало интересно. Значит, разговор все-таки состоялся. Осталось узнать, какие решения были приняты. - Ты просто шлюха! Думаешь, я не знаю, сколько жителей нашего города прошло через твою постель? И теперь решила поставить еще одну галочку? - Попредержи язык, Мэрдок! Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! - Да, что ты? Ты вон и сегодня охмуряла еще одного своего воздыхателя! Думаешь, я не видел? И она тоже это видела. Сколько пройдет времени, прежде чем ты наиграешься и выбросишь ее на помойку, как всех остальных? - Закрой свой рот, - я готова была уже переступить черту сдержанности и либо съездить ему по физиономии, либо опустить так, чтобы уже подняться не смог. - А то что? Ну, что ты мне сделаешь? Вернее, что еще ты можешь мне сделать? Я ведь просил тебя все прекратить! Я старался смириться с тем, что происходит, хотел дать тебе шанс поступить по совести. А ты что сделала? Снова ее трахнула в этот же самый день? И как я должен после этого к тебе относиться? – желчь так и сочилась из его пор, а я была поражена его осведомленностью. Неужели Даниэлла была с ним настолько откровенной? Зачем? - Если бы ты лучше ее удовлетворял, может, ей не пришлось бы приходить ко мне за утешением? – едкие слова все же слетели с моего языка, и в следующую секунду на меня обрушилась сокрушительная пощечина, после которой я еле удержалась на ногах. Это была последняя капля. Прижав ладонь к ожогу, я посмотрела на обидчика ледяным взглядом: - Ты ответишь за это, Уолтер Мэрдок. После этого я развернулась и зашагала прочь, сквозь расступающуюся любопытную публику. Мне было уже наплевать, что они слышали и что видели. Гнев застилал мне глаза, и я стремилась, как можно скорее покинуть ипподром, иначе я могла совершить роковой шаг, о котором впоследствии наверняка пожалела бы. Краем глаза я заметила, что следом за мной метнулась какая-то фигура и через мгновение услышала оклик: - Алана, подожди! – это была Даниэлла, видимо, она стала невольным свидетелем разгоревшейся сцены. Но прежде чем говорить с ней, мне нужно было успокоиться, поэтому я, не сбавляя темпа, двигалась в сторону парковки. Когда ей все же удалось нагнать меня и схватить за руку, то я одернула ее и огрызнулась: - Не сейчас, Даниэлла, я не готова с тобой говорить. - Мне очень жаль, что так произошло! Прошу, давай поговорим. Я попытаюсь тебе объяснить все. Уолтер не виноват, он просто слишком зол. - А теперь и я слишком зла, чтобы что-то обсуждать. - Черт, Алана, да остановись же, наконец, - она повысила голос, в котором было и раздражение и мольба. Я заставила себя сбавить шаг и обернулась к ней. - Хорошо! Итак, ты сказала ему о своих намерениях? - Не совсем… Мне нужно время… Все очень сложно… Но я дала ему понять, что собираюсь продолжать отношения с тобой, - она говорила сбивчиво и неуверенно, от чего вызвала новую волну моего раздражения. - И это все, что ты ему сказала? Не удивительно, что он так зол! Одна шлюха решила спать с другой на глазах у собственного мужа, просто потрясающе! - Прекрати! Ты несешь полную чушь! Все совсем не так! - Да, неужели? Ты думаешь, мне это от тебя нужно? - Я… не знаю, что тебе от меня нужно… Я ни в чем не уверена…, - тихо сказала она и опустила взгляд. - Неужели так сложно это понять? – я пристально посмотрела на нее, смягчив голос. Даниэлла вновь встретилась со мной взглядом, и в нем читалось недоверие. - Скажи мне это, - произнесла она. - Мне нужна ты целиком, без остатка, чтобы не было никаких преград, чтобы не приходилось ни перед кем оправдываться, врать, изворачиваться! Я ждала ее реакции, но приходилось лишь наблюдать, как сменяются эмоции на ее лице от удивления и волнения до грусти и неуверенности. Не в силах больше стоять тут и видеть ее сомнения, я вновь продолжила путь к своему автомобилю. - Алана, я… - она пыталась мне что-то сказать, но унижаться снова я не была настроена. - Я все сказала, теперь тебе решать, - крикнула я, не оборачиваясь. Больше я не услышала от нее ни слова. Оказавшись в автомобиле, я завела двигатель и перед тем, как нажать педаль газа, все же позволила себе бросить взгляд в зеркало заднего вида. Она стояла, потирая лоб и хмурясь. Ее раздирали смятение и еще что-то, страх, а может досада, я не бралась судить. Почему-то именно тогда я подумала, что если сейчас уеду, то это будет конец, для нас, для меня… Может, стоило подождать, дать ей время все решить, как мы и договаривались, возможно, я перегибала палку и слишком давила на нее, но пути назад уже не было. Машина рванула и оставила позади меня нечто очень важное. Куда ехать, я понятия не имела. Мысли путались в моей голове, эмоции зашкаливали. Я мчалась по полупустому шоссе, стремясь очистить мозг от образов сегодняшнего дня. Мерный гул автомобиля разорвал звонок сотового, мельком гляну на экран, я тут же кинула телефон обратно на сиденье. Разговаривать с дядей или с другими родственниками не было никакого желания. Я вдруг ясно стала отдавать себе отчет, что все, о чем думала в последнее время, так или иначе, сводилось к Даниэлле. И вот теперь я стою на краю обрыва и решаю, прыгать или нет. Никогда раньше я не была столь безответственной и подвластной чувствам. Я поставила ее перед выбором, а готова ли я сама к этому выбору? Это будет однозначный вызов всем и вся. Этим меня, конечно, не испугать. Но, по сути, прежде чем заключать сделку всей жизни, нужно понимать, чем ты рискуешь и что ты приобретаешь. Что я знаю о ней? Ровным счетом ничего. Меня волновало исключительно ее отношение ко мне. Но и в этом случае у меня нет уверенности. Вспоминая, как она стояла в нерешительности, нервничая, явно не торопясь кидаться в мои объятия, я задумалась, может, она вовсе не хочет идти на жертвы ради меня? А может это страх? Она чего-то боится и… Еще она ведет себя, как человек, который делает выбор не между мужем и любовником, а между разными целями в жизни. Это явно не могут быть деньги, потому что в средствах я уж никак не уступаю Мэрдокам. Тогда что? Создается впечатление, что она хорошо относится к мужу, с заботой и тревогой, но это никак не похоже на любовь к мужчине. Иначе, зачем все это? Причинять любимому человеку боль сознательно может либо только очень жестокий человек, либо очень глупый. Она не относится ни к одной из этих категорий. По мере того, как в моей голове зарождались вопросы, я испытывала все большее желание узнать на них ответы. Еще совсем недавно я зареклась копаться в ее прошлом, мне казалось это второстепенным. Но теперь… Что там говорил Сидни про галерею? Я плохо слушала его, он был для меня, как включенное радио, исключительно для фона. Краденые картины, рамы с тайниками, фирма со странным названием «Дисфраз», «Опасное влечение»… Остановившись на обочине, я вытащила сотовый и набрала телефон журналиста. Он ответил почти сразу: - Алана? Ты куда пропала? Твоя родня уже с ног сбилась, разыскивая тебя. - Это не важно, Сидни. Мне нужно с тобой встретиться и поговорить. Ты можешь сейчас? - Да… Да, могу. Где ты? - Встречаемся в кафе на центральной площади через пятнадцать минут. - Хорошо, буду там. Я подъехала даже чуть раньше назначенного времени, но Сидни уже сидел за столиком и читал меню. Завидев меня, он приподнялся, отодвигая для меня стул. - Наделала же ты шуму! Все только и говорят о том шоу, что вы устроили с мэром, - посмеивался Фаррел. - Что говорят? – поинтересовалась я, хотя, в сущности, мне было все равно. - Никто толком не знает, о чем вы спорили, народ думает, что из-за лошади. Ходили правда слухи, что вы что-то не поделили, - он осторожно взглянул на меня, словно приглашая к продолжению. Но я не повелась на его маневр. - Я здесь по другой причине. Расскажи мне, что ты узнал по расследованию! И еще, мне нужно знать все о Даниэлле Мэрдок. - Ого! Неужели, тебя, наконец, заинтересовало это дело? – он выглядел искреннее довольным и не в меру удивленным. - Я слушаю тебя, - отрезала я. - Эээм. Ну хорошо. Итак, что нового я узнал. Я практически узнал, кому принадлежит компания «Дисфраз». Скорее всего, сегодня вечером я буду знать точно. Еще я узнал, что галерею предложил открыть жене мэра ее новый свекор. Да-да! Именно, Сэмюэль Мэрдок. И именно он профинансировал этот проект. Как тебе такое? Кстати картина «Опасное влечение» принадлежит ему, он на время позаимствовал ее галерее. Поэтому и внимание к ней такое особенное. Еще я узнал, что мэр с отцом еще год назад почти не разговаривали. А как тот надумал жениться, они внезапно решили забыть обо всех своих разногласиях. Уж не наша ли дорогая блондиночка поспособствовала этому примирению? Вообще она, конечно, темная лошадка. Даже мой друг хакер не смог ничего толком нарыть на нее. Сплошные пробелы. Я тут решил за ней немного проследить. Ты знаешь, что она часто гуляет по городскому парку и садится все время на одну и ту же лавочку? Странная привычка, да? А еще она часто ездит в другой город, якобы для оформления каких-то сделок. Может, и так. Но разве это нельзя поручить помощникам? Ну, про визит в твой офис, думаю, ты и сама знаешь… И еще она довольно часто встречается со старшим Мэрдоком. Какие у них могут быть дела? Есть еще кое-что странное. Но об этом я хочу поговорить с начальником полиции, я тебе уже рассказывал. Через два часа у меня встреча с ним. Думаю, что завтра у меня будет достаточно материала, чтобы пролить свет на это странное дело. - Ты следил за ней? – я не могла поверить в это. Все так далеко зашло? - Не то, чтобы я днем и ночью за ней следовал. Но мне стало интересно, как она проводит свое время, с кем встречается, куда ходит. Привычки, связи и тому подобное. Тебя что-то смущает? Ты тоже ее в чем-то подозреваешь? - Нет… Просто… не важно, - я подумала о том, успел ли Сидни что-то понять про нас или он по удачному стечению обстоятельств не совал свой нос настолько далеко. Он так хитро улыбается, словно побывал у нас в спальне. Но возможно, все дело в его журналистском энтузиазме. Кто знает, что может радовать этих чокнутых охотников за сенсацией. - О! Чуть не забыл сообщить тебе о самом важном! Сегодня ближе к ночи планируется доставка груза для картинной галереи! Между прочим, через порт! - произнес он с долей предвкушения. - И что в этом необычного? – спросила я. - В качестве поставщика значится известная нам фирмочка «Дисфраз», - его тон больше напоминал сатира перед соблазнением нимфы. - Как ты это узнал? – ошарашено спросила я. - Тот самый друг помог узнать, - самодовольно сообщил он. - И что ты собираешься делать? Ты по этому поводу хочешь встретиться с Милтоном? - И по этому тоже. Но не только. Короче, у меня есть одна идея, но я пока не буду вдаваться в подробности. - Хорошо, держи меня в курсе. А я попробую узнать, что там намечается через свои каналы. С этими словами, я поднялась и направилась к выходу. Пора было, наконец, поговорить с дядей Роджером о его участии в этом деле.