Опасное влечение

Даниэлла. Я не помню своих родителей. Мои детские воспоминания очень смутные. Насколько я знаю, до семи лет я воспитывалась в детском доме, потом я стала жить с дядей Генри и тетей Маргарет. Они сообщили мне, что были хорошими друзьями моих мамы и папы, которые погибли при исполнения задания. Дядя Генри работал в ФБР, а мои родители были его коллегами. Мы никогда не обсуждали, что это было за задание, и как произошла эта трагедия - почему-то они старательно оберегали эту тайну. У Генри и Маргарет не было своих детей, поэтому они решили разыскать меня и удочерить. Первое время я была замкнутой и необщительной, словно дикий зверек в клетке пугалась всего, проводила целыми днями у себя в комнате, глядя в окно. Маргарет приложила много усилий, чтобы заставить меня выбраться из скорлупы. Помню, как она впервые отвела меня на выставку импрессионистов. Яркие полотна, наполненные солнечным светом и теплыми переливами, что-то всколыхнули в моей душе. Маргарет сказала, что тогда она впервые увидела на моем лице улыбку. На следующий день она купила мне кисти, краски, бумагу и выложила все это передо мной. Прошло еще немало времени, прежде чем я решилась нанести на бумагу первый мазок. Но именно благодаря этому я стала приходить в себя, будто просыпаться после многолетней спячки. Постепенно Маргарет привила мне любовь к искусству – живописи, скульптуре, музыке, танцам. Благодаря ей я научилась хорошим манерам, модно одеваться, быть женственной и изящной, выучила три языка. Генри же занимался моим спортивным и математическим воспитанием. Когда мне было шестнадцать, я случайно наткнулась на старые вырезки газет, лежащих в гараже в одной из коробок. Тогда на меня обрушилась страшная реальность, произошедшая много лет назад. Моих родителей не просто убили, их убили у меня на глазах, когда я находилась в доме, прячась под кроватью. Сирены полицейской машины спугнули убийц, и они покинули дом до того, как нашли меня. Сама я ничего не помню о тех событиях, они просто стерлись из моей головы. Но сам факт моего присутствия там перевернул мое сознание. Мне стало казаться, что панцирь, от которого я с таким трудом избавилась, снова готов захлопнуться. Генри видел эти перемены во мне и чтобы как-то отвлечь меня, встряхнуть, он предпринял смелый шаг: - Послушай, Даниэлла. Ты не думала, куда хочешь пойти учиться? Я задумчиво смотрел на него, не понимая, к чему он клонит. - Как на счет академии ФБР? - ФБР? – мои глаза загорелись любопытством. Безусловно, в голову мне приходила эта идея, но серьезно я ее не рассматривала. - Да, есть одно место, и я могу поспособствовать твоему поступлению. Как всегда план дяди оказался удачным, я с отличием закончила академию и поступила на службу. Самым сложным оказалось найти мне такую должность, чтобы мои творческие способности не были погребены под ворохом никому ненужной бумажной работы, а именно с этого обычно начинают новички. Меня устроили в отдел по раскрытию преступлений, связанных с искусством – мошенничество, кражи, подделки и тому подобное. Это было как раз то, что нужно. Параллельно мне удавалось учиться в школе искусств. Такое плотное расписание меня вполне устраивало. Я не особо нуждалась в друзьях или любовниках, хватало вполне теплых отношений между коллегами и сокурсниками. Личная жизнь представляла собой свидания урывками, причем еще в ранние годы я поняла, что предпочитаю женское общество мужскому, хотя и на те и на другие отношения все равно не оставалось времени. К тому моменту, когда я набралась достаточного опыта, чтобы вести дела самостоятельно, мне поступило предложение поработать под прикрытием. Это означало на время порвать все прошлые связи, жить новой личностью и играть чужие роли. С одной стороны – это очень хорошая ступень на пути к развитию карьеры, с другой стороны, я не могла так поступить с Маргарет и Генри. Все решил трагический случай. Маргарет тяжело заболела, рак иссушил ее за три месяца. Сказать, что это был удар для нас с Генри, значит, ничего не сказать. Судьба снова забирала у меня близкого человека. Я не хотела оставлять Генри одного, но он настоял, чтобы я приняла предложение. Это был шанс как-то отвлечься от тяжелых переживаний, сам он тоже погрузился с головой в работу. С того дня моя жизнь круто поменялась. Моя новая личность была для меня спасением от душевных переживаний – отсутствие личных привязанностей являлось главным моим критерием. Я научилась менять маски, не испытывая при этом какого-либо дискомфорта. Освоенные еще во время учебы приемы психологической обработки, помогли мне завести полезные знакомства и связи. Я начала работать в крупных картинных галереях, основной целью было стать своей в богемной закулисной тусовке. И в конечном счете я вышла на нужных людей. В целом работа меня увлекала, я привыкла работать одна или в команде с такими же, как и я, привыкла жить чужими жизнями. Где реальность, а где блеф – для меня уже не имело значения. Я легко вживалась в любую роль, будь то коварная соблазнительница или скромная мышка, акула бизнеса или домохозяйка. Все зависело от цели. Но мое последнее задание оказалось слишком сложным и запутанным даже для меня. Когда требовалось выполнить очередную задачу, мне на почту приходил счет на оплату какого-нибудь кредита. Я должна была идти в здание городского банка, чтобы встретиться со специалистом по обслуживанию клиентов. Он провожал меня в отдельный кабинет, а там меня ждал связной. Он и разъяснял, что мне предстояло сделать. На этот раз в кабинете меня ждал не просто связной, а мой непосредственный начальник и двое других сотрудников, которых я до этого не видела. - Даниэлла, перед нами стоит довольно деликатная задача. Ты вправе отказаться, но кроме тебя я не знаю, кто мог бы справиться. - Я слушаю вас, - сказала я, приготовившись к новым инструкциям. - Уже очень давно мы наблюдаем за крупной сетью, подпольно торгующей произведениями искусства. Представь себе ситуацию: галерея обладает или приобретает шедевр какого-нибудь художника. Работа проходит экспертизу по всей форме, она выставляется на аукцион, и тут выясняется, что на этапе продажи полотно уже поддельное. - Простите, я не совсем понимаю… - Я сейчас объясню. Каким-то образом картины или другие произведения искусства заменяют на подделки, причем очень качественные подделки, такие, что эксперты с трудом их отличают. Куда пропадают оригиналы, это загадка. Но это еще не все. Вместе с шедеврами продаются картины малоизвестных мастеров. Причем продаются в коллекции очень крупных коллекционеров и за хорошие, очень хорошие деньги. - И что в этом странного? - Может и ничего. А может это как-то взаимосвязано. - И что от меня требуется? Внедриться в какой-нибудь аукционный дом? - Не совсем. Нам удалось найти след подпольной организации, которая имеет прямое отношение к исчезновению картин. Нам помогал мэр одного небольшого города. Но он, к сожалению, скончался от сердечного приступа, не успев передать последние важные сведения. Из соображений безопасности мы не посвящали больше никого в это расследование. Он же должен был сообщить, кто из важных деятелей города замешан в этом деле, но не успел. Теперь предстоят выборы нового мера. Мы заинтересованы в том, чтобы он тоже сотрудничал с нами, - сказал мой босс многозначительно. - Я все еще не понимаю, что от меня требуется?- неуверенно спросила я. - Я хочу, чтобы ты соблазнила и женила на себе этого мэра. - Что!?? – моему изумлению не было предела. Я знала, что при работе под прикрытием бывают и такие задания, но я столкнулась с подобным впервые. - Не волнуйся, мы подготовим этого кандидата заранее. От тебя не потребуется больших усилий, просто склони его к сотрудничеству. - Но как? Это ведь живой человек! А если он не захочет? - Это уже наша работа. Позже я узнала, что Уолтеру Мэрдоку пообещали пост мэра и полную неприкосновенность, если он согласится сотрудничать. Оказывается, у ФБР было крупное досье на его отца, в том числе стало известно о его связи с подпольной организацией по продаже картин. Бюро пообещало Уолтеру помилование для его отца, если Уолтер поспособствует в раскрытии всей цепочки. Он оказался хорошим и честным человеком, который согласился изображать весь этот фарс и помогать в расследовании. Мало того, по его инициативе принято решение не ставить в известность Сэмюэля Мэрдока. Все должно было выглядеть естественно. Мы решили изображать влюбленную пару со всеми вытекающими. Я могла бы сразу догадаться, что его рвение имело под собой несколько иные мотивы. Но к тому времени, когда я все поняла, отступать было поздно – слишком много поставлено на карту. Подготовка к основному представлению заняла полгода. Я сделала все возможное, чтобы обо мне узнал Мэрдок старший, подняла все свои связи, подрисовала несколько фактов. По новой легенде я имела выход на важных богатых заказчиков, которые не гнушались иметь дело, в том числе, и с не совсем законными сделками. В итоге он сам нашел на меня. Все было разыграно, как по нотам. Отец с сыном приехали на очередной аукцион, где я представляла неизвестного богатого клиента, который купил очередной шедевр Пикассо. Знакомство завязалось будто случайно, слово за слово и вот я уже по уши влюблена в сына, а отец считает меня своим деловым партнером. Но Сэмюэль не так глуп, он, безусловно, постоянно наводил справки обо мне и проверял каждый мой шаг. Поэтому первое время я, как могла, откладывала момент переезда в их дом, чтобы иметь хоть какое-то поле для свободной деятельности. Неожиданностью для меня стало его предложение профинансировать открытие новой галереи, которой он предложил руководить мне. Наживка была проглочена. Больше тянуть было нельзя. По плану на открытии галереи я должна познакомиться со всеми главными жителями города и по возможности завести дружеские отношения. Я тщательно готовилась к этому представлению – изучала биографии, искала возможные связи с бывшим мэром и Мэрдоком. В итоге в моем списке оказалось несколько имен, в их числе, конечно, была она. В моей работе часто приходится отключать любые эмоции и чувства. Задание прежде всего. Пролистывая личное дело Аланы Маккейн, я, безусловно, обратила внимание на ее привлекательность и яркую биографию, но для меня она была лишь одной из многих подозреваемых. Если бы я знала тогда, как сильно нарушу собственные правила и запреты… Я помню, когда впервые увидела ее на том самом открытии галереи. Темно каштановые густые волосы, темные, почти черные, сияющие глаза, соблазняющая улыбка, как у охотника, который заманивает жертву. Она вела себя уверенно, даже дерзко, оставляя за собой шлейф восхищенных и голодных взглядов мужчин и завистливых женщин. Я встречала такой тип, слишком самоуверенных в своей неотразимости и власти. Они притягивают своим животным магнетизмом, а потом разбивают твое сердце вдребезги, словно выпитый до дна бокал вина. Обычно меня привлекал другой тип женщин, более нежные и менее опасные. Но пройти мимо такой женщины было трудно, она так и источала сексуальные флюиды. Именно поэтому я не собиралась подходить к ней, моей целью на тот момент был судья города, с которым меня хотел познакомить Уолтер. Он как раз увидел меня из другого конца зала, кивнув в сторону судьи Гордона. Я успела сделать всего пару шагов, пытаясь обогнуть женщину в черном платье, когда эта дама вдруг резко развернулась, и содержимое ее бокала тут же оказалось на моем платье. Моя работа приучила меня сдержанно воспринимать любые казусы, а тем более такие мелочи. Я бы даже не обратила внимания на этот случай, просто прошла мимо, переоделась и продолжила запланированное знакомство. Но когда я услышала ее низкий, вибрирующий голос, то мне стало любопытно. Как человек умудряется одновременно извиняться и хамить? Я невольно залюбовалась ее надменным и красивым лицом. В другой раз я бы проигнорировала ее фразу, но мой язык меня неожиданно подвел, выдав в ответ не меньшую колкость. Видимо уже тогда моя способность действовать рационально и разумно уступила место невероятному магнетическому притяжению, которому я так и не смогла противостоять в дальнейшем. Будто во мне пробуждались чувства и эмоции, спавшие или замороженные в моей душе до этого. Я ведь знала, что могу легко поставить ее на место, но меня забавляла ее манера огрызаться и стремление во всем добиваться превосходства. Это делало собеседницу невероятно сексуальной, а общение с ней превращалось в увлекательную игру. В конечном счете, я была вынуждена отправиться в кабинет, чтобы сменить испорченное платье, но позже я решила, что это странное столкновение может пойти мне на пользу. Какая разница, в каком порядке заводить знакомства с жителями города, если это приносит результат. Тогда я еще не знала, куда может завести меня эта случайная встреча.