Решение

На следующий день сразу после школы Кэрол с Софией отправились к Андреа. Шли они туда, во-первых, за найденными Карен в дальнем участке склада, куда изначально сносились все малоинтересные для выживания вещи, канцелярскими предметами в виде тетрадок, блокнотов, карандашей и прочей ерунды, от которой у дочки горели глаза, а во-вторых, за свежей информацией. Ну, или сплетнями, как называл это Эд. Эд, вернувшийся вчера поздно вечером, торопливо поужинал, даже не упрекнув Кэрол в том, что она не успела подогреть еду. В ответ на ее робкий вопрос о Рэндале он отделался парой фраз о том, что того нашли укушенным, поймали и вернули в город Милтону для опытов. О том, как парень сумел сбежать, так ничего узнать и не удалось. Хотя Кэрол почему-то показалось, что это просто те сведения, которые Губернатор не хочет пока или вообще предавать огласке. А потому Андреа сейчас была отличным вариантом: она, если что и знает, обязательно поделится. На складе, кроме Андреа и Карен, оказался еще и Дейл, который что-то убедительно рассказывал только закатывающим глаза подругам. Судя по обрывкам фраз, речь шла о Рэндале. И может быть, как говорил вчера Мэрл, старик и правда приложил руку к побегу паренька? И теперь, наверное, очень расстроился из-за того, что тот, едва выйдя за ворота, погиб, превратившись в эту страшную тварь, над которой еще и эксперименты проводить будут. Приятного мало. Карен, которую заметно утомили все эти разговоры, приветливо улыбнувшись, поманила Софию за собой вглубь склада выбирать то, что ей понравится, а Кэрол подошла к Андреа и Дейлу, вопросительно уставившимся на нее, словно ожидавшим какой-то информации. - Добрый день, - ответил на ее приветствие Дейл и сразу перешел к делу: - Твой муж, он ведь был вчера там? На поисках Рэндала? Что он рассказывал? - Ничего. Потому я и здесь, - улыбнулась она Андреа. - Сказал только, что парня поймали, он был укушен, и его привели… ну, к Милтону. - Мы знаем немногим больше. И я в том числе, - твердо заявила подруга, судя по тону голоса, повторяя эту фразу сегодня далеко не в первый раз. - Простите, но я, правда, знаю мало. И я совсем не рада тому, что Филип недоговаривает, только улыбаясь и отмахиваясь: мол, не стоит мне думать о неприятных вещах. Но и ничего того, что может как-то угрожать городу или нашим людям… - Сама эта ситуация уже угроза! Как ты не понимаешь? Мы теряем себя, теряем человечность в попытках сохранить даже не жизнь уже, а тот ее уклад, к которому так быстро снова успели привыкнуть. Этот мальчик… отношение к нему было недопустимым. Мы убили его своими руками! Его кровь на руках каждого тут! Каждого, кто ничего не сказал против его заключения, против этих варварских разговоров о его казни. Против того, чтобы его, как крысу подопытную, теперь использовали! А могли бы похоронить, подумать, раскаяться, не допускать впредь подобных ошибок! Что, что с нами случилось? Кэрол невольно опустила голову, понимая, что Дейл говорит правильные вещи. Правильные, но в новом времени уже не такие актуальные. И оттого становилось еще более стыдно. Стыдно за то, что она просто не хотела думать об этом. Просто хотела забыть этого мальчика и лишь быть уверенной, что все произошедшее никак не отразится на ней, на ее дочке, на близких, на детях… Андреа тоже хмурилась, заламывая пальцы, и выглядела почему-то смущенной, так непривычно кусая губы. - А как там Хэйли? - поинтересовалась Кэрол. - Она пришла в себя? Ей лучше? Она что-то помнит? - Да, с девочкой все в порядке. Кроме того, что она очень расстроена из-за того, что не справилась со своими обязанностями. Уж очень болезненное у нее самолюбие, - сообщил Дейл. - Я заходил к ней утром, попытался убедить, что это не ее вина. А нападавшего она не видела. К ней подошли со спины, набросили на голову мешок и ударили по голове. К счастью, удар был не сильным. Наверное, это сам Рэндал? - Нет, Дейл, он точно был не сам, - мотнула головой Андреа и честно призналась: - Не буду скрывать, ты первый подозреваемый. Пособником считают тебя. И их можно понять… - Можно,- кивнул он. - Знал бы я, как помочь парню, я бы это сделал. Но, увы… Что я мог? Это не я. - А почему ты так уверена, что он был не один? - подала голос Кэрол, поглядывая в сторону громко выражающей свое восхищение каким-то альбомом Софии, которая уже целый пакет добра всякого набрала. - Он… Я так понимаю, что его успели… расспросить, - замялась Андреа, не поднимая глаз на Дейла, который уже начал сокрушенно бормотать о том, что только нелюди могли пытать умирающего, укушенного ходячим, мальчика. - И он сказал, что его и самого чем-то вроде электрошокера ударили, завязали глаза, а потом бросили в лесу с ножом. Нож самый обычный, по нему найти сделавшего это невозможно. Ну, и я так понимаю, Рэндалу поверили, ведь какой смысл был ему врать, когда его укусили? - Его не кусали, - раздался вдруг безразличный голос от двери, и Кэрол вздрогнула, оглядываясь на бесшумно вошедшего в помещение Дэрила, направившегося прямо к столу для выдачи. - Сигарет дай. - Сейчас, - засуетилась Андреа под изумленным взглядом Дейла. - Как не кусали? - выдохнул старик, чуть ли не в один голос с ничего не понимающей Кэрол. - Ну, так, не кусали и все, - кажется, уже был не рад, что поделился информацией, Дэрил. - А что же тогда с ним произошло? Как же получилось? Его… вы его убили? Пытали, потом просто… А как он стал… - Дейл, тебе бы присесть, - встревожилась его видом Кэрол, заметив, как он схватился за сердце. - Андреа, есть вода? - Я, короче, пошел, - махнул рукой с зажатыми в ней двумя пачками сигарет мрачный Дэрил, пока Андреа отпаивала Дейла, нашедшего в кармане нитроглицерин, водой. - Подожди! - схватила Кэрол его за руку и, только ощутив, как резко он дернулся, разжала пальцы, так не вовремя смущаясь. - Подожди, Дэрил. Так нельзя. Ты пришел, сказал пару слов, ничего не объяснил и хочешь уйти. Скажи все, раз начал. Пожалуйста. Мы должны знать. - У подружки своей спрашивайте! Она, походу, в курсе всего. Я знаю только то, что видел сам. Пацана не кусали. Но ходячим он стал после смерти. Никто не удивился, я вопросов не задавал, нахрен надо. Главное и так ясно. - Андреа? - с трудом выдавил вмиг постаревший Дейл. Вдалеке Карен, покосившись на них и, очевидно, заметив что-то в выражениях их лиц, повела Софию дальше между рядами, обещая показать что-то еще. Кэрол слабо улыбнулась оглянувшейся и счастливо помахавшей ей дочке. Мысли путались, и то, о чем она уже успела догадаться, в голове никак не укладывалось. Хотя бы потому, что верить в подобное просто не хотелось. Не хотелось жить с этим знанием. Жить, зная, что после смерти ты станешь этой тварью. Что любой человек в городе, умерев естественной смертью или от болезни, превратится в это. Убьет свою семью, пойдет к соседям… И все заново. - Да! Да, я знала! Я обещала ничего не говорить! - вздохнула Андреа под насмешливым взглядом Дэрила. - А что даст эта информация? Только панику. Только страх. Страх, и это притом, что сейчас далеко не все становятся ходячими. Это почти неподтвержденное предположение, правда. Времени прошло слишком мало, мы знаем слишком мало. Но в больнице один человек уже умер и он, едва превратившись, тут же умер снова, уже окончательно и бесповоротно. По теории Милтона, с которой и доктор Калеб согласен, только один из ста становится этим ходячим нового типа, остальные должны сразу погибать. Это вирус или что оно такое, преобразившись, может жить далеко не в каждом умершем организме. Но кого и по какому принципу он выбирает – непонятно. Вот Рэндала выбрал. - Ты же понимаешь, что люди должны знать? - покачал головой Дейл. - Хотя бы для того, чтобы пытаться соблюдать меры предосторожности. Господи, я не хочу, умерев в своей постели, потом оказаться причиной чьей-то смерти, ты понимаешь? Люди должны знать, как вести себя рядом с умирающими, должны при малейших признаках недомогания идти в больницу, чтобы, если уж умереть… - Да хрен кто пойдет, - подал голос прислонившийся спиной к стене и крутящий в руке зажигалку Дэрил. - Нет, ну, такие, как ты, пойдут. А половина точно забьет. - Но хотя бы кто-то, - поддержала Дейла Кэрол, уже в красках представляя себе обратившегося Эда и волевым усилием убеждая себя, что он еще слишком молод и вполне здоров, чтобы просто так умереть в их супружеской постели в ближайшее время. - Мам, смотри, что у меня! - прибежала София с пакетом, полным тетрадок и прочего добра, суя ей ярко-розовую шапку с огромным помпоном. - Ей понравилась, - улыбнулась Карен, пожав плечами. - Не нужно было. София, ну куда тебе столько всего? - Мам, там очень много! Всем-всем еще хватит! А Лиззи и Мика уже были тут! И Молли! И Патрик! И Карен сказала, что все столько же брали! А мы домой скоро? - Да, уже идем, милая, - кивнула Кэрол, понимая, что тут ее ничего уже не держит – она узнала все, что хотела и даже больше. Попрощавшись и искренне поблагодарив за все Карен с Андреа, Кэрол, ободряюще улыбнувшись Дейлу, который наверняка, как только лучше себя почувствует, отправится по гостям, рассказывая всем о том, что он узнал, запнулась во вдруг распахнувшихся перед ее лицом дверях. Удивленно оглянувшись, она едва не ударилась о грудь стоящего позади и вежливо пропускающего их вперед Дэрила. Он тоже решил покинуть склад, получив желаемое. - Мистер Диксон, а вы тоже домой? Идемте с нами! - пригласила счастливая София, все еще крутя в руках пакет, полный столь дорогих ее детскому сердцу новых вещей. Он только едва заметно кивнул, закуривая и идя на расстоянии в пару шагов. С ними, но вроде как и отдельно. А Кэрол, косящаяся на его немного заплетающиеся всегда ноги, не знала, как начать разговор. Не знала, о чем говорить. Не знала, стоит ли вообще говорить с тем, чей голос в последнее время заставлял сердце сладко щемить. И уже никакие самовнушения не помогали. Этот человек ей определенно нравился. Да сколько можно врать самой себе? Этот мужчина ей нравился. Удивительно, дико, странно и так неправильно. - Кто его? Рэндала? - тихо спросила она, не сдержавшись, видя, что София прошла вперед, все еще самозабвенно пытаясь на ходу рассмотреть какой-то альбом с раскрасками. - Какая разница? - Я не буду никому говорить. - Не твой муж, - одновременно с последним словом Дэрил сплюнул, не глядя на нее. - И не ты? Дэрил? - Блин, леди, тебе не пофиг? Забей. Не забивай себе голову всем этим. Все уже. Пацана нет, забыли. Помотав головой, Кэрол ускорила шаг, чтобы успеть вслед за заторопившимся вдруг куда-то Дэрилом, тщетно пытаясь заглянуть в его лицо. В лицо того, кто, конечно, не убивал мальчика. Не мог просто взять и убить. Лучше кто угодно другой. Даже Эд – в том, что он способен застрелить безоружного и слабого человека, она, как ни страшно было признаваться самой себе, не сомневалась. - Ответь, пожалуйста. Дэрил! - Ну, я. Довольна? Можешь теперь с чистой совестью делать вид, что мы ни хрена не знакомы даже, - усмехнулся он. Кэрол криво улыбнулась растерянно оглянувшейся и, судя по выражению лица, ничего не понимающей из их разговора Софии и опустила глаза, разглядывая дорогу под ногами. И отчетливо понимая, что даже если вдруг Дэрил сказал правду, а он наверняка соврал, в очередной раз почему-то просто злясь то ли на нее за что-то, то ли на себя за то, что продолжает с ней общаться, она уже ничего с собой поделать не сможет. Этот человек, как-то исподволь и незаметно, стал ей дорог. И это уже не изменить. - Ты врешь, Дэрил, - тихо проговорила она, поднимая на него, только покосившегося исподлобья, взгляд. - Это сделал не ты. Зачем ты врешь? Считаешь мой вопрос настолько неуместным? - Не понимаю просто, нафиг это тебе. Должно быть все равно. - Должно быть, - кивнула Кэрол и поймала на себе очередной взгляд Дэрила: короткий, изумленный, обжигающий. Такой, словно он понял, что не безразличен ей. Как друг, как человек, как мужчина. Хотя нет, вряд ли понял. Иначе бы, наверное, скомкано попрощался и постарался бы уже сам сделать вид, что они ни разу не знакомы. Он и без какой-то там несуразной, малоприметной и надоедливой дамочки, коей он ее наверняка считает, не любит лишнего физического и психологического контакта. А если узнает, что она, будучи замужем, и будучи такой, какая она есть, интересуется им совсем не как соседом или приятелем… Боже, как глупо. - Блин, это Кроули. Довольна? - сдался он и покосился на свой дом, к которому они уже приближались. - Ладно, мне к вылазке надо готовиться. - Ты на вылазку? Почему? Ты обычно не ходишь, - нахмурилась Кэрол, впервые об этой вылазке вообще слышащая: вероятно, решение о ней приняли лишь сегодня. - Угу. Завтра. В город, вот и берут всех, кого могут. - Но вы же вернетесь? - снова оглянулась София, уставившись на опешившего от такого внимания их обеих Дэрила. - Куда я денусь, - буркнул он почти смущенно. - Береги себя, ладно? - сама не понимала, почему так тревожится, Кэрол, ловя его растерянный взгляд и сдерживаясь, чтобы прямо здесь, среди улицы, не коснуться кончиками пальцев хотя бы его плеча. Коснуться его куртки – даже этого она не могла. Даже на это не имела права. Даже это было бы слишком. Самое главное – помнить, что ему это не нужно. - Не маленький, сам разберусь, - хмыкнул он, отмахиваясь от них обеих, требовательно ожидающих ответа и подобающего прощания. - Возвращайся, - улыбнулась Кэрол. Он поднял глаза, в которых можно было утонуть, если бы не София, пискнувшая какое-то очень вежливое прощание и явно не понявшая, почему ее мама застыла посреди дороги, не в силах отвести взгляда от соседа. Точно также замершего напротив и вздрогнувшего при звуках ее голоса. - Вы это… - хрипло проговорил он, когда Кэрол, едва слышно пробормотав прощание, уже отвернулась. - Ну, тоже тут… - Мы будем в порядке, спасибо, Дэрил, - оглянулась она на коротко кивнувшего Дэрила, которому София махала рукой. - И папа уйдет, да? - подумав о чем-то с минуту уже на пороге дома, совсем не расстроено уточнила дочка. - Думаю, да, милая, - кивнула Кэрол. - Хорошо! София, не скрывая улыбки, унеслась в свою комнату и, судя по шороху, тут же вывалила содержимое пакета прямо на кровать, наслаждаясь своим сокровищем. А Кэрол, пройдя на кухню, без сил опустилась на стул, пытаясь привести путающиеся мысли в порядок. Все смешалось. И слова Дейла о том, что все они растеряли здесь свою человечность. И новые знания о том, что любой умерший человек может превратиться в ходячего. И надежда на то, что Эд примет участие в вылазке и задержится там как можно дольше. И тревога за Дэрила вместе с желанием, чтобы он как можно скорей вернулся из вылазки. И глупые, не дающие сосредоточиться ни на чем мысли о том, что было бы, если бы Эда не было. Если бы она сама выглядела совсем иначе. Если бы была смелей и сильней. Если бы она нравилась Дэрилу. Он бы привлек ее к себе, прощаясь? Прижал бы крепко к пахнущей сигаретами груди? Коснулся бы губами ее губ в коротком поцелуе? Интересно, какой он, Дэрил Диксон, в отношениях? Любящий или позволяющий себя любить? Порывистый или нерешительный? Грубоватый или нежный? Смелый или стеснительный? Ведь кто знает, каким он может оказаться наедине с той, которую полюбит, которой будет доверять, с которой захочет быть вместе. Каким угодно, наверное. И пусть будет, каким угодно. С кем угодно, кроме нее. Пусть. Только бы возвращался в целости и сохранности. Эта странная тревога преследовала Кэрол еще несколько дней, не давая спокойно насладиться почти целой неделей без мужа. И, как оказалось, тревожилась она не зря. Новость о том, что из вылазки вернулись все, но некоторые, в их числе и Дэрил, крайне нуждаются в медицинской помощи, застала ее, как раз задержавшуюся после медицинских курсов с доктором Калебом за обсуждением прошедшего урока. В ответ на вопрос Калеба, может ли она помочь с раненными, ведь рук на всех у него с Патрицией не хватит, она, не задумываясь, согласилась. А как же иначе?