Решение

Разлепив веки, Кэрол поморщилась от солнечного света и озадаченно уставилась на край журнального столика, который она видела прямо перед собой. Вся одежда была на ней, словно она случайно уснула в гостиной. Но плед, заботливо укрывающий ее, казался и вовсе странным. Краем взгляда она вдруг заметила что-то совсем уж необычное и слегка повернула голову, видя Дэрила, полулежащего на кресле. Он наблюдал за ней из-под полуприкрытых век, и Кэрол тут же вспомнила о том, как, наверное, выглядит сейчас: после вчерашних слез, уставшая, бледная, немолодая, испуганная. Правда, страх от неожиданности давно пропал, сменяясь воспоминаниями о вчерашнем вечере и легким смущением. Она просто взяла и уснула. Надо же. Даже не почувствовала, как Дэрил уложил ее на диване, подложив под голову подушку и накрыв пледом. Даже не услышала, как он сам пересел на кресло. И почему-то думала совсем не о том, о чем стоило бы в свете вчерашних событий. Ни о чем таком думать вообще не хотелось. Зато мысли о том, почему Дэрил, раз уж решил здесь и переночевать, перебрался на кресло, а не остался рядом на позволяющем это диване, не уходили. Хотя, конечно, представить себе то, что Дэрил лежал бы рядом всю ночь, прижимая ее к себе во сне, было сложно. Зато так приятно… - Доброе утро, - прошептала она, приподнимаясь и потирая руками веки. - Ну, как сказать, - пожал плечами смутившийся от ее взгляда Дэрил. - Ты уснула вчера. Я не знал, дверь захлопывается или нет. Ну, в общем, я тут… - Все в порядке, Дэрил. Спасибо, - кивнула Кэрол торопливо. - Я пойду, - так же поспешно встал он, суетливо приглаживая волосы, торчащие в разные стороны. - А может, все-таки позавтракаешь? А потом мы и сами в школу пойдем, - попросила Кэрол. - У тебя ведь дома, наверное, и поесть нечего, чтобы быстро и горячее. А у меня все готово, только разогреть. Оставайся. Поколебавшись, он кивнул и, похлопав себя по карманам, отправился на кухню, открывая окно, чтобы не надымить в помещении. Вздрогнув от ворвавшегося в дом холода, Кэрол ушла умываться и будить Софию, которая, все еще зевая, начала собираться в школу. Стук в дверь застал Кэрол на полпути на кухню, где уже никого не было, а окно было плотно закрыто. Покуривший Дэрил тоже пошел умываться. Сердце кольнуло страхом, что это мог вернуться Эд, и Кэрол горько усмехнулась, понимая, что стук совсем не похож на его, но что она теперь еще долго будет так вот вздрагивать от каждого звука на пороге своего дома. Открыв дверь, она увидела Лори и удивленно улыбнулась. - Привет. Кэрол, я слышала… Про Эда. Ты как? Если плохо себя чувствуешь или хочешь побыть дома, то мы в школе сами справимся, - быстро заговорила подруга, встревожено вглядываясь в ее лицо и касаясь ее плеча. - Спасибо. Спасибо, но все в порядке. Мы придем в школу как обычно. Не переживай, - ответила Кэрол и удивленно хлопнула глазами, видя, как меняется лицо Лори. Так, словно она призрак увидела. Или что-то похуже. Проследив за взглядом подруги, Кэрол оглянулась и едва не застонала вслух. Действительно, похуже. Лучше уж призрак, чем вышедший как раз из ванной комнаты и застегивающий верхние пуговицы рубашки Дэрил. - Я смотрю, тебя есть кому утешить, - проговорила Лори скованным голосом. - Я пойду. Увидимся в школе. - Лори! - попыталась задержать ее Кэрол. - Там поговорим уже. Я рада, что ты… держишься, - отмахнулась та. Лори быстро ушла в сторону своего дома, а Кэрол закрыла дверь и не сдержала громкого вздоха. Нет, подруга, конечно, ничего никому не скажет. Это несомненно. Кэрол ведь молчала о ее отношениях с Шейном. Но могла же прийти и не она, а кто угодно из жителей города, и друзей Эда, или вообще сам Губернатор, к примеру. И перед ними всеми даже оправдываться бы уже смысла не было. Если Лори выслушает и постарается понять, то остальные даже слушать не будут. Даже если Кэрол сейчас расскажет всем, как мучил Эд ее раньше, поверят лишь единицы. А остальные решат, что это ее глупые оправдания, чтобы ее интрижка с Диксоном не выглядела так низко в первую же ночь после пропажи и возможной смерти мужа. - Проблемы? - раздался над ухом голос Дэрила, и Кэрол испуганно вздрогнула, оборачиваясь. - Все в порядке. Идем завтракать, - она повысила голос. - София! Кушать! - Я не слышал, что кто-то пришел. Услышал бы, переждал. Болтать теперь начнут, блин. Хрень всякую. - Нет. Нет, Лори не скажет никому. Не переживай, - рассеянно пробормотала Кэрол и устало потерла ладонью лоб, когда вбежавшая на кухню София изумленно притормозила при виде усаживающегося за стол Дэрила. - Ой. Здрасте, то есть. А вы у нас ночевали, да? - с любопытством уставилась она на низко склонившегося над своей тарелкой Дэрила. - Нет, милая. Мистер Диксон зашел передать кое-что только что. И я пригласила его позавтракать с нами, ты же не против? - Нет, конечно! Во взгляде дочки промелькнуло странное разочарование. Или Кэрол это только показалось. - Ну да, я же слышала стук в дверь! И забыла сразу, - вспомнила София, слышавшая приход Лори. - Да, - подтвердила Кэрол и постаралась отвлечь ее от любых домыслов разговором о предстоящем дне. Ей еще только дочки, думающей, что мистер Диксон тут ночует, и способной сболтнуть это случайно кому угодно, не хватало. Как же все стало вдруг сложно. Даже сложней, чем при Эде. Ведь при нем Кэрол никогда бы не рискнула приглашать Дэрила или кого угодно другого остаться в гостях с ужина до завтрака. Да и он бы вряд ли, будь ситуация иной, соглашался бы вообще задерживаться в ее доме больше, чем на несколько минут, есть здесь, ночевать, обнимать ее. Или то, что касается объятий, поглаживаний плеч и даже, кажется, волос, Кэрол уже приснилось? Она не помнила. А непроницаемое выражение лица Дэрила, позавтракавшего с необычной и восхитившей хихикнувшую Софию скоростью никаких ответов на этот вопрос не давало. Он скомкано попрощался и сбежал, прежде чем Кэрол встала его проводить. Хотелось надеяться, что то, как он выходит из ее дома с утра пораньше, не видел никто. *** День в школе выдался не самым приятным. Мало того что Лори очень осуждающе косилась на Кэрол все время, так еще и все вокруг были в курсе того, что Эд не вернулся с вылазки, а потому чувствовали себя обязанными выразить свое сочувствие. Софию окружили дети, услышавшие новости от родителей и опекунов. А Кэрол крепко обняла Бет, шмыгая носом и выражая свои соболезнования, но потом торопливо улыбаясь и преувеличенно бодрым голосом заявляя, что она, конечно же, нисколько не сомневается в том, что Эд жив и скоро вернется. Потом Кэрол отозвала в сторонку Лили и тоже начала высказывать свою поддержку, говоря, что они с Софией в любое время могут обращаться к ней или Филипу по любому вопросу. Что им будет оказана любая возможная помощь. И что они не должны ничего бояться – даже в отсутствие мужа и отца город их непременно не оставит и защитит. Голос уже сел от повторения однотипных благодарностей, а глаза болели из-за того, что Кэрол, в чье лицо жадно вглядывались некоторые посетители, которых в этот день в школе было много, порой прикрывала их платком, показывая свою якобы искреннюю печаль. Почему-то в те дни, когда Эд был рядом, она только молилась, чтобы он исчез и не вернулся, и совсем не думала о том, как это непросто – разыгрывать тоску там, где ее нет. Какая может быть тоска, если единственное, что ей хотелось сейчас сказать всем сочувствующим: чтобы они открыли глаза. Чтобы вспомнили, как смотрел на всех них Эд, как презирал их и что он о них говорил. Что говорил ей. Что говорил и про нее, как называл ее, как унижал и избивал. Сказать бы честно и прямо всем им в полные сочувствия или любопытства глаза и посмотреть, как они изменятся в лицах. Но так нельзя. И потому Кэрол молчала, кивала, шепотом благодарила и иногда подносила к глазам платок. Кажется, переигрывала. Но этого не заметил никто, кроме лишь укоризненно покачавшей головой Лори. Которая, когда они возвращались вместе со школы, притормозила у дома Кэрол. - Пригласишь на чай? - спросила она, и было ясно, что интересует ее вовсе не чай. - Конечно, - кивнула Кэрол, уже морально готовясь к предстоящим нотациям и жалея, что рядом нет Андреа. Уж она бы точно нашлась, чем ответить Лори. Пошутила бы, отмахнулась бы беспечно и заявила бы Кэрол, что она молодец. Во всем, кроме того, что до сих пор не затащила Диксона в постель и что не ушла от Эда давным-давно. Но Андреа рядом не было, а сама Кэрол хоть и могла все это сказать, но только до сих пор боялась. Кому угодно. Даже близкой подруге. Накормив детей обедом, они обе, не сговариваясь, взяли свои чашки с чаем и переместились в гостиную. Лори подняла на Кэрол тяжелый взгляд, наверное, ожидая каких-то оправданий. Но говорить ничего не хотелось. Если подруге хочется обсуждать все это, то пусть сама и начинает. А Кэрол все равно. - Мне всегда очень неловко заводить такие разговоры. Даже с тобой. Хотя, наверное, я с тобой единственной и стала бы о таком разговаривать. Хотя бы потому, что мне не все равно, как ты… - вздохнула Лори, собираясь с мыслями. - Я ведь помню, как я сама реагировала, когда со мной о подобном пытались поговорить. Но и промолчать я не могу. Даже не имею права с учетом того, что я была на твоем месте и совсем недавно. - Все совсем не так, - мотнула головой Кэрол. - Ты утром ушла и не выслушала меня. Между нами ничего не было. У нас не было секса. Мы не целовались. Мы просто говорили, я уснула на диване. Он на кресле. Вот и все. Мы просто слишком устали. Это ничего не значит. - Я понимаю, что у вас ничего не было. По вам видно, - улыбнулась подруга печально. - Но ты так сразу не отрицай, что наши ситуации не похожи. У тебя пропал муж и, скорей всего, он, прости, мертв. Во всяком случае, именно это говорят его друзья. Они не верят в то, что он выжил. А рядом есть мужчина. Друг. Который и принес тебе, наверное, вчера печальную весть. Который остался рядом. Может быть, обнял? - предположила она и, увидев что-то в лице торопливо опустившей глаза Кэрол, кивнула сама себе. - А потом просто остался рядом. До утра. У меня было ровно так же. Ты же не думаешь, что я в первую ночь после новости о смерти Рика бросилась в объятия Шейна? Хотя, скрывать не буду, я бросилась туда быстро. Слишком быстро. Наверное, потому что и раньше порой поглядывала на него. Запрещала себе эти мысли. Думала, что они вызваны просто скукой, просто обидами на Рика… А потом… Ты сама оглянуться не успеешь, как все завертится… - Эд может вернуться. Я это понимаю. А Дэрил… он не Шейн, ты ведь знаешь. Он совсем не такой. - Да! Да, и именно потому, что Дэрил совсем не такой, как Шейн, я тебя в этой ситуации и не понимаю. Ты рискуешь всем. Ты рискуешь семьей и привычной жизнью ради того, кто палец о палец не ударит, чтобы быть вместе с тобой. Чтобы заботиться о тебе, чтобы оберегать тебя и быть рядом. Кэрол, ну подумай сама, это же Диксон. Он не позовет тебя жить в свой дом, у него хватит мозгов. Я, конечно, там ни разу не была, но, думаю, его жилище выглядит так же, как и он сам. - Там нормально, хотя уборка не помешает, - не подумав, встала на защиту дома Дэрила Кэрол. - Отлично, ты уже и это знаешь. Что еще? Ты сказала, что между вами этой ночью ничего не было… Но у вас было что-то раньше? Я права? И кто был инициатор? Кэрол, у меня не праздное любопытство. Просто если Диксон, в самом деле, сделал какие-то серьезные шаги тебе навстречу, показал, что у него есть чувства, а не просто привязанность к местной маме всех бедных, несчастных и обездоленных, как тебя однажды в шутку Шейн назвал за твою доброту ко всем подряд, если он предложил что-то конкретное и как-то доказал, что способен на серьезные отношения... Что ж… Я, конечно, предостерегу тебя от поспешных решений, но умою руки. Просто хочу, чтобы ты была счастлива, Кэрол. - Я понимаю. Понимаю. И, наверное, ты в чем-то права по поводу Дэрила. Но дело в том… дело в том, что даже если не брать в расчет Дэрила, я не очень счастлива с Эдом. И когда я говорю «не очень»… - Я заметила. Давно уже. Но разве сейчас встретишь семью, прожившую много лет и сохранившую идеальные отношения? Страсть проходит, на смену ей приходит взаимное недовольство. Нет, конечно, есть счастливчики… Были, верней, - хмыкнула Лори. - Сейчас-то вообще редко встретишь сохранившуюся семью. Но я ведь себя тоже раньше этим оправдывала. Тем, что я несчастна с Риком. И почему-то никогда не задумалась, а счастлив ли он со мной? И это, кстати, тоже много значит. Я тут на днях… Лори нервно облизала губы, словно сомневаясь, рассказывать или нет, и отвернулась, глядя куда-то в сторону. Кэрол не стала ее торопить, решив, что подруга, если захочет, расскажет тогда, когда подберет нужные слова. - Я с Шейном разговаривала. Верней, ссорилась. Весь разговор получился криком, можно сказать. Зашла одна к мужу в обед в участок. Его не оказалось. Зато был Шейн. Злой. И я раздраженная. Слово за слово… Я даже не знаю, с чего все началось. Вот сейчас пытаюсь вспомнить и не помню. И я сказала что-то об… Андреа. Что он так быстро опускает руки… Да, ты правильно поняла: я где-то там, в глубине души, несмотря на то, что это было единственно правильным решением ситуации тогда, обиделась на Шейна, что он просто отступил в сторону, когда Рик вернулся. Просто ушел и не попытался ничего сделать. Да, потом он спохватился. Но, - она робко покосилась на Кэрол и махнула рукой. - Нет, даже если бы он сразу попытался меня удержать, я не согласилась бы, ты не подумай. Но обида почему-то осталась. Ну, вот и высказалась по поводу Андреа с намеком. А он вдруг словно с цепи сорвался: начал перечислять все мои недостатки. И знаешь, их ведь и правда немало. И злюсь я часто, и с Карлом мало занимаюсь, и готовлю отвратительно. И ведь Рик всегда ел и хвалил. Все эти годы! Улыбался и все ел! Я думала, что мне только кажется, что все не так уж вкусно. А Шейн сказал, будто Рик чуть ли не давится всем этим. Как и он сам. Вот только Рик молчал все пятнадцать лет, что мы вместе. Ни в одной ссоре не упоминал все это. А Шейн… Я после полночи не спала и думала. И знаешь, я всю жизнь винила в том, что у нас не ладится брак, именно Рика. И почему-то не думала, что я сама точно так же влияю на наши отношения, как и он. Точно так же негативно порой. - Лори, я понимаю, о чем ты, но… - вздохнула Кэрол, которая все отлично понимала и не раз задумывалась о том, что у Эда, в самом деле, есть поводы злиться на нее. Она была образцово-показательной женой. Но лишь внешне. А вот любви, страсти, желания никогда не ощущала. Потому и надраивала ежедневно дом до блеска, потому и готовила так хорошо, потому и покорялась всегда и всему. Просто чувствовала вину за свою холодность. За то, что она живет с Эдом поначалу из чувства благодарности за то, что он ее вообще взял, можно сказать, с улицы, а потом из чувства безысходности, не желая вновь возвращаться на эту самую улицу. - Нет. Я все сказала, и не нужно передо мной оправдываться или что-то мне объяснять. Я хочу, чтобы ты знала, что я приму любое твое решение. Любое. И поддержу тебя в любом случае. Я просто не хочу, чтобы ты переживала то же самое, что довелось пережить мне. Так что, прости, если я была где-то резка, - поднялась с дивана Лори и громко позвала Карла, который был в комнате Софии все это время. Подруга обняла Кэрол, ее глаза блестели, и она еще раз попросила прощения. Кажется, ей этот разговор тоже был нужен. Просто чтобы выговориться лишний раз и получше понять саму себя. Когда они уже прощались в прихожей, кто-то постучал в дверь: очень громко и торопливо. Показавшийся на пороге Патрик, задыхаясь, целую минуту и слова не мог вымолвить, а потом широко улыбнулся. - Мэм, там это. Вернулись! Ваш муж, в смысле. И мистер Диксон! В больнице оба! Губернатор послал меня сказать вам сразу! Всю дорогу бежал! - Папа вернулся? - пискнула София и испуганно покосилась на охнувшую Кэрол, которая даже не додумалась предложить бедному парню воды. Что за нее сделала Лори. Которая поблагодарила Патрика, помогла одеться Софии и пообещала Кэрол, что присмотрит за той столько, сколько понадобится. Они все ушли и, наверное, нужно было спешить в больницу. Спешить, чтобы улыбаться Эду, притворяясь счастливой перед ним и всеми остальными. А потом снова выслушивать его попреки, крики и насмешки. Как же недолго длилось счастье…