Решение

Кэрол шла по улице, то ускоряя шаг до боли в боку, то резко замедляя его и пытаясь не расплакаться. Все ее надежды и мечты, на которые у нее за эти сутки даже времени почти не было, рассыпались прахом. Эд жив и он вернулся. Патрик вот только не сказал, в каком он состоянии в больнице. А вдруг все плохо? И он при смерти? Или все еще хуже, и он останется инвалидом? Инвалидом, которого, наверное, можно будет бросить, не боясь его мести. Зато осуждение окружающих… Ничего приятного в этих мыслях не было, и Кэрол, коротко улыбнувшись пробегающей мимо больницы Мэгги, которая бросила ей довольно сухое, потому что никогда не любила Эда, поздравление, вошла в здание. Ориентировалась она тут отлично и прекрасно знала, куда доставляют раненых на вылазке. Да и по голосам можно было понять. Навстречу ей вышел Губернатор в компании Лили и Кроули и широко улыбнулся, указывая на один из кабинетов и радостно сообщая, что она может забирать своего героя домой. Так Эда еще никто не называл. Но, видимо, то, что он как-то умудрился выжить там, снаружи, действительно сделало его личность немного героической в глазах некоторых окружающих. Вот только Кэрол это скорей огорчало, чем радовало. Чем больше вес мужа в обществе, тем более сложно будет от него уйти. Хотя для начала нужно вообще решиться уйти. А сейчас думать обо всем этом просто бессмысленно. Уже подойдя к нужной палате, она едва не столкнулась с выходящим оттуда доктором Калебом, объявляющим Эду что он, конечно, может идти домой и там уже заниматься многочисленными, но неопасными ссадинами. Кэрол замерла при виде мужа, который выглядел просто ужасно с исцарапанным лицом, тенями под глазами, в грязной разорванной одежде, с непривычной усталостью во взгляде. А он шагнул к ней и резко привлек к себе, обнимая. Доктор вошел в соседнюю палату, откуда сразу же послышался голос Мэрла. Громкий и раздраженный. Интересно, а Дэрил тоже уже здесь? Он знает, что его брат нашелся? Его позвали? - Черт, я думал, я не выберусь из того ада, - пробормотал Эд, отстраняясь слегка и вглядываясь в лицо Кэрол, которая скользнула кончиками пальцев по его лицу, осматривая ссадины и уже рассчитывая, что ей понадобится дома в первую очередь, чтобы оказать ему первую помощь. - Все уже позади, - улыбнулась она и замерла, когда он прижался щекой к ее ладони, а потом снова заключил ее в свои объятья. Грязный, пахнущий кровью и потом и потому все же вызывающий жалость. Своим внешним видом, непривычным поведением, судорожными вздохами. Судя по всему, эта ситуация оказала на него огромное влияние. Казалось, что ушел на вылазку один человек, а вернулся совершенно другой. Но ведь так только казалось. И сейчас он придет домой и снова начнет качать права, ругаться на Кэрол и пугать Софию. Все до боли предсказуемо. Стукнула дверь соседнего кабинета, и Кэрол вздрогнула, слегка отодвигая от себя Эда, который, оглянувшись и увидев Дэрила, и сам от нее отстранился. Правда, одну руку на плече все же оставил. Но Дэрил этого словно не замечал. Он, казалось, вообще не видел Кэрол. Смотрел только на Эда каким-то странным взглядом. Да и сам был необычный. Ему бы радоваться, а он весь посеревший, с убитым взглядом и непроизвольно то и дело сжимающимися кулаками. Неужели с Мэрлом все не так хорошо, как с Эдом? Но говорил он довольно бодрым голосом… - Мэрл мне рассказал, - выдавил Дэрил, приблизившись. Он по-прежнему как будто не замечал Кэрол, глядя в пол. На мгновение поднял какой-то странный взгляд на Эда и вдруг протянул ему руку. А муж, словно прекрасно все понимал, пожал ее в ответ, кивая коротко. Это было так странно, так не понятно и так… Так неправильно! Стоило только вспомнить отношение Дэрила к Эду с тех пор, как он увидел синяки Кэрол. Да и раньше он Эда не очень-то жаловал. А уж про Эда и вовсе говорить нечего: после той драки он младшего Диксона вообще ненавидеть должен был. А не руку пожимать с таким понимающим видом. Немая сцена продлилась недолго. Дэрил просто развернулся и снова скрылся в палате, откуда раздавался громкий голос Мэрла, изредка прерываемый пытающимся что-то тоже вставить доктором Калебом. - Идем? Устал зверски. И голодный, как не знаю кто, - вырвал Кэрол из задумчивости Эд. - Да, конечно. Идем. Тебе нужно отдохнуть, - согласилась она машинально своим обычным покорным и тихим голосом. Но не успели они сделать и шага, как из палаты буквально вылетел Мэрл, за которым следовал мрачный Дэрил и недовольно качающий головой доктор. - Но ежедневно приходи в больницу. За рукой нужно следить. Это не шутки! - пытался воззвать к разуму рвущегося домой Мэрла Калеб. - Блин, док, ты это рукой называешь?! Да ты оптимист, я погляжу, прям вообще. Колес мне лучше дай посильней. А я уж сам разберусь, чего мне и как лечить. Вон, одна из твоих медсестричек живет в соседнем доме, не обломается заходить перевязывать, или чего там надо? Отпустишь, друг? - обратил Мэрл внимание на вросшую в землю при виде того, что раньше было рукой, а теперь превратилось в обрубок от кисти, Кэрол. - Клятвенно обещаю не зариться на твое сокровище. Я твою речь, блин, про то, как ты каждого, в ее сторону глянувшего, убить готов, наверное, и правда, до смерти не забуду! Прикинь, братишка, мы там сидим в какой-то богом забытой дыре, вокруг куча ходячих, с жизнью прощаемся, а он заливает о своей бабе, мол, и такая она и растакая, и хрен я умру тут, оставив там ее одну! - Заткнись уже, наконец, - буркнул Дэрил, пряча глаза. - И ты еще каких-то лекарств просишь? - снова покачал головой Калеб. - Таблетки уже сработали. Заметно. Кэрол, тебе не обязательно… - обратился он к ней. А она только покосилась на Эда, который пожал плечами, кажется, не имея ничего против того, чтобы она выступила частной медсестрой старшего Диксона. - Ладно. Мне несложно. Я буду заходить после школы, - согласилась она и, торопливо попрощавшись с доктором, позволила мужу увлечь себя на выход. Мэрл продолжал о чем-то разглагольствовать, дожидаясь, пока ему принесут лекарства, которые он будет пить дома. Дэрилу предстояло непростое время с братом, получившим такую серьезную травму. Лишиться правой руки непросто для любого. А уж для такого человека, как Мэрл, и подавно. - Что с его рукой случилось? - поинтересовалась Кэрол у тяжело шагающего рядом Эда. Все на улице оглядывались на них и искренне улыбались, радуясь тому, что оплакивать двоих погибших добытчиков города им все-таки не придется. - Укусили. Нужно было выбираться из стаи, ну и цепанули его за палец. Пока нашли минуту отрезать… В общем, решили всю кисть нахрен. Рисково, конечно, блин. Думали, может, от локтя… Потом в одной забегаловке сидели и ждали, пока ходячие, которые за нами увязались, отойдут. И ждали, блин, обратится он или нет, - словно переживал заново все эти моменты Эд, эмоционально рассказывая о недавних событиях. - У него температура поднялась. И хрен знает от чего, понимаешь? То ли заразился. То ли от того, что руку отчекрыжили. Вырубился даже. А там тачка стояла. Ну, я его связал на всякий случай и запихнул туда. Так и ехали. Вообще, я думал бросить его. Ну, когда он вырубился. Он задумчиво замолчал, словно сам не понимал, почему передумал, а Кэрол достала из кармана ключи, решив, что заберет Софию у Лори чуть позже. Сначала накормит Эда ужином, обработает его раны, уложит спать. Ну а потом уже и дочку можно будет привести домой. Тоже как раз ко сну. - А почему забрал? - рискнула спросить Кэрол, которой было действительно интересно, чем руководствовался муж, спасая Мэрла Диксона. Теперь она, наконец, понимала, что значило то рукопожатие от Дэрила, благодарящего так за брата. - Подумал, что, может, и меня так когда-то не бросят, - искренне признался Эд и застонал, устало заходя в дом и сбрасывая куртку прямо на пол. - Черт. Как я устал. - Что сначала? Кушать или разберемся с твоими ссадинами? - Есть. Мы все это время на паре банок консервов держались, - ввалился Эд на кухню и плюхнулся за стол. Кэрол начала было разогревать кашу с мясом, но он сказал, что поест и холодное, и действительно принялся за ужин с таким аппетитом, которого никогда не показывал. Приготовив чай, Кэрол покосилась в сторону шкафчика, в котором стоял коньяк. Но предлагать сама не стала, решив, что нальет мужу алкоголь, только если он сам попросит. Ведь выпивший он чаще становился злым и раздражительным, чем добродушным. А очередного скандала с вопросами, ждала ли она его и чем тут без него занималась, ей не хотелось. Поев и осушив чашку с чаем в несколько глотков, Эд послушно прошел вслед за Кэрол в ванную, где удобней всего было понять, в какой именно обработке он нуждается. Да и помыться ему было просто необходимо. Она осмотрела его лицо при свете, и начала помогать ему раздеваться, деловито расстегивая пуговицы на рубашке и кривясь при виде синяков на груди – досталось ему действительно неслабо, как только ребра не поломал. Оставив мужа мыться, Кэрол взяла аптечку и прошла в спальню, готовя все необходимое, чтобы не терять время. Эд, скорее всего, сразу захочет спать, а потому лучше не рисковать и не злить его лишней медлительностью, сделав все как можно быстрей. Но он, вылезший из душа, все еще пребывал во вполне спокойном состоянии. Возможно, просто устал настолько, что сил не имел даже на обычные попреки. И Кэрол под конец совсем расслабилась, даже забыв, что ее пациентом является Эд. Только когда она решила напоследок заклеить пластырем еще и небольшую царапину на щеке, он решительно отвел ее руки от своего лица. - Не надо. Там ерунда, само заживет. - Ты уверен? - присмотрелась Кэрол к царапине и мысленно согласилась с решением мужа: эту действительно можно было уже не заклеивать. Он вдруг усмехнулся и приподнялся на подушке, касаясь подбородка сидящей рядом на кровати Кэрол пальцами. - Ты всегда так говоришь это… - пробормотал он, с непривычной почти что нежностью глядя в ее лицо. И это не только не радовало, а даже пугало. Уж лучше бы он злился, кривился и отворачивался от нее, как обычно. Так хотя бы было ясно, что домой вернулся ее муж, а не этот кто-то, давно позабытый и так странно себя ведущий. - Что? - прошептала Кэрол, не решаясь шелохнуться, пока взгляд Эда скользил по ней, изучая и вполне одобряя все увиденное. - Твое «ты уверен?» Всегда с таким серьезным видом, словно судьба мира решается. Помнишь, как я тебе предложение делал? - ударился вдруг в ностальгию муж. - Цветы, кольцо, коленки дрожат, говорю о любви, а ты смотришь на меня так серьезно и не говоришь ни да, ни нет, а только «ты уверен?» Черт, как давно это было. - Давно. Очень, - подтвердила Кэрол, криво улыбнувшись при воспоминании о том дне, когда она оттягивала время ответа, не зная, что сказать. Хотя нет, она отлично знала, что согласится, потому что просто не знала, как будет жить одна, похоронив неделю назад бабушку и не представляя, что делать со своей жизнью. Вот только что-то в глубине души вопило о том, что она не любит Эда. Не любит настолько сильно, чтобы жить с ним, рожать от него детей, ложиться в постель. Но она согласилась. И пообещала себе, что полюбит его. А если не получится, то сделает все для того, чтобы Эд никогда не узнал, что она его не любит. Вот только обещание она свое забыла в первую же брачную ночь с ошалевшим от счастья, наконец, обладать ею, пьяным молодым мужем. И может быть, зря? Может быть, ей стоило бы попробовать тогда? Может быть, Лори права, и она сама виновата во всем, что с ней произошло потом? Избегая взгляда Эда, Кэрол встала с кровати, собирая все лекарства обратно в аптечку и делая шаг к двери. - Ты куда? - окликнул ее муж сразу. - Нужно Софию забрать у Граймсов. Уже поздно. Ей спать пора. - Ааа, мелкая. Все с ней нормально? - вспомнил о том, что он отец, Эд и вполне удовлетворился коротким кивком от Кэрол. - Тебе принести что-то? - Сама приходи лучше. Постаравшись скрыть свое удивление от такого ответа, Кэрол вышла и начала собираться к соседям. Она нарочно медленно одевалась, нарочно едва переставляла ноги, шагая к соседнему дому, нарочно подробно отвечала на вопросы Лори и Рика об Эде и Мэрле, нарочно не торопила умывающуюся, поужинавшую у Граймсов, Софию. Дочка то и дело косилась на закрытую дверь спальни, в которой все еще горел свет. То ли Эд так и заснул, то ли уловка Кэрол не удалась, и он все еще ждал ее зачем-то. Но зачем? Не собирается же он, настолько уставший, еще и супружеский долг требовать? Поймав себя на этой мысли, Кэрол снова ощутила укор совести. Супружеский долг у нее нужно требовать. Неужели она сама довела все до такого? И может быть, будет она на месте Эда, на месте мужчины, чья жена, пусть и идеально себя ведущая, настолько холодна к нему, она бы тоже злилась? - Мам, - позвала София Кэрол, когда та уже, поцеловав ее на ночь, собиралась выходить из детской. - Все хорошо? Папа тебя не обижал? - Нет, милая. Все хорошо, - закусила губу, чтобы не расплакаться из-за откровенного страха, прозвучавшего в голосе дочки, она. И сколько бы ни была виновата Кэрол, Эд все равно не имел никакого права вот так вот себя вести, изводить их обеих жизнью в постоянном страхе. Не мог ведь? Тихо приоткрыв дверь спальни, Кэрол на цыпочках вошла внутрь. Ей уже было показалось, что Эд все-таки уснул, но он открыл глаза, сонно глядя на нее. - Спи, - выключила свет она, начиная торопливо раздеваться. - Могла бы и не выключать пока, - пробормотал он, в очередной раз удивляя Кэрол, которая после родов только и слышала, что упреки по поводу фигуры и того, что смотреть на нее противно. Не став ничего отвечать, она скользнула под одеяло, привычно не делая никаких попыток лечь поближе к мужу. Но он решил побить рекорды по непривычному поведению и подвинулся сам. Прижал ее к себе, уткнулся носом в ее затылок и тихо вздохнул. - Знаешь, - начал он неуверенно. - Нас когда там ходячие окружили… Оно словно перед глазами все промелькнуло. Вся жизнь. Какая-то не такая, да? Не такая, как мы мечтали с самого начала. - Не такая… - А потом, когда мы с Мэрлом сидели в той забегаловке и ждали момента, когда можно будет проскочить к машине, травили байки, чтобы не скучно было. Мы там дохрена времени провели. Сутки? Двое? Черт, я сбился со счета. Все, что можно, рассказали. Я думал, там с ума сойду – ходячие не отходили, словно договорились нас измором брать. Хавки нет, вода заканчивается. Этот еще затемпературил, блин… Ты слушаешь? - Да. - Ну, короче, Диксон начал вдруг задвигать про своего брательника в детстве. Тот еще слюнтяй был, судя по рассказам. Но, походу, Диксону и рассказать больше не о ком было. Чего-то там убивался, что он бросал брата не раз, и все такое. А я вдруг вспомнил… ну как у нас все начиналось, знаешь. Хорошо же было. Потом как-то все скатилось. А потом ходячие вдруг отошли. Когда у нас вода закончилась. Блин, как второй шанс дали, - хмыкнул Эд. - И я подумал, может быть, вся эта хрень, что творится – это и правда типа второго шанса? Ну, ты короче лучше бы все это сказала. Ты же книжки там читаешь, умная у нас типа. В общем, ты поняла. Не верю я в эту муть. Но что-то в этом есть. Может, того?.. Заново вроде как попробуем? Кэрол? Кусая соленые от слез губы, Кэрол молчала, стараясь не показать мужу, что она плачет. И сама не знала, почему. То ли потому, что он может разозлиться от такой ее реакции на его слова, сразу же перечеркивая их. То ли потому, что все еще помнила, как он касался губами ее залитых слезами щек в то время, в которое он предлагал вернуться. Вот только как вернуться после всего, что было? Как простить? Как найти в себе силы все забыть? - Ты слышишь? - повысил голос Эд. - Да, - вздохнула Кэрол и уточнила, не дожидаясь повторного вопроса. - Да. Давай попробуем. Она зажмурилась, с трудом заставляя себя держаться и не дрожать всем телом от просящихся наружу рыданий. Но Эд этого, кажется, не замечал. Что-то довольно пробормотав и крепче прижав ее к себе, он умиротворенно засопел. Интересно, он понимал, задавая ей этот вопрос и ожидая ответа, что выбора у нее не было?