Щит Беллоны

Естественно, по телефону обсуждать такие вещи было нема дурных, поэтому полковник со всем возможным пиететом был приглашён во всё тот же Максов кабинетик с предложением попить хорошего кофе со свежими булочками. За булочками Шаманка сбегала лично, а Макс буквально вырвал у Литвинова початую банку «Лавацца д’Оро» под своё честное имя и клятвенное обещание вернуть целую. План Родионыча был прост, как молодой редис, и незатейлив, как грабли. Поскольку Илью требовалось тайно освободить из особняка, то Родионыч предлагал просто-напросто тёмной ноченькой вырубить охрану в количестве трёх охранников, нейтрализовать обслугу в лице домоправительницы, двух горничных и садовника и хорошенько пошуровать в клятом особнячке. На резонный вопрос Макса, что делать с хозяином, Родионыч жизнерадостно ответил, что главный упырь отбыл в Москву по своим олигархическим делам и в особняке осталась только охрана и обслуга. Так что, если быть поосторожнее, то всё пройдёт гладко. Главное – не оставить следов для приваловской службы безопасности. - А что, - ехидно вопрошал Родионыч, - Привалов в полицию жаловаться пойдёт? Мол, обокрали меня, граждане полицейские, мальчонку спёрли, которого приспособил я для извращений своих нехороших? А может, и ещё что в особнячке интересное найдётся? - Если и найдётся – вздохнул Макс, - то для суда это не доказательство. - Для суда – может быть, - заметила Шаманка, - а если слить документы журналюгам? Или вообще в Сеть в открытый доступ? А? - А что? – усмехнулся Макс. - Вполне себе ничего идея. Позор, конечно, вселенский будет. Да и личностями этих любителей детей тогда многие заинтересуются. Только вот пока мы делим шкуру неубитого медведя. Сейчас нужно тихо-мирно в особнячок проникнуть, Илью оттуда вызволить и надёжно спрятать от приваловского внимания. - Мои орлы сейчас наблюдение за загородным домом держат, - сказал Родионыч. – Давайте-ка сегодня же ночью и сходим в гости. Макс и Шаманка переглянулись, и Шаманка заметила: - О, как у тебя руки зачесались, Родионыч… - А чего медлить-то? – невозмутимо поинтересовался полковник. – Раньше сядем – раньше выйдем. И все трое оборотней в погонах и без злодейски улыбнулись друг другу. Поздней ночью Макс и Шаманка тряслись в микроавтобусе самой неприметной наружности с левыми номерами, который пригнал в условленное место один из Родионычевых орлов – спокойный и рассудительный Паша. Сами же орлы, одетые на сей раз не в камуфляж, а в неприметные спортивные костюмы, внимали Родионычу, который объяснял им подробности грядущей операции. Остановился микроавтобус в лесочке, и Родионыч задумчиво заметил: - Хорошо, что здесь жилья поблизости нет – людей зря не потревожим, да и лишних глаз поменее. Тут же из лесочка совершенно бесшумно появились ещё двое орлов, доселе наблюдавших за нехорошим домиком – Жук и Рысь. - Тихо там, все спать легли. Только собаки по территории бегают – здоровенные такие кавказцы – пять штук. Камеры по периметру имеются, но между ними есть две мёртвые зоны – руки бы оторвать начальнику службы безопасности – такие дыры оставил, хоть на тройке въезжай. - Паша, Гарик, - скомандовал Родионыч, - дротики со снотворным приготовьте. Собаки на вас. Ладно, ребятки, с Богом. Рысь, Жук, показывайте, где там мёртвые зоны. Галя, Макс, обождите пока, - подтянетесь, когда мы знак подадим. И дело пошло. Никто не увидел, кроме Макса и Шаманки, как в густой осенней ночной чернильной мгле совершенно неразличимые серые тени цепочкой перемахнули через забор, именно там, где они никак не могли попасть в объектив камер слежения… как к этим теням бросились бесшумно другие – мохнатые мощные клыкастые машины-убийцы… и как эти самые мохнатые и клыкастые попадали друг за другом под воздействием снотворного… как единственный охранник на пульте внезапно потерял сознание, так и не поняв, что с ним случилось… как не успели прийти в себя спящие остальные охранники, которых вырубили столь же хитро и умело… как одна из теней бесшумно прошлась по комнатам обслуги, прыская спящим в лицо из какого-то маленького чёрненького баллончика, так что крепкий здоровый сон одолел всех, кто в принципе мог подняться и удивиться в особняке наличию непрошеных гостей… В общем, нужный эффект был достигнут, и Родионычевы орлы стали методично обыскивать особняк. Нашли много чего интересного – некие документики в сейфе, часть из которых Макс велел им положить на место, но только часть, несколько по-особому оборудованных гостевых комнат в подвале, которые можно было обозвать двумя словами: «Мечта извращенца», ибо создавалось впечатление, что там можно снимать немецкую версию «Белоснежки и семи гномов», нашли прекрасно оборудованную гардеробную с многочисленными костюмами, пошитыми в самом провокационном ключе – были там и Белоснежка, и Красная шапочка, и строгая училка, и блудливая медсестричка, и вампирша, и монашка… Глаза разбегались, глядючи на это разнообразие, причём многие костюмы были небольшого размера – словно сшитые на ребёнка или некрупного подростка. Шаманка, твёрдо решившая выложить снимки в Сеть, методично щёлкала всё это безобразие профессиональным фотоаппаратом с длиннофокусным объективом, взятым у того же Литвинова. Орлы плевались, а Илья всё никак не находился. Спустя какое-то время они нашли в самом дальнем коридоре комнату, которая могла принадлежать мальчику – надо сказать, неплохо обставленную, с удобной функциональной кроватью, светлыми обоями, целой кучей книг на полках и компьютером, рядом с которым лежала стопочка дисков с самыми разными играми. - Так.. – протянул Родионыч. – А где парнишка-то? Неужели прокараулили и Привалов его с собой взял? - Никак нет, обижаете, - возмутился Рысь. - Один он уехал. С охраной, конечно, но один. - Значит, парень где-то здесь… - протянул Родионыч. - В подвале смотрите, - сказал Макс. – Думаю, что мальчик периодически показывал характер. Эта комната – пряник, значит, где-то должен быть и кнут. Родиныч кивнул, и обыск продолжился. Макс оказался прав – неподалёку от комнаты мальчика нашлась дверь, которая явно вела в подвал. Родионыч посветил фонариком на уходящие вниз ступеньки и зло прошипел: - Суки! Неужели они пацана в темноте держат? Вопрос был риторический, тем более, что Шаманка, пошарив, нашла на стене выключатель, и подвал озарился неярким синеватым светом. Родионыч, Макс и Шаманка стали медленно спускаться вниз, Рысь остался у двери в подвал, во избежание всяких неприятных эксцессов. Мало ли что. Подвал был большой, чисто подметённый и разделённый на ряды отсеков – и дверь с навесным замком имелась только у одного. Родионыч рванул туда, Макс с Шаманкой бросились следом, замок быстро пал жертвой спецназовской подготовки, и дверь распахнулась. - Явились, падлы? – прозвучал из угла ломающийся подростковый голос. – Ну и валите, откуда пришли! Я лучше здесь сдохну, а под хозяина больше не лягу. Не лягу! В голосе парнишки чувствовалась явная истерика, и Шаманка, пошарив по стене, вновь нашла выключатель. Комнатёнка осветилась, и Родионыч с чувством вспомнил большой Петровский загиб. - Тихо, - сердито сказала Шаманка, - не пугай парня! По правде сказать, Макса и самого потянуло выругаться. Голые бетонные стены. Брошенный на цементный пол тюфяк. Отвратно воняющее ведро поодаль. На тюфяке, зябко кутаясь в серое колючее одеяло, сидел посиневший от холода парнишка, одетый в светлую футболку и короткие синие шорты. Самое то для ледяного промозглого подвала. Мальчишка испуганно смотрел на вошедших огромными бездонными чёрными глазами. Смугло-розовые культи ампутированных ниже колен ног торчали из складок одеяла, как нечто неправильное и отвратительное. Тем более, что мальчишка действительно был красив, как и описывал приятель Ивана. - Вы кто? – испуганно выдавил мальчишка. Макс подошёл к нему, присел рядом, так, чтобы его глаза оказались на одном уровне с глазами мальчишки, и тихо спросил: - Ты ведь Илья Иванов, да? Мальчишка торопливо закивал. А Макс продолжил всё тем же мягким успокаивающим тоном: - Твоя записка дошла по назначению. Мы пришли забрать тебя отсюда. - Правда? – неверяще прошептал Илья. - Правда, - сказал Макс, - мы отвезём тебя к бабушке… - Моя бабушка умерла! – сердито сказал мальчишка. – А на кладбище я не хочу! - Умерла мама твоей мамы. А мама твоего отца жива и ищет тебя. И, поверь, с этой бабушкой тебя никто не посмеет обидеть. - Но… - пробормотал Илья, - я даже не знаю, кто мой отец… - Бабушка знает. Не беспокойся, она сможет о тебе позаботиться. В определённом смысле – это самая необычная бабушка на свете, - ласково сказал Макс. – Пора убираться из этой поганой дыры, малыш. Твои родные тебя ждут. Всё плохое кончилось. Макс осторожно обхватил Илью, тот взялся руками ему за плечи и прошептал: - Ты не обманываешь, я чувствую. Ты другой. А потом, когда Макс поднялся и поспешил к выходу из подвала, неся Илью на руках, тот уткнулся ему головой в плечо, ни минуты лишней не желая видеть ненавистный дом. Илья был худой, но совсем не невесомый, однако, хотя орлы Родионыча предлагали Максу свою помощь, тот так и нёс парнишку на руках до самого микроавтобуса.