Щит Беллоны

Автобус затормозил в лесу, не хватало им ещё въехать в заброшенную деревню и привлечь к себе внимание чокнутой парочки. Проинструктированные Родионычем орлы снялись с насиженных кресел и бесшумно растворились в осеннем лесу. Так бесшумно, что им позавидовали бы герои книг Фенимора Купера и Карла Мая*. Женщина двинулась следом, светловолосый хотел тоже отправиться за ней, но тут мальчик тихо прошептал: - А я? - А мы с тобой немного подождём, - ответил мужчина, сообразив, что оставлять мальчика одного в автобусе - не лучшая идея. - Мы немного подождём, а потом пойдём и посмотрим – всё ли в порядке с остальными. Да? Мальчик закивал. А потом тихонько спросил, боясь рассердить мужчину: - А как вас зовут? - Прости, - улыбнулся тот в ответ, - я не представился. Максим Траубе. Можно просто Макс. - А я Игорь, - отозвался мальчик. И тут же подумал, что выглядит донельзя глупо. Он ведь уже называл своё имя. Но мужчина не стал смеяться. Он пожал руку мальчику и сказал: - Я рад познакомиться с тобой, Игорь. Очень рад. А потом прошло совсем немного времени, и у Макса в кармане заработал мобильник. *** Дом орлы Родионыча нашли быстро – мальчик достаточно хорошо, хоть и сбивчиво, описал и его, и его местоположение. Обойдя вокруг крепкий забор, орлы посовещались и начали готовиться к проникновению. Всё требовалось сделать быстро и бесшумно, дабы не привлекать к себе излишнего внимания парочки – чтобы и сами сбежать не успели, и несчастным похищенным в подвале не навредили. Забор для орлов препятствием не являлся, а вот о возможном видеонаблюдении мальчик ничего не знал. А вдруг парочка проснулась и обнаружила побег Игоря? Что придёт психопатам в их свихнутые мозги, не знал никто. Посему орлы по очереди преодолели забор с помощью имеющегося у них снаряжения и оказались во дворе. С виду всё было нормально, Жук и Котяра легко отыскали нужную дверь, всё ещё остающуюся незапертой. Это внушало осторожный оптимизм по поводу того, что побег всё ещё не обнаружен. Родионыч подал знак своим, и большая часть орлов стала быстро и бесшумно втягиваться внутрь дома, чётко отслеживая встречающиеся им помещения на предмет чего-нибудь живого. Пока не попадалось ничего, но орлы не расслаблялись. Как выяснилось – правильно делали. Шедший первым Котяра первым и заметил эту нарядную женщину с красивой причёской. Она, весело цокая каблучками, шла по коридору, что-то напевая, и казалась слишком неправдоподобно красивой для этого странного места. Но Котяра не был бы Котярой, если бы купился на кажущуюся беззащитность и нормальность женщины. Прежде, чем она успела что-то заметить, он метнулся вперёд тенью и ловко ударил женщину в шею сложенными пальцами. Та охнула и обмякла, а Котяра со всем бережением поддержал её, не давая упасть на пол, и отнюдь не из человеколюбия – стук упавшего тела мог бы привлечь внимание сообщника. Жук проскользнул мимо, по пути одобрительно кивнув Котяре. Он знал, что тот надёжно обездвижит потерявшую сознание женщину, и нисколько по этому поводу не переживал. Если эта красавица – одна из двух маньяков… то дальнейшее её жизнепребывание на этом свете обернётся сплошным разочарованием. Что ж – повадился кувшин по воду ходить – там ему и голову сложить. Жук, а за ним и Рысь с Белым двинулись дальше – нужно было как можно быстрее отыскать сообщника маньячки. И скоро они нашли его, заметив полуоткрытую дверь в комнату. Жук бесшумно подкрался и заглянул внутрь. Мужчина, совсем не выглядевший ужасным воплощением Зла - худощавый, невысокий, с приятным, не слишком запоминающимся лицом, лежал, раскинув руки, на широкой кровати и мечтательно улыбался, глядя в потолок. Мечтания его стремительно ворвавшиеся в спальню Жук и Белый прервали весьма радикальным образом – бесцеремонно вырубив таким же точным ударом, каким Котяра вырубил женщину. После этого орлы рассыпались по дому – а вдруг мальчик ошибается и маньяков всё-таки трое? Но больше в доме не было никого – точнее, в наземной его части. Однако орлы достаточно быстро разыскали вход в подвал – крепкую дверь, расположенную в дальнем конце коридора и запертую на пудовый замок. *** Они приехали домой достаточно быстро, по пути завезя Даньку. А когда Вадим открыл дверь своим ключом, в коридор быстро вышла Олеся, а следом за ней радостный Малой. Но его улыбка тут же погасла, когда он взглянул на Андрея. - Дюка, - иногда Малой ещё называл брата этим детским прозвищем, - Дюка, что с тобой? Мы с Алисой себя хорошо вели, правда-правда. Андрей лишь вымученно улыбнулся в ответ, а Вадим уверенно сказал: - Серёжа, Андрей немного заболел. Ему нужно отдохнуть, и всё будет в порядке. - А ты собирайся! – жизнерадостно ввернул Игнат. - Хочешь у нас переночевать? Вместе с Алисой? Малой закивал, но его курносая мордаха всё ещё оставалась встревоженной. - А Дюка? - Андрею надо отдохнуть, - повторил Вадим. – С ним всё будет хорошо, правда. Малой скосил в сторону Вадима хитрющий глаз, тот успокаивающе улыбнулся, и мальчишка потопал собираться, громко оповестив Алису, что ночевать они будут у неё. Между тем Игнат вызвал такси, и, несмотря на протестующий жест Вадима, сказал: - Мы сами доберёмся. Нас там встретят, - имея в виду Шаманкиного мужа, которому он тоже успел позвонить. Тем не менее, Вадим взял у Игната трубку и убедился, что малышей и Игната действительно встретят. К тому же часть пути их могла проводить Олеся, жившая неподалёку от коттеджного посёлка, где ныне обитала Шаманка со всем семейством. Так что скоро Малой, Алиса и Игнат в сопровождении Олеси ушли, Артём помог Андрею снять куртку – у того вдруг начали трястись руки – и отвёл его в комнату. Вадим ненадолго исчез на кухне, а когда вошёл с высоким стаканом, в который был налит какой-то напиток янтарно-зелёного цвета, то увидел, что Артём сидит на кровати, прислонившись спиной к стене, и обнимает притулившегося к нему Андрюху, которого всё ещё продолжало неудержимо трясти. Вадим с сомнением покосился на стакан в собственной руке, поставил его на стол, снова исчез на пару минут и возвратился с пузатым бокалом чего-то спиртного. - Выпей, - тихо сказал он Андрею. – Согреешься. Тот замотал головой, но Вадим был настойчив, и Андрей одним глотком проглотил тёмно-янтарную жидкость, которая, казалось, обожгла всё внутри. Но потом противная ледяная дрожь стала утихать, тело согреваться, а сознание приятно туманиться. - Ч..что это было? – спросил Андрей. - Коньяк, - спокойно ответил Вадим. – Очень хороший коньяк. Действует быстро и помогает лучше всякого успокоительного. Тебе ведь лучше? - Аг-га… - протянул Андрюха, и тут на него напал приступ жуткой словоохотливости, слова просто просились наружу, держать их в себе не было сил, он стал торопливо рассказывать – про подсмотренный адрес, про Марию, про то, как не мог её пожалеть, а потом смог, про то, что она больна и умирает, что ему плохо и больно от этого, а ещё пуще – от того, что он никак не может помочь матери, про то, что Мария благословила их с Малым… про то, как она рассказала о собственном чудесном спасении… про то, что память вернулась к ней только недавно, но уже поздно, безнадёжно поздно, и ему жаль… Андрюха рассказывал торопливо, сумбурно, перескакивая с пятого на десятое, но наконец иссяк, замолчал и вновь положил голову на плечо Артёму, прижавшись поплотнее. Тот обнял его, и Вадим понял, что этих двоих сейчас неспособна оторвать друг от друга никакая сила, а Андрей, сказав напоследок: - Я очень люблю и тебя, и Макса, Вадим, не сердись, ты ведь не сердишься, правда? - дождался Вадимова кивка, уронил голову Артёму на плечо и задышал глубоко и ровно. - Спит… - удивлённо прошептал Артём. - Он выговорился, - кивнул Вадим, - теперь ему стало легче. Теперь всё будет хорошо. Артём торопливо закивал и попросил: - Дядя Вадим, можно, я у вас останусь? Я папе уже позвонил, он в курсе. - Можно, конечно, - ответил Вадим, - даже нужно. Только вот что твой отец сказал на то, что ты опять у нас зависаешь? - Он сказал «кхм», и я понял, что он согласен, - невинно ответил Артём. – Но ведь вы же ему всё объясните, если он вам звонить будет, правда, дядя Вадим? - Хитрованец, - проворчал Вадим, - конечно, объясню, куда ж я денусь. Но только в очень разумных пределах. Артём, ты ведь понимаешь, что эта история не из тех, которые рассказывают всем подряд. - Обижаете, дядя Вадим, - серьёзно сказал Артём, - никто из нас ничего лишнего не сболтнёт, а особенно я. - Ладно уж… - вздохнул Вадим, - «не клянись луной, Ромео…»**. Есть хочешь? - А можно я с Андреем посижу? - Конечно, - ответил Вадим, - конечно, можно. Ты молодец, Тёма. И Вадим отправился на кухню варить кофе и дожидаться Макса. *** Мужчина и мальчик ждали совсем недолго, когда мобильный Макса залился привычной трелью:«Идёт охота на волков, идёт охота…» - Да, Галя, - ответил Макс. – Что? Всё в порядке? Несколько минут он послушал невидимую собеседницу, а затем нажал кнопку и сказал мальчику: - Всё в порядке, Игорь. Они арестованы. Сейчас бойцы открывают подвал. - Пойдёмте туда, - сказал мальчик. – Я хочу это видеть. Хочу в последний раз увидеть это место. Чтобы забыть навсегда. Макс немного помедлил, но затем кивнул: - Хорошо. Идём. * Фенимор Купер, Карл Май, - авторы книг о жизни индейцев. Купер обогатил мировую литературу такими персонажами, как Чингачгук Большой Змей и его сын Ункас, а Карл Май – Виннету, сын Инчу-Чуна. ** Вадим цитирует Шекспира, «Ромео и Джульетта».