Щит Беллоны

И тут Привалов не выдержал и выразил полную готовность сотрудничать со следствием. Шаманка же не собиралась терять времени даром. - Как открыть этот чёртов подвал? – зло спросила Шаманка. – Давай, говори быстро, упырь! - Замок отпереть, - ответил Привалов. Лицо его было спокойным, но глаза подозрительно забегали. - Да? – ехидно поинтересовалась женщина. – А дверка с кнопочками замаскированная рядом зачем? Есть у меня нехорошие подозрения, что нельзя просто так ваш замочек открывать. Привалов скрипнул зубами, но промолчал. - Я вижу, ты не понял… - ласково сказала Шаманка. – Ладно. Котяра, приводи в чувство второго. Жук, там, в соседней комнате, я такую миленькую штучку видела… с подогревом. Сними клетку, тащи поддон и включай в сеть. А дружка твоего мы сейчас голым задом на этот поддон посадим. Будет у нас Одри средней прожаренности! - Галь, ты давай полегче чуток, - озабоченно подыграл Макс, - они нам оба живые нужны… - Да не сильно и нужны. Улик тут хватит, сотрудничать гражданин Привалов не желает, так что пусть полюбуется, пока его кондрашка не хватит. Только это, увы, вряд ли. Будет жить, что с ним сделается, таких тварей легко не убьёшь, так пусть хоть помучается, - хмыкнула Шаманка. – Ребята, выполнять! До Привалова наконец-то дошло, что Шаманка не шутит, и он сбледнул с лица: - Не надо, пожалуйста! Я всё покажу… Отключу… Только не трогайте. - Вот сразу бы так… - хмыкнула Шаманка. – Жук, посторожи второго. Котяра, тащи этого к подвалу! Котяра перекинул связанного Привалова через плечо, как мешок с картошкой и отволок к двери в подвал. Макс и Шаманка двинулись следом. Зрелище было дивное. У подвала скопилась большая часть орлов, и они напряжённо следили за Родионычем, который пытался вытянуть из Игорька хоть какие-то сведения о том, какие кнопки стоит отключить. Мальчик морщился, тёр руками виски, тянулся пальцами то к одной, то к другой кнопке, но в последний момент отдёргивал руку. То ли забыл, то ли боялся плохих последствий, если он что-то сделает не так. Да и явление Котяры с Приваловым на плече произвело на него не самое лучшее впечатление – Игорёк пискнул и попытался спрятаться за Родионыча. - Не бойся, - успокоительно прогудел Родионыч. – Видишь, он связан. Он теперь никому вреда не причинит. - Давай, рассказывай, как это открыть! – рыкнула Шаманка, чувствительно ткнув Привалова кулаком в бок, отчего он скривился и зашипел. - То ли ещё будет! – успокоительно добавила Шаманка. – Говори! - Вот там, - сказал Привалов, – белая кнопка. Нажмите её, а потом наберите код – буквами. «Юлий». Всё. Потом можно открывать замок. - Нет! – неожиданно вмешался Игорек, - он не всё сказал. Они ещё палец прижимали вон к той квадратной большой кнопке. Я не помнил, а сейчас вспомнил… - Не успели тебя зачистить, гадёныш! – зло прошипел Привалов, но очередной тычок Шаманки заставил его заткнуться. - Отойдите все, - скомандовал Родионыч. – Только ты останься, Котяра. Все отодвинулись от кладовки в кухню, Родионыч дважды нажал белую кнопку и набрал слово «Юлий», после чего на пульте стала коротко и тревожно мигать красная лампочка. Но когда по знаку Родионыча Котяра прижал палец Привалова к большой квадратной кнопке, тревожное красное мигание сменилось ровным зелёным светом. Родионыч быстро отпер замок уже найденными ключами, велев Котяре отнести маньяка обратно, отпер дверь и внимательно оглядел проём. - Ага. Тут, похоже, и правда сюрпризец имелся. Полезли бы так – рвануло бы всё к чертям собачьим. - Суки! – сплюнул Рысь. - Давайте, наконец, вытащим всех оттуда, ребята, - тихо попросила Шаманка. – Юрка мне звонил уже. Он там с ума сходит из-за Тимки. Орлы согласно покивали и цепочкой стали спускаться по узкой лестнице. Подвал тоже был оборудован на совесть – крепкие бетонные стены при случае могли стать для его несчастных пленников братской могилой, ибо никаких других входов-выходов, кроме одного-единственного, там не было. Более всего этот подвал напоминал подземный каземат какой-нибудь средневековой тюрьмы, с поправкой на белёсые энергосберегающие лампочки, заливавшие коридор мертвенным светом. По обеим сторонам коридора имелись запертые клетушки. Замков там, правда, не было, запирались они на щеколды с наружной стороны. Все, кроме одной, в которой орлы обнаружили довольно молодого парня – бледного, тощего, надрывно кашлявшего, с жидкой клочковатой бородкой и неопрятно отросшими длинными прядями давно не мытых волос. - Вы Никита Калмыков? – спросил Макс. Парень судорожно закивал, закашлялся, затрясся и спросил: - Вы нашли Настю? Они тоже её здесь держат. Пожалуйста, ей срочно нужно в больницу. У неё пневмония, здесь слишком сыро… Прошу, найдите Настю. И парень вновь зашёлся в приступе кашля. - Найдём, - кивнул Макс. – Конечно, найдём. И вам тоже нужно в больницу. - Мне нужно в тюрьму, - ответил парень неожиданно жёстко. – Я преступник. Я калечил несчастных детей. Я делал это, чтобы спасти Настю – они обещали сделать с ней то же, что и с остальными – но это всё равно. Я преступник. - Давайте потом с этим разберёмся, - мягко сказал Макс, - вот, смотрите, похоже, нашли вашу Настю. Сейчас вы поедете с ней в больницу. Вы должны вылечиться – ведь у Насти не осталось других родственников кроме вас и бабушки. - А… а дед? – спросил Никита. - Александр Калмыков умер после вашего исчезновения. Сердце не выдержало. Никита опустил голову: - О Господи… Как мне жаль… - Не вы виноваты в этом, Никита, - сказал Макс более твёрдо. – Думайте о Насте. Вы будете ей нужны. Никита снова закашлялся, но сумел справиться с собой и поковылял – именно поковылял, походка у парня была странной, хромающей, к Белому, который нёс на руках худенькую бледную девочку к выходу из подвала. Тимка и Лёша нашлись в следующих клетушках – оба были в относительном порядке - похитители не успели им навредить, правда, обоих явственно трясло – то ли от холода, то ли от пережитого стресса, но они были в куда лучшем состоянии, чем большинство жертв Папочки и Мамочки. И если Лёша успокоился на руках у Жука, который сказал, что отдаст его только папе с мамой и больше никому, то Тимка с трудом сдерживал себя, то и дело всхлипывая от пережитого ужаса – Шаманка успокаивала парнишку, говоря, что скоро за ним приедут отец и дядя Юра, которых уже успели известить, тот вроде бы успокаивался, но потом вдруг снова начинал всхлипывать и озираться, словно не веря в своё спасение. Агафья, то есть Алёна Малинина – сама вышла из своей незапертой клетушки, держа на руках маленький свёрток с дочкой. Выглядела девочка плохо – не просто бледная, а какая-то зеленоватая, истощённая, с огромными глазами. Она с облегчением обняла Игорька и сказала: - Ты нашёл помощь… Ты нас спас… А потом стала заваливаться назад, потеряв сознание. Родионыч подхватил девочку, ловко выхватив у неё возмущённо замяукавший свёрток, и отдал ребёночка Шаманке: - Подержи, пока «Скорая» приедет. Это её ребёночек? - Да, - кивнул Игорёк, - это Агафьи. - О Господи, - вздохнул Родионыч, - да как она вообще родила, в таком-то состоянии? - Ей доктор помог, - ответил Игорёк ровным голосом. – Он хороший доктор. Он Агафью спас. Не надо его в тюрьму. Они его заставляли. - Не бойся, - сказал Макс, - тут принуждение в чистом виде. Никто его в тюрьму не посадит. Давайте выбираться ребята – потерпевших всех в больницу, экспертов вызвать нужно… и оперов… обыскать всё нужно качественно. А тебе, Галя, нужно составить протокол обыска так, чтобы комар носа не подточил. - А понятых я тебе где возьму? – сварливо отозвалась Шаманка. - Родионыч, - сказал Макс, - когда всех отправите в больницу – понятых организуй. Сможешь? - А как же. Будут вам понятые, - хмыкнул Родионыч. Макс кивнул и отправился звонить Вадиму и каяться. Цирк с конями грозил затянуться надолго. *** Домой Макс явился только под утро, мысленно отметив, что его поздние возвращения начинают перерастать в непохвальную тенденцию. К тому же, хоть и удалось арестовать маньяков, Макса не покидало ощущение незаконченности происходящего. Во-первых, личность Мамочки продолжала оставаться полной загадкой – сам Мамочка, хоть и пришёл в себя, но арест поверг его в такой ступор, что он не реагировал ни на что. Папочка, он же Евгений Привалов, личность своего сообщника-любовника раскрывать не спешил, та ещё сволочь. Во-вторых, Виктор Привалов и его клуб извращенцев. Этот вопрос нужно было решить, и чем скорее, тем лучше. И не просто спасти детей, которые ещё могли быть живы, но и наказать примерно гнусных тварей, по чьей прихоти калечили несчастных… На российскую Фемиду Макс надеялся не особо. Даже если удастся привлечь всех вышеозначенных лиц к уголовной ответственности – деньги и отличные адвокаты творят чудеса. А хороший адвокат может развалить уголовное дело даже благодаря мелким процессуальным нарушениям - заставить признать недостойными ключевые доказательства… Да, конечно, можно поднять шумиху в Сети, но для таких мерзавцев стыд – не дым, глаза не ест… будут себе энное количество лет греть бока где-нибудь на Мальдивах, благо, денег на счетах на девять жизней хватит. Макс очнулся от раздумий, с некоторым удивлением узрел на вешалке Артёмову куртку и подумал, что у родных и близких опять какие-то заморочки. Он подумает об этом завтра… А пока в душ – и спать. Но сначала… Сначала нужно сделать один звонок. Человек, которому он собирался позвонить, на него не обидится.