Ты мне не отец!

Первое, что бросилось Уиллу в глаза — в комнате явно тщательно убирались, так, как может убираться только тётя Петунья: даже деревянные поверхности, которые вроде бы никак не могли, но все равно выглядели чуть ли не стерильными; покрывало на постели было идеально заправлено; нечего даже говорить об отсутствии пыли. Дальше — больше. Уилл открыл комод с одеждой, и его чуть не хватил удар: все его вещи, включая белье, были аккуратно разложены. Видимо, тётя не сочла копание в исподнем племянника ниже своего достоинства. Пережив краткие мгновения стыда и надеясь, что до своей травмы он был чистоплотен и не бросил в комод не очень чистые вещи, Уильям дошёл до кровати и буквально повалился на неё. Почему дядя так отреагировал на него? Ну, попал в больницу, с кем не бывает? А он глядел так, будто Уилл сейчас из-за пазухи достанет гранатомёт или ещё чего похуже. Уилл бросил взгляд на часы и присвистнул: был почти полдень. Тут же требовательно заурчал желудок, требуя заполнить его хоть чем-нибудь. Высунувшись в коридор, Уилл тут же наткнулся на Дадли, причём, совершенно в прямом смысле: судя по всему, кузен шёл в его комнату и едва успел увернуться от резко открывшейся двери. Впрочем, увернуться — это сильно сказано: Дадли действительно избежал тесного знакомства с переработанной флорой, но зато, шарахнувшись назад, споткнулся о ковёр и смачно плюхнулся задом на пол. Уильям замер и несколько мгновений не мог понять, что стоит сделать. В итоге он решительно прошёл вперёд и протянул руку кузену. Дадли тут же, как вспугнутая овчаркой кошка, практически взлетел на ноги и прижался к стене, с ужасом глядя на протянутую ладонь. — Э, — сконфуженно протянул Уилл, критически осмотрел руку, не нашёл ничего экстраординарного и на всякий случай спрятал её за спину. — Что-то не так? Дадли заполошённо завертел головой и, судя по всему, титаническим усилием заставил себя тоже пойти на контакт: — Нет, в-все в порядке. Ты это… Как себя чувствуешь? — Я себя вполне нормально чувствую, когда от меня люди не шарахаются, — проворчал Уильям. — Вы чего такие странные стали? — мальчик заговорщически наклонился к кузену. — Я вообще при каких обстоятельствах с крыши навернулся? Вы что, в шоке, что я выжил? — Эээ, ну, вроде того. Ты, того… говорят, здорово грохнулся — я не видел, правда… Вообще-то никто не видел. И никто не знает, зачем ты туда полез, вот, — промямлил Дадли, смотря Уиллу куда-то за спину. — В самом деле? Жаль, я не помню. Хотя врач сказала, что я все вспомню очень скоро! — тут позабытое на время чувство голода решило напомнить о себе громким рёвом. Уильям сконфужено прижал руку к животу в попытке заглушить звук, но Дадли все равно сначала ухмыльнулся, а потом, когда урчание повторилось ещё более длительно, радостно заржал. — И нечего показывать, кто тут главный жеребец на конюшне! — возмутился Уилл. — Лучше скажи, у нас дома еда есть? Дадли, всё ещё улыбаясь, помотал головой: — Вообще, есть фасоль на пару и к ней варёная курица, — заметив выражение лица Уилла, он разулыбался шире, отчего его пухлые щёки раздались ещё больше, но зато заимели премилые ямочки. Теперь Дадли стал больше походить на славного мишку Тэдди, чем на разожравшуюся гориллу, как это было обычно. — Но мы можем пойти в кафе, там готовят классные бургеры. — Вот это уже больше похоже на правду! — потёр руки Уилл. — Только у меня денег нет совсем, кажется. — В честь твоего приезда плачу я, — расщедрился Дадли, уже совсем расслабившись в присутствии кузена. — В смысле приезда? — поднял брови Уилл. Дадли тут же напрягся снова, улыбка его стала натянутой, а глаза забегали. — Ну, в смысле из больницы, — пробормотал он. — Ну, ладно, — протянул Уилл, но все же не выдержал. — Что-то ты темнишь! Я что, не неделю провалялся, а больше? Или что? Я не понимаю. Дадли немного замялся, но все же ответил, заламывая пальцы рук: — Да ничего такого… Просто… Просто я никогда не думал, что ты можешь упасть с крыши, понимаешь? — начав говорить нервно и медленно, Дадли почти сразу перешёл на более быстрый темп, объясняя почти вдохновенно. — Ну, знаешь, никогда не думаешь, что твои знакомые могут попасть в аварию, или там угодить в руки маньяка. А вот ты с крыши упал — ну не мог этого сделать именно ты, ну, это вот как я считаю. Мне так казалось. А ты упал, поэтому с тобой общаться сейчас странновато. Типа того. Уильям, сражённый тирадой, замер, посмотрел на кузена и улыбнулся: — Спасибо. Мне приятно, что ты переживаешь за меня. Дадли почему-то покраснел, отвёл глаза и поспешил сменить тему: — Так ты голоден или нет? Пошли уже в кафе. — Точно! — встряхнулся Уилл и последовал вслед за Дадли из дома. На улице было откровенно жарко. Солнце беспощадно палило, и садовые автоматические поливалки работали у всех соседей без исключения. Идя по раскаленному асфальту, мальчики старались как можно ближе подходить к газонам, чтобы брызги воды долетали и до них. Несмотря на то, что шли в молчании, оно не казалось неловким; уютным, впрочем, тоже. Из-за жары было лень придумывать тему для разговора, поэтому Уилл решил удовлетвориться относительно дружелюбной тишиной. Вдруг его взгляд зацепился за что-то тёмное: около забора у дома через дорогу стоял странный человек. Весь в чёрном, он настолько неуместно смотрелся на светлой улице, что будто распространял вокруг себя леденящий холод, несмотря на адскую жару. Выдающийся нос человека было видно издалека, волосы — тоже чёрные, как штаны и кофта, в которые человек был одет, — свисали сальными прядями, обрамляя… Тут стоило бы сказать «лицо», но Уильям подумал, что в данном случае волосы все-таки скорее обрамляют нос. Подняв взгляд чуть выше, Уилл вздрогнул и резко отвернулся: незнакомец пристально смотрел на него, прямо в глаза. Мальчик постарался ускориться, утягивая за собой кузена. Обернувшись только раз, Уилл увидел, что человек в чёрном все ещё смотрит на него. Больше мальчик не оборачивался. — Ну и чего ты так спешишь? — пыхтел кузен позади. — Че, так голодный? Да не беги ты! — Дадли раздрежённо вырвал руку из хватки Уилла. — Что случилось? — Да там мужик странный стоял, прямо очень странный, — Уильям сделал страшные глаза и быстро оглянулся, но их никто не преследовал. — В чёрном весь. Неприятный тип. — Так это мы от какого-то нарика убегали что ли? Блин, Поттер, ты говори словами через рот, пожалуйста! А то потащил на буксире, будто ещё пару минут не поешь если — замертво упадёшь, — проворчал Дадли. — Скоро придём, кстати. Вот здесь, за поворотом. За поворотом действительно оказалась почти пустая кафешка. Мальчики вошли, и Дадли заказал два огромных бургера, картошку фри, колу и пару соусов. — Только не говори маме, — сказал кузен после того, как официантка отошла. Это, наверное, должно было быть просьбой, но прозвучало как серьезная угроза. — А то опять всей семьей будем травой питаться. — Я могила, — тут же пообещал Уилл. Дадли взглядом дал ему понять, что это может стать вовсе даже не идиомой. За столом повисла тишина, и положение спас телевизор, который включили как раз в этот момент. Уилл с облегчением тихонько выдохнул и обратил свой взор на экран. Через некоторое время им принесли заказ. Из-за того, что время близилось к обеду, кафе начало заполняться людьми. Обмакивая картошку в соус, Уилл внезапно заметил давешнего крючконосого дядьку и чуть не выронил её из пальцев: тот снова в упор пялился прямо ему в глаза. Уильям с усилием съел картошку и тихо позвал Дадли: — Псс! Дадли! Большой Дэ, видишь того мужика в чёрном? Да не оборачивайся ты, вот, в отражении стекла посмотри. У него ещё нос, как клюв у фламинго, огромный и загнутый. Видишь? — Ну да, вижу. И что? — И то. Я его сегодня весь день замечаю рядом с нами. Сталкер какой-то, стрёмный такой. Что будем делать? — А что делать? — Дадли недоуменно пожал печами. — Оставь этого нарика в покое, видишь, он желтый весь и синяки под глазами, доза нужна, наверное. У нас её точно нет, это даже он понимает. Ничего он нам не сделает, хватит параноить, ешь давай лучше. Уильям разочарованно поморщился, но совету последовал, и в скором времени начал ощущать себя колобком, сделанным не иначе как из кирпичей. — Фух! Теперь я не смогу убежать от того мужика, даже если он попытается меня зарезать, — доверительно прошептал он Дадли, который тоже, сыто откинувшись на спинку стула, лениво начал процесс переваривания и, кажется, не собирался отвлекаться от него на что бы то ни было. — После такого обеда меня можно ещё недели две не кормить. Дадли только и смог, что согласно кивнуть. Мальчики ещё некоторое время лениво переговаривались ни о чем, просто не желая подниматься и идти домой, но где-то через полчаса засобирались. Уильям на всякий случай попытался незаметно оглядеть зал в поисках того подозрительного носатого типа, но никого подобного видно не было. Немного успокоившись, Уилл последовал за кузеном на выход. Прямо на улице они наткнулись на друзей Дадли. Уильям настороженно посмотрел на них: он прекрасно помнил Пирса и совершенно не испытывал желания общаться с ним. Ещё трое тоже не вызывали приятных эмоций, хотя их Поттер совсем не помнил. — Эй, Большой Дэ! — позвал один из них, приветственно махнув рукой. — Мы на площадку собирались, вот пивас купили, — он кивнул на пакет в руках тощего Пирса. — Не сегодня, пацаны, — бросил Дадли. — У меня кузена из больницы выписали недавно, надо за ним присматривать. — Какого кузена? — писклявым голосом протянул Пирс. — Не припомню, чтобы у тебя был кузен. — А должен, — отрезал Дадли и попытался обойти компашку. Уильям последовал вслед за ним. — Да ты всегда один был, Дэ. Что за дела? — удивился тот, кто первым вступил в диалог. — Ты где этого перца откопал? — Я тут, между прочим, — не выдержал Уилл, который хотел сначала дать Дадли самому разобраться со своими приятелями. — Я Уильям Поттер. И я действительно жил тут всегда. — А-а-а, По-о-оттер, — узнавающе произнёс Пирс. — Помню-помню. Ты как-то приезжал на каникулы, тебя было весело гонять. Только я тебя потом не видел, а это было лет пять назад. — Ты все путаешь, Пирс, — прошипел Дадли. — Пустите, мы уходим. И, распихав в стороны своих приятелей, он потянул Уилла за собой в сторону дома. Некоторое время шли молча. Уиллу определённо не нравилось то, что происходило. — Дадли, в чем проблема? — наконец не выдержал он. — Почему Пирс не помнит, что я жил здесь? — Просто ты редко выходил из дома, а учился вообще в школе Святого Брутуса, вот он тебя и не видел, — скороговоркой проговорил Дадли. — Он тебя замечал только тогда, когда гонял вместе со мной по улицам. Прости за это, кстати. — Я не сержусь, — растеряно проговорил Уилл. — С тобой все в порядке? Платишь за меня, извиняешься… Не похоже на тебя. — Я уже объяснил тебе все, — буркнул Дадли и зашагал скорее. Несмотря на то, что был летний день, солнце радостно светило, а небо радовало глаз голубизной, идти вдвоём по почти пустынным улицам было страшновато. Удивительно, но никто не выходил из домов, словно во время сиесты в Испании. Вдруг на горизонте снова возник незнакомец в чёрном. Он направлялся прямо к ребятам. — Дадли, давай повернём! — быстро зашептал Уилл. — Он капец какой стрёмный, нам лучше уйти! — Расслабься, вот увидишь, сейчас он пройдёт мимо, — не поворачивая головы ответил Дадли. Человек подходил всё ближе и ближе. Теперь можно было рассмотреть его лицо, действительно желтоватого цвета, с синяками под глазами и впалыми щеками. На солнце блестела жиром его шевелюра. Ещё ближе. Теперь стало видно прищуренные чёрные глаза, глядящие, казалось, в саму душу. И вот они поравнялись. — Добрый день, молодые люди, — произнёс незнакомец глубоким красивым голосом, цепким взглядом скользя по лицу Уилла. Не найдя того, что пытался увидеть, человек слегка склонил голову и прошёл мимо. Похолодевший Уильям наконец-то вышел из оцепенения и оглянулся назад. Человек же уходил, не оглядываясь. — А я что тебе говорил? — сквозь пелену страха прорвался голос Дадли. — Всё ок, не нужны мы ему, а ты — тем более. — Да, — пробормотал Уилл, все ещё глядя вслед незнакомцу. — Действительно.