I. Войны Света и Тени

       – Оникс, – задумчиво произнес Нефрит. – Никаких ассоциаций, кроме очевидного значения. – Очевидное я тоже учел, – сказал Кунцит. – Мы все названы по минералам, причем полудрагоценным или декоративным. Я всегда считал, что это затея Берилл. Сейчас начинаю сомневаться. Мы имеем основания полагать, что Александрит никогда не служил Берилл, но у него такое же имя, как у нас. Тому должна быть причина. И еще, – Кунцит наклонился и начертил пальцем на столе символ – пятиконечную звезду в круге. – Не узнаешь? – Кажется, люди, называют это пентаграммой. Она считается знаком призыва потусторонних сил. – Может, и так. Но это не объясняет, почему она была изображена у нас на пряжках ремней. Еще одно – мы все носили одежду разных цветов, но, насколько я разобрал, сходного покроя. Не совсем униформа, но близко. – А цвета? – наугад поинтересовался Нефрит. – Под грязью почти не видно. Я видел лишь часть своего рукава, причем в чьей-то крови, но вроде бы серого цвета. Ты был в синем, Цоизит – в зеленом, Жадеит – то ли коричневый, то ли желтый, а Александрит – в темно-красном. Нефрит напрягся, словно представив картину. – Что такое? – Кунцит заметил его волнение. – Что-то видишь? – Не уверен. Образ промелькнул слишком быстро и смутно. Будто мы еще дети, и нас куда-то ведут на собрание. Мы одеты в те цвета, что ты описал – наверно, потому воспоминание и всплыло. Идет спор о нас, но я уловил только несколько слов, что-то о дворянской крови. И… – Продолжай. – Не знаю, важно ли это. Вы стояли рядом со мной. И у вас были синие глаза, как у меня, и черные волосы. А на тыльной стороне ладони у меня ссадина, совсем ерундовая, несколько капель крови выступило. Красной крови. – Ага. В моем сне твоя кровь была зеленой. И меня это не удивляло. – То есть, до того, как Берилл захватила нас, что-то с нами случилось, от чего цвет ваших глаз и волос и моей крови изменился. Не нравится мне это что-то. – Мне тоже, – согласился Кунцит. *** Все утро Нефрит провел за гаданием. Он сумел отследить себя и товарищей в разном возрасте и убедился, что волосы Кунцита из черных стали белыми примерно за год. Кунцит-брюнет был ребенком, но стремительно вырос в светловолосого мужчину. Сходный ускоренный рост пережили и остальные, даже Александрит, которому в то время исполнилось от силы шесть. «Не удивительно, что все мы немного странные. Удивительно, как младшие вообще с катушек не съехали». А вот про таинственного Оникса Нефрит не смог узнать абсолютно ничего. При любой попытке сосредоточиться на этом типе кристалл ослеплял Нефрита, как когда он запрашивал сцену своего воскрешения. Он пробовал оставить камень в спальне. Свет вспыхивал из ниоткуда. По его просьбе Цоизит повторил запрос, и иллюминацию устроил уже его кристалл. На том исследователи сдались. Цоизит выпросил у Нефрита его кристалл и исчез в неизвестном направлении. Сам Нефрит решил прокатиться по городу. Вдруг какая мысль придет в голову. Он бесцельно бродил по малознакомым улицам, пока не понял, что направляется в совершенно определенное место. Тот несчастный парк. Словно все самые важные события его жизни сговорились происходить только здесь. Ну и ладно. Он оставил машину и зашел в же часть, где провел ночь своей смерти. Первой смерти. Может, в неопределенном будущем повезет погибнуть еще раз. Хотя на улице стоял день, а не ночь, Нефрита не покидало жутковатое чувство дежавю, пока он гулял в роще. Да, вот тут. Они сидели у подножья гигантского дерева, когда появился Цоизит со своими приспешницами. Поглощенный раздумьями, Нефрит прислонился к стволу. – Сандзёин-сан? Он развернулся, вскидывая руку для заклинания, но снова опустил, когда увидел, кто перед ним. – Нару, ты меня напугала. – Я увидела, как вы здесь ходите. Словно потерялись. – Не совсем так. Это последнее место, которое я помнил перед тем как, – «умереть у тебя на руках», – исчезнуть в прошлом году. Я надеялся, что найду здесь что-нибудь, что поможет мне вспомнить… потерянный отрезок времени. Он предположил, что она слышала про его придуманную амнезию. Когда он покидал Америку, эта история мелькала во всех новостях. – Но пока не очень успешно, – он вздохнул. Точнее, совсем безуспешно. Вот, обещал же когда-то больше не врать ей. И опять не сдержал слова. – Извините. Если я вам мешаю, я могу уйти. – Нет, все в порядке. Я… думал. Мне неуютно здесь. Может, пойдем в другое место? – он почувствовал, как вздрогнула она от неожиданности, когда он небрежно приобнял ее за плечо и направил к выходу на улицу. – Я… я просто удивилась, зачем вам нужна моя компания. Я ж просто ребенок, а вы… – Иногда разница в возрасте – не самое главное, – ответил Нефрит. Сегодня он чувствовал себя на всю тысячу лет. *** «Земля, земля, я Нару, проверка связи. Я и Масато Сандзёин?» Однако именно это и происходило – он шел рядом, держа ее под руку, словно они парочка. Но вид у него был обеспокоенный. Интересно, что случилось, подумала Нару. Когда они проходили мимо кафе, что-то привлекло его внимание, и он остановился. И уставился на столик, где подруга Усаги, Ами, сидела с рыжим молодым человеком. Ами помахала им. Сандзёин задумался на секунду, но потом пожал плечами и направился внутрь. – Не ожидал тебя здесь встретить, – заговорил сосед Ами, когда они уселись. Нару его присутствие нервировало по непонятной причине. – Держи свое имущество, – он протянул Сандзёину подвеску-кристалл размером с палец Нару. Миллионер надел цепочку и закинул подвеску под рубашку. – Обнаружил что-нибудь? Незнакомец пожал плечами. – Он такой же, как мой, за одним исключением… Миллионер нахмурился. Интересно, о чем они, подумала Нару. Затем Сандзёин виновато покачал головой. – Ох, простите. Совсем забыл о хороших манерах. Нару, это Цоизит, мой старинный… знакомый. Цоизит, это Осака Нару. Кривенькая ухмылка Цоизита категорически не понравилась Нару, и она перевела дух, когда он не протянул ей руки. Судя по взглядам, Сандзёин с Цоизитом тоже не питали друг к другу теплых чувств. И потом, Сандзёин назвал его «знакомым», а не «другом». – А вы ничего нового не выяснили? – спросила Ами. – Ничего сверх того, что Цоизит и так тебе рассказал. Утро выдалось на редкость непродуктивное. Цоизит скосился на Нару, словно говоря "я-то знаю, из-за кого". Нару невольно зыркнула на него в ответ и подивилась про себя, что в нем ее так раздражает, кроме ушлого вида. – Ладно, мне пора возвращаться, – добавил Цоизит, поднимаясь. – Остальные меня потеряют. – А у меня занятия в компьютерном классе через пару минут начинаются. Простите, – Ами стала запихивать бумаги в папку. – До встречи. – Пока, – сказала Нару в пространство, когда эти двое разошлись в разных направлениях. – Вижу, ты шарахаешься от Цоизита, – заметил Сандзёин. – Он почти на всех так действует, так что не обращай внимания. – Интересно, что они здесь делали. Похоже на свидание или типа того. – Сомневаюсь. Ами не во вкусе Цоизита, – улыбнулся ему одному понятной шутке Сандзёин. – И вообще, он уже нашел любовь. – А почему он так одет? – спросила Нару. Точно – частично ее настораживала его серая почти-униформа. – Понятия не имею. Он лжет, поняла Нару и сама удивилась, почему так легко видит его насквозь. Они же встретились только вчера. – Что-то не так? – Нет, нет, ничего, – «наша любимая фраза в последнее время». – Давайте лучше сделаем заказ, пока нас не выгнали. – Только после тебя, – согласился Сандзёин, подзывая официантку. Пройдя необходимый ритуал заказа, Нару спросила неуверенно: – Сандзёин-сан? – Пожалуйста, зови меня Масато, – от частого употребления его улыбка не потеряла ни капли мозгоплавильной силы. – Масато, – послушно повторила она и покраснела. «Такое знакомое чувство. Я уверена, мы где-то раньше встречались». – А что за кристалл вам дал Цоизит? – Честно говоря, это единственная вещь, которая была на мне, когда я очнулся в Штатах на прошлой неделе. Я надеялся, что он что-нибудь выяснит, но, как ты слышала, борьба над нашей маленькой загадкой не увенчалась успехом. «И опять он недоговаривает». – Это как-то связано с тем, о чем ты говорил с Усаги? – Той ночью мы нечаянно встретились в парке, за несколько минут до момента, с которого моя память обрывается. Я надеялся, она вспомнит что-нибудь. «А что четырнадцатилетняя девочка делала на улице ночью? Но в этот раз ты не врешь, или, по крайней мере, говоришь не всю правду». Потом ни с того ни с сего Нару задумалась, как бы Сандзёин выглядел во фраке. – И почему у меня такое чувство, что я с вами уже встречалась? – спросила она вслух. Сандзёин пожал плечами, но по тому, как он избегал смотреть ей в глаза, Нару поняла, что он опять что-то скрывает. Он перевел разговор на погоду и новости, и девушка до самого конца встречи не знала, что еще спросить. *** «Поверить не могу, – думал Цоизит, шагая по улице в поисках укромного уголка, откуда можно телепортироваться, не привлекая внимания. – Он действительно влюбился в эту девчонку. Интересно, это пойдет ему на пользу или нет? Забавно – он меня уже не так сильно раздражает. Когда больше нет необходимости выслуживаться перед Берилл, мы переругиваемся больше по инерции». Углубившись в раздумья, он завернул за угол и врезался в кого-то. Пробормотал одну из бессмысленных «вежливых» человеческих фраз и попытался обойти преграду. Прохожий намеренно шагнул в ту же сторону, загородив ему путь. Цоизит отступил, насторожился – и точно. Глаза чужака явственно светились даже в тени шляпы. Не по-человечески. Бывший генерал Берилл собрал силы, готовясь к удару. Он почти расслабился, когда сотворенный ветер взъерошил ему волосы. Его глаза горели намного ярче, чем у противника. А потом энергия хлынула из этого… существа, явно с людьми не имевшего ничего общего, и Цоизит снова забеспокоился. Первый взрыв он блокировал, но по энергии понял, что выдержит только один-два таких удара, а с третьего поджарится до хрустящей корочки. И в ответ куда целиться? В голову? В грудь? Вдруг у этой штуки мозги в коленках? Когда нет другого выхода, нападай первым, бей, не сдерживаясь, и не дай загнать себя в оборонительную позицию. Слова Кунцита. Нефрит не последовал совету и потому погиб. И Цоизит атаковал – от безысходности, без надежды на результат, снова и снова швыряясь в тварь зарядами изо всех сил. Все, что ему удалось – мешать противнику собраться для контратаки. Ну хоть что-то. Как сэйлор-воины расправлялись с этими тварями? Сэйлор Мун сообщила Нефриту, что они уничтожили несколько штук, если это те же самые штуки, а по всем описаниям это они и есть. Повредить неизвестным существам могли только Юпитер, Венера и сама Сэйлор Мун. Атаки Юпитер и Венеры походили на то, что сейчас использовал Цоизит – мощные заряды электромагнитной энергии, которые замедляли и отвлекали тварь, но не могли ее остановить. Что есть у Сэйлор Мун, чего нет у него? «Серебряный кристалл. Супер. Разумеется, она с радостью мне его одолжит, особенно если я припрусь с этой гадостью на хвосте, – рыжий запустил в противника еще одним зарядом, но уже начинал уставать. – Минутку. Дурацкий зеленый камень у меня на шее. Компьютер Ами показал, что у них сходная структура с Серебряным кристаллом… Надо попробовать. Продолжать в том же темпе вечно я не смогу, пусть принесет хоть какую-нибудь пользу, вместо того, чтоб создавать помехи при гадании». Он зажал маленький зеленый кристалл в левой руке, продолжая обстреливать монстра правой. Зеленое сияние просочилось между пальцев, кристалл потеплел. По наитию Цоизит накрыл камень и свободной рукой. Незнакомая сила заструилась по нервам. Прожилки зеленого света рванулись из кристалла и обволокли существо. Оно закричало, впервые за все время борьбы подав голос, загорелось зеленым и исчезло в яркой вспышке, похожей на помехи от кристалла во время утреннего опроса звезд. Цоизит остался в узком пустынном переулке один, сжимая бездействующий камень в руках перед собой. Колени подламывались. Он добрался до ближайшей скамейки, ослабил хватку и еще раз осмотрел кристалл. Камень все еще сохранял тепло, и в глубине его тлел слабый огонь. Может, отблеск от солнца, может, и нет. «Ничего не понимаю. Что же ты такое?» Чуть более яркая искра пробежала по одной грани, словно ответ. Или просто от смены угла освещения. *** #Это не Оникс, – выразил мысль Древний. – Я никогда его раньше не видел. Должно быть, кто-то из новых#. #Он опасен?# #Не уверен. Может быть. По всем признакам он из боевой Цепи, а это ничего хорошего не предвещает#. #Не понимаю. Объясните, что это значит#. #Вот и назначай молодняк заместителем командора экспедиции, – Древний задумался – у человеков молодые особи такие же бестолковые? – Кристаллотворцы всегда выполняли сложные операции группами. Такие группы называли Цепями, участники-звенья состояли в одной Цепи до конца своих дней. Боевые Цепи создавались специально для борьбы с нами и состояли из пяти звеньев с различающимися способностями, чтобы они дополняли друг друга#. #И этот новый кристаллотворец принадлежит к такой Цепи?.. – протянуло существо, которого все, кроме Древнего, называли «господином». – Другие настолько же сильны, как он?# #Вполне возможно, что они еще сильнее#. #Как?!# #Тот, кого мы видели, не является Центром Цепи. Центр всегда самый сильный из группы, ведь ему надо уравновешивать всех остальных#. #Но он убил нашего воина! Без посторонней помощи! Даже те надоедливые смертные имели хоть шанс задеть нас только втроем на одного. А вы говорите, что по планете бродят четыре еще более опасных кристаллотворца?!# #Вряд ли они доставят нам серьезные проблемы. Тот, кого мы видели, силой не обижен, но использовал только примитивные приемы, словно никогда не проходил обучения или забыл его. И я чувствую, что эта Цепь не уравновешена, то есть, один из ее звеньев, возможно, мертв… В любом случае, главную опасность представляет Оникс. Найдите его!# #Слушаюсь#, – младшее существо призадумалось – у человеков пожилые особи такие же маразматики, как у его вида? *** А где-то в городе на крыше сидела темная фигура, в раздумьях над событиями. «Они нанесли первый удар. Не знаю, к добру это или нет. Я так надеялся, что им удастся подольше избегать внимания эмпирейцев. Ну, что сделано, то сделано. Придется исходить из того, что есть». Он закашлялся и совсем не удивился, увидев брызги темной крови на грязной поверхности крыши.