«Перчатки»

Уже после того, как я оказался внизу, во мне проснулась тоска. Конечно, это было глупо. «Всё-таки я ему сказал! Сказал, но ведь не всё! Не всё! Не сказал главного! Но… не следовало говорить это. Он мог бы решить, что это позволяет ему… Нет, нельзя было сказать. Только и того, что сказал я, можно было бы тоже не говорить. Но неужели я похож на того, кто мог бы влюбиться после?.. А! Опять я возвращаюсь к этой теме! Так я просто снова разозлюсь, а мне надо настроиться на то, что в следующий раз я ему доскажу оставшуюся половину! Не на то, что я снова расскажу почему и из-за чего не мог в него влюбиться!» Рэсси встретил меня изумлённым взглядом. — Хозяин, Вы вернулись? Я думал… — Ты в это время всегда уходишь, — напомнил я, не задумываясь над тем, как стану объяснять, откуда мне это известно, если он спросит. — Плохо опаздывать. Идём. — Вы со мной? Я думал, Вы злитесь и не хотите меня видеть… — Злюсь. Нет, злился… Неважно. Я злился не на тебя. Ты, как раз тот, на кого не за что злиться. Разве что тебе не стоило меня целовать, но это — мелочи, — теперь, когда я помнил, Рэсси был для меня именно тем самым псом, а вовсе не странным парнем, спасшим меня во время моего бегства. Больше меня он не пугал, и я знал, что являюсь его хозяином. Почти безоговорочно. — Спасибо тебе. На самом деле, ты очень помог. Тебе не в чем себя упрекнуть, — я улыбнулся и, хотя он был выше ростом, опустил ладонь ему на плечо. Он посмотрел на меня, всё-таки с несколько виноватым видом, но тоже улыбнулся. — Я рад слышать это, хозяин. Но Вы не правы. — Ничего. Об этом ты мне потом расскажешь. Но вот что меня возмущает на самом деле, так это твой новый вид. Точнее, меня возмущает то, что я о нём ничего не знаю. Давно ты так можешь? — Достаточно… — признался он, сконфуженно. — И что, об этом знал кто-то? — Профессор. — А ещё? — не оставлял его в покое я. — Возможно, Сергей. — Забавно. А почему в этом списке нет меня? М? Разве я, по идее, не должен был узнать это одним из первых? Кто ещё знал? — Только тот, кто мне помог… Вам, хозяин, я обещал ничего не говорить в течение года. — Ладно, предположим. Кому именно ты это обещал? Рэсси буквально отскочил от меня, словно я был в силах уничтожить его единственным прикосновением. Вот странный. Разве я стал бы причинять ему вред? — Нельзя… заперт… нет… нельзя правду… — он схватился за голову. «Так-так, что-то это мне совсем не нравится. Кто же это помог ему? И как именно? Дал способность принимать человеческий вид? Удивительно! Но этот кто-то должен ещё и меня знать. С какой стати он запретил говорить мне обо всём в течение года? Чего ради он помог Рэсси? И зачем самому Рэсси способность принимать человеческий облик?» — Этот человек… он… если бы я подумал раньше… он создал программу… блокирующую… не могу сказать, кто он… — Не можешь и не надо, — успокоил парня я, — не переживай так сильно. Всё в порядке. Мне не так важно, кто он. А зачем тебе это было нужно? — Мне было нужно… Необходимо… хозяин… — Тебе придётся рассказать, зачем именно, — твёрдо произнёс я, — но позже. Сейчас идём. Мне бы хотелось, наконец, сделать что-то настоящее.

***

Сначала Рэсси отвёл меня в какую-то комнату — она была больше, чем та, в которой я обитал — и сказал, что мы должны взять с собой некоторые вещи. «Некоторыми вещами» оказались аккумуляторы. Насколько я понял, мы как раз должны были начать борьбу с нехваткой энергии. Как удачно… Интересно только, каким образом?.. Далее, мы отправились наружу. Я полагал, что мы пойдём в тот же странный дом, где был тоннель под рекой, но я ошибался. — Сегодня мост. Там тоже есть переправа. Это место Вам, конечно, не понравится, но с этим ничего не поделать. Людям оно не нравится ещё больше, именно поэтому оно заперто, почему и удобно к использованию. — Между прочим, о запертых помещениях, — вспомнил я. — Почему это вдруг я смог тебя выпустить? Лимит был исчерпан, но дверь легко открылась. — О… после я буду жалеть, что говорю об этом… Но Вы больше не тот, кого я вправе ограничивать в знаниях или держать под замком. Дверь блокируется только внутри. Снаружи её можно открывать и закрывать, сколько угодно раз. — Вот это супер! Рэсси, да ты понимаешь, что это значит?! Значит, что если люди найдут наше убежище, новички не смогут сбежать! А люди запросто до них доберутся! И всё! Новички никогда больше не поверят в возможность освободиться, а всё потому… — Этого не случится, не волнуйтесь, — уверенно произнёс Рэсси, — людям двери не открыть. Это могут только роботы. Разве что, люди используют «перчатки». Но их нужно будет выключить, а этого люди не смогут сделать. Или не поймут, что это нужно сделать. Теперь Вам ясно? — Да, вполне. Мне ясно, что нам безумно повезло — профессор не создал инструкции по применению, а те, кто купил «перчатки», очевидно, знают о них не всё. Но если дать им повод — узнают. Поэтому нужно лишить их даже шанса на подобное. — Похитить «перчатки»? — Уничтожить чертежи, — покачал головой я. — Решить проблему с нехваткой энергии. Ведь ты для этого взял с собой аккумуляторы, верно? — Верно, хозяин. Но это будет очень сложно выполнить. Сегодня просто такой день. А уже завтра этого не будет. Мы не можем зайти в каждый дом, где есть роботы. Не можем. — Я этого и не предлагаю. Точнее, я вообще ничего не предлагаю. Мне пока неясно, как действовать. Пока что есть только мысли. Далеко ещё идти? — Мы почти на месте, хозяин. Постепенно, меня начинало раздражать это его извечное «хозяин». Раньше он говорил это, но… но раньше он вообще говорил в разы меньше. И поэтому никак не мог раздражать.

***

Это было жутковатое деревянное строение. Правда, я узнал об этом, только когда мы открыли прочную железную дверь забора, ограждавшего его. Мне пришло в голову, что его существование вещь странная. Кому-то было так важно огородить это здание. А почему? Это же дорого. И обычно так не делают. Натягивают «сетку». Но чтобы каменный забор, с такими воротами… Видимо, это здание играет какую-то роль. Какую, интересно? Оно выглядит просто ужасающе. Полуразрушенное, здание не вызывает доверия. Как и мост, находящийся за ним. Правда, Рэсси говорит, что это всё только видимость. Надеюсь, он говорит это не потому, что хочет меня успокоить, а потому, что это на самом деле так. Ну, времени волноваться и бояться не было, так что я вошёл в странный дом без особых колебаний. И оказалось, что бояться внутри было нечего. Да, дом старый. Но он ещё долго сможет простоять. А вот мост так легко проверять мне не хотелось. Он был просто-напросто деревянной доской. Широкой, да, с каким-то шестом посередине, да, но всё же надёжным не казался ни капли. Было непонятно, как он устроен и как держится. Единственное, что радовало: близость другого берега. Но вот река внизу немного пугала. — Не волнуйтесь, хозяин. Здесь не раз и не два ходили роботы и не поодиночке. — Да… Но кто его построил? И на чём он держится? — Видите, в центре стержень? От него идут две верёвки, креплёные к домам с двух сторон. Под мостом — горизонтальный стержень, к которому присоединены специальные крепления. Конечно, он соединён с вертикальным стержнем. — Стой. Какие верёвки? Где? — растерялся я. — И зачем они нужны? — Прозрачные. Технология их создания мне неизвестна. Возможно, это как-то связано с леской. Если присмотритесь — увидите. А зачем не знаю. Не я строил этот мост, и при мне его также не делали. Я лишь несколько раз ходил по нему. Безусловно, в первый раз со мной был проводник, который и рассказал об устройстве моста. Но, кажется, Вы сами говорили, что нам нужно спешить. Мост, на удивление, оказался прочным. Он не прогнулся, не заскрипел, не зашатался, после того, как мы ступили на его поверхность. Коротко говоря, переправа оказалась делом лёгким. За мостом находился точно такой же дом «ужасов». Потом снова забор и снова металлические ворота. И вот, мы, наконец, оказались в… нет, это был не город и не посёлок. Не знаю даже как и назвать. Но, если называть вещи своими именами, это было сборище богатых домов. Высоких, широких, окружённых заборами и так далее до бесконечности. Да, я помню, у моего хозяина тоже был примерно такой дом. Вот интересно, что именно мы будем делать? — Сегодня день вылазок, — словно решив ответь на мои мысли, сообщил Рэсси, — день, когда можно импровизировать. Организуем побег, а не поспособствуем ему. В Вас достаточно энергии? — Да. Но что именно нужно будет делать? — Здесь около тридцати домов. Но. Только в трёх живут «одинокие люди». С ними проще справиться. Нет, разумеется, охранник в каждом доме тоже где-то есть, но он не считается. Мы успеем убежать. Суть в том, чтобы проникнуть в один из домов. Отвлечь хозяина, забрать «перчатки» и помочь всем роботам сбежать. — Хорошо. Но как мы туда проникнем? Лучше б я не спрашивал. Рэсси неожиданно подхватил меня на руки. — Вариантов мало, этот самый простой. Сделайте вид, что потеряли сознание. Вот легко же ему было сказать! А как это исполнить, если никогда не видел человека в обмороке? Нет, закрыть глаза и не подавать признаков жизни — пожалуйста, запросто. Но вот в чём вопрос: не шевелиться совсем и «одеревенеть» или же напротив стать «пластилином»? Ладно, посмотрим, как получится… Рэсси, как мне кажется, с большим трудом, позвонил в дверь. Минута, две, три… — Вы не могли бы помочь моему хозяину? — раздался его взволнованный голос. — Что с ним случилось? — строго осведомился кто-то другой. Наверное, владелец дома. — Нет сведений. Честно, я чуть не рассмеялся. Если бы не серьёзность ситуации, мне не удалось бы удержаться от улыбки. Зачем это он так? Не припомню, чтобы хоть кто-то на самом деле разговаривал с людьми так. — Ну и как тогда я могу ему помочь? — холодно осведомился человек. Молчание. Я чувствовал на себе прожигающий взгляд. Не понимаю… Он надеется понять что со мной, просто глядя на меня? Или что? Что?! — Ладно. Посмотрим. Проходи, может он сам в себя придёт. Но тебе я не позволю сидеть просто так. — Я мог бы делать что-нибудь, — согласился Рэсси, — только скажите что. — Сначала отнеси его внутрь. Потом наступила тишина. Я слышал шаги, дыхание человека, изредка — шелест одежды. Кажется, мы поднялись по ступенькам наверх, потом, очевидно, оказались в комнате. Рэсси опустил меня на что-то мягкое. Буквально за секунду до того, как отпустить меня, он передал короткое сообщение: «Перчатки». И я понял. Он оставляет это на меня. Я должен найти их и забрать. Вот это новость. Хозяин дома отдал Рэсси какой-то приказ, а потом, когда пёс вышел, неожиданно запер дверь. Вот это уже плохо. Зачем он её запер? И что собирается теперь делать? — Я слышал, дети любят, когда о них заботятся, — немного насмешливо произнёс мужчина. Спустя несколько секунд я оказался укрытым одеялом. Что-то это мне совсем не нравится. Если он не уйдёт, то мне не удастся найти «перчатки». Да что там, мне ничего не удастся сделать. А я должен. Должен! Наверное, прошло больше четверти часа, когда я понял, что лежать и дальше бесполезно. Тогда я приоткрыл глаза, стараясь не сделать это слишком быстро. Высокие потолки, светлые стены… Нет, это всё неважно. Я приподнялся на локтях. Мужчина сидел совсем рядом, на стуле. Я попытался сделать вид, что не замечаю его. Обвёл комнату взглядом, выискивая «перчатки». Нет, на видном месте их не было. Похоже, особым везением я не отличаюсь. Наконец, я повернулся к владельцу дома. — Где я? — Считай, что в гостях, — усмехнулся он. — Что я здесь делаю? — словно забеспокоившись, торопливо спросил я. — Приходишь в себя. Тебя притащил твой робот. — Какой робот? — опешил я. Нет, не скажу что я так уж хорошо умею притворяться, но, кажется, в этот раз вышло. Как же сложно мне будет, ведь лгать я не могу… — Высокий и кудрявый. Вспоминаешь? Вспоминать-то я вспоминал, но почему-то совсем не Рэсси. Кого-то другого. Только всё ещё не мог понять — кого. Да и времени не было. — Кажется… ох… — я прикрыл глаза, чуть пошатнувшись. Забавно это, шататься, когда сидишь на диване. — Так ты пришёл в себя или нет? — строго уточнил мужчина. — Да… да, не волнуйтесь. Постойте, но где же он? Я должен идти… — Нет уж. И не надо считать, что меня так легко провести, — он встал со стула. Да, не стану скрывать, я испугался и сильно. Он всё понял? Догадался о наших целях? — О чём Вы? — Думаешь, я не вижу? Твой робот, наверное, даже не знает, кто ты. Но ты слишком уж походишь на себя. Я знаю, что ты сбежал. Это все знают. Тебе следовало сменить внешность. Разве я не прав? — Значит, — стараясь сохранять спокойствие, начал я, — Вы считаете, я, так называемое, «интересное изобретение», да? — Я в этом уверен. Ты бы не знал этого названия, будь иначе. Я засмеялся, негромко и весело. Наверное, это истерика. Впрочем, неважно. Главное, это способ. Шанс. — Всё это ерунда. А как же энергия? — Её-то у тебя и нет, — не задумываясь ответил мужчина, — потому с тобой это и произошло. Из-за этого этот робот принёс тебя сюда. Может, спутал со своим хозяином. — Он-то ничего не путал… Это Вы напутали. Да, я очень похож на того, кем Вы меня считаете. Но знаете, это же так легко проверить. У Вас ведь есть «перчатки»? Используйте их. Не вижу проблемы. Он поднял брови, но потом выдал: — Так я и сделаю. Не надейся, что твои слова заставили меня думать, будто нужно опасаться подобного действия. Он отошёл к комоду, открыл его и вытащил нужный мне предмет. Вот они. И мне нужно, необходимо! , их забрать. Как? Не могу же я просто вскочить и выхватить их у него из рук. Только того он и ждёт. Мужчина медленно натянул одну «перчатку» на руку. Вторую оставил. Уже хорошо. — Ну же? — Не волнуйся, я знаю, как именно ты сбежал. И я не пощажу тебя. Ты получишь эту зависимость. И больше уже никаких побегов. Он приблизился. Когда скрытые «перчатками» чужие пальцы оказались близко от моего лица, я не выдержал. Нет, конец игре. Я вскочил с кровати и перехватил чужую руку. Хватит ломать комедию. Этот человек слишком много о себе думал. Ту «перчатку», которую он не надел, я выхватил сразу. Потом уже отшвырнул человека от себя. Он закричал. Плохо. Но… дверь-то заперта, а охранник один. Скорость позволяла, я оказался рядом с человеком раньше, чем он успел что-либо предпринять. Стащил «перчатку» с руки. Что же дальше? Его необходимо связать. Да, я дурак, нужно было стащить «перчатки» незаметно, а не вот так. Но да теперь уже поздно. — Я так и знал! Я знал! — кричал он, почему-то не пытаясь бежать. А, знаю, бежать-то ведь некуда. — Вы ничего не знали, — я схватил его за ворот кофты, — и ничего не понимали! И никогда не сможете этого понять. Я снова осмотрел комнату. Неужели всё же повезло? Верёвка. Ну откуда ей здесь быть? Хотя… Мне вспомнилось, что иногда хозяин привязывал нас. Ну, это было чисто символически, для того, чтобы показать, какие мы жалкие. Дальше всё было довольно просто. Сил мне хватало, в них у меня никогда не было недостатка. Я связал мужчину, уже начавшего брыкаться. Даже соорудил нечто вроде кляпа из простыни, которую, конечно, пришлось немного порвать. — Вы больше не хозяин, — с усмешкой сообщил я, уже открыв дверь. «Перчатки» теперь были у меня. Они казались уже простым трофеем, а не оружием против роботов. Жаль, что их ещё много. Внизу уже ждал Рэсси и с ним ещё девять роботов. Но вряд ли кто-то из них понимал, что я иду к ним не с самыми хорошими новостями. — Рэсси, он узнал меня, — торопливо сообщил я, едва приблизившись к парню. — И ничего удивительного, — заметил один из тех девяти роботов, — как будто возможно было не узнать, когда тебя ищут везде и всюду. Я растерянно посмотрел на него. Как же это понять? Из-за чего это до сих пор так? Нет, а вообще, на кой я сдался?! — Зачем? Кто? — Хозяин твой, кто ещё? — продолжал всё тот же парень. — Кто ж знает этих людей? Зачем ты нужен, вопрос, несомненно, хороший. Ответа ты не найдёшь. Да и не самое время об этом рассуждать. Пора бежать. — А остальные? — пробормотал я. — Что будет с теми, кто останется в других домах? Меры же ужесточатся… — Это несомненно. Но обычно такое случается на время, — «утешил» меня Рэсси, — но, знаете, я подумал… раз Вас ищут… Отчего бы нам не использовать это? Если сильно сократить и не отягощать никого деталями, мне пришлось согласиться с планом Рэсси. Почему? Да, в первую очередь, потому что я помнил, что такое «ужесточение мер». Это не шутки. Да, оно всегда временное. Но, как бы то ни было, совсем не здорово даже временно жить под постоянным напряжением. Я имею в виду, когда рядом постоянно кто-то в «перчатках». Издевается, не позволяет приблизиться на лишний шаг, но при этом вечно говорит что-то об энергии. Там даже и понять нельзя, что он говорит, потому что сил нет… В общем, ужаснее положения почти что нельзя придумать. План Рэсси заключался в следующем: я должен был выйти на улицу и встать так, чтобы меня было видно из окон; Рэсси и остальные найдут охранника и подведут к окнам; как только они это сделают, Рэсси даст мне сигнал, и я побегу вперед, на пределе скорости. Дальше, понятно, я отправлюсь в убежище. Рэсси же и те, кто с ним, постараются вытащить как можно больше роботов и охранников для погони за мной. Так как в таких погонях люди чаще всего в центре, их легко будет победить. Ведь среди роботов будут неподвластные «перчаткам». Они смогут отнять «перчатки» у людей, а самих людей — связать. Таким образом, к нам в убежище попадет преогромное количество роботов. На теории план казался чуть ли не идеальным. Но я понимал, что на практике могут возникнуть проблемы. И даже не просто проблемы, а серьезные сложности. Рэсси дал сигнал. Я рванул вперед. Тут у меня никаких проблем не возникло. Да, с таким у меня никогда сложностей не было. До моста я добежал быстро. И вот у моста меня настигли те самые трудности. Во-первых, оказалось, что ворота открыты. Это уже настораживало. Во-вторых, там, за домом, слышался какой-то шум. У моста кто-то был. Стараясь не шуметь, я прошел по дому и выглянул в небольшое окошко. Вот и неприятность номер три: двое людей. Они стояли у моста и о чем-то, кажется, говорили. И последней сложностью было… отсутствие моста. Положение казалось безвыходным. Нет, не для меня. Я-то что, со мной все будет нормально, я спрячусь и всё. А они? Те, кто побежит здесь очень скоро? Что будет с ними? Но время, кажется, есть. Если только люди уйдут… Но если они пойдут прочь, то заметят меня! Я спешно поднялся на второй этаж, хотя и опасался, что провалюсь вниз. Нет, определённо, дом был прочнее, чем могло показаться. На втором этаже было неуютно и пыльно, зато безопасно. Даже имелось окошко, через которое, как оказалось, можно было не только наблюдать за людьми, но и сбежать. Ведь рядом с ним была натянута та самая прозрачная веревка! Вот он — шанс! Вот он — выход! Осталось дождаться ухода людей. Хотя… Нет, если я побегу сейчас, они могу заметить. А так как меня ищут… Нет, слишком опасно. Пока я думал, люди успели уйти самостоятельно. Вот, кстати, я заметил, что они были облачены в куртки. И тут же понял, что причина моего разоблачения была ещё и в том, что я как раз не был одет в куртку. Март всё же, не жарко, а я… Ладно, сейчас не о том надо думать. Я распахнул окно, встал на подоконник, держась одной рукой за раму, а второй пытаясь схватиться за верёвку. Довольно скоро, мне это удалось. Тогда, я отпустил раму и повис на верёвке, держась уже двумя руками. В отличие от моста, верёвка не отличалась прочностью и устойчивостью. Она прогнулась и неприятно заскрипела. «Что же будет, когда я окажусь между домом и стержнем? Насколько эта верёвка прогнётся? Не упаду ли я? Да ведь на это нет времени!» Мне пришлось торопиться. Да, когда я оказался в «центре» мне показалось, что сейчас я коснусь воды ногами, но, похоже, это был глупый страх. Почти постоянно меня качало из стороны в сторону, разок я чуть не умудрился устроить своему носу свидание со стержнем, но это всё сущая ерунда. Я же добрался до другой стороны! Ну почти… Окошко в другом доме оказалось закрытым. Внизу, конечно, была расчудесная грязь, но меня туда не тянуло. Тем более, что грязь штука скользкая, а река-то близко. Упаду и всё — пиши пропало. Попытка разбить окно, определённо, была не лучшей моей идеей. Я всё-таки свалился вниз. Удачно так, испачкался только… Но это было мелочью. Нужно было спешить, и я спешил. Бежал. Снова бежал туда, к убежищу. Уже темнело… Пробегая мимо дома, я едва заставил себя не думать о том, что было бы очень здорово зайти туда, а не в убежище. В убежище плохо, а в доме… там мне стало бы легче. Даже если бы пришлось объясняться с Серёжей. Точнее, мне бы именно стало легче, от разговора с ним. Но нельзя. Нужно успеть. Хотя, я, наверное, уже опоздал. Нет, я должен его предупредить. Неважно, успеваю или нет. Я влетел в комнату. Вот когда я порадовался, что она маленькая. Схватил устройство и торопливо позвал: — Рэсси! Ответа долго не было, потом он всё же откликнулся: — Что случилось? — Идите через тоннель, слышишь? Через тоннель! Мост уничтожен! Похоже, люди узнали о нём! — Хозяин, а что с Вами? — Я уже в безопасности. Прошу, сделай так, чтобы это было верно и для тебя, и для них. — Да, хозяин. Наверное, я сидел в комнате более получаса. Рэсси всё не было. «Нет, это не странно. Заморозка и всё такое займут много времени. Но я больше не могу тут сидеть. Мне нужно туда, наверх. Ничего, если я уйду. Они нескоро явятся. А даже если и скоро, я имею право уйти!» Больше я не колебался. Встал и направился к тоннелям. Поднялся в дом. Там царила тьма. Ночь наступила. Жаль… Неужели, придётся вернуться? Нет, не хочу. Послышались шаги, щелкнул выключатель, зажёгся свет. Полусонный Серёжа растерянно смотрел на меня. — А… Эл, — наконец произнёс он, после чего зевнул и странно улыбнулся, — ты пришёл. Ура… Иди ко мне. Я нерешительно подошёл. Мы будем говорить с ним, да? Выяснять всё до конца? Я не хочу сейчас… Мне бы хотелось… Хотелось просто… Побыть рядом, в тишине. Он ведь спать хотел, наверное. Жаль его окончательно будить, а спокойно… Получится ли? Серёжа изучал меня взглядом. — Какой странный сон… Ты весь грязный… Но это и доказывает, что… Мм… — протянул он, — пойдём. Он, с убийственным спокойствием, взял меня за руку и повёл куда-то. Я не сопротивлялся. Сон, так сон, пусть делает, как хочет. Пока что это лучшее, что может происходить. Я не стану всё рушить, если только он не решит сделать что-то… запредельное, скажем так. Серёжа щёлкнул каким-то выключателем и открыл дверь. Ванная… — П… подожди, у меня же… — смущённо пробормотал я, но он и не подумал остановиться. Вместо этого Серёжа открыл какой-то ящичек (причём не отпуская моей руки) и вытащил из него… пакет. «Вот это мне не нравится… Он же не собирается?..» — Здесь наверняка есть канцелярские резинки, если закрепить пакет ими с двух сторон, то, по идее, вода не сможет попасть туда. Будешь в полной безопасности. Тем более, это сон… Так что не вредничай. Прозвучало всё это, конечно, «здорово». Так, будто он пытался меня убедить в том, что всё сон, а сам давно знал, что это не так. Но я не стал с ним спорить. Действительно, этот метод, по сравнению с методом тех людей, вполне приемлем. Вот безопасен ли — не знаю. Хотя это было уже не в первый раз, я чувствовал себя очень неловко, когда он раздевал меня. Слишком давно такое было… слишком давно… — Мм… это действительно странный сон, — протянул Серёжа, — откуда они? — он взял в руки «перчатки». Мне самому на секунду показалось, что я лишь часть странного сна, но после я вспомнил, что эти «перчатки» я забрал у того человека и запихнул в карманы. Удивительно, что они не выпали ещё… — Положи, — прошептал я, стараясь не разрушить его иллюзию своими словами, — они не нужны теперь. — И верно… это же сон, — он улыбнулся. Для меня вода, конечно, была не самым приятным явлением, но опять же, я не хотел всё испортить. И мне нужно было избавиться от грязи. Да и ещё… Слишком легко было отвлечься на Серёжины прикосновения… Он был как-то по-особенному нежным… — Знаешь, — выдохнул он, уже смывая с меня пену, — я ведь не дурак. Ты мне солгал, не надейся, что я поверил. — Нет… — тихо откликнулся я, чуть подаваясь ему навстречу, — я не могу лгать. — Но ты ведь любишь меня, — улыбнулся он, осторожно касаясь ладонью моей щеки. Интересно, откуда в нём эта уверенность? Но… это замечательно, что он это понимает. Хотя бы во «сне». — Люблю, — прикрывая глаза, подтвердил я. Как всё просто в его «сне»… и как сложно в реальности… Если бы всё и всегда было так, как в этом «сновидении»… хотя всё и в самом деле именно так! — Ты же знаешь, теперь я не отпущу, — он притянул меня к себе. Между нами, наверное, уже не было и миллиметра расстояния. — И не нужно… Осторожный, почти неощутимый поцелуй. Просто мы оба слишком боялись, что иллюзия закончится… Каждое касание было словно лишь полукасанием, каждый поцелуй будто только полупоцелуем… Каждый звук оказывался тихим и приглушённым… Это было чем-то совсем новым, вовсе не таким, каким было раньше… Дело в том, что это «сон»?.. Или в том, что мы так давно были порознь? — Эл… — он прерывисто дышал. Разве что именно это было той частью «сна», которая не вписывалась в общую иллюзию. И я знал, что скоро будет и ещё кое-что, к ней неподходящее. Иначе уже не могло произойти. И даже внутри меня не было страха от этих мыслей. — я знаю… как ещё… можно использовать гель… Я кивнул, хотя и сознавал, что уж теперь точно никаких неощутимых «полу» не будет. А так как прошло много времени… … это было больно. Мне не удалось — хотя я пытался — сдержать крик, который, впрочем, больше напоминал вой. Я боялся, что это всё разрушит. Ведь во сне было бы иначе… Но, к счастью, Серёжа не стал заострять на этом внимание…

***

О том, что мне нужно вернуться в убежище, я вспомнил уже лёжа с Серёжей в кровати. И понимая, что теперь поздно, что вставать сейчас будет больно, да ещё и опасно, потому что можно будет случайно разбудить парня, я решил, что могу и остаться. «Слишком хорошо и спокойно… Рэсси… всё поймёт… обязательно…»

***

Где-то в девять утра Серёжа проснулся. Приоткрыл глаза, посмотрел на меня, улыбнулся. Потом сел на кровати, и вот тогда до него вдруг дошло… — Эл?! Ты здесь откуда?! — Как, уже не помнишь? — искренне удивился я, — я вчера пришёл. Ночью. Ну… а после того, что было… остался. — Но… но ведь… это был сон… не понимаю… — пробормотал он. — Ты же… ты сказал, что любишь меня. — Это так, — кивнул я. — Но а как же?.. как же то, что ты говорил до? — Пока мне не стёрли память, — пояснил я, — я не любил тебя. Но так вышло, что полюбил после. Не спрашивай, как это вышло. Я бы назвал это любовью с первого взгляда, но ты опять скажешь, что не продавал меня, а значит я тебя не видел. Но я видел, это точно. — И вовсе нет, — опустил взгляд он, — но я хотел бы спросить не об этом… даже если и так, то почему ты казался таким счастливым, после моего признания? Почему, Эл? — Ты прав, я был счастлив, — улыбнулся я, — это было замечательное время. Непросто объяснить, — я тоже присел. Боль не заставила себя ждать, но она была не столь сильной, сколь когда-то давно, а потому я счёл возможным её игнорировать, — знаешь… когда тебя любят, это тоже счастье. Серёжа как-то уж слишком нерешительно приобнял меня за плечи. — Я бы хотел познать это счастье, — заметил он, тихо. — Теперь можешь не сомневаться, что познаешь. — Сейчас? — всё же объятия стали более крепкими. — Нет… очень много всего… ты сам знаешь, проблемы… столько проблем… Я должен вернуться, иначе Рэсси сойдёт с ума. — Он сойдёт с ума, если ты вот в таком виде заявишься к нему, — хихикнул Серёжа. — Так что начнём с того, что оденемся. Только ты не торопись. Знаешь, вчера… после твоих слов… всё это слишком, понимаешь? Если ты уйдёшь сразу, я подумаю, что мне всё на самом деле приснилось. — Не переживай, это реальность, — твёрдо произнёс я, — прости, что так вышло, я торопился. Всё время теперь тороплюсь. Нам не везёт, да? Придётся к этому привыкнуть. Мне нужно вернуться в ванную, я оставил «перчатки» там. — Да! Точно, а как вышло, что они не понадобились? — Я потом тебе объясню. Мне нужно поговорить с профессором и прояснить пару моментов. Ты, наверное, не до конца меня понимал в то время. Это потому, что я не понимал тебя вообще.

***

Увидев нас вдвоём спускающихся по лестнице, профессор едва не уронил кружку на пол. Нет, ну я бы на его месте тоже удивился. Всё же, он наверняка вчера решил, что я… пожалуй, даже не желаю общаться с Серёжей, а сегодня вдруг иду вместе с ним, да ещё и вполне мирно. К тому же, сам факт того, что я спускался со второго этажа дома, а не поднимался из убежища не мог показаться профессору нормальным. Видно, ночью он крепко спал и ничего не слышал. — Как это понимать? — спросил он, когда мы уже спустились. — Мне нужно было с Вами поговорить, — сообщил я, — но была ночь, и я решил дождаться утра. Мне удалось достать их, — я протянул учёному «перчатки». Профессор растерянно взял их в руки. — Элек, но… почему ты остался здесь? Я не понимаю… — Это не так важно, — торопливо ответил я, чтобы Серёжа не успел сказать ничего лишнего. Пока что мне нужно, чтобы у профессора не случилось ничего с психикой. — Мне бы хотелось знать: почему за мной гоняются? Видите ли, вчера оказалось, что меня ищут. И я хотел бы знать: из-за чего? Чем я так могу кого-то интересовать? Лицо профессора исказилось. Видимо, он всё же знал ответ. — Хозяин. Меня словно ледяной водой окатило. Я обернулся. Сзади, мрачный и раздражённый, стоял Рэсси…