Пепел

      «Чертов Стайлс, чертова математика, что б вас…»       Мысли никак не хотели укладываться в голове чем-то ровным и внятным, то и дело появляясь из ниоткуда и уходя в никуда. Впервые за все время пребывания Тесс не только на территории этой школы, но и на территории всего города ее вывели из себя… А главное кто? Татуированный донельзя ботаник, который не видит ничего, кроме правильности.       Казалось бы, это не такая уж и проблема, но понимание того, что теперь ее мать будет знать о ее школьной жизни, комом ложилось на душу, топя якорем куда-то вниз, где не было шанса вздохнуть с облегчением. Хотелось взять хлорный раствор и выжечь всю эту реальность из ее маленького, но до безумия прекрасного мирка, подобно какой-то заразе, которая только губила все, за что хваталась. Ну какому подростку понравится круглосуточная слежка?       Следующие пару уроков русая провела как в бреду, слепо записывая все, что диктовали недовольные после совещания учителя, которые то и дело порывались дернуть тебя как можно неожиданней, чтобы застать врасплох. Или, по крайней мере, так казалось только Терезе, которая находила свое развлечение в том, чтобы рисовать планетки на полях тетрадей, при этом умудряясь запоминать каждое слово, покидающее уста учителя. Конечно, было понятно, чем обуславливался этот резкий требовательный тон. Учитель грубил — класс находился в полном повиновении, но сегодня все точно с цепи сорвались. А виной этому была, внимание, проверка перед школьной проверкой, чтобы проверить, что все готовы к проверке. Как оказалось, школа практически не готова, и на каждого преподавателя взвалили огромную работу, которую они должны завершить в кратчайшие сроки, трудясь, как папа Карло. Откуда все это известно? Ответ прост: учительница по английскому сегодня предпочла провести урок выноса мозга.       После долгожданного звонка, который, несмотря на всю свою до скрежета зубов противность, казался просто волшебнейшей мелодией в целом свете, что, безусловно, поддержала бы добрая часть учеников со всего света, девушка все так же неспешно собрала свои немногочисленные вещи, к удивлению обнаружив, что заработала сегодня хорошую оценку, будучи наполовину не задействованной в учебном процессе. Гуманитарий, что сказать.       К последнему уроку в столовой практически не осталось той толпы, которую можно было наблюдать в первые перемены. Возможно, из-за этой приятной тишины, нарушаемой редким скрежетом стульев и смехом, русая любила перекусывать именно в это время дня. Как оказалось, помимо нее это дело любят еще человек десять и некоторый учительский состав.       Небрежно убрав наушники в карман, девушка подошла на раздачу, ожидая своей очереди. Ее застопорившийся на витрине взгляд заметил, чью-то чужую руку прямо перед собственным носом.       — В порядке очереди, — рыкнула девушка, смотря на зажатые купюры между пальцами покупателя, который явно потерял страх.       Смотреть на того, кто позволил себе такую дерзость, не хотелось, к тому же, именно в этот момент на телефон пришло два смс от знакомых Терезе людей. А нет, это был старый добрый оператор, оповещающий о том, что завтра спишут деньги за интернет. Спасибо, порадовали, однако. Тесса едва повела бровями, убирая сотовый в карман джинсов и переводя взгляд на человека, который все еще нагло стоял перед ней, старательно выбирая, чем подкрепиться.       Стайлс смотрел на неё сверху вниз с некоторым не очень-то приятным изумлением во взгляде. Что за ирония судьбы? Целый день не встречала, считай, а тут объявился.       — Преподавательский состав обслуживают вне очереди, — наконец проговорил тот, пропуская через себя тяжелый вздох, будто столкнулся с тяжелым случаем. На эту реплику русая решила не отвечать, чтобы в очередной раз не попасть в какую-нибудь тупиковую ситуацию, где на нее посмотрят, как на вдвойне тяжелый случай. Почему-то эти стычки ее раздражали, хотя Тесс отличалась стальным терпением и упертостью. В какой момент и что пошло не так? Наверное, в тот, когда нарушили ее личное пространство, которое распространялось вокруг нее в радиусе километра. Эгоистично? Возможно.       Но едва девушка вновь хотела совершить покупку, как ее в очередной раз прервали. На этот раз это был робкий тоненький голосок девушки, что стояла позади нее.       — Извини, ты не могла бы сказать цену порции. Я… Я просто плохо вижу, а спрашивать у продавцов не очень хочу, — залилась краской та, смотря на Тессу снизу вверх бездонными, голубыми, чуть прищурившимися глазками. Очевидно, зрение у той и в правду хромало.       Какой же живописной была картина, когда лицо продавщицы, которая секунду назад так лучезарна улыбалась Гарри, исказилось при виде Адамсон. Покупая себе пару булочек и чай, а так же порцию для до сей поры незнакомой ей ученицы, девушка постаралась максимально проигнорировать это состояние. Сегодня Тесс не была очень голодна, благодаря очень хорошему завтраку. Пусть тосты — не самая питательная вещь в мире, но ведь это смотря в каком количестве, верно? Кажется, эта грядущая проверка отразилась и на поварах, потому как их лица заслуживали «Оскар» за самую недовольную мину дня, тем самым отбивая весь аппетит. Пожалуй, если бы они каждый день швыряли тарелку под нос покупателям с такой небрежностью, то Тесса бы согласилась сесть на диету.       Поднос оказался даже излишним, потому как все это можно было легко унести в руках. Тем не менее, Тереза взяла все это действо и уже по привычке направилась на своё привычное место, от нечего делать оглядываясь вокруг. За столом, что находился ближе всего ко входу, расположился учительский состав из трех человек, среди которых, безусловно, оказался Стайлс. Что ж, теперь понятно, в какую сторону точно не смотреть.       «Боже, Тесс, ты мыслишь, как ребенок, угомонись», — мысленно сказала та себе, закатив глаза. Почему-то под прицелом кудрявого она ощущала себя тупой, от чего появлялось непреодолимое желание доказать обратное. Так по-детски, если честно.       Влепив себе моральную пощечину, девушка прошагала между рядов из столиков, замечая неподалеку от себя компанию знакомых ей девушек, с которыми Тесс так и не довелось пообщаться. Как и все подростки, те сидели мирно, обсуждая всё и в то же время ничего, иногда довольно громко смеясь, и тем самым привлекая к себе внимания остальных. Их было три. Три девушки, среди которых сидела та, что одолжила ей учебник на математике. Также Тесса не могла не заметить идущую мимо рыжеволосую девчушку с подносом в руках. Да, именно девчушку, потому как она даже с натяжкой не походила на ученицу старшей школы. Возможно, это было так, потому что Тесс не заметила на ее лице и тени макияжа, а ее стиль не отличался ничем, что могло бы привлечь внимание. Незнакомка была в серой одежде, сливаясь с фоном. Лишь яркие рыжие волосы, достигающие пояса, говорили о том, что она здесь есть. Мгновение. И не проронив и писка, девочка падает на кафельный пол, с громким стуком роняя красный пластмассовый поднос, на котором не осталось ничего. Порция, состоящая из пюре и котлеты, разбилась об пол, смешиваясь с осколками тарелки, когда маленькая коробочка сока ускользнула дальше. Тесс остановилась, оглушенная громким смехом учениц, чей столик находился в непосредственной близости от рыжей, которая с опустевшими глазами вновь поднялась, извиняясь за свою неуклюжесть. Девочка взяла сок, нерешительно переступая пятно из пюре и направляясь дальше к столику. Откуда-то за спиной послышался недовольный крик поварихи, но он утонул в череде мыслей, которые тут же посетили шокированную девушку. Неужели все-таки упала?       — Эй, новенькая, иди к нам! — Послышался звонкий голос темноволосой девушки, с которой Тереза сидела на математике. Девушка, которая только отошла от смеха, но в ее довольных зрелищем темных глазах сияли капельки слезинок. — Ты круто отыграла на матане.       Адамсон напряглась. Пожалуй, это был один из тех моментов, когда одно мгновение длилось, подобно вечности. По правое плечо всё пыхтела разгневанная уборщица, которая отправилась убирать беспорядок, учиненный незнакомой ученицей. Но сейчас голову Тесс забивало совсем другое. В конце-концов, ни хорошей ли компании она хотела после целой недели молчания?       А можно ли эту называть хорошей?       Сама не понимая зачем, Тесса обернулась, бросив последний взгляд на Стайлса, и не словив его взгляда. Кудрявый был занят общением с преподавательницей по литературе. Потупив взгляд, Адамсон не нашла ничего лучше, кроме как сделать вид, что не услышала обращения. Она сделала шаг на встречу компании девушек, проходя мимо них и не оглядываясь направляясь к рыжеволосой.       — Привет, ты не против, если я сяду? — русая поджала губы, когда девочка, которую все же было крайне сложно назвать девушкой, учащенно закивала. Пожалуй, даже больше, чем требовалось.       — Нет, конечно нет, — между ними повисло недолгое неловкое молчание. — Я Лисанна, но можно просто Лис.       — Рада знакомству. Я Тесса. Ты тоже новенькая? Или у нас просто уроки не совпадают? — с ходу полюбопытствовала та, устраиваясь поудобнее и замечая, как та придвигает к себе все ту же маленькую коробочку сока с трубочкой, которая недавно каталась по столовой, охватывая её тоненькими музыкальными пальчиками. Сама же Лисанна бросила на неё неуверенный взгляд, как будто все боялась ответить неверно.       Это была миловидная, как уже говорилось прежде, голубоглазая девочка хрупкого миниатюрного телосложения, не имеющая ни капли от того, что принято называть взрослением. Казалось, любая внешняя опасность могла её сломать.       — Держи, приятного аппетита, — Тесса протянула ей одну из своих булочек, наблюдая за тем, как меняется её лицо, когда та пытается дружелюбно отказаться. — Я настаиваю.       Лиса помялась, поджимая губы. На самом деле, сложно было не заметить её голодный взгляд, который тут же окрасила благодарность и некая вина вместе с дрогнувшим в неком подобии улыбки уголке губы.       — Благодарю. На самом деле, я давно здесь учусь, да и уроки у нас есть общие. Я видела тебя сегодня на математике.        Было видно, что рыжая очень осторожно подбирает слова, будто чего-то боясь. Её голос был вполовину тих и до удивления тонок, а на светлой коже вырисовывались многочисленные веснушки. Ну, сущий ребёнок, чего уж там.       — Прости, я не заметила…       Было немного стыдно, но ведь она толком и не смотрела на класс.       — Ничего страшного. На самом деле, мне даже легче, когда меня не замечают. Не люблю всей этой суматохи. Можно тебя спросить?       — Ну?       — Почему ты не села с ними?       — Не знаю, — на этот вопрос Тесс не могла дать ответ даже себе. Почему она пошла дальше, так халатно игнорируя внимание одной из самых популярных компаний старших классов? Ответ был давно ясен, но Тесса не охотно хотела его слышать даже в уме. — Ты действительно сама упала? — несколько резче, чем ожидала задала русая ответный вопрос, внимательно проходясь глазами по чертам лица знакомой.       — Сама, — выдержав недолгую паузу, кивнула та, чуть ссутулившись и отведя взгляд, на что Тереза не могла не нахмурится. Безусловно, она хотела докопаться до правды и узнать что к чему, но девушка посчитала излишним задавать такие вопросы при первом же знакомстве.       Так они проболтали около часа. Почему-то Тесс даже не удивилась, обнаружив в Лис довольно интересную собеседницу. Как оказалось, сегодня она потеряла очки где-то в школе. Впрочем, по словам самой девушки, она довольно часто их теряет. Даже когда есть было уже нечего, девушки просто сидели за столом, наслаждаясь обществом друг друга и находя общие интересы. Лисанна была довольно открытым и жизнерадостным человеком, если её лучше узнать, для чего не требовалось много времени. Тесс не могла не заметить огоньки озорства в глазах новой знакомой, которых раньше не видела. Эту усиленную жестикуляцию и непрекращающиеся речи. Впрочем. она и сама не могла сдержать улыбки, а иной раз и смеха, когда рыжеволосая в очередной раз путалась, пытаясь ответить на ее подшучивания.       Через некоторое время Лисанне позвонили и сказали немедленно идти домой. Судя по вздернутой реакции рыжей, ослушаться она никак не могла. После того, как Тереза проводила девушку до ворот школы, русой пришлось ждать ещё урок, когда освободится Стайлс, чтобы отвезти её домой. Пребывание в коридоре было не таким уж утомительным, но телефон Тесса все же «посадила». Далее, когда Гарри освободился, они тихо шли по школьным коридорам, не обмолвившись и словом, так же тихо ехали в просторном салоне автомобиля, слушая приятный шум мотора. Никто из них не пытался ничего изменить, слушая лишь голос собственных мыслей, которые были совершенно различными. Когда автомобиль затормозил у дома, оба направились ко входу, разуваясь в прихожей и проходя внутрь. Поздоровавшись с матерью и отказавшись от еды, русая без особого энтузиазма направилась к себе в комнату, ступая по скользким ступенькам, шаги от которых глухим стуком растворились в шуме телевизора и шипении чего-то, что готовилось на плите. Последнее, что услышала Тесс, прежде чем окончательно закрыть дверь в свою комнату, так это голос мисс Адамсон, просящий Гарри рассказать о том, как прошёл первый день в роли учителя.