Восхождение

Финдекано открыл глаза в сумеречном серебряном свете, когда в нем только начинали проступать золотые искры. Над ухом звякнул котелок – Финдарато уже сходил к источнику за водой. - Ала, Инголдо. Вставать надо раньше, да? - Нет, пока, наверное, нет. Пока есть возможность – надо отдохнуть, - вполголоса отвечал золотоволосый нолдо. Но все уже проснулись. Не затягивая сборы, в чудесном смешении света, делавшем буковый лес прекраснее, чем украшенный витражами самый величественный из дворцов Тириона, друзья отправились в путь. Дорога то забирала круто вверх, то наоборот, вела вниз, к немалому разочарованию путников, однако путь по тропинке был все же легче, чем по бездорожью. Иногда тропка шла по краю крутых обрывов, открывая вид на зеленые долины и лесистые склоны. Пугливую Курочку вел Инголдо – ему как-то удивительно хорошо удавалось уговорить лошадь ступать осторожнее. Переправились через небольшую, но бурную речку со страшно холодной водой. Пришлось повозиться – Майтимо опасался за лошадей. Пришлось снять с них поклажу, перевести через бурлящую воду и скользкие шаткие камни, и навьючить снова. Майтимо и Инголдо промокли до пояса и замерзли в ледяной воде, но до вечера почти обсохли на ходу. К смешению света стало заметно, как сильно изменилась растительность – вместо буковых лесов появились сосны, но невысокие, приземистые, словно пригнутые ветрами к земле. Повстречались заросли лугового клевера – но головки его были невиданно огромными. Инголдо и Аракано долго спорили, почему так, и Арафинвион даже заложил пару цветков в свой блокнот. На ночевку остановились у небольшого ручейка уже при свете Тельпериона. Лошади заметно нервничали и переступали ногами. «На переправе переволновались» - предположил добрый Аракано. На охоту отправился Артафинде. Взяв у Финдекано лук, он в некотором раздумье посмотрел на лесную чащу, но все же двинулся вперед. Уже потрескивал жаркий огонь, и кипела вода в котелке, когда вдруг вдалеке послышался протяжный вой, а затем повторился ближе. Турукано вскочил на ноги. - Пойду поищу Финдарато. Но не успел он отойти далеко от стоянки, как вой раздался совсем близко, а следом и короткий вскрик. Все четверо побежали на звук. Под пологом леса было значительно темнее, однако серебристый свет Тельпериона доставал и сюда, поэтому подоспевший первым Турукано легко разглядел темные звериные тела и золотые пряди Инголдо. Он бросился вперед, на ходу выхватывая нож – единственное оружие, которое взял с собой. Волки, увидев его, чуть отступили, но уходить не собирались, однако тут же в круг хищников влетели Финдекано и Аракано, заслонив спину брата и лежащего на земле Инголдо, а следом и Майтимо с двумя горящими головнями в руках. Искры разлетались во все стороны, Майтимо кинулся к самому крупному волку и наотмашь ударил поленом по оскаленной морде. Раздался визг, рычание. Еще пара взмахов пылающими головнями, запах паленой шерсти, и волки уже рыча и поскуливая исчезли в лесу. Турукано бросился к Инголдо, приподнял его за плечи. Глаза золотоволосого нолдо были широко распахнуты, но ничего не видели, в них застыл слепой ужас. - Что с ним, ранен? – воскликнул Майтимо. Но Артафинде был невредим, за исключением может пары царапин, полученных при падении. Друзья застыли вокруг в суеверном ужасе, однако Турукано решительно поднял полубесчувственного друга, подставив ему плечо. - Идемте. Это шок. Он очень боится собак. Майтимо придержал Инголдо с другой стороны, Финдекано подобрал свой лук и колчан – то ли при падении, то ли в суматохе боя кто-то наступил, но лук был сломан. Инголдо усадили у ярко пылающего костра, но свет не развеял теней страха в его душе: бледный лоб его был покрыт липкой испариной, он ничего не говорил и ничего не видел. Турукано держал его за плечи, Финьо пытался растереть ладони, Аракано метался в поисках какой-то одному ему ведомой целебной травы. Майтимо достал флягу с крепленым вином из своих бездонных запасов. Жестом он отодвинул Финдекано, придержал Артафинде за плечо и неожиданно два раза наотмашь ударил его по лицу. Турукано аж подпрыгнул. Но на щеках Инголдо стала проступать краска, в глазах появилось удивление, а вслед за тем взгляд приобрел осмысленность. Майтимо заставил юношу сделать пару глотков из фляги, отчего Инголдо немного закашлялся, но, продышавшись, вцепился феанорингу в руку и еле слышно выдохнул: - Спасибо, Нельо. Все разом вздохнули с облегчением. Аракано побежал успокаивать перепуганных лошадей, Майтимо достал целебную мазь – обработать царапины Инголдо и свои обожженные ладони. Турукано кипятил чай и доставал хлеб и варенье на ужин – с охотой на сегодня было покончено. Финдекано рассматривал сломанный лук. Артафинде Инголдо сидел молчаливый и подавленный. У ног его стоял нетронутый ужин. - Простите меня, - ни к кому не обращаясь, чуть слышно проговорил он, - Мне так стыдно… Друзья встрепенулись, но тут Аракано подошел к нему сзади и обнял за плечи. - Ты очень смелый, Инголдо, потому что ты ведь знал, что в лесу волки, и все равно пошел. Я хотел бы быть похожим на тебя. Артафинде удивленно оглянулся и пробормотал что-то смущенно в ответ. - Да, а еще можно я съем твое варенье, если ты не будешь? - Арьо, не смей! Убери руки от варенья! – возмущенно закричал Турукано, все покатились от хохота, и сразу стало хорошо. Словно бы и костер запылал ярче, и путники вокруг него сдвинулись плотнее. Спать легли все рядом, договорившись дежурить по очереди, но ночь прошла спокойно.