Way to Paradise

- Так значит, это и есть лучший асассин, которого Акаша нашла? – спросил Демнок Ланник. Он оглядывал стоявшую перед ним девушку. Ее лицо было прикрыто вуалью, широкий и легкий плащ развивался сзади, а тело было укрыто легким доспехом, не сковывающим движений. Ее взгляд смотрел прямо в глаза Демноку, словно испытывая его. На губах застыла легкая усмешка. Мортред не считала его главным, но была вынуждена подчиняться, не смотря на кипевшее в ней презрение к заклинателю. В ее голове побежали мысли и образы - это начался процесс передачи информации цели. Из головы мага в ее голову перетекали все знания о человеке, которого она должна убить. Высокий, сильный, прямо гора мускул, по крайней мере, первое впечатление именно такое. Его видели в битве, владеет двуручным мечом, ходит без брони и всегда в шлеме. Кажется, он в одиночку положил целую армию. Она должна была найти его и убить. Кивком подтвердив контракт, Мортред удалилась. *** На следующий день Лиралей уже свободно передвигалась. Траксес никто не стал выгонять, хотя с Линой у них не строились хорошие отношения. Джакиро возвращающийся под вечер, как правило, ложился спать, ни с кем он не разговаривая. На пополнение в отряде он только презрительно фыркнул дымом, изрядно напугав мрачную девушку. Наутро он, как всегда, ушел, давая каждому понять, что он не хочет их видеть. Через сутки они вышли на открытое поле, окруженное холмами и горами, за ними начиналась пустыня. Прошел примерно месяц, после того, как Лиралей услышала речь королевы. Как сказала ей потом Лина, только верные жители королевства могли слышать ее. После этого они твердо решили последовать плану королевы и двинулись в путь к эльфийской крепости. Всем было видно обреченность, с какой бегунья думала о том, что им предстояло сделать. Но она все равно мчалась вперед, подгоняя всех вперед. У остальных, конечно, были и свои цели двигаться туда: Лина хотела узнать, правда ли это говорила леди Инверс, ее пропавшая мать, Свен искал способа вытащить Ланаю, Джакиро вела вперед жажда мести, потому никто не останавливал торопливую бегунью. Оставалось обогнуть последнюю гору, и они выйдут в пустыню. Впрочем, пустыня чувствовалась на протяжении всей последней недели: в воздухе стояло ощущение горячего песка и все растения были похожи на сухую солому. Однако солнце все раньше уходило за горизонт, сутки становились короче. Там, откуда они шли, уже входила в свои владения настоящая зима. Лиралей остановилась у подножья горы, и, сбросив сумку с плеч, грузно выдохнула: - Совсем немного осталось. Свен положил вещи рядом с ее сумкой и, не произнеся ни слова, отправился ломать ветви ближайших деревьев, пока остальные подготавливали место для костра. Лучница взглянула ему вслед слегка расстроено, он стал совсем неразговорчивым, нервным и дерганным. Как член их отряда, рыцарь все больше ее настораживал, но сделать с ним ничего нельзя было. Лиралей присела прямо на землю и скрестила ноги, откинувшись на ствол дерева. «Вот бы узнать, что творится у каждого в голове», - подумала она и посмотрела на Лину. «Она наверняка недовольна пополнением в отряде. Вдвоем нам, пожалуй, было лучше. Втроем… куда вечно пропадает этот?.. Это?.. Что это вообще? И где он опять?» - лучница невольно начала вертеться на месте, в поисках Айо, но его опять не было. «Что за дела могут быть у него? Опять бегает за раненными зверушками? Порой кажется, что от него одни проблемы», - устало Лиралей склонила голову. - Свен! Принеси уже хоть что-нибудь, сойдет даже то, что не должно гореть! – крик Лины прервал мысли бегуньи. – Если я не съем чего-нибудь в течение часа, я начну убивать! «А она не теряет хорошего настроения», - заметила бегунья, не смотря на то, что Огненная дева явно не шутила. «Приятно, что она не дает мне заскучать. Что бы я без нее делала?». Невольно Лиралей представила, как ее будни бы прошли без Лины. Маршировала бы она сейчас с какой-нибудь армией? Или лежала бы мертвая? «Пожалуй, стоит быть чуть больше благодарной ей». - Люблю, когда ты так улыбаешься, явно думаешь о чем-то хорошем, - голос волшебницы выгнал все фантазии из головы лучницы. В ответ Лиралей смущенно рассмеялась и толкнула к ногам Лины сумку с добычей. Та с жаждой в глазах открыла ее и жадно осмотрела обе тушки. В сумке у нее лежала пара кроликов, пойманных бегуньей еще в лесу - на ужин им хватит. Свен вернулся, высыпав на землю между девушек большую пачку веток и бревен. Затем кинул взгляд в сторону Лиралей, беспечно лежавшую на дереве, и, фыркнув, пробормотал, что его нельзя будить, пока не будет готова еда. «Интересно, а когда он добрый, он так же рычит?» - продолжала оценивать своих спутников Лиралей. «Бывает ли он вообще добрым? Может та девушка знает ответ? Он ее любит? Кто она такая?» - вопросы посыпались сами собой, и догадки не заставляли себя ждать. - В такой задумчивости можно умереть, - отвлек ее тихий голос неподалеку, это была Траксес. Поймав удивленный взгляд лесной охотницы, та продолжила: - В племени, где я жила, был дроу по имени Каххар, он так же сидел задумчиво, и не заметил, как ему в горло заполз паук, которым он подавился и умер. - Ну и мерзость, - ответила бегунья, смутив Траксес. Дроу отсела подальше и уткнулась носом в колени. Однако своим рассказом Траксес вывела Лиралей из задумчивости и та решила помочь Лине разложить костер. Спустя минуту он уже пылал разноцветным пламенем: когда волшебница хотела есть, она не рассчитывала силы. Яркое пламя больно резало глаза, и все отвернулись от него, кроме Лины. Та жадно засунула ладони в пламя, наслаждаясь своим творением. Последний член отряда появился недавно - загадочная девушка, воспитывавшаяся в племени дроу. Во многом она даже была похожа на этих загадочных существ. В ее мыслях Лиралей не хотелось копаться, даже если бы была возможность. Может, она была слишком суеверной и недоверчивой к дроу, но общество этой охотницы ее пугало. Спустя полчаса мясо было готово. Вытащив его с огня, Лина ушла будить Свена, а Лиралей разделила его на четыре равные части: - Как мне не хватает трав, которые добавляла моя мать, когда я жила в деревне, - мечтательно произнесла бегунья, поглядывая на жесткий кусок кроличьей тушки. Никто ей не ответил, и они продолжили ужинать в тишине, сидя спиной к костру, чтобы глаза привыкали к полутьме. Внезапно дроу насторожилась, привстала, и начала вглядываться в темноту взглядом подземного жителя. Лиралей хотела было окликнуть ее, но та жестом приказала молчать и тенью метнулась к дереву. Теперь шорох впереди слышали все. Несколько ног отчетливо шли на свет костра, грохоча легкой броней и шурша плащами. Свен встал, обнажая меч, следом за ним девушки приготовили луки, Лина же просто искала глазами цель. Звук рассыпался вокруг их лагеря, их начали окружать. Однако, прежде чем они успели что-то сделать в свете костра появилось маленького роста существо. Оно было похоже на человека, но намного ниже, чем люди. Он едва доставал до пояса Траксес, самой низкой среди них. Лицо карлика было морщинисто, и возраст выдавала густая белая борода, лежащая на груди. В руках у него было ружье, Лиралей впервые его видела, но она понимала, что это оружие: - Вы окружены, сложите оружие и проследуйте с нами, - произнес он довольно грубым голосом. Бегунья слышала об этих существах, их называли расой Кин, невероятно продвинутая в области технологий раса. В эпоху упадка магии их изобретения завоевали огромную популярность, и принесли своим создателям огромные богатства, сравнимые с гномьими. Однако, в отличие от своих предков, Кины не боялись жить вне гор, и построили множество красивых и технологичных городов. Самым известным примером такого города является портовый город Ден Ведуэ. Однако остановивший их отряд явно был из горного города неподалеку. Многие Кины занимали города своих предков гномов, и продолжали их дело, используя собственные технологии. Большинство Кинов не отличалось силой, которой были наделены гномы, они были худые и хрупкие, казалось, их можно было сломать руками. Лиралей с опаской покосилась на Свена. Кажется, именно это он и собирался сделать. По крайней мере, он едва сдерживал ярость, о чем свидетельствовала набухшие на его теле вены. Без сомнений, он выдержит первый залп, и разберется с большинством этих маленьких созданий, но меньше всего им хотелось воевать сейчас против союзников: - Могу узнать, что случилось? – произнесла Лиралей, опережая Свена, набравшего в рот воздуха, что бы покрыть кина ругательствами. - Обычная проверка, хотим знать, что вы не шпионы и тому подобное. Просто поговорите с нашим управителем и можете быть свободны, - ответил старый кин. - Хорошо, только уберите оружие. Мои товарищи нервничают, - попросила Лиралей. Подняв руку в воздух, кин приказал опустить оружие, и все подчинились. Ружья защелкали, подтверждая, что кины выполнили приказ. Сами солдаты вышли из тени и построились в колонну, дожидаясь приказа о возвращении. Они были похожи на своего командира, очевидно один отряд. Путники наскоро собрали свои вещи и встали в отведенном им месте в середине колонны. Резкий голос старого кина приказал всем выдвигаться. Как и ожидалось, их повели в сторону горы. Поднявшись по извилистой дороге вдоль основания, путники предстали перед высокими вратами, распахнутыми ожидая своих посетителей. За воротами их ждали темные и не подсвеченные туннели, уходившие в темноту. Сзади послышался глухой стук закрывшихся врат, эхом разнесшийся по всему хребту. Привыкшие к этому грохоту кины, даже не сбились с ритма своего ровного марша. Путников повели глубоко внутрь горы, шли они долго. Наконец коридоры обернулись великолепным городом, развернувшимся под крышей огромной горы. Крыши домов были плоскими, с зубьями. Крайне эффективная схема защиты крепости: каждый следующий дом был выше предыдущего. Лучники на каждой крыше могли бы сдерживать врага огромное количество времени за счет постоянного преимущества в высоте. Их повели по широким улицам явно когда-то принадлежавших гномьим торговцам. Теперь они были украшены красивыми фонарями и вывесками. Все это существенно оживляло город. Все эти зазывающие панели, светящиеся разными цветами манили гостей как мотыльков на свет. Однако отряд, не обращая внимания на это, прошел дальше, уводя путников в центр города к самой высокой постройке в городе – королевскому дворцу. Дворец не сиял огнями и лишь освещался фонарями с улиц города, напоминая тень, надзирающую за городом. Лиралей смотрела на этот монолитный кусок камня и поражалась. Все, что она успела повидать до этого, шло в противоречие с этим замком. На нем не было украшений, он не был портретом своих хозяев. Это был просто камень, идеально ровный со всех сторон, от чего внушал непреодолимое чувство страха. И чем ближе и больше он становился, тем сильнее девушка понимала, что не хочет туда. Остальные путники, видимо не разделяли ее страха. Траксес держалась поодаль от них, и кажется, думала о своем, смотря под ноги. По Свену было невозможно понять, что он думает, если только он не злится, но злится он почти всегда. А вот Лина, с улыбкой смотрит прямо в глаза Лиралей: - Не бойся, если что случится – просто спалим их всех, - Огненная Дева щелкнула пальцами, высекая искру. Глядя на нее, бегунье сразу стало легче. Улыбка была заразительной, и, следом за своей подругой, лучница тоже заулыбалась. Отряд стрелков остановился во дворе храма. Бородатый кин попросил всех сдать оружие и тяжелую броню. Лиралей отдала свой лук в руки одного из кинов, и потянулась было за ножом, как вдруг услышала недовольный рык: - Тронешь мой шлем, я тебя пополам переломаю, - это был Свен. Лиралей побежала к нему. - Такие тут порядки, мы должны снять с тебя броню, чтобы ты предстал перед королем, - отвечал ему кин. - Тогда попробуй снять с меня мою броню! - рявкнул в ответ рыцарь. - Прошу оставьте его, он ни за что ее не снимет, - вмешалась бегунья, вставая между рыцарем и кином. – Это родовая броня, он не имеет права ее снимать, это будет оскорбление всему его роду. Прошу, пусть он останется в броне, я ручаюсь, что он ничего не сделает. - Если он что-то натворит – тебя убьем первой, - послышался еще один голос. Это был еще один кин, обвешанный странной броней, по-видимому, собственного производства. От остальных кинов его отличала пыльно-фиолетовая кожа и сильно впалые скулы на лице, делающие его похожим на мертвеца, особенно в бледно-синем свете подземного города. Отдельного упоминания заслуживают механизмы на его плечах. Как позже пояснил кин, которого звали Боуш, это был настоящий арсенал из ракет и лазеров, тонкая конструкция которых позволяла посылать как сгустки плазмы, так и невероятной силы луч. Управлялось это оборудование с двух ручек, висевших у него возле груди. Боуш повел путников по коридорам монолитного строения наверх. Изнутри здание ничем не отличалось от того, что было снаружи. Такие же стены без единой трещины и лишь потолок пересекала светящаяся линия, находящаяся над головой постоянно, освещая путь. Свечами в этом городе не пользовались. Первое, что удивило Лиралей, это то, что свет от этих ламп не резал глаза, и она пошла вперед, смотря на источник света. Правда, когда ей пришлось отвести взгляд, в глазах все равно заплясали причудливые разноцветные узоры, а мрачные стены начади размываться в очертаниях так, что только освещенные участки длинных и извилистых коридоров оставались видимыми. Потому девушке пришлось идти по большей части на ощупь. Их вели на самый верх. Вдоль узких коридоров, рассчитанных на ширину кинов, но достаточно высоких для людей. Лишь верхние этажи были широкими настолько, что в нем можно было идти по трое. После непродолжительных петляний по ним, впереди показались двое кинов в золотой броне с длинными алебардами, охраняющие вход в королевскую залу. Завидев Боуша, они разошлись, пропуская небольшой отряд внутрь. Зал не отличался от общей убранности замка: те же серые стены, подсвеченные синими лампами и уходящая в темноту просторная комната. В самом ее центре медленно, вращаясь против часовой стрелки, опускалась колона, на самой вершине которой находилось оббитое кожей кресло, где сидел пожилой кин. Как известно, самый мудрый кин восседал на троне Мудрейших, и он был главным управителем города. Именно этот пост занимал седовласый карлик, иссохший и сморщенный, кажущийся маленьким даже по меркам кинов. Но, несмотря на это, все кины в зале учтиво встали на колено, гордо смотря в глаза Мудрейшему. Лиралей склонилась следом, как и Траксес, за ними на колено опустилась Лина, и лишь Свен остался стоять: - Не стоит склонять колени предо мной, это по моей вине вы здесь, - произнес Мудрейший старческим голосом, которой сбивался на хрип. – Сейчас тяжелые времена. Мне жаль, если мои подчиненные действовали грубо. Расскажите о себе, куда вы направляетесь? Лиралей и Свен переглянулись, и лучница поняла, что право говорить рыцарь уступает ей: - Мы направляемся в Алаквениум, город эльфов, - произнесла девушка, поднимаясь. - С какой целью? - Оказать поддержку нашей королеве в войне. - Откуда вы знаете о том, что там нужна ваша поддержка? - Я услышала зов королевы, примерно месяц назад, все силы и артефакты будут собраны там, и все верноподданные королевы будут защищать их, - отвечала Лиралей, покосившись на спутников. Кроме нее никто не слышал той речи, что могло говорить только о том, что следом за ней идет группа мятежников. Потому она не хотела говорить больше необходимого. - Кажется, что человечество совершает грубейшую ошибку, но кто знает, не будет ли большей ошибкой мелкая война на всех фронтах, - задумался кин. – Еще раз приношу извинения за столь грубое вмешательство в ваш путь, - продолжил он. - Мы предоставим вам покои, отдохните у нас эту ночь, поужинайте и с утра выступите к Алаквениуму. Боуш вас проводит до ваших покоев. Они покинули зал уже без сопровождения, только один Боуш повел путников по лабиринтам подземного города, попутно рассказывая о нем самом. Их увели в армейскую зону, где в казармах для них нашлось две комнаты, рассчитанные как раз для людских солдат на случай непредвиденных обстоятельств. Пока все располагались, прямо в комнаты несколько молодых кинов принесли еду. После такого приема мягкая кровать и спокойный сон казались просто сказкой. Кины вставали рано, точнее сказать, город жил каждую минуту и не спал никогда. Не удивительно было, что Лиралей разбудили шумом с улицы, незадолго до того, как нужно было будить остальных. Девушка на скорую руку оделась и вышла в просторный коридор казармы с легкой улыбкой на лице. Из соседней комнаты буквально вывалился Свен, он явно тоже проснулся от прогромыхавшей по улице машины. Лиралей приветливо улыбнулась ему: - Сколько времени? – произнес рыцарь, поправляя броню на плече, одновременно с этим разминая мышцы. - Я не знаю, - пожала плечами бегунья. - Проклятый шум пол ночи не давал мне заснуть, если тут применимо понятие «ночь», - вигилец подошел к Лиралей. - За что я и избегаю больших городов – постоянный шум. Девушка улыбнулась ему в ответ. Она хотела уже что-то сказать, как вдруг уловила краем глаза блеск у самого потолка. Осознание увиденного пришло с запозданием, но ей хватило, чтобы успеть схватить Свена и дернуть его в сторону. Рыцарь едва сдвинулся с места, но достаточно, чтобы кинжал скользнул по доспеху, не причинив вреда. В следующую секунду убийца уже стоял перед ними. Это была девушка, молодая и в темных одеяниях, идеально скрывающих ее в подземном городе. В руках у нее было необычного вида оружие с лезвиями на обоих концах. Им она рубанула в сторону Лиралей, так, что той пришлось отпрыгнуть назад, повалившись на пол. Бегнуья вскрикнула, больше от неожиданности, чем от страха, но асассин за ней не погнался, вместо этого она попыталась ударить Свена в грудь. Тот заблокировал ее удар перчаткой и попытался ударить свободной рукой в ответ. Удар не достиг цели, а в следующее мгновение рыцарь едва уклонился от удара в шею. Лиралей поднялась на колено, думая, как помочь рыцарю. Они все были безоружны: Лина не могла атаковать огненной магией, ибо рисковала сжечь здание вместе со Свеном и нападавшей. Траксес не сможет ничего сделать без лука, который у нее отобрали еще вчера, как и все их оружие. Рука бегуньи рефлекторно потянулась к ноге, где нащупала старый охотничий нож. Вытащив его, она посмотрела на лезвие, а потом на сражение перед ней. Убийца явно теснила безоружного рыцаря. Взгляд Лиралей снова упал на лезвие. В горле стояло ощущение тошноты от того, что она собиралась сделать, в глазах слегка помутнело, дыхание затруднилось. Перед глазами стояло только это лезвие. Зажмурившись, она оторвала взгляд, однако единственное, на что она могла смотреть, это сражение впереди, Свену порезали ногу, довольно глубоко, он едва на нее опирался, а после очередного блока исцарапанными перчатками и вовсе свалился на одно колено. Еще один взгляд на лезвие, ее тошнило. Подкатывающее пульсирующее ощущение в горле мешало сосредоточиться. «Свен умрет», - понимала девушка. Могла она его защитить? Могла. Отвлечь, дать ему время - и тогда он даже голыми руками свернет шею хрупкой нападавшей, довольно ловко уклонявшейся от всех его атак. Но ее страх перед дракой насмерть мешал ей сделать первый шаг. Она просто смотрела, как Свен, пропустивший уже три удара отчаянно атаковал, стоя на одном колене. Лиралей не могла ему помочь, не могла заставить себя пошевелиться, и так и стояла бы, если не взгляд рыцаря. Под маской она увидела глаза. Свет комнаты согнал тень, всегда закрывавшую его взгляд, и девушка увидела, как Свен смотрит прямо на нее. Он не боялся драки, боли, смерти, но все равно своим взглядом говорил, что ждет ее помощи. После этого она уже не думала, а побежала вперед. За доли секунды сократив расстояние, Лиралей ударила нападавшую девушку, но та уклонилась, ожидавшая этой атаки. В следующую секунду произошло сразу несколько событий. Во-первых, в казарму ворвался Боуш, во-вторых, из комнаты вылетела Лина, услышавшая крик, но слишком долго осмысливавшая, откуда он взялся. А в-третьих, уклонившись, убийца низко присела, и резко крутанувшись на месте взмахнула лезвием в сторону Лиралей. Лучница упала на пол быстрее, чем смогла понять, что случилось, воздух выбило из легких, и сильная боль разнеслась по телу. Сразу после этого она увидела, как убийца исчезает, точно так же, как и появилась раньше, а там, где она стояла, проносится невероятно яркий и разрушительный луч света. Когда зрение вернулось к ней, никого уже не было, как в тумане она слышала голос Боуша: - Нападающий ушел… Подтверждаю, тепловой след ведет на восток… Человек, девушка, темная одежда… Опасна… Да… Есть раненые, срочно нужна помощь, гостевой барак, корпус… Лина со слезами держала Лиралей за плечи, но разобрать ее слова почему-то не получалось. Больше лучницу волновала пульсирующая боль в ногах. Девушка поднялась на локтях и взглянула вниз. Крик ужаса и боли разнесся по всему бараку, залитому кровью самой девушки - обе ее ноги были отрублены чуть ниже колен. - Отойди, совсем с ума сошла, поджарить ее хочешь? – послышался крик Боуша, оттаскивая Лину, которая намеревалась прижечь обрубок ноги, хлеставший кровью. – Держи ее, - крикнул он Свену. Тяжелые руки навалились на плечи девушки, и перед глазами встала маска рыцаря, с двумя рогами напротив висков. Затем навалилась такая боль, что на секунду она потеряла сознание. Лиралей готова была сделать что угодно, чтобы уйти от источника, но держали ее крепко, так что она просто стиснула зубы и выла от боли, изгибая спину. Еще раз, уже на другую ногу. Не в силах терпеть, Лиралей взглянула опять на ноги и увидела, как Боуш заканчивает прижигать своим лазером второй обрубок. Девушка стукнула головой об пол, намеренно стараясь удариться так, чтобы боль в ногах, отдающаяся аж в груди стала менее заметной, но это не помогало. В глазах стремительно темнело, и каждый удар ее сердца разносил страдания по всему телу. Она почувствовала холодные железные пальцы, которые, путаясь в волосах, добирались до затылка, словно пытаясь утешить ее. Однако цель была другой: легкое нажатие в основание черепа отправило сходящую с ума от боли девушку в продолжительный и приятный сон.