Проклятье короля

      Парс спешил по коридору, переставляя ноги так быстро, как позволяли его годы. Старый маг чувствовал, что в боку начинает колоть, но это было сейчас сущей мелочью, самой крохотной из его проблем.       Основная проблема ждала внизу, еще через две лестницы и три перехода... Преодолеть их — а потом успешно замять грандиозный дипломатический скандал, хорошо, если не повод для войны. Программа-минимум была крайне простой, остались лишь детали. Собственно, дойти и замять. Хотелось верить, что последнее еще выполнимо.       И что он упустил? Покойный король был крайне осторожным, осмотрительным, а главное — умным человеком. Никто, вообще ни единая живая душа, кроме Парса, не знал, что у его величества... весьма странные наклонности и постельные предпочтения. Нет, фаворитки во дворце менялись регулярно, но это было всем привычно. У покойного короля они задерживались даже подольше, чем у иных аристократов, считавшихся вполне уважаемыми и порядочными людьми.       Но было и кое-что иное. Были моменты, когда король приходил к своему магу — тогда еще молодому и крайне резкому на язык — и выслушивал множество нелицеприятных вещей, пока Парс кропотливо менял его внешность и навешивал на своего повелителя целую уйму защитных заклинаний, чтобы не дай то боги... А потом открывал портал в город, куда его величество торопливо нырял, напоследок неизменно даря магу теплую улыбку. К его чести, юношей он любил исключительно в домах удовольствий, не таща все эти странности во дворец.       А после, женившись, и вообще остепенился окончательно, так что эту неприглядную тайну, казалось, и вовсе похоронили с концами... Пока не подрос наследник.       И в какую родню он пошел? Ладно бы умом был в отца... Так нет — ум забрали себе близнецы, воистину достойные молодые люди. Один до смерти отца был подающим надежды дипломатом, другой ушел в военное дело, чтобы не мешать карьере брата, и, казалось, вот она — надежда и опора трона, нерушимая поддержка будущему правителю. А теперь они вместе с матерью, потрясенной таким поворотом дел, прозябали где-то в захолустье, пока их недалекий братец рушил то, что берегли поколения его предков.       Остался всего один переход. Воинственно встопорщив седую бороду, маг спешил к повороту, за которым скрывалась искомая дверь... И, свернув туда, горестно охнул, обнаружив, что все-таки не успел. Охранники лежали в глубоком обмороке, отлетев чуть ли не в другой конец весьма длинного прохода. Дверь... От крепкой, зачарованной двери остались воспоминания в виде небольших кусков дерева, сиротливо повисших на петлях.       И главное, царила тишина. Только застонал кто-то там, в комнате, а потом все снова стихло, внушая опасения, что все пошло прахом.       Парс, набравшись храбрости, заглянул внутрь — как со скалы вниз ринулся. Ощущения были те же, особенно когда сидящий на кровати эльф поднял голову, а в его руке заискрилось какое-то заклятье.       — Эшрим, постойте! — торопливо выдохнул Парс, опуская руки так, чтобы было видно — не колдует он ничего, и даже не помышляет. Эльф, подумав, заклятье все же придержал, но взгляд не потеплел ни капли. А Парс уже обшаривал взглядом практически пустую комнату, обнаружив искомое — тело короля — в дальнем углу, за перевернутым, разломанным на части креслом. Выглядел Руам как-то жалко и безобидно: голый, испачканный в чем-то блестящем, с опаленными волосами. И на удивление живой, аж странно.       — Позвольте, я все объясню? — осторожно предложил маг, не чая, что его выслушают. В конце концов, эльф был в своем праве, но Эшрим медленно кивнул и отвернулся, снова занявшись зачарованной веревкой. Только сейчас Парс разглядел второго эльфа, Азара, заботливо прикрытого его собственной мантией. Веревка оплетала тонкую щиколотку, и эльф снова застонал, вздрогнув всем телом, когда пальцы его товарища коснулись кожи.       — С ним все в порядке? — невольно вырвалось у Парса.       — Нет, — холодно обронил Эшрим, и маг сглотнул. Ну да, спелся же Раум с каким-то проходимцем... Раньше-то за магическими штучками к нему бегал, и придворный маг хотя бы контролировал, что именно тот делает, а теперь...       — Если назвать вещи своими именами... — Парс выдохнул, вдохнул, следя за реакцией эльфа, — наш король... не совсем нормален.       Молчание в ответ. Маг осторожно продолжил:       — Поверьте, я и предположить не мог, что он... Дойдет до такого. Юноши и сами были не против побывать в его постели, не представляю, почему он решил похитить вашего коллегу. Конечно, все люди бывают потрясены красотой вашего народа, но...       — Хватит, — резко бросил Эшрим, и Парс умолк. Эльф встал, осторожно укутал Азара в мантию, не обращая внимания на стоны и попытки выгнуться, продлевая прикосновения. Потом поднял на руки, прижимая к себе. Эльф захрипел, но Эшрим применил какое-то успокаивающее заклятье, и тот обмяк, жадно хватая ртом воздух.       — Сюда идут, — все так же ровно сообщил Эшрим замершему в дверях Парсу. — Я не желаю, чтобы его могли увидеть в таком состоянии.       Старый маг это желание всецело разделял и поддерживал, тем более что безумное, искаженное вожделением лицо эльфа одновременно пугало и притягивало.       — Пойдемте в мои покои. Там вас точно никто не потревожит, — предложил он, и Эшрим, смерив мага коротким взглядом, кивнул. Тот торопливо вышел в коридор, прислушался. Бряцанье оружия бегущих сюда стражников, чьи амулеты сейчас сходили с ума, крича о магической атаке, слышали даже его старые уши. Оставалось уходить порталом, что он и сделал. Все равно преодолеть бесконечные лестницы в нужном темпе он был бы не в силах, как и провести эльфа, не наткнувшись ни на кого из придворных.       Комнаты мага располагались, вопреки привычному порядку дел, не в башне, а просто на одном из верхних этажей. Портал открылся в его спальню, и Эшрим, поразмыслив, опустил Азара на аккуратно застеленную кровать, такую же простенькую, как и вся обстановка в комнате. Действие заклятья проходило слишком быстро, и эльфа снова начинало трясти от чужих прикосновений.       — Вы знаете, что это? — осведомился Эшрим у торопливо вышедшего из портала мага. Тот дернул себя за бороду, досадливо скривившись. Не знал он, и не предполагал даже.       — Разрешите его осмотреть?       Эшрим нехотя отступил чуть в сторону, зорко следя, чтобы Парс не коснулся эльфа. В человеческой магии он не то, чтобы не разбирался... Но временами она была слишком грубой и запутанной, сводя на нет все попытки разложить её как изящные плетения эльфийских заклинания.       — Да чтоб его демоны сожрали! — выругался Парс, когда разобрался, в чем же дело. Поежившись под взглядом эльфа, он быстро объяснил:       — На вашего коллегу наложено проклятье. Хуже всего, что кто-то весьма оригинально завязал его на резерв магических сил, и теперь любая волшба уважаемого Азара превратится в... возбуждение. Как я понимаю, его состояние — следствие попыток вырваться, чем и собирался воспользоваться король.       — Можно ли снять? — глаза Эшрима медленно сузились, когда Парс покачал головой.       — Не рискну, это может и вовсе лишить его сил как мага. Или ждать, пока резерв иссякнет и проклятье распадется само, — и надеяться, что выдержит хваленое эльфийское здоровье, о чем маг смолчал, — или выполнить условие снятия, заложенное в проклятье. Какое, вы... сами понимаете.       — Ясно, — сжал губы Эшрим.       — И, прошу прощения, но... Я должен разобраться с произошедшим, — Парс огладил бороду. — Боюсь, если оставить ситуацию без объяснений... Вы можете остаться пока здесь, сюда никто не посмеет войти.       «А если войдет — то умрет», — читалось в глазах Эшрима, пока тот глядел вслед вышедшему за дверь магу.