Золотая рыбка

Уперев взгляд в потолок Орихиме поняла, что задыхается. От отчаяния. От духоты. От болезненных снов. Осторожно освободившись от рук Куросаки, она села на кровати, успокаивая свое разыгравшееся воображение. Ссутулив плечи и опустив голову так, что на лицо нависали волосы, Орихиме медленно считала от одного до десяти и обратно. Девушка очень хорошо помнила, что ей снилось, но ей хотелось поскорее все забыть. Не издав ни единого звука, она накинула на плечи халат, нырнула в мягкие тапочки и покинула комнату. В кромешной темноте она на ощупь отправилась бродить по дому. Дом Куросаки еще спал. И это было не удивительно. Щелкнув выключателем на кухне и на мгновенье ослепнув от яркого света, она взглянула на настенные часы, которые показывали начало пятого. Несколько минут девушка стояла на пороге, обводя помещение блуждающим взглядом. Затем подошла к раковине и, открыв холодную воду, начала умываться, смывая с себя сон. Все прочь. Прочь!.. Все образы из ее головы. Из ее сознания. Девушка держала руки в воде, пока кончики пальцев не заледенели и не начали покалывать. Но это не имело значения… Главное, что бы она забыла все. И чтобы эти мысли не сводили ее с ума. - Неужели я не люблю Ичиго? – робко спрашивало сознание. … его больше… - Неужели я сделала ошибку? – к вопросу примешивался страх. … все поправимо… - Неужели я не смогу забыть…? – усилием воли она брала себя в руки. … будет больно… Разговор со своим внутренним цензором как всегда теребил душу. Но она не собиралась повиноваться этому голосу. Свой выбор Орихиме уже сделала. И напоминание о нем стягивало безымянный палец ее правой руки тоненьким обручем белого золота - таким хрупким, но это только на первый взгляд. На самом деле это была нерушимая черта, которую… Нет, не общество, не окружающие, но что хуже всего – она сама для себя прочертила. Орихиме помолвлена. Теперь она и все, что ней заключалось: чувства, помыслы, желания – должны принадлежать Куросаки. Так должно быть и так будет до тех пор, пока смерть не разлучит их. - Химе, что с тобой? Что случилось? Теплые и сильные руки обвились вокруг ее талии и ночные видения отступили. Когда девушка физически отдалялась от парня, ей казалось, что на нее наваливается небо. И давит. И душит. - Ты плохо себя чувствуешь? – взволнованный голос Ичиго полностью привел ее в чувства. - Нет, ничего. Дурной сон, - Орихиме покачала головой и улыбнулась через силу. – Не хотела будить, прости… - Глупая. Я тот, кто должен отгонять от тебя все дурные сны. Куросаки обнял ее чуточку крепче, чуточку жарче, провел губами по волосам. - Ты и так это делаешь. Не во сне – наяву, - призналась девушка, и положила свои руки на его. - Руки ледяные, - недовольно заметил Куросаки. - Умывалась. - Глупая. Ичиго резко отпустил девушку, но только для того, чтобы взять на руки - легко, словно пушинку. Отнести в комнату, закутать в одеяло и собственные объятия. Его горячие пальцы немедленно были переплетены с ее, согревая. - Не разгуливай по ночам, ладно? – попросил Куросаки. - Угу, - удовлетворенно и немного виновато согласилась она, зарываясь глубже в одеяло. Всего неделю назад она согласилась стать его женой. Когда это она успела привыкнуть к его нежной заботе? К его словам и рукам? Или скорее… Когда она успела отучить себя от мысли, что она в этом нуждается? - Химе, ты… ни о чем не жалеешь… здесь? – неуверенно спросил Куросаки, словно прочитал ее мысли. - Нет, - улыбнулась девушка и закрыла глаза. – Мне не о чем жалеть. Перед внутренним взором стоял Гримджоу: яростный, хмурый и злой. Такой, каким она запомнила его в последнюю их встречу. Орихиме хотела верить, что, рано или поздно, она заставит себя забыть его лицо, его слова, его жизнь и все, что, так или иначе, связывало их. ********* Повторное пробуждение, после неудачного ночного, было гораздо приятней. Сладко потянувшись, Орихиме поняла, что рядом никого нет. Ей стало интересно, где пропадает Ичиго, но она не смогла отказать себе в удовольствии еще немного поваляться в кровати и незаметно для себя вновь задремала. Из этого прекрасного времяпрепровождения ее выдернул телефонный звонок. Девушка дотянулась до него, перевернулась на живот и ответила: - М… Да? - Вы чего? Еще спите? – в трубке раздался жизнерадостный голос Тацуки. - Имеем на это право. А что? - А кто-то собирается сегодня хоть куда-нибудь? – хитро протянула подруга. Иноуэ на секунду оторвалась от телефона и взглянула на часы – 11.43 – и резюмировала: - Еще рано. - Ничего не рано! Все, я буду у Куросаки через час. Будем собираться вместе, а то Рен куда-то уехал. - Мне не жалко, приезжай, но… - Никаких «но»! Если ты не против, то значит можно, – раздраженно воскликнула Арисава. – Ты его невеста, почти жена, а ведешь себя…. - Вот именно, Тацуки. Почти жена, - с нажимом произнесла Иноуэ. На том конце линии обреченно вздохнули: - Ну и кто в этом виноват? - Ладно-ладно. Я жду тебя в час. - Ок, до встречи. Куросаки привет, - Арисава быстро перешла на беззаботный тон. - Пока-пока, - произнесла рыжеволосая и на втором слове услышала короткие гудки. Еще минут пять или десять девушка пролежала в кровати. И все же, где Ичиго? Ответ на мучивший ее вопрос нашелся сразу же – листком бумаги, на котором было написано: «Уехал по делам. Когда соберешься – звони. Я обязательно за тобой заеду». Орихиме нахмурилась, перечитав несколько раз записку, оставленную парнем. Вообще-то рыжеволосая не знала, что сегодня у него были какие-то важные дела. В конце концов, 31 декабря не самый подходящий день для улаживания каких бы то ни было дел. Но если он занят, то будет ли удобно заставлять его возвращаться домой специально за ней? Немного подумав, девушка решила, что это будет совсем неудобно и быстро набрала его номер. На телефонный звонок Куросаки ответил сразу. Голос у него был раздраженный, хотя он попытался его смягчить. Чтобы не докучать ему, девушка просто сообщила, что доберется до назначенного места встречи вместе с Арисавой. Ичиго посопротивлялся для приличия, но затем разрешил им идти вдвоем. После разговора Рыжая, напевая какую-то песенку себе под нос, начала готовится к приходу Тацуки. ********* По взгляду сестры Джагерджак понял, что в данный момент был неожиданным и нежданным гостем. Нэл пристально осмотрела его. Закрывать дверь перед самым его носом она не спешила, так же, как и пропускать к себе в квартиру. - Когда ты вернулся? - Сегодня. Сейчас. - Тебе что-то нужно от меня? Если – да, то говори и уходи. Что-то в ее взгляде синеволосому совсем не понравилось. Может быть, сквозящее в нем равнодушие и отчужденность? Или пустота, которая переполняла ее голос и была словно безжизненным отражением эха в горах. - Я ищу Орихиме. - Зачем? – опять пустота голоса сестры резанула по ушам. Словно он не с человеком говорил, а с куклой. Может быть, он обратился не по адресу, но у него не было другого выбора. Примчавшись только сегодня, он не имел ни малейшего представления о судьбе Орихиме. Где она сейчас? Как она себя чувствует? Что с ней было? Непозволительно долго он пробыл на побегушках у Айзена, выполняя все его поручения. Если раньше зависимое положение было бы для него унизительным, то теперь ему было плевать на это. Отец использовал его в своих целях, а он мог пользоваться им. Единственное, о чем Джагерджак переживал и чего боялся – это опоздать. - Мне нужно знать, где она. Я хочу ее увидеть, - очень терпеливо объяснил синеволосый. Утром, встретившись с Улькиоррой, парень смог удостоится лишь холодного презрительного взгляда, многообразия ЦУ по поводу предстоящих дел и всего лишь одного, словно невзначай оброненного предложения: «Орихиме свободна». Глупо было бы отрицать, что эта новость не порадовала Гримджоу, но этого было мало. Он хотел увидеть ее и удостоверится своими собственными глазами, что с ней все хорошо. Поэтому, как дурак бросился к ее дому, но там ее не оказалось. И вот в результате, он стоял здесь, пред своей сестрой, в надежде, что она прольет свет на местонахождение Рыжей. - Ну, а ты уверен, что она этого хочет? – поинтересовалась Одершванк и, прикрыв за собой дверь, вышла на лестничную площадку. – У тебя сигареты есть? Дай. Джагерджак даже не успел прокомментировать первый вопрос сестры, как сразу осекся и по привычке потянулся за сигаретами и зажигалкой. Через минуту девушка закурила, затянулась и выпустила тугую струю дыма под потолок. На представшую картину Гримджоу смотрел слегка обалдевая. Но потом цепочка из логических предположений медленно сложилась в его мозгу: Орихиме свободна – Нэл курит и выглядит так, словно ее пережевали и выплюнули – значит, Нноитора… А что натворил этот урод? - Что случилось? - Да ничего особенного, - выдохнула Нэл и прислонилась к стене. – А точнее: я мало, что знаю. - Вообще-то я о тебе. Брови Одершванк поползли вверх и она горько усмехнулась. - Хочу удавиться. Доволен? - Нет, но… - Хей, малышка! Ты обещала мне завтрак, не забыла? Гримджоу повернул голову и увидел, как из квартиры Одершванк вышел парень в одних штанах. Высокий, поджарый, с длинными темными волосами, небрежно откинутыми назад. Синеволосый понимал, что они уже давно не дети, но такого от сестры он точно не ожидал. К тому же, чем-то неуловимо этот парень напомнил ему одного очень хорошо знакомого ублюдка. - Минуту, ладно? - сладко улыбнулась Нэлиэл и мягко, но очень настойчиво затолкала своего гостя обратно в квартиру. - Я сейчас. - Да уж, неплохой способ удавится, - саркастично заметил Джагерджак. – Ну и как, получается? - Не очень, - честно ответила Нэл, и улыбка медленно сползла с ее лица. – Найдешь другой – сообщишь. - Я предупреждал тебя: не вздумай к нему идти. Но ты не послушала. Ощутив на себе взгляд и заглянув в ее глаза, он понял, что ее болевой порог уже был превышен и его слова никак не смогут ее задеть. Она совершенно спокойно затушила недокуренную сигарету и потянулась за другой. Закурила – затянулась – выдохнула дым. Затем вернула ему всю пачку. - Орихиме была у него двенадцать дней. Теперь она живет у Куросаки и он, мягко скажем, не в восторге от того, что мы продолжаем общаться. Кстати, сегодня в пять она приглашала меня в храм. Если хочешь ее увидеть, то милости прошу, - на последних словах Нэл неприятно улыбнулась. Так, словно знала немного больше, чем рассказала. - Какой храм? – уточнил Джагерджак. Не заставит же она его обыскивать все святилища в городе? - Главный храм, не ошибешься. Сегодня в канун нового года там будет весело, - Нэлиэл медленно прошла к двери своей квартиры. – Ах, да! Хочешь совет? Прежде чем побеспокоить ее, хорошо подумай, а стоит ли это делать? ********* - Тацуки, а Рэнджи ничего тебе не говорил про то, какие дела у них сегодня? – внезапно поинтересовалась Иноуэ. Девушки, облаченные в непривычные для современной молодежи кимоно и верхние куртки амагото, неторопливо, прогулочным шагом направлялись в главный храм города. Еще в прошлом году они планировали выбрать день, и встретится со школьными друзьями. Так получилось, что свободное время появилось у всех только во время новогодних выходных. - Нет, ничего не говорил. - Странно, - протянула рыжеволосая и в задумчивости склонила голову, уставившись глазами в асфальт. - А ну стой! – воскликнула брюнетка и, схватив подругу за руку, помогла избежать столкновения с очередным фонарным столбом. – Смотри хоть немного, куда идешь! - Извини… – пробормотала Орихиме и, оглянувшись по сторонам, продолжила свой путь. - Ну, а на счет них… Ничего странного, - через минуту проворчала Тацуки, пожимая плечами. – Подумаешь – дела? Сказали, приедут – значит приедут. Точка. - Ладно, наверно ты права, - вздохнула рыжеволосая. - Знаешь, мне кажется, или в последнее время ты действительно стала слишком уж подозрительной? Орихиме бросила на подругу быстрый взгляд, но отвечать не спешила. Как и обещал Куросаки, никто из их окружения, кроме Рэнджи, не знал, где Иноуэ провела несколько злополучных недель с начала декабря. Но Арисава уже не раз задавала вопросы об ее странной поездке к родственникам, в которую верить совершенно не хотела. А на то, чтобы сочинить что-то более правдоподобное у девушки не было ни сил, ни желания. - Ладно, можешь не отвечать, - вздохнула брюнетка. Вырывать из Орихиме какие-то признания силой не хотелось. Хорошо, что сменить тему разговора было очень просто... – Слушай, а Исида, кажется, приедет со своей девушкой. Ты ее видела? - Эм… Да, но только на фото. Очень милая девочка. А ее отец - какой-то видный ученый... Подруги немного помолчали. - Как-то жаль мне ее… Орихиме отправила вопросительный взгляд подруге. - Ну, понимаешь… Ей же придется теперь всю жизнь терпеть его занудство, - с глубокомысленным видом произнесла Арисава, но, в конце концов, не удержалась от хитрой улыбки. – Что скажешь, я не права? Орихиме не могла не ответить на улыбку, и немного оживилась: - Будет весело их всех увидеть, правда? Мы давно не встречались. - Ага, последний раз - в прошлом году, - подтвердила Арисава и возблагодарила небеса, что Иноуэ можно было отвлечь от мрачных мыслей простым разговором. – Чувствую, что Кейго опять схлопочет подзатыльников. Но это, действительно, весело. - Весело, но и грустно, - призналась Орихиме. - Тьфу ты! А грусть-то тут при чем, а?! – воскликнула Тацуки. - Ну… мне всегда грустно осознавать, что все изменилось… - Эй, хватить хандрить, в конце концов! Иначе я начну применять кровавые и очень жестокие пытки к Куросаки! Он над тобой там опыты проводит или мучает, что ли? Ты в последнее время сама не своя. Иноуэ встретила рассерженный взгляд Арисавы и улыбнулась. Все верно, ей не нужно грустить. Ничего не нужно бояться. Ведь на ее стороне люди, которые добры к ней. Которые ее защищают. Которые ее любят. - Ничего, ровным счетом ничегошеньки, – воскликнула рыжеволосая, отчаянно пытаясь сгладить мрачное настроение. - То-то же, - сменила гнев на милость подруга и бросила взгляд вперед. Людей на улице заметно прибавилось. И уже отсюда можно было увидеть близкие храмовые постройки. – О, смотри, мы почти пришли! Через пять минут девушки были на условленном месте сбора. Они пришли немного раньше, чем было необходимо, но, не смотря на это, на месте уже был Кейго, Кодзима и Чад. Увидев школьных друзей, настроение Иноуэ сразу же поднялось. К тому же, Тацуки и Кейго почти сразу же затеяли перепалку. Все-таки, Асано был в своем репертуаре. Он с любопытством окинул взглядом наряды девушек и, сосредоточившись на брюнетке, проговорил: - Неужто, Арисава, ты стала походить на девушку!? Если бы слова Кейго не источали сарказм, их можно было принять за комплимент. Но девушка его слов не оценила. Пока она буквально вколачивала в бесшабашного друга правила хорошего тона, под одобрительные замечания Кодзимы, Орихиме выдалось несколько минут, чтоб поговорить с Чадом. - Ичиго опаздывает, но он будет, - было первое, что проговорил парень после короткого приветствия. – Пока за тобой буду приглядывать я. - Он тебе звонил? – удивилась девушка и получила в ответ утвердительный кивок. – Спасибо. - Не стоит. Молодые люди немного помолчали. - Хм… Орихиме? Девушка обратила на него взгляд. - Гхм-кхм … Ты, действительно, выходишь за Ичиго? Как всегда немногословно, открыто и прямо. Ясуторо не мог по-другому. Девушка застенчиво улыбнулась. Но не удивилась. Ичиго поддерживал очень хорошие взаимоотношения с Чадом, даже при том, что они жили теперь в разных городах и встречались весьма не часто. - Эм… Ну да… - Я рад. Это правильно, - одобрительно произнес парень, и взгляд его потеплел. – Мои поздравления. Орихиме не знала от чего, но несколько минут, проведенные за простой и незамысловатой беседой со старым другом прибавили ей сил и развеяли все ненужные страхи. Не смотря на отсутствие красноречия, слова парня не потеряли ни искренности, ни теплоты. И девушка сама потянулась к нему, чтобы обнять. - Спасибо, Чад. Я буду очень рада, если ты приедешь на свадьбу, когда бы она ни состоялась! Немного неуклюжие, медвежьи объятия ничуть девушку не смутили. Наоборот. Ясутора всем своим видом источал такую силу, что его объятия могли показаться самым защищенным местом на свете. Словно непробиваемое укрытие. Но в тот момент, когда девушка почувствовала себя практически неуязвимой и абсолютно довольной, Чад внезапно напрягся. А через минуту за ее спиной раздался яростный голос, который сама судьба не позволяла ей забыть: - Эй, ты!? Отпусти ее! ********* - Я сказал – отпусти ее! – повторил Гримджоу, чувствуя, что все его благоразумие стремительно выветривается. Незнакомец окинул его неприязненным, тяжелым взглядом, и едва разомкнув губы проговорил: - Ты кто такой? Гримджоу нахмурился. Почему каждый раз ему приходится практически с боем вырывать Орихиме из чужих рук? Почему, чтобы просто увидеть ее, он должен с кем-то воевать? - Какого черта я должен отчитываться перед кем-то вроде тебя? Просто отпусти девчонку! Медленно и неохотно незнакомец освободил Орихиме из своих объятий. Но его взгляд продолжал недоверчиво, если не враждебно, ощупывать синеволосого. - Рыжая!? – воскликнул Джагерджак и обратил на нее свой взгляд. – Подойди ко мне! Девушка не откликнулась на его слова и судорожно вцепилась в рукав своего защитника. Синеволосый готовил себя увидеть ее рядом с Куросаки, но он не мог принять того, что она попросит защиты у какого-то незнакомого парня. - Рыжая, подойди ко мне, пока я прошу! - прорычал Гримджоу, и в звенящей тишине ему пришлось наблюдать, как незнакомец отодвинул девушку за свою спину. - Хей, хей! Парни, остыньте, ладно?! Джагерджак бросил взгляд на возникшего перед ним парня и брезгливо оттолкнул со своей дороги. Став к Орихиме ближе еще на несколько шагов, он попробовал поумерить свою ярость и проговорил, протянув к ней руку: - Рыжая, я все еще жду, иди ко мне! - Кейго!? – воскликнула девушка, и уже была готова броситься на помощь другу, который оказался на земле, но ее защитник преградил ей путь. – Нет, Чад, отпусти! - Отпусти девушку, - процедил сквозь сцепленные зубы Джагерджак. Отодвинув теперь протестующую Орихиме себе за спину, Чад ответил: - Нет. Синеволосый благополучно попрощался с остатками своего благоразумия и, сжав руки в кулаки, стремительно сократил расстояние между собой и своим противником. Полностью сосредоточившись на своих дальнейших действиях, Гримджоу просто удивился тому, что кто-то вцепился в его руку и истошно завопил. - Гримджоу, ты чего творишь?! Какого тебе здесь надо, а?! Рассержено обернувшись на голос, парень едва подавил в себе желание отшвырнуть от себя того, кто опять посмел ему помешать. Но во время успел сообразить, что перед ним всего лишь девчонка. А еще через минуту он узнал в ней Тацуки Арисаву. Они не были знакомы близко, но пару раз пересекались в секциях и бойцовских клубах, хотя она выступала профессионально, а он только для собственного удовлетворения. - Арисава, не вмешивайся, – раздраженно приказал Джагерджак и легонько ее оттолкнул. - Гримджоу, не смей трогать Тацуки! – крикнула Орихиме и, решительно вырвавшись из рук своего защитника, подбежала к подруге, встав на ее защиту. – Оставь меня! Уйди! Исчезни! Рыжеволосая была настолько разгневана, что почти себя не контролировала. - Я ничего такого не обещал, Рыжая, помнишь? И не собираюсь! Орихиме шагнула к нему и их разделяли теперь несколько десятков сантиметров. - Если я с тобой поговорю – ты от меня отстанешь раз и навсегда? - Слишком легко хочешь отделаться от меня, - усмехнулся Гримджоу. Его настроение сразу же повысилось. Ему очень нравилось видеть в ней несгибаемую силу и страсть. Внезапно Гримджоу подумал, что она бы неплохо вписалась в их сумасшедшую семейку. Эта мысль ему чертовски понравилась. – Я хочу поговорить с тобой наедине. Свидетели нам вряд ли нужны? Девушка решительно кивнула, и он понял, что она готова последовать за ним куда угодно. Это опять польстило ему. - Эй, Ори? Что это? – в их диалог опять вмешалась Арисава, и Гримджоу пожалел, что не заткнул ее прежде. – Ты что делаешь? Скоро… Рыжеволосая мягко взяла растерянную подругу за руку и, улыбнувшись, одним взглядом заставила замолчать. - Все хорошо, Тацуки, мы знаем друг друга. Гримджоу презрительно осмотрел собравшихся. Брюнетка нахмурилась: - Ты?.. Ты его знаешь? Но… Откуда? - Все потом. Я расскажу тебе потом, - небрежно бросила Иноуэ и двинулась за Гримджоу. Несколько минут она покорно, но очень медленно шагала за ним. Быстрее не позволяло узкое кимоно, в которое она была облачена. Затем, она остановилась и оглянулась. Джагерджак проследил за ее взглядом и понял, что они уже затерялись в толпе незнакомых, снующих туда-сюда, людей. - Помощи ждать будет не от кого, - заметил Гримджоу, улыбнувшись, но девушка не ответила. Она повертела головой и решительно направилась куда-то сквозь толпу, и теперь Гримджоу пришлось ее догонять. Внезапно они вышли на дорожку, ведущую за храмовые постройки. Таким образом, они оказались практически наедине. Одновременно вдали от людской толпы и достаточно близко, чтоб успеть позвать на помощь. Но кто сказал, что синеволосый позволит ей звать на помощь? - Этого достаточно? – поинтересовалась Орихиме деловым тоном и отвернулась. – Говори, зачем ты хотел меня видеть и уходи. Скоро приедет Ичиго, и он будет не в восторге от того, что я вновь с тобой встретилась. Несколько минут Джагерджак переваривал ее слова. В свете последних событий только одно упоминание Куросаки начинало его подбешивать. - Как-то дерьмово все начинается. Не находишь? - А чего ты хотел? – в лоб спросила девушка, чем совершенно его обескуражила. Парень растерялся на несколько минут, потом нахмурился. А чего он, собственно, на самом деле хотел? Узнать, что с ней все в порядке? Это он узнал. Увидеть ее? Увидел. Что дальше? - Я хотел спросить про Нноитору. Он сделал тебе… что-нибудь? - Он и пальцем меня не тронул. Однако двенадцать дней взаперти могут свести с ума кого угодно. Что-то еще? - Не говори со мной так, - раздраженно предупредил Джагерджак. – Посмотри на меня! - Не желаю ни говорить с тобой, ни смотреть, - холодно заметила Иноуэ, даже не подумав подчиниться его словам. – Ты явился, чтобы уничтожить все то, что еще не успел? Ее слова произвели на него эффект опрокинутого ушата холодной воды. - Эй, Рыжая? – Гримджоу дотянулся до ее руки и развернул к себе. Его бесило, что она не смотрит на него, предпочитая усердно рассматривать прохожих, деревья, дорожки: все, что попадало в поле зрение. Протянув руку, он хотел коснуться ее подбородка, чтобы заставить посмотреть на себя, но она отшатнулась. – Что за черт?! - Не надо все усложнять, - проговорила Орихиме и, скрестив руки на груди, наконец, взглянула на него. – Я надеялась, что мы больше не увидимся. Что ты оставишь меня в покое! Неужели это так сложно? - Чего? Ты о чем говоришь? – прорычал Гримджоу. Он совсем иначе представлял их встречу. Может, слишком верил в свою неотразимость, а может, надеялся на доброту и понимание Орихиме. - Гримджоу, я отказываюсь играть в твои игры – ставки слишком высоки. А больше нас ничего не связывает. Синеволосый взял ее за плечи и притянул к себе. Близко. Очень близко. - Уж не думаешь ли ты, что я вернулся, что бы услышать от тебя эти слова? Взгляд ее изменился на какую-то секунду, и он был бы последним дураком, если бы не заметил в нем боли. Но эта перемена длилась всего мгновенье. - Ты упустил то время, когда я была готова сказать тебе другие слова… Гримджоу, отпусти меня, пожалуйста, - попросила рыжеволосая. На середине предложения ее голос дрогнул и надломился. – Я… действительно не хочу, чтобы… чтобы Ичиго нас увидел. - Да что? В нем? Такого? – крикнул Гримджоу, заставив ее испуганно отшатнуться. Сам того не замечая, он сильней сдавил ее плечи. – Если это способ меня разозлить, то сейчас не самое удачное время! Или ты просто хочешь, чтобы я умолял тебя? - Н-нет, не надо, Грим… - слабо запротестовала девушка, пытаясь его оттолкнуть, но Джагерджак смял ее защиту, словно ее и не было, и обнял, а его губы принялись сладко шептать ей на ушко: - Ладно, ты добилась своего! Я хочу, что бы ты была моей! Довольна? Чего хочешь ты? – в его голосе смешалось все: боль, страсть, унижение, ярость и отчаянное желание обладать этой девушкой. – Хочешь - будем встречаться. Я вернулся в семью ради тебя, и теперь ни одна живая душа тебя и пальцем не посмеет тронуть! Хочешь – будем жить вместе! Хочешь, я увезу тебя? Ты мне нужна, Орихиме! Чего? Ты? Хочешь? - Гримджоу! Не нужно… пожалуйста… Ничего не нужно… – всхлипывала девушка, больше не в силах сдерживаться. – Только… только отпусти меня! Слезы девушки отрезвили его, и он ослабил хватку, поднял одну руку и собрал их с ее щеки. - Почему, Рыжая? – хрипло спросил он. - Потому… потому, что я… выхожу… замуж. В одно мгновенье что-то оборвалось. Словно весь мир умер, забрав с собой все звуки, все цвета, все запахи и еще прихватил с собой и все его чувства. В первый момент не осталось ничего. Только пустота. - За него? Орихиме утвердительно качнула головой, не в силах выговорить больше ни слова. Впрочем, слова были больше не нужны. Гримджоу понял, что опоздал. Проиграл впервые в жизни. Горечь поражения медленно заполняла образовавшуюся пустоту. - Идиот, - проговорил он, усмехнувшись, и добавил еще тише: - Идиот несчастный… «С чего ты взял, что она твоя? С чего ты решил, что она будет тебя ждать? Какого черта ты думал, что можешь ей понадобиться? Все это время для нее существовал только один человек, а ты просто пользовался ее добротой и жалостью…» Нашептывающий внутренний голос не собирался униматься, выплескивая всю свою боль. И Гримджоу уже понимал, что заставить его заткнуться будет, ох, как не просто! Но рано или поздно он сделает это. - Что же, больше я тебя не потревожу, - к парню на короткий миг вернулся его сарказм и гордость. – Я еще не настолько жалок, чтобы пользоваться чужими вещами. Он решил, что с этого момента Орихиме просто вещь. Вещь, которая ему не досталась. Так будет проще забыть обо всем. Джагерджак медленно отпустил ее и отступил. Оставшись без опоры, девушка рухнула на колени, словно срубленное дерево. Она рыдала. Почему? Он даже не хотел об этом думать. Слишком больно ему было самому, чтобы копаться в ее чувствах. В любом случае, теперь привилегия утешать ее будет принадлежать Куросаки... Но даже размышляя таким образом Джагерджак не мог заставить себя уйти. Чего он ждал - он не знал и сам. - У-би-ра-йся… уби-райся…- прошептала Орихиме, уперев ладони в снег и сгребая его в кулаки. – Прочь из моей жизни! Гримджоу взглянул на нее в последний раз и, больше не сказав ни слова, ушел. Несколько часов он просто бродил и честно плохо осознавал, куда именно шел. Но как-то незаметно для себя пришел к дому Одершванк. Он вдруг понял, что идти ему было особо не куда, а одиночество сейчас просто доконает его. Открыв дверь, сестра оценивающе осмотрела синеволосого и вздохнула. Она могла сейчас потешиться над ним вволю, и он бы даже не сопротивлялся, но она не решилась. - Зайдешь? – просто поинтересовалась девушка. Гримджоу угрюмо кивнул и прошел в квартиру. Почему не стала издеваться? Пожалела? Знает, каково это? - Я пока не успел придумать. - Чего? – удивленно переспросила Нэлиэл. - Способ удавится. Гримджоу подошел к окну и застыл, просто рассматривая город с высоты пятнадцатого этажа. Нэлиэл куда-то исчезла. - Знаешь, для двоих найдется способ. Правда, еще менее оригинальный... – усмехнулась девушка и протянула своему брату наполненный до середины бокал коньяка. - Сойдет, - согласился Джагерджак. И про себя добавил: - На этот раз сойдет.