Школа безумия Джокера

Мафия, как плесень, поразила практически весь город. Новости пестрели о новых коррупционных выходках полиции. Низы начали подниматься вверх, сменяя ступени. На улицах стало больше бродяг. Государство в государстве, деспотизм и отсутствие цензуры постепенно развращали то, что хоть как-то им пыталось сопротивляться. Греясь мыслью о лучшем, большинство торчало под кайфом или разглагольствовало о жизни в пьяном угаре. Дети носились по улице, стараясь всячески обобрать прохожих -сказка для педофила. Активные «несогласные» ушли в кабинеты, и там с мэром и прокурором строили воздушные замки, исчезающие при первом ливне. Двухэтажный дом с огромным садом и белоснежными колоннами располагался в самом дорогом квартале города. Хозяин поместья был человеком достаточно многосторонним, чтобы не понимать, насколько все не вечно. Отправив своих детей учиться в Стенфорд, Силас Харт слыл в определенных кругах человеком жестким, но справедливым. Сидя на веранде и наблюдая за женой, которая плескалась в бассейне, он запивал новости чаем. Сегодня на утро у него был назначен визит Тома Мейсона. Как только пробило одиннадцать, тот появился в дверях с папкой и букетом цветов для Мари. Последнее было знаком проявления уважения не столько к супруге хозяина, сколько к прекрасному вкусу самого хозяина. Мужчины пожали друг другу руки и прошли в кабинет. Там недавно закончился ремонт, и новая мебель законно завоевывала все внимание посетителей. Разговор должен был состояться серьезный. Транспортировка наркотиков через фирму Гринга накрылась, им нужно было дополнительное новое звено, чтобы продолжить существовать. На эту кандидатуру идеально подходил Стив Хедли. Том был человеком очень осторожным и никому не доверял из окружения Харта. Сам мистер Харт каждый раз проверял Тома, «держа под рукой пистолет». - Не думаю, что это хорошая идея, мистер Харт. Вы знаете, что разборка в Южном порту разломила верхушку и низы. - Ты с таким презрением говоришь о наших черных друзьях, что… их можно посчитать обезьянами. Двое мужчин рассмеялись. Харт налил себе немного виски и разбавил тремя кубиками льда. Том же обходился обычной питьевой водой. Жесткая иерархия предполагала собой развлечение только с друзьями своего социального статуса. Конечно, выпивать с боссами было возможно, но только когда предложат. Силас Харт Тому сегодня не предложил. - Значит так, пошлешь человека, пусть все разузнает, посмотрит на настроение, да что я тебе рассказываю, мы должны понять, сколько тонн наркотиков уходит в тот квартал, а затем связываться с Хедли. - Хочу напомнить, босс, что ранее он являлся нашим главным конкурентом, и он может… - Я тоже хочу тебе кое-что напомнить… - голос босса изменился, он поставил пустой стакан на дорогую обшивку стола и уперся руками в спинку стула, – то, что произошло с Хедли, – испортило его репутацию. Мафиози его уровня не подмешивают в кокаин муку. Ему кто-то удружил, но… это неважно. Теперь он будет выпрыгивать из трусов ради старого статуса. Надеюсь, ты понял меня, и завтра я жду тебя с докладом. Тому ничего больше не оставалось, как ретироваться в свою машину. Посидев некоторое время за рулем с закрытыми глазами, он посмотрел на себя в зеркало и провел языком по верхней губе. Мужчина не знал, кого можно было туда отправить. Дурь стоила достаточно, чтобы можно было купить человека, а из-за срыва последней сделки он лично получил процент в минус. Побарабанив пальцами по рулю, Мейсон медленно двинулся по улице. Меньше всего ему нравилась предрасположенность босса к Хедли. Он был младше Тома на пару лет, но успел сделать карьеру стремительней, чем Мейсон. И последнего это, естественно, бесило. Зависть, перемешанная с чувством превосходства, усугублялась манией, что Харт ищет ему замену. Покружив несколько раз по кварталу, мужчина открыл карту и начал изучать один из районов. На подготовку ушло всего два часа. Мейсону хватило мозгов оставить свою машину и переодеться в другую одежду. Он никогда не бывал в таких местах, всю жизнь проработав помощником Харта. Том искренне считал, что там живут отбросы общества, но мысль, что он будет с ними один на один, несколько усмиряла его самомнение. Представляться собой не имело смысла, да и опасно. Ведь многие из низов его ненавидели. Чем ближе он подходил к Бринвуду, тем больше возрастало беспокойство. Он вляпался в брошенный на тротуар сыром вверх гамбургер. Долго очищая подошву, он совершенно случайно заметил детей, которые снимали боковые зеркала с машин. Полгода назад у него с машины тоже кто-то снял зеркала. Том долго думал, у кого атрофировалось чувство самосохранения, – он жестко наказал охрану. Теперь он понял что произошло. Чем дальше он продвигался вглубь, тем мрачнее становился пейзаж. Дома требовали основательного ремонта: многие перекрытия сгнили, и в стенах образовались трещины. На балконах были развешаны мокрые застиранные тряпки, купленные несколько лет тому назад. Здесь открыто торговали телом, к нему тут же подкатила какая-то красотка, но он даже не остановился. У подножия сломанных пожарных лестниц сидели мужчины и крутили в руках оружие, на некоторых из них повисли женщины. Из выбитых окон первых этажей доносилась брань, занавески испачканные дорожной пылью, были наполовину изорваны. Завернув в переулок, где должны продавать наркотики, Том зажмурился и резко поднес рукав к носу: его окатило запахом отходов и мочи. Пробираясь через завалы по тропинке, сделанной жителями, он вышел не параллельную улочку. Здесь играла музыка и танцевали несколько черных женщин. Засмотревшись на них, он получил удар в плечо: - Смотри, куда идешь! Увидев вывеску бара, Том рванул внутрь. Был уже вечер, и свободных мест оставалась мало. Бармен внимательно осмотрел холеное выбритое лицо и предложил выпивку. На вопрос, у кого здесь можно приобрести наркотики, он отвечал уклончиво, концентрируя внимание на своей работе. Двадцать долларов развязали ему язык на то, что какой-то парень в курсе всех дел в этом месте, но его пока еще нет. Мейсон провел в ожидании этого типа пару часов. За это время он успел опустошить пару стаканов виски. Наконец, бармен дернул его за руку: - Он сидит в задней комнате, я сказал ему о тебе. Ты его узнаешь по гриму. И да... не спрашивай его о его внешности, его это бесит, - это было брошено вскользь, с неким напором на то, что человек не в состоянии сам сообразить. Не привыкший к такому обращению с собой, Мейсон скомкал в кулаке деньги и швырнул на стойку. Мужчина усмехнулся, спокойным движением собрал их и положил в кассу. Открыв дверь, Мейсон вдохнул и зашелся кашлем, как только его глаза привыкли к едкому запаху, он вошел вовнутрь. Игроков в бильярдной было достаточно много, чтобы образовать толпу. Все они орали, давились пивом и заходились советами игрокам, на которых поставили. Концентрация сигаретного дыма вызывала рвотный рефлекс, но Том сдержал себя. Прямо за бильярдной располагались карточные столы. Свет был более приглушен, и игра шла в более спокойной обстановке. Столы располагались на некотором отдалении друг от друга, и разговоры игроков было не расслышать. Официантки носились с подносами, незаметными тенями сменяя выпитые кружки пива на новые. Все столы были заняты, Том взглядом пытался выловить некий «грим», о котором его предупреждал бармен. Потоптавшись на месте, Мейсон начал проходить вглубь столов. За последним из них свет был еще более приглушен. Видны были только пасьянс и руки, которые его раскладывают. Этот стол находился на большем расстоянии от других столов. В отличие от них, ничего лишнего в виде выпивки или закуски на нем не было. Приблизившись, Том разглядел человека. Тот молниеносно поднял взгляд на Тома и стал откровенно его рассматривать. Это заставило мужчину выдохнуть и отступить назад. Прямо на него из-за стола смотрел… клоун. Нет, не клоун, что-то другое. Псих. Белое лицо и красные губы. Зеленые волосы и черные обводы вокруг глаз. Клоун, увидев замешательство на лице мужчины, усмехнулся, и краска отчетливо выделила его шрамы. Минута затягивалась. Вспомнив то, что ему говорил бармен, мужчина подошел к столу и протянул руку. - Здравствуйте, меня зовут Джон. Бармен сказал, что я могу у вас узнать кое-что. Клоун проигнорировал жест приветствия, он продолжал открыто рассматривать мужчину. Насмотревшись, он собрал карты со стола и, чуть наклонив голову набок, начал их тасовать. - Вы так и собираетесь стоять? Сказано это было скороговоркой, видимо, шрамы повлияли на произношение, и с дикцией у парня были проблемы. Усевшись напротив, Том оглянулся назад. Ему не нравилась перспектива сидеть спиной к пьяным азартным мужикам. Клоун, поняв его опасения, усмехнулся. - О-о-о, не переживайте, я слежу за нашими маленькими друзьями. Оставив карты в покое, парень облокотился на стол и посмотрел в глаза Тому. - Итак, меня зовут Джокер, - последнее слово было выделено паузой и нажимом. Том тоже занимался подобными манипуляциями, чтобы заставить человека запомнить и чтобы пресечь лишние вопросы. - Мне сказали, что вас интересуют все точки, торгующие дурью… зачем? - А какая разница? Приобрести товар хочу. Точку свою открыть. Парень повернул голову направо и прищурился, не отрывая глаз от лица Тома. - Знаешь, Джон, я могу хоть сейчас натравить на тебя всех этих ребят, сказав, что ты коп. То, как ты вырядился, идя сюда… на троечку. Твоя начисто выбритая физиономия и вычищенные ногти на руках выдают в тебе человека несколько другого, м-м-м... - парень причмокнул губами, - отличного от нас. Тебе не нужна своя точка, тебе нужны имена? Том нервно оглянулся назад. Ему не нравился этот разговор, но делать было нечего, выбора тоже небыло. Он максимально наклонился вперед, хотя знал, что их разговор никто не услышит. - Послушай, мой босс продает здесь наркотики, но в последнее время дурь начал ввозить кто-то другой. Он обошел нас и снизил цену. Мы несем убытки… - И тебя послали сюда все выяснить, так? Послушай-ка, а как твое настоящее имя? Помолчав некоторое время, Том выдавил: - Томас Мейсон. - Ха! Я тебя знаю. Разве не вы пару лет назад в черном квартале шуму наделали? Многих тогда обвинили в подмене наркоты на ... что там было? - Мука. - Точно! И теперь вы думаете, что вам мстят? Том только мог кивнуть головой. Ему начало казаться, что он нашел человека на эту прекрасную роль. Вот только сколько он хочет? - Слушай, а ты не хочешь поработать не меня? Я здесь один не справлюсь, а лучше тебя в этом квартале никто не контачит с торговцами. Джокер опустил глаза, пару минут его лицо оставалось бесстрастным. Когда он вновь посмотрел на Мейсона, тому стало страшно. - Ты-ы-ы тот самый... как вас там называют? - клоун прищурил глаза и поближе пододвинул свой стул к столу. – Знаешь, хамелеон, который может заменить в своей машине пистолет на теннисную ракетку и считать себя высшим классом, хотя, по сути, ты ничем от тех людей, сзади, не отличаешься. Они даже более честны и не скрываются, как ты. Если я и буду с тобой работать, то… В этот момент за соседним столом началась драка. Поймали очередного шулера. Мужчина пытался защитить себя от нападавших, схватив стул, но шум от их крика уже взбудоражил бар. Джокер внимательно следил за каждым движением людей. Отодвинувшись назад, он потянул руку за стул и достал бутылку виски. Том с напряженным лицом наблюдал за сценой. Парень начал пятиться в их сторону, а за ним шло четверо человек. У кого был нож, у кого бутылка. Рука Мейсона потянулась за пистолетом, но вытащить его он не успел. Джокер опрокинул стул с искусственно спровоцированным шумом, резко вскочив на ноги. Тот, кто отступал, обернулся. И на его голову опустилась бутылка виски. Затем Джокер вытащил зажигалку и, щелкнув пару раз, швырнул ее в мужчину. Яркое пламя охватило человека, он, пребывая все еще в шоке, видимо не понял, что с ним случилось, и начал отступать к бильярдным столам. Толпа ринулась к выходу, топча тех, кого сбили на пол. Мейсон, вскочив и все еще держась за пистолет, молча наблюдал за этой… он так и не смог дать этому определения. Человек начал кричать, не видя ничего, он с размаху наткнулся на бильярдный стол и упал. Прошло несколько минут, прежде чем он перестал дергаться и биться об пол. Комнату наполнил запах горящего мяса, от которого Тома все-таки вырвало прямо на стол. Джокер, все это время наблюдая за происходящим с беспристрастным лицом, внимательно посмотрел на Тома. Подойдя к соседнему столу, он взял недопитую бутылку пива и поставил перед Мейсоном. - Пей. Пей, я сказал! Когда Том осушил остатки, Джокер, наклонив голову набок, попросил у него визитку. - Я сам я тобой свяжусь.