Школа безумия Джокера

Лукас Спрингс вернулся домой очень поздно, дела на работе не отпускали раньше вечера, что, несомненно, его раздражало. Согласившись на такой пост, доказывая всем крысам, чего он стоит, Лукас уже не был уверен в правильности своего выбора. Кошелек Джона Мессенджера к нему не имел никакого отношения, и, по правде говоря, Лукас был даже рад, что все обернулось именно так. Единственное препятствие в свое светлое будущем мужчина видел в Томасе Мейсоне. Тот, засев занозой в заднице, раздражал его и мешал трезво мыслить. Патриция не отвечала на звонки, и мужчину охватило легкое беспокойство. Жену себе парень подбирал исключительно по своему статусу. Еще не став советником, Спрингс высматривал по знакомым подходящую партию и нашел. Патриция была недостаточно умной, чтобы понимать его дела, но достаточно смышленой, чтобы в них не лезть. Эти качества в совокупности с качествами прекрасной домохозяйки и любовницы делали девушку исключительной в глазах ее мужа. Всегда ответственная за свои обязанности, сегодня она не отвечала на его звонки, и это было как минимум странно. Подъехав к высотке, в которой ему подарили квартиру, Лукас, кивнув лакею, поднялся к своей квартире. Дверь была закрыта изнутри, и мужу пришлось дожидаться, когда его половинка соизволит открыть дверь. Но ему открыла дверь не Патриция: на пороге стоял афроамериканец, который с натянутой улыбкой предложил побелевшему советнику войти. Спрингсу показалось, что ему плюнули в глаз, проморгавшись, он прошел за этим человеком в свою гостиную. Как только он увидел на своем диване Гринга Вестона, его охватило странное чувство, что кто-то выдирает у него ковер из под ног. Ладно Мейсон, но связываться с Грингом и Хедли было непозволительной роскошью даже для человека, находящегося под мэром. Гринг, увидев Лукаса, отставил бокал с виски и показал рукой Спрингсу на его же диван. Когда тот сел, Гринг закурил сигару и поудобнее развалился в кресле. - Привет, Лукас. Знаешь, у тебя отличное спиртное, думаю, что Стив бы тоже его оценил, но его здесь нет… Как ты думаешь, где он? Фраза была сказана довольно дружелюбным тоном, но пауза в конце вмиг стерла весь эффект. Спрингс начал судорожно соображать. До него начало медленно начало доходить, что скорее всего это связано с Джоном Мессенджером. Огласив вслух свою мысль, он получил одобрительный кивок черной лысой головы. - Точно, Луки. Знаешь, что меня заботит? - Грингс наклонился вперед и посмотрел в заплесневелого цвета бегающие глазки. - А меня сейчас заботит то же, что и моего друга Стива, который поехал в Южный порт для выяснения обстоятельств сорванной сделки… Последние слова произвели на Спрингса эффект разорвавшейся бомбы: парень в замедленной съемке видел, как открывается рот и шевелятся губы Гринга. Воздуха в комнате сразу стало меньше. Дернув вниз уздечку галстука, Лукас снял его через голову и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Все это время за ним не отрываясь следил черный подельник Мессенджера, он же негласный король Черного квартала. Тот самый, имя которого старик никогда не упоминал в разговоре. - Судя по твоему зеленоватому виду, ты понимаешь, о чем я говорю. Так вот, этот… Артур должен предстать передо мной. И приведешь его ко мне ты, и никто больше. - Послушайте, я не имею к этому никакого отношения… - Не ври мне! Чье согласие на ввоз товара стоит в документах? На кого были завязаны все транспортные разрешения на таможне? Бледнеешь… точно на тебе. Поднявшись из кресла, Гринг посмотрел вниз на Спрингса. - Не выводи меня из себя. Бросив окурок в бокал с остатками виски, Гринг дал знак своим ребятам, и они все покинули его квартиру.

***

Джокер ходил взад и вперед по ржавой крыше; вести, которые ему принесли его подчиненные, требовали времени для обмозгования. Артур Кринг был известен далеко не всему преступному миру. Серая мышь, он проворачивал свои махинации по отмыванию денег исключительно доверяя только себе и своему отражению в зеркале. Он был… и в тоже время его не существовало. Были люди, которые на него работали, но они как сквозь землю провалились. Гринг и Стив тоже начали его разыскивать – информация была достоверна, и Джокер всерьез задумался, что пришло время для пополнения своего штата. Лукас Спрингс был единственной ниточкой, которая его связывала с Крингом. Но первый занимал в городе довольно высокое положение, и с ним невозможно было поговорить, не запачкав руки. Вернувшись в каморку, которая теперь служила ему неким подобием «штаба», Джокер вырыл из хлама телефонную книгу и, быстро проскользнув глазами по буквам, достал свой мобильный телефон. Южный порт отличался своей загадочной историей появления товаров из неоткуда и исчезновением в никуда. Сколько тонн кокаина прошло через его врата, знал только один человек. Он сменил свое постоянное место жительства несколько лет тому назад и теперь нигде надолго не оседал. Но спасти свой капитал у него не получилось. Жадность и желание заработать больше разорили его под видом Артура Кринга, появившимся из ниоткуда, но завоевавшим доверие у старика. Как считали ранее бывшие хорошие друзья: Артур рвался в политику, но там так и не был замечен. Он превратился в тень Мессенджера и контролировал его сделки, подбирая нужных компаньонов и клиентов. Им нужен был человек, официальное лицо, коим и выступил Лукас. Новый советник обеспечивал ту категорию безопасности, которая служила батутом для всех других мафиози. Начертив на бумаге всех оригинальных лиц, Джокер достал колоду из кармана пальто и стал ее тасовать. Этот… ритуал, превратился в некое подобие привычки. С ним все становилось намного яснее. Практически ко всем действующим лицам города у Джокера была подходящая карта, каждый персонаж, встреченный им, полностью соответствовал своей масти и положению. Отправив своих ребят в Южный порт, Джек ждал информации. Без нее соваться к Мессенджеру не имело никакого смысла.

***

Весь месяц на Джокера сыпались, как из рога изобилия, заказы, но он на все отвечал отказом. Хоть к Мейсону он испытывал презрение, но невнимательно слушать его он все-таки позволить себе не мог. А вот с Черным кварталом обстояли несколько другие отношения. Последнее задание, которое Джокер получил от Гринга, прославило Джокера на весь Переулок преступлений. Подручных у него стало гораздо больше, но и следить за ними стало сложнее. Люди из общества, окружавшего его, провоняли гнилью. Эта гниль плодила жадность и алчность, за что Джек всегда их наказывал. А наказывать он умел. Никогда не беря для себя лишнего, он требовал этого от подчиненных. Он никогда не зацикливался на вещах, его больше интересовали методы осуществления цели, которые всегда были логичны и действенны. Деньги с заказов он тратил на оружие, бензин, к которому в последнее время начал часто обращаться. Мейсон доверял ему убийства скорее по личному и политическому раскладу, в отличие от Стива и Гринга, которые заботились исключительно о себе. Последним было плевать на политику города, им больше были по душе разборки в его низах. Джокер непрестанно следил за всеми манипуляциями сбыта кокаина в своем Квартале. Иногда ради развлечения он продолжал сталкивать двух «гигантов», придумывая несуществующих людей и подгоняя под них реальные трупы. Если раньше Мейсон с некоторой опаской обращался к Клоуну, то теперь все летальные исходы врагов Мейсона решал и обосновывал Джокер. Он всегда выделял для себя круг особенных людей, которые могли его развлечь. Эти карты сменяли друг друга, особо не задерживаясь и расстраивая своей обыденностью и идиотизмом. Его ребята вернулись намного раньше, чем он предполагал. Как Джек и думал, Мессенджер долго в городе не останется. Его сила и власть в прошлом стала для него посмешищем в настоящем. Старик не мог этого снести, ведь своим теперешним положением он был обязан той верхушке, что заправляла в городе. Только он не учел одного обстоятельства: все его нервные трепыхания были… несколько неестественными. Готэм, город, с которым Мессенджер наладил контакты, сочился изобилием для таких как он. Эту цепочку можно было легко проследить по документам пребывающего и отбывающего из города товара. Это и сделал Джокер. Юридически все было в порядке, но странность состояла в том, что именно Мессенджер начал первым контачить с этим городом, учитывая что он сам никогда подобным не занимался. Солнце уже встало, когда Джек поднялся из-за стола. Глаза его покраснели, но выглядел он довольно бодрым. У него ушла вся ночь на изучение всей легальной лестницы Мессенджера, которую он построил в Южном порту. Парень исписал много листков, прежде чем выявить для себя ключевые моменты, изобразить их на бумаге и соединить воедино. Это цепочка вела в Готэм, в город, в который Мессенджер через Артура Кринга перевел все свои капиталы, подставив кошелек Харта, а с ним и двух главных валетов – черного и белого.