Where The Sun Goes Down (Там, где заходит Солнце)

Под звук голоса весело щебечущей Мэри и негромкую музыку в одном модном бутике свадебных платьев Энджел почти засыпала. Недостаток сна и переизбыток работы за последнее время давал о себе знать. - Да ты слушаешь меня вообще?! Энджел резко дернула головой, отчего шею тут же защемило. Она досадливо зашипела и вгляделась в лицо рассерженной подруги. - Прости, Мэри, - виновато потупив глаза, пробормотала девушка. – Ты сама меня разбудила рано утром. Вот теперь, - она зевнула, - я и не в состоянии адекватно мыслить. Неожиданно Мэри всхлипнула и опустилась на стул рядом с голым женским манекеном (предполагалось, что его одежда украсит невесту). Ее плечи чуть содрогались от рыданий. - Мэри, - протянула Энн и присела рядом с подругой на корточки. – Что такое? - Что такое?! – воскликнула она. – Что такое? Что такое… Девушка раскачивалась взад и вперед, размазывая солеными каплями тушь по щекам. Энджел аккуратно попыталась вытереть салфеткой слезы Мэри, но та увернулась. Салфетка врезалась в ухо. - Прости меня, Мэри, - Энджел поднялась и неловко обняла подругу. – Пожалуйста, дорогая… - Да я не из-за тебя плачу, идиотка! Энджел нахмурилась. - Тогда в чем причина? – спросила она. - Моя жизнь через несколько дней изменится кардинально! – Мэри подняла на подругу заплаканные глаза. – Я этого чертовки боюсь. А в последнее время хочу отменить эту свадьбу ко всем чертям собачим. - Эй, - Энджел встряхнула Мэри за плечи. – А ну, прекрати это. Ты же приняла решение. Уже поздно что-то менять. - Вот возьму и скажу «нет» у алтаря! – упрямо бросила девушка, утирая глаза и с брезгливостью смотря на черные разводы на тыльной стороне ладони. - И смертельно расстроишь всех присутствующих. Меня, своих друзей, родителей, Бредли… Мэри фыркнула. - Ты думаешь, он так сильно меня любит? – бросила она. – Любовь длится некоторое время, а потом все, что остается, - привязанность и чувство долга и ответственности перед другим человеком. Я узнала это, и это так ужасно! Я не хочу, чтобы у нас так было, - и она опять разрыдалась. Энджел пыталась собраться с мыслями. - Послушай, - она придвинула стул к стулу подруги и склонилась над ней, - все в этом мире непостоянно. Ты же знаешь, Мэри, ты изучала чертову философию. Но откуда, черт возьми, ты взяла эту ерунду? - В Интернете прочитала, - буркнула девушка. Ее рыдания постепенно сходили на нет. - Нет, тебя бы это не остановило. Я же знаю тебя, Мэри, - Энджел коснулась щеки подруги, и та подняла на нее глаза. – Ты упрямая и вечно лезешь не в свое дело. И я очень рада, что познакомилась с тобой. Многие люди лишены этого: настоящего друга в своей жизни. И ты бы ни за что не стала расстраиваться из-за очередной утки в сети. Ты просто боишься, что не сможешь жить закованной в невидимые наручники, а ведь именно так ты понимаешь слово «брак». Ты легкомысленна, но это решение самое главное в твоей жизни. В кои-то веки ты не сбежала от серьезных взаимоотношений. И твои старания должны быть увенчаны. В прямом и переносном смысле… - Энджел шутливо сдвинула брови, поражаясь бреду, который она только что сказала. Мэри слегка улыбнулась. – Вот, - Энн заметила это легкое движение губ и обняла подругу. – Улыбайся, Мэри. Ты же знаешь, все это не напрасно. И Бредли - у тебя - самый лучший, я уверена. Мэри отстранилась и серьезно посмотрела на девушку. - Спасибо. Я больше не буду валять дурака. И они снова вернулись к примерке свадебных платьев. Воздушное кружево, тугие корсеты и до нелепости разнообразное количество белых оттенков – все это добавляло радости в улыбку Мэри и ее энтузиазма, а Энджел – утомляло и навевало грусть. Она вспомнила свой сон и помрачнела. Чтобы развеяться, она пошла вдоль рядов со свадебными платьями и легко касалась то одного, то другого. Она пыталась найти то, что подойдет Мэри больше всего, потому что все предыдущие десять либо Энджел, либо невеста, либо владелица магазина – миссис Клэр - отвергли. Энн хорошо знала свою подругу, поэтому запаслась терпением чуть ли не до вечера. Пока Мэри не получит то, что хочет, она не уйдет. Иногда Энджел завидовала ее целеустремленности. Ослиного упрямства и у нее было не занимать. Кружево неожиданно хлестнуло по лицу Энджел, когда она завернула за очередную вешалку, и девушка всмотрелась в «схватившее» ее платье. Глаза ее заблестели, и она, схватив наряд, кинулась в примерочную. - Мэри! Мэри! – Энджел вбежала с платьем на руках и поспешно сунула его опешившей подруге. – Это… точно! Одевай быстрее! Мэри пожала плечами и попросила развязать ей корсет. Очередное платье было ужасно безвкусным. Сама Энджел снова кинулась к обнаруженному проходу вглубь магазина и буквально утонула в многообразии цветов. Тут были черные, красные, синие, розовые – буквально все возможные цвета инфракрасного диапазона. Внимание ее привлекла вешалка, которая почти спряталась среди своих более богатых соседок. Платье было закрыто целым рядом других, но Энджел таки смогла выудить его из-за закутка. Зацепив вешалку за первую попавшуюся горизонтальную поверхность, она тихо выдохнула. Это было платье не то чтобы чисто-белого цвета, а какого-то красивого сочетания молочного и персикового оттенка. Энджел широко распахнула глаза и смахнула ниточку с рукава. Ничего более красивого она в жизни не видела. Никаких пышных юбок – платье было похоже на вечернее, с красивым вырезом на спине и длинными кружевными рукавами. Корсет совсем не создавал этого тяжеловесного дополнения: он был частью композиции. Все платье было искусством в чистом виде. Энджел даже не могла описать свой восторг от увиденного, но в то же время она четко понимала: Мэри не наденет ничего подобного – ей нужны блеск и шик, она посчитает платье слишком простым. Но Энджел бы так не сказала. Весь вид наряда так и говорил об изысканности и женственности. Сглотнув слюну, девушка закрыла глаза и представила… «Нет. Стоп!» - она поспешно заморгала. Нет, это не ее свадьба. Сейчас свадьба Мэри. Но, подумала Энджел, если она выйдет когда-нибудь замуж, то оденет именно его. Возможно, в нем она смотрелась бы более взросло и солидно, чем в своих джинсах и футболке. Убрав платье обратно, она вернулась в зал. Мэри вертелась из стороны в сторону – она была похожа на маленький снежный ураганчик. Платье Мэри было пышным, с огромным количеством оборок, но это не смотрелось наляписто. «Наконец-то, - вздохнула с облегчением Энн, - ей что-то понравилось». - Мы его берем! – огласила свой вердикт Мэри и победно взглянула на подругу. Владелица магазина тоже выдохнула с облегчением. Ведь платье стоило немалых денег, а невеста была счастлива. Дарить людям счастье и получать за это деньги – вот чем был стиль и смысл жизни миссис Клэр.

***

Мэри и Энджел целый день провели вместе. «Как в старые добрые времена», - сказала Мэри и рассмеялась. Энджел чувствовала себя с ней счастливой. Когда девушка вернулась на Бейкер-стрит, то не застала там Шерлока. Джон на кухне готовил что-то, что пахло, как запеченная курица. - Как прогулка по магазинам? – спросил доктор, с улыбкой смотря на падающую без сил на диван соседку. - Ужасно, - простонала страдальчески она, но тут же поправилась: - Ужасно прекрасно. В смысле, превосходно. Правда. - Не могу не поверить, - Джон протянул ей чашку ароматного чая, и Энджел с удовольствием припала к терпкому напитку. Потом она вдруг чихнула и вгляделась с подозрением в рисунок. - Джон, - тихо позвала она. Доктор не повернулся. – Ты дал мне чашку Шерлока. - Оу, - Джон сел рядом с девушкой, не принимая никаких попыток заменить посуду, - прости, стал невнимательным. - Ты? – недоверчиво спросила Энн. – Ты сделал это специально, конечно же… Но зачем? - Может, вам скоро и не понадобятся разные предметы обихода. Там, не знаю… Общая кружка, общий халат, общая кровать… - Что?! – Энджел с трудом удержала кружку от столкновения с полом. В итоге половина ее содержимого оказалась на полу. - Черт, - выругалась девушка и поднялась с дивана, чтобы исправить ошибку. Через минуту лужа чая на полу была ликвидирована, и Энджел снова уставилась на друга: - С чего ты так решил? - Шерлок, - Джон отпил чай из своей кружки. - Он что-то говорил обо мне? - Ничего хорошего, - мужчина поставил кружку на стол и развернулся к Энн. – Но он… ревнует. Энджел одним выразительным поднятием бровей выразила все свои чувства по поводу этого заявления. - Да неужто, - съязвила она. – И что же, он тебе об этом сам сообщил? - Энн, послушай, - Джон коснулся плеча подруги и вздохнул. – Я ни в чем не уверен относительно Шерлока, но его поведение… Разве это можно объяснить другим способом? - Да, - Энджел вспыхнула. – Просто он меня ненавидит и старается сжить со свету. Вон, помнишь, чуть не отравил. - А зачем ему шпионить за тобой и Майкрофтом? - Да ты откуда узнал? – Энджел вскочила с дивана и метнулась к окну. - Вообще-то, от миссис Хадсон, - Джон выглядел смущенным. – Она… в общем, Шерлок ей нажаловался. - Шерлок? Нажаловался? – Энджел была удивлена. Настолько, что ее рот чуть приоткрылся в попытке сказать что-то еще, но она поспешно закрыла его. – Это просто смешно. И чертовски неправдоподобно. - Может быть, - Джон включил телевизор, ставя точку в их разговоре. – Но, думаю, тебе следует подумать над этим. Энджел выдохнула. «Лучше об этом не думать. Намного легче. И намного безболезненнее».

***

Ночью Шерлок снова решил устроить концерт. Для Джона и миссис Хадсон это произошло безболезненно, но Энджел в ужасе вскочила с кровати, пытаясь спастись от перемешивающихся звуков скрипки. Одни были в ее сне, другие – те, которые ее разбудили. Шерлок стоял к ней спиной и играл на скрипке. Тихий шелест волн сплетался с волшебными звуками, и Энджел качалась на этих волнах. Ее уносило, хотелось оставаться вот так вечность. Слушая шум прибоя и грустную скрипку. Шерлок хотел сказать ей что-то, но каждый раз, только приоткрыв рот, не находил нужных слов, сжимал губы и снова отворачивался. - Что не так? – спрашивает Энджел. Она поднимается с кровати и подходит к Шерлоку сзади. Он не поворачивается. - Скажи, Шерлок. Мелодию скрипки, казалось, ничто не сможет прервать. Тогда Энджел обходит любовника и, поднявшись на носочки, целует его в губы. Неловко, первый раз сама. Без принуждения, без насилия. Без секса. Мелодия обрывается, и Шерлок озадаченно смотрит на нее. - Думал, я такая слабая? – чуть улыбается Энджел и проводит указательным пальцем по скуле Холмса. А потом снова целует его, обнимая за плечи, зарываясь пальцами в немного жесткие волосы. Шерлок отвечает. Они впервые целуются, просто целуются. Нежно и так не по-шерлоковски. Энджел отстраняется и выдыхает горячий воздух любовнику в шею. Шерлок дергает ее на себя, и Энджел оказывается в его объятиях. - Собственник, - нежно шепчет она и утыкается носом где-то в район его сонной артерии. Минуту они стоят молча, а в сон издалека врываются звуки скрипки. Энджел дергается, и Шерлок начинает исчезать, но она хватается за него, и он снова появляется. - Ответь мне, Шерлок, - она держит его крепко за предплечье и смотрит прямо в глаза. – Зачем я нужна тебе? Он моргает пару раз и загадочно изгибает губы в ухмылке. Потом расслабляет мышцы лица и вдруг становится крайне серьезным. - Для счастья, - повторяет он ее слова, и звуки скрипки перекрывают все. В памяти остаются лишь проницательные и вдумчивые глаза Шерлока. Энджел спустилась по лестнице и прошла в гостиную. Шерлок не обратил на нее никакого внимания. - Ты мешаешь мне спать, - сонно пробормотала она и широко зевнула. - Не моя вина, что ты не позаботилась о своем сне. Кажется, миссис Хадсон тебя предупреждала о затычках для ушей. - Нет, - Энджел помотала головой, устало откидываясь на спинку дивана. Этот, настоящий, Шерлок на секунду показался ей тем, из сна. Если бы не неожиданный порыв холодного воздуха из открытого окна, она бы, забывшись, поцеловала его. «Это зашло слишком далеко. Пора заканчивать. Так всю жизнь можно провести во снах и неисполнимых мечтах», - Энджел встала и закрыла окно. Шерлок прекратил играть. - Простудишься – и конец твоим расследованиям. На неделю в Лондоне преступность будет отыгрываться на полную катушку. А если с осложнениями – то и еще дольше, - сказала она и повернулась лицом к Шерлоку. - Открой окно, - повелительным тоном произнес Холмс. - Нет. - Я сказал, открой окно! – неожиданно Шерлок вышел из себя и кинулся к Энджел, выпустив скрипку из рук. Она с обиженным стуком коснулась пола, и Энн испуганно пискнула. Шерлок застыл от нее в паре дюймов и тяжело дышал. Девушка протянула руку и прикоснулась к его груди. Его сердце стучало, как у беговой лошади. - Господи, Шерлок… - начала она, но тот резко отстранился и сел в свое кресло. – Ты уронил скрипку. Энн присела рядом с инструментом, поднимая его на руки, как ребенка. - Говорят, инструменты в руках чужих людей расстраиваются и перестают играть, - послышался голос детектива из темноты. - Думаю, она не такая обидчивая, - улыбнулась Энджел и собралась уложить скрипку в футляр, но Шерлок буркнул: «Дай сюда», и Энджел вернула ему инструмент. Через пару движений смычком оказалось, что скрипка в порядке. - Наверное, просто бредни, - сказала Энджел. – Видишь, я ничего с ней не сделала. Мало кто знал, но Шерлок давным-давно узнал от отца, который также играл на скрипке, что инструменты поддаются только тем, к которым у их хозяев есть чувства. Поморщившись, Шерлок протянул Энджел скрипку. - Сыграй, - сказал он, не глядя на девушку. - Я не умею. - Хорошо, значит, я буду играть всю ночь, и ты не заснешь. Энн закатила глаза. - Ты хоть когда-нибудь можешь думать о ком-то другом, кроме себя? – спросила она обреченно. – Ты не пуп земли, чтобы все вокруг тебя вертелось, как Земля вокруг Солнца. - Вот и замечательно, - бросил Шерлок, хватая скрипку и начиная новую мелодию. – Значит, я буду играть всю ночь. - А когда тогда ты будешь спать? - Энджел сделала последнюю попытку достучаться до Холмса. - Какое тебе дело, - пробормотал Шерлок. - Мне есть дело. Мне не все равно. - Хорошо, - Шерлок повернулся к девушке. – Тогда сыграй хоть что-то, и я пойду спать. А значит, и ты заснешь. Энджел взяла в руки скрипку и попыталась пристроить ее у себя на плече. Ничего не получилось, и мужчина победно фыркнул. А потом случилось то, чего Энджел не ожидала от Шерлока больше всего. Она думала, он будет всячески критиковать ее попытки играть, стараясь выйти победителем, снова, но он встал позади нее и пристроил свои руки рядом с ее руками, придавая им нужное направление. - Вот так, - шепнул он, и по спине Энджел пробежали мурашки. – Возьмем ноту до. Легкое движение двумя руками и смычком, и скрипка тихо пропела. Шерлок застыл. - Повтори, - велел он, и Энджел сначала промахнулась, но во второй раз получилось. Всего одна нота. Нота до. Начало нотного листа. Начало чего-то нового. Шерлок грубо отобрал скрипку и вернул ее в футляр. Потом, не сказав ни слова, ушел к себе в комнату и захлопнул дверь. «Чертовы чувства», - подумал он и взъерошил волосы на голове. Скрипка знала о его чувствах гораздо больше него самого.