Тишина.

В небе ярко светило солнце, и совсем не чувствовалось ставшее привычным напряжение в воздухе. Во дворе бегали дети, играли в мяч, что-то кричали, смеялись. Как раньше. До. Соня прошла через двор, с затаенной завистью думая о детях. Будет ли у нее?.. За обшарпанной коричневой дверью приземистой двухэтажки ее встретила тишина. Аккуратная полукруглая сфера тускло светила с потолка, освещая кусочек парадной. Старая лестница, с металлическими ступенями вела на второй этаж, выкрашенный синей антипожарной краской. Эта краска почему-то ассоциировалась со школой. Окошко на площадке выходило на внутренний двор, как раз на компанию ребятишек. Соня остановилась. Когда-то они мечтали о сыне, даже имя ему выбрали, а теперь впереди так много неизвестного, пугающего. Мечтам нет места. Но, боже, как же ей сейчас хотелось оказаться там, во дворе.. Девушка тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли и уже иначе огляделась вокруг. Мутные стекла, решетка солнышком, деревянные рамы с потрескавшейся, кое-где облупившейся краской, пространство между рамами, выложенное пожелтевшими от времени газетами - от этого дома веяло чем-то советским, как будто попадаешь в прошлое, лет на 70 назад. Для полной картины не хватало только стопочек с солью. Соня помнила, что в ее не очень далеком детстве такие ставили, чтобы зимой окна не запотевали. Каково было в то время? Вроде бы столь непохожее, но в то же время… История повторяется. Хоть бы все закончилось быстрее… Интересно, в сороковые годы, приходили ли сюда такие же ищущие, как она?.. Наверное, да. Женщина всегда остается женщиной, не важно, к какому времени она принадлежит. Она везде будет искать надежду. Квартира номер четыре, шестой дом по Смоленской улице. Адрес дала подруга Анечка, глядя, как цветущая прежде девушка тает на глазах. Рассказала, мол есть одна гадалка, что никогда не ошибается. А уж ходят к ней теперь многие. Сейчас, стоя перед обитой кожей дверью, Соня боялась. А вдруг она услышит совсем не то, что хочется услышать. Вдруг вместо того, чтобы обрести надежду, новое дыхание, она ее потеряет. Последнюю ниточку, что еще держит ее от того, чтобы не сломаться. Веру, веру в то, что он жив. Рука замерла над кнопкой звонка. Страшно. Страшно услышать ответ, на бьющийся в голове вопрос. «Он.. вернется? Он жив?» Что если ответ будет отрицательный? И вопрос, который бьется в головах у всех: «Когда закончится война?» Соня опустила руку и развернулась. Не нужно ей ничего спрашивать. Не важно, что скажет гадалка. Она все равно будет верить и ждать. Быть может, эта вера – единственное, что может его спасти, вытянуть с того света и вернуть ей. Она будет ждать.