Молитва

      Пит.       Лежа на сырой земле, в собственной крови, смотришь на вещи другими глазами. Я больше не боюсь крика матери, шуточек братьев и их вечных издевок. Не страшусь и смерти! Я жду её! Она мой самый долгожданный друг! Всю жизнь мы бежим от неё, но для чего? Чтобы во время своего бегства чувствовать страх? И вечно оглядываться назад? Не хочу больше так! Я лишь жалею об одном, но и то я, скорее рад этому. Ведь правда никому не принесла бы радости или облегчения. А я не в счет! Так было всегда, так зачем что-либо менять?       Боль парализует моё тело. Но я рад этому, нет чувств – нет боли! И это не может не радовать. С улыбкой на лице я встречаю глаза своего палача. Они голубовато-серые … серые! Значит, я смогу насладится их цветом. Серый мой любимый цвет глаз. В нем можно тонуть, жить и умирать! Я согласен смотреть в них вечно, но только это не те глаза. В них слезы и боль! Закрываю глаза обратно.       Почему же моя смерть плачет? Она жалеет меня? Ну, для чего? Мне не нужна жалость! Я никогда её не любил. Жалость матери, жалость соседей, жалость в глазах отца! Он любил меня, но и жалел! А я этого не любил! И поэтому всегда молчал. Он говорит, я молчу и так из-за дня в день.       Мы всё же общались с ним, но это были редкие беседы. Как правило, задушевные и теплые. В эти мгновения он давал мне наставления и любовь отца, искренность друга и заботу матери. Как столько умещалось в нем, остается загадкой. Но он был единственным, кто меня любил. Я буду скучать по этим беседам, но всё же я рад! Всё правильно! Так и должно было быть!       Я знал, что умру на арене, в луже собственной крове, мучаясь от боли. Ещё тогда по дороге к Капитолию, я решил для себя это! Главное, чтобы она не плакала! Я постарался скрыть от неё смерть. Я попытался подарить ей шанс на победу! И пусть она маленькая, но она умная. Она сообразит, что нужно убегать. Она спасется! Еды ей хватит до конца Игр. Может звери убьют и Катона. Цеп уже мертв, именно его крик оглушил лес. Они добрались до него, а вскоре доберутся и до меня. Как же долго длится ожидание.       Раньше я боялся себе признаться в элементарных вещах, а теперь радуюсь боли в сердце! Она будет жить, а значит, я не увижу слез в серых глазах! Если ради улыбки эти серых глаз нужно было умереть, что же я медлил? Говорят: когда любовь безответна – её и нет вовсе! Это лишь твоя слабость - иллюзия! Но я знаю, что безответная любовь бывает! Она не слабеет, ведь ты живешь лишь ней и с каждым днем она становиться сильнее. Заполняя всё вокруг, подчиняя тебя своей воли и желаниям. И я повинуюсь ей, даже лежа на сырой земле, истекая кровь и ожидая смерти. Я повинуюсь этому странному чувству природы. Я часто размышлял над этим и пришел к выводу: Бог ошибся, создавая любовь! Он наполнил её силой, безграничной и великой как сам Бог, но он сделал её уязвимой, слабой и хрупкой! Её можно сравнить с женщиной, такой же стойкой и слабой. Но любовь сильнее и куда страшнее, всех людей на свете! Она заставляет жить, мечтать и верить! Она дарит надежду и не дает этому слабому огоньку потухнуть даже сейчас.       Даже испуская дух, я думаю о ней! Как же это всё-таки странно, но так приятно. - Пит! Пит! - Тихий, словно ветер голос, врывается в мир темноты и спокойствия.