За облаками есть ещё надежда

Эхо зачистки стало стихать уже через неделю. Кого нашли – похоронили и оплакали, живых старательно подлечивали. Юноша не просто задерживался допоздна, но вскоре уже и жить перебрался в больницу. Нэд не навязывал своих ухаживаний, просто следуя на расстоянии и помогая, это в нём Алекс очень ценил, хотя, оказавшись в безопасности, всё-таки вмазал нахалу для профилактики. Весь день небо грохотало и давило на людей своей серостью. Горожане, ужасающе молчаливые после произошедшего, подобно теням передвигались по городу. С приходом помощника, единственный до этого времени врач не только вздохнул, но и оттаял к младшим, позволив ещё одному присоединиться к ним, расширив их дуэт до трио. Благодаря этому, юноша сейчас мог уйти домой, спокойно помыться и выспаться. Работы в последнее время было чудовищно много. Войдя в квартиру, он понял, что она пуста. Лоди не было и, приняв душ и перекусив, Алекс хотел было идти спать, как послышался звон ключей. Кто-то старательно пытался попасть в замочную скважину. Подойдя ближе и услышав отменную брань, он распахнул дверь, с усмешкой глядя на еле стоящего на ногах мужчину. Расфокусированный взгляд смотрел сразу и всюду и в никуда. Подцепив под руку шатающегося из стороны в сторону друга, он подвёл его к дивану и сгрузил на него с тяжёлым вздохом. - Как можно так набираться? До дома как вообще дошёл? Лоди улыбнулся совершенно трезвой улыбкой. - Ты такой же как и твой брат, даже интонации идентичны. - Мой брат? – переспросил юноша. - Да, Ниял. Мастер нравоучительных лекций. Усмехнувшись каким-то своим мыслям, мужчина повернулся на бок и тут же уснул, а юноша ошарашенно посмотрел в спину спящему. Причём тут его брат? Откуда они вообще знакомы? Не желая терзать себя догадками, Алекс вышёл из квартиры, запер её на все замки и отправился в бар, пытаясь высчитать, сегодня ли смена Джоза. Мужчина нашёлся за стойкой, и нежданный визитёр облегчённо вздохнул. Сев на высокий табурет, он посмотрел на мужа Уайата, вполне здорового человека, что не могло не радовать. - Какие люди! А где Лоди? - Дома, напился как сапожник, теперь спит. - А что, сегодня уже восемнадцатое? Юноша непонимающе посмотрел на бармена. - Восемнадцатое. А это какая-то важная дата? - Свадьба его брата. - Свадьба? И поэтому он так напился? - Его брат отобрал у него жениха и настроил его против бывшего возлюбленного. Даже сейчас, хоть уже столько лет прошло, могу с уверенностью сказать, что тот сероглазый очаровашка его до сих пор ненавидит. - Как его звали? - Кого? - Жениха. Джоз потёр лоб и основательно задумался. - Прости, я не могу вспомнить. Это было слишком давно… - А брата его как звали? - Брата? Лоди звал его Эд… Может Эдуард… Рассеянно кивнув, Алекс махнул на прощание и отправился домой. Картина собиралась очень грустная. Ни он, ни его брат не были счастливы в браке. Брат продолжал рожать детей от нелюбимого мужа, теряя здоровье, загоняя себя… - Боже мой, хоть у кого-нибудь всё будет хорошо?! Войдя в подъезд, он прислонился спиной к стене и сжал голову ладонями. Чудовищная жизнь: сплошь и рядом предательства, смерть, сплошная череда потерь. Там, откуда он, неужели всё было так же, просто замылившийся взгляд не давал этого разглядеть? Были ли друзья друзьями? Или те люди, что окружают его сейчас и есть самые близкие? Была ли любовь? Такая, какую он видел у местных жителей… Сердце сжал болезненный спазм, отдаваясь где-то в животе. Уши заложило, и в голове стоял громкий гул. Впервые, не при виде горы мёртвых тел, не под дулом пистолета, ему стало страшно. В целом мире, совершенно чуждом ему, он один. Нет никого, кому можно открыть душу и хоть ненадолго почувствовать себя в безопасности. Покосившаяся дверь подъезда открылась и вошедший, вздрогнув, отступил назад. Алекс вытянул вперёд пустые руки, показывая, что он не нападает и что вполне адекватен. Подойдя ближе, мужчина кивнул ему, узнав, наконец, соседа. Но вместо того, чтобы пройти мимо, подал ему руку. - Вставай! - Я… - Лоди обидел? - Нет, - мотнул головой юноша. – На душе паршиво. - Понимаю. Идём ко мне, у тебя в квартире сегодня стёкла запотеют от перегара, ночевать нормальным людям в таком угаре нельзя, а я всё равно не усну. Выпьем чаю и обсудим житейские мелочи. Приняв протянутую ему руку, Алекс тяжело поднялся. Мужчина, решивший помочь ему, жил над ними. Когда-то Лоди говорил, что Миль уже давно живёт один. Его старший супруг умер от передоза, оставив ему кучу долгов и отвращение к окружающим. Квартира была чистой и ухоженной. Сосед скрылся на небольшой кухоньке, попросив юношу сесть за стол. Через пару минут он вернулся, неся на подносе чашки и ещё что-то. Как давно он вот так не пил чай. «До» было двадцать с лишним лет, а «после» лишь год, но по личному ощущению времени эти триста шестьдесят пять дней тянулись мучительно долго. - Уже освоился тут? – сел за стол Миль. – Или ещё тянет обратно? - Обратно? Нет, туда меня не тянет, здесь свободнее. Не спорю – опаснее, временами страшнее, но тут дышится. - Богатый муж держал в клетке? Алекс после минутной заминки всё же кивнул. - Понимаю. Я вот тоже сбежал от богатого, но нелюбимого мужа с возлюбленным… Знаешь, чем это закончилось? Я тут с двадцати одного года. Мой благоверный подсел тут на наркоту, заимел кучу долгов. Едва меня в бордель не сдал, чтобы расплатиться. Сейчас мне тридцать шесть… мне до боли хочется увидеть того мужчину, узнать, как сложилась его судьба после моего бегства. Но отсюда вести не вылетают, а сюда долетают лишь слухи. - Жалеешь, что променял стабильность на чувства? - Да. Поцелуи, романтические обещания и прочая шелуха не стоят ничего. Тут, конечно, крепких пар побольше, но здесь иначе нельзя, сгинуть на наших улочках проще простого. И постоянно вспоминаются те, кто остался там, за границей благополучия. Это так непросто… Жить, не имея возможности связаться с близкими. Единственное, что мне удалось узнать, что мой старший брат удачно вышел замуж. Его сыну, наверное, как тебе, около двадцати лет. Слушавший собеседника не перебивая, юноша отпил из чашки остывший чай и посмотрел на сидящего рядом мужчину. Здесь все легко делились своими историями, и каждая последующая зачастую была драматичней предыдущей. За окном появились первые росчерки рассвета, дул сильный ветер, это было понятно по тому, как отчаянно стучало по стеклу ветками высоченное дерево, растущее перед домом. - Если у тебя появится шанс выбраться отсюда, беги не оглядываясь. - Бежать? - Да. Ты умён, молод и красив, это откроет тебе многие двери. - Я мечтаю заняться наукой, а в этом деле ни молодость, ни красота не важны. Комната погрузилась в тишину. Небо за окном стремительно светлело. Миль выглядел задумчивым и грустным. - Если я соберусь покинуть Тартуру, то перед моим уходом напишешь письмо своему брату? Я постараюсь найти его и передать. Голубые глаза напротив вспыхнули интересом и надеждой. - Обязательно! Ты только не забудь, пожалуйста. - Не забуду… А сейчас извини, мне пора. Скоро проснётся Лоди, а я хочу видеть этот исторический момент своими глазами. - Спасибо, что зашёл, - неуверенно проговорил гостеприимный хозяин. - Спасибо, что пригласил, - кивнул Алекс, выходя за порог. В подъезде ещё царили сумерки, поэтому открыть дверь удалось не сразу. Нашаривая рукой выключатель в прихожей, он услышал знакомый голос из комнаты. Захлопнув дверь, он двинулся по коридорчику, и замер в дверном проёме. Лоди сидел на полу, растирая шею, стоящая под лампочкой табуретка была красноречивее всех слов. Прикрыв лицо ладонью, юноша глухо застонал. - Какой же ты кретин! Совершеннейший болван без единой извилины. Ну кто вешается на старой трухлявой лампочке?! - Я не знал, что она оторвётся, - обиженно буркнул мужчина, вызывая у собеседника волну нервного смеха. Сев на пол рядом с Лоди, Алекс еле слышно проговорил. - Он бы не узнал о твоей смерти, не узнал о её причинах. Только ты можешь сказать ему это. - Ему? - Я всегда подозревал, что мой брат не счастлив в браке, он не улыбался, я никогда не слышал его смеха. - Я спьяну тебе всё выболтал? - Успокойся, не всё. Прислонившись спиной к дивану, мужчина вздохнул. - Любовная блажь прошла, по крайней мере, я так думал. Но ведь до сих пор его люблю… видимо, пора мне забираться поглубже и не высовываться, ещё немного и я стану опасным для людей. Настоящий сумасшедший… сбежавший от себя, отказавшийся от борьбы. - И ты вот просто так сам сюда сбежал? – Алекс пристально смотрел на погруженного в собственные мысли Лоди. – Не очень-то верится… - А я не на допросе, - огрызнулся в ответ собеседник. – Может чего и приврал. И вообще мне не очень хотелось бы об этом говорить. Усмешка на лице юноши стала более явной. - Тогда объясни мне, недалёкому во всех смыслах человеку, как ты узнал, что в машине именно я? Почему вдруг решил, что я буду тебе помогать? - Ты отвратительно переводишь тему. - Я не оканчивал курсы проповедников, риторика – вообще не моё. Мужчина посмотрел на совершенно расслабленного Алекса, а ещё недавно этот мирок держал его в неимоверном напряжении, от оружия он шарахался и вообще вёл себя как ванильно-зефирный мальчик. Чтобы втянуться в местную жизнь ему понадобилось в общей сложности шесть месяцев срока, парочка трупов на пороге, с десяток, отправленных в отставку кандидатов в женихи и увлекательная работа. И хотя из-за неё зачастую приходилось «любоваться» на такие «сливки общества», что дух захватывало, менять её на что-либо другое он не собирался. Список того, чему Лоди мог его научить, стремительно таял. И хотя юноша часами сидел над своими тетрадками с записями, иногда им удавалось вместе прошвырнуться в бар или доехать с кем-нибудь до ближайшего пригорода. Широко распахнув глаза, будто видя всё в первый раз, этот чудак смотрел на людей, машины, магазины. К сожалению поездки эти были краткосрочны, и осмотреть городок целиком никогда не получалось. Зато всю Тартуру Алекс исходил вдоль и поперёк. Иногда он смотрел из окна, представляя, как выглядело это место, когда здания были новыми, дороги ещё существовали и жили тут другие люди. За время пребывания тут ему удалось выяснить почти все нюансы местной жизни. Здесь, почему-то, младшие мужья имели больше прав, некоторые даже откровенно командовали своими супругами. Дети были детьми, ни в одной драке или стычке тут не ранили ребёнка. Какой-то свой, простой и действенный свод правил, который разом пришёлся по душе. - Так как ты узнал, что там именно я? – оторвался от своих размышлений юноша. - А я, как погляжу, ты всё не угомонишься? А какая разница? Не бойся, мне от тебя ничего не надо. Просто не хотел, чтобы тебя погубила какая-нибудь мразь. В ответ собеседник лишь рассеянно кивнул. - Там, вне Тартуры, есть тот, кого ты хочешь увидеть… Почему ты не встретишься с ним. - Безусловно. И не только у меня, у всех есть. С ним? - Ниял, - неожиданно произнёс Алекс. Лоди внимательно посмотрел на него. - О чём ты? - Лоуренс Клайс, вашу фамилию носит мой брат, но это не значит, что тот, кто дал её ему дорог для него. Ты столько делаешь тут для людей, у тебя большое и доброе сердце, и у вас всё могло бы быть хорошо. С каким-то суеверным ужасам мужчина посмотрел на говорившего. - Это долгая история, и тебе её понимать совсем не обязательно, поэтому давай просто не будем об этом. - Но… - Я прошу, давай не сейчас. Есть ещё небольшое дело. - Дело? - Мне надо пройтись. - Куда? – испытующе посмотрел на него юноша. - Вообще-то работать. Надо проверить окрестности, вряд ли после зачистки не осталось больше сюрпризов. Хочешь поговорить, идём со мной. - А вот и пойду! Обход территории, которую контролировал Лоди, занял всего пару часов. Ни одного взрывающегося сюрприза обнаружено не было, и с чувством выполненного долго он скомандовал возвращение. Мелкий моросящий дождь противно холодил кожу, застявляя ёжиться. - Замёрз? - Немного, - кивнул Алекс. - Давай срежем путь здесь, тебе нужно домой поскорее, пока ты не продрог и не заболел. Я пролезу, а ты за мной. С этими словами мужчина уже протиснулся в щель в заборе и обернулся, заметив замешкавшегося юношу. - Эй, что там? - Да сам не пойму, - пожал плечами Алекс, хотя в сгущающихся сумерках собеседник вряд ли заметил бы его жест. Мужчина вернулся обратно и раздвинул руками ветки низких кустов. - Фу, дохлятину сбросили… Идём, тут не на что смотреть. Очередной обдолбыш. - Он живой, - покачал головой в ответ парень. - Как тебя зовут? – потормошили они свою находку. - Эй, ты понимаешь меня? Пацан! Найдёныш никак не реагировал на пощёчины Лоди, и мужчина зашарил по его карманам в поисках документов. В найденном читательском билете значилось – Эмиль Олив. - Я не понял, - обескуражено пробормотал обыскивающий. - Что? – поднял на него вопросительный взгляд Алекс. - Это что, префекта Олив-кросс сынок? Юноша раздражённо дёрнул плечом. - Ты забываешь о том, что я тут не очень давно. Как мне реагировать на твои слова? Олив-кросс – это где? - Олив – это южнее Кьелла, это две соседние префектуры. Там, кстати, океан, - усмехнулся мужчина. – Если тебе доведётся туда как-нибудь попасть, сразу увидишь, как они отличаются. Будто два разных мира. - Разные миры? – переспросил Алекс. – В каком смысле? - Во всех. Но парнишку придётся всё-таки подобрать, такими билетиками не разбрасываются. - Билетиками? В ответ Лоди только улыбнулся. - Твоим билетиком отсюда, солнце моё. - Но… - Ты столько сделал тут, что пора нам отпустить тебя на волю. Твоих заслуг хватило бы, чтобы покрыть тебя в границах Тартуры славой и слухами ещё лет на пять, но мне бы хотелось, чтобы ты был в каком-то более безопасном месте. Собеседник открыл было рот, но мужчина только отмахнулся от него, закидывая на плечо поразительно нетяжёлую ношу. - Я бы хотел остаться тут, - сказал ему в спину Алекс. - Твоё место не здесь, - покачали ему в ответ головой. – И чем скорее ты это поймёшь, тем лучше. Отсюда тебе никогда не дотянуться до сына. Юноша остановился, поражённый словами Лоди. - Разве дело в сыне? - Да. Твои слова, выражение твоего лица и голос совершенно нейтральны, когда ты говоришь о муже, но стоит спросить тебя о ребёнке, ты меняешься. Поэтому используем этот билет, чтобы быть рядом с теми, кого мы любим. Любой ценой. - Любой ценой… - эхом раздался шёпот.