За облаками есть ещё надежда

Свадебные восторги постепенно стихали, и дом вновь становился тихим, наполненным покоем. Эри с тех пор приезжал лишь однажды, торопливо собрал какие-то вещи, и улетучился, будто дым, словно пытаясь ни с кем не столкнуться даже взглядом. Кай чувствовал, что в молодой семье что-то происходит, но задать вопрос всё-таки не решался, сделав себе пометку – поговорить с Клэрисом при первой же встрече. Солен становился всё более рассеянным, уже несколько раз у него за столом всё валилось из рук, зачастую он забывал то, о чём только что говорил. Всё это очень волновало мужчину, но младший супруг отца не поддавался расспросам, стоически молчал и только мотал головой. В такие моменты хотелось иметь хоть кого-то рядом, чтобы делиться с этим человеком своими мыслями и опасениями, но кроме сына, который был пока ещё не в состоянии понять таких сложных вещей, рядом с Каем никого не было. Малыш стал для него всем. Часть Арне. Иногда казалось, что говоря с ним, он заглядывал сквозь время и пространство, посылая свою тревогу младшему супругу, где бы он ни был. Задерживаться на работе становилось всё сложнее. Никогда не страдавший сентиментальностью префект буквально летел домой, чтобы услышать завораживающее его «папа». Хотя такие моменты вбивались в его сердце ржавыми гвоздями. Звук захлопывающейся мышеловки преследовал его с маниакальным упорством. Он сам загнал себя в это, сам виноват, сам… - Папа… Закружив Алекса по комнате, мужчина внезапно замер, прижал к себе ребёнка и глубоко вздохнул. Взяв с тумбы фотографию Арне, он показал её малышу. - Вот папа, правда, красивый? Кроха посмотрел на отца, будто не понимая его. Хотя, скорее всего, оно так и было. - У тебя не один папа. Глазки у тебя, конечно, красивые, но папины волосы и его улыбка – просто восхитительны. - Папа! – Алекс ткнул пальчиком в фотографию. Улыбнувшись, Кай осторожно вернул снимок на место и подхватил сына. - Пойдём-ка посмотрим, а не ждёт ли нас с тобой замечательная ванна. Сарен всегда купал ребёнка в одно и то же время, и не дело нарушать такой замечательный порядок. Уложить Алекса уже не получилось, разболевшаяся голова потребовала лекарств, после которых сонливость без труда скосила мужчину. Лишь утром, заглянув в детскую перед отъездом на работу, он успел поцеловать всё ещё спящего кроху. Раньше вечера им встретиться не получится. Рабочая суета затянула. Прервавшись лишь дважды: на разговор с отцом и чай в компании фотографии мужа, Кай по уши влез в дела, стараясь вообще ни о чём кроме них не думать. Такой режим жизни выматывал, но спасал от погружения в черноту подступающей изредка депрессии. Домой всегда ехалось охотнее. Сын искренне радовался возвращению отца, и это было невероятно сильным стимулом. Но в этот раз вид Сарена, встречающего Кая едва ли не на пороге, был настолько встревоженным, что беспокойство накатило волной. - Что произошло? - В полдень у Алекса поднялась температура. Мы пригласили врача. - Что-то серьёзное? Старик покачал головой. - Обычная простуда. Но мне так жаль малыша, что сердце кровью обливалось. Сейчас он уснул, вы заглянете к нему? - Обязательно. Забыв про ужин, мужчина сидел с Алексом весь вечер и готов был провести таким же образом и ночь, но Сарен воззвал к его благоразумию и уговорил поспать, предостерегая тем, что такими темпами и ребёнок, и отец разболеются вместе. Утром за завтраком к ним присоединились Эри и Клэрис, хотя младший, скорее всего, просто притащил с собой мужа для дополнительного осмотра племянника. И лишь услышав: «Просто простуда», перестал разводить панику, и обратил свой взор на отца, то и дело задевающего и роняющего стоящие на столе предметы. - Можно с тобой поговорить? – дотронулся до руки брата Эрвиль. - Что-то важное? - Весьма. Посмотрев на Клэриса, Кай дождался его согласного кивка и пошёл за Эри. Юноша сел на подоконник коридорного окна и рассеянно окинул взглядом пейзаж за окном. - Что? - Нашёл Арне… вроде. Хотя, честно сказать, не уверен. - Как это? - Я опознал его лишь по сходной внешности, но не знаю, ни имени, ни фамилии. А поверхностные выводы порой очень далеки от истины. - Знаю. Где он? - Предположительно он, - поправил Эрвиль. – В префектуре Олив. Фотографии не очень чёткие, но даже они влетели мне в солидную сумму. - Ты лазил по нелегальной Райсе? – сложил руки на груди мужчина. - А где б я тебе ещё информации накопал?! – возмутился младший брат. – Что предпримешь? Пожав плечами, Кай только фыркнул. - Даже если бы я знал, где конкретно искать, то заявиться в соседнюю префектуру с расследованием – это даже для меня слишком. Вздохнув, Эри пожал плечами, иногда брат был настолько линеен, что это раздражало. - Зачем тебе расследование? Свози Джанни, покажи неместные пейзажи, ну а там по пути нанесёшь визит вежливости. Ещё инструкции нужны? - Нет, - усмехнулся собеседник, убирая уже изрядно отросшую чёлку со лба. – Я всё понял, приступаю к реализации. - Вот бы всегда так, - улыбнулся в ответ младший. – Кстати, ты постричься не думал? - Постригусь, как мужа найду. Не перед кем красоту наводить. - Будь осторожнее, хорошо? Твой новый брат – это очень хороший предлог, но я ему не очень-то доверяю. И экспертизу я бы всё-таки запросил. Вот что-то меня точит изнутри по его поводу. Мужчина потёр лоб и отрицательно мотнул головой. - Я тоже испытываю некоторое напряжение, но скорее всего из-за того, что он выглядит таким грустным и отстранённым. - Возможно, в его прошлом было нечто, что его очень ранило. Говори что хочешь, но я поищу информацию о нём. - Только поосторожнее, ладно? - Да без проблем, - отмахнулся Эри. Зная, что юный детектив пропустил все его советы мимо ушей, Кай только тяжело вздохнул, про себя гадая, как с этим намеревался справляться его супруг. Брат бросил взгляд на часы и засобирался домой, теперь засиживаться тут он не видел смысла. Единственное, что порой приводило его сюда – старший брат и то, что происходило у него в голове. Интуиция Эрвиля подводила редко, и на данный момент он был практически уверен – найденный им молодой человек – это именно Арне. И хотя беспокойство за него не оставляло, но это не было беспокойство за его жизнь. Скорее точили сомнения в том, что юноша вернётся к ним. Махнув на прощание рукой, теперь уже гость взял под руку супруга и довольно скоро покинул родительский дом. Смотря на них из окна детской, мужчина перебирал в голове варианты поездки, но снова и снова натыкался на то, что он не знал, как подступиться с этим предложением к Джанни. С братом он почти не был знаком, поэтому не мог даже предсказать его реакции на приглашение прокатиться до соседней префектуры. Тихий стук в дверь заставил его обернуться. - Входите. - Кай… На пороге стоял объект его раздумий, хоть и немного смущённый, но всё же полный решимости затеять разговор. - У меня к тебе разговор. - Удивительное совпадение, - улыбнулся старший. – Можно я начну? Дождавшись согласного кивка, он глубоко вдохнул. - Мне нужна твоя помощь. - Буду рад, в чём? - Хочу съездить в соседнюю префектуру. Не составишь мне компанию? - Я не стану компрометирующим фактором? - Не думаю. - Тогда не вижу проблемы. Когда едем? - Я бы хоть завтра… но не могу уехать, пока сын не поправится. Молодой человек серьёзно кивнул. - Хорошо. Поедем, как только самочувствие Алекса улучшится. Окончательно выздороветь малыш смог лишь через две недели, которые отец почти не отходил от него, рискуя сам заболеть и из помощника превратиться в обузу. Тем же вечером Кай напомнил Джанни про их разговор, на что младший ответил, что и не забывал его. Утром следующего дня они выехали из ворот особняка Кьелл сразу же после завтрака. Не рискуя понапрасну, мужчина выехал на безопасную трассу, хоть она и была почти на пару десятков километров длиннее. Поездка была быстрой и насыщенной самыми живописными пейзажами. Джанни смотрел в окно не в силах оторваться. - Как красиво! Нарисовать бы такое… Кай, можно задать вопрос? - Попробуй. - Ты мужа сильно любил? - Неожиданный вопрос… Я сначала вообще не думал, что любил его, но теперь выходит, что да. С чего ты вдруг это спросил? - Ты ведь думал, что он сбежал? - И это тоже. - Значит, признавал, что излишне подавлял его? - Может и так. - Ну тогда всё вполне предсказуемо. Люди всегда стремились защитить своё, обвиваясь будто змеи вокруг любимых, удушая их заботой и беспокойством. И чем сильнее эта страсть, тем меньше думаешь о комфорте того, кого оберегаешь, постепенно превращаясь в настоящего убийцу. В убийцу отношений, конечно же. - Я понял это с некоторым опозданием. Ты не устал? Джанни кивнул, посмотрел в окно и проговорил, будто не слыша слов собеседника. - Действительно очень красиво, но ты извинишь меня, если я посплю? Меня всегда укачивало в транспорте. - Спи. Я разбужу тебя, когда мы будем на месте. Дорога тянулась сначала через лес, постепенно редеющий и светлеющий. Изредка дорога шла мостами, через многочисленные реки префектуры Кьелл, но вскоре леса и реки остались позади, солнце двинулось к земле, небо из голубого постепенно становилось розовым. На соседнем сидении завозился юноша. - Ещё едем? - Едем, - кивнул, не глядя на него Кай. – Ещё пара часов. - Как же далеко! - Вообще-то не очень, просто это объездная трасса. - Почему? Есть что-то опасное? - Да ничего особенного. Заброшенный химический завод и Тартура. Да и не люблю я старую дорогу, она совсем разбитая. Понимающе кивнув, Джанни достал небольшое зеркальце и принялся приводить себя в порядок. В город они въезжали уже в темноте, ориентируясь лишь при помощи дорожного контроллера, разыскали гостиницу и, оставив в номере свои вещи, всё-таки решились проехаться по ночному городу. Огромный экран на одном из зданий рекламировал новую оперу. - Отец сейчас бы рванул туда на всех парах, - улыбнулся мужчина. - А опера - это интересно? - По мне, так не очень, но, например, Солен от неё без ума. Тебе интересно? - Никогда не был, но звучит заманчиво. Перестроившись в крайний ряд, Кай пытался вспомнить, где же находился новый оперный зал. Знак потребовал сбавить скорость, и машина еле поползла в потоке других машин. В итоге к искомому месту они добрались, когда выступление на сегодня уже было окончено. Попросив юношу не выходить из машины, мужчина только собрался было зайти в здание, чтобы узнать расписание показа, но увидел нечто, что заставило его примёрзнуть к месту, точнее не нечто, а некто. Серые глаза напротив были откровенно ошарашенными. Взгляд старшего скользнул по ладной фигуре бывшего мужа, прожёг насквозь стоявшего рядом с ним мужчину, узнавая в нём местного префекта. Но волшебство момента было жестоко разрушено: Олив втолкнул юношу в машину и она сорвалась с места. Недолго думая, Кай запрыгнул в свою - Все планы отменяются. Нужно догнать машину, которая только что объехала.. - Но мы же собирались… - посмотрел на брата сидящий рядом молодой человек. - Потом, - отрезал мужчина, вдавливая педаль газа до упора так, что машина взвизгнула и оставила следы на асфальте «Беглеца» удалось настигнуть лишь через пять минут. Но когда машина свернула ещё несколько раз, стало понятно, что водитель просто пытается их сбросить по пути. Погоня не удавалась. Казалось, что водитель Арне настоящий профи, потому как он проскальзывал там, где это было категорически запрещено, хотя бы из целей безопасности. Вот так и пришлось вернуться в гостиницу ни с чем. Брат смотрел сочувствующе. - Прости, обещал тебе показать, а сам гоняюсь тут за своими призраками. Джанни кивнул и отправился в душ. Перед глазами Кая всё ещё стоял мираж: серые глаза, ошарашено смотрящие на него, стройное, сводящее с ума тело, закушенная, будто от досады, губа. Это определённо был Арне. Да, он изменился, но не настолько, чтобы его не узнать. Мужчина сжал голову в ладонях. Казалось, он вообще перестал что-либо понимать. Уверенность сменялась сомнением – как мог его муж так быстро и близко сойтись с другим мужчиной, когда ещё совсем недавно шарахался даже от прикосновений. А тут так послушно позволил командовать им и усадить в машину. Или всё гораздо серьёзней? Мысли пошли на второй круг, становясь всё более чёрными. - Ты сам не свой с тех пор как мы вернулись в отель, - в комнату заглянул Джанни. – Что произошло? - Неожиданная встреча в самом неожиданном месте. - Тот юноша… вы знакомы? - Знакомы. Мой муж бывший. Рыжий поражённо осел в кресло. - Так он не умер… нет? - Я тоже так думал. - Вы любили друг друга? Взаимно?– с лёгкой завистью вздохнул рыжий. - Поначалу терпеть друг друга не могли. Говорил же уже. - Как же так?.. Вы же супруги. - Мы не были безумно влюблены друг в друга. Наши родители нас просто пообещали. Да, когда я познакомился с ним, то понял, что пропал в его глазах, но, увы, пропал лишь я. Только ближе к рождению Алекса он стал чуть теплее ко мне относиться, но когда его от моих прикосновений стошнило – это стало последней каплей, и наш брак перестал существовать. Джанни посмотрел на брата и покачал головой. - Вы оба так торопились? - Торопились? - Да. После рождения ребёнка, он стал совсем другим человеком, а ты не захотел узнать его заново. - Узнать заново… - эхом повторил Кай. – Я делал это дважды. - Почему дважды? - Первый раз, когда узнал, что у примерного умного мальчика, ставшего моим женихом, есть любовник, которого он не намерен бросать. А второй раз, когда понял, что вызываю у него лишь отвращение. - Извини, но я не в силах тебе сочувствовать. Он же… Подумать только, он всё потерял, даже малыша, по которому, скорее всего, сходит с ума. - Он не был рад своей беременности… - Ты не поймёшь. - Чего? Вздохнув, Джанни подошёл к окну, посмотрел на огни ночного города. Обнял себя за плечи, сжав пальцы, будто пытаясь не дать чему-то вырваться. - Не поймёшь, каково это, потерять то, в чём вся твоя душа. У меня нет детей. И, увы, никогда не будет… Поэтому я всё бы отдал за возможность прижать к себе своего малыша, но никакие мечты не способны изменить печальный итог. - Я ничего не знаю о тебе… Прости, если порой обижаю своими словами. Молодой человек покачал головой и улыбнулся. - Всё в порядке. У меня нет каких-то необычных воспоминаний. Я, как и все, рос, мечтал. Лет в семнадцать влюбился, так что потерял голову. - Влюбился? – по-доброму усмехнувшись, переспросил Кай. – Наверное, в настоящего принца? - Совсем нет, - померк рыжеволосый. – Но тогда он мне казался принцем. Я закрывал глаза на его увлечение богатым юношей, и ненавидел соперника, хотя никогда его не видел, воображая его безобразным и скучным. Стал самой настоящей липучкой и немудрено, что мне дали отставку. - Папа знал об этом? - Знал. Он ругал меня последними словами, потом умолял не ввязываться в аферы моего возлюбленного, но я сам того не зная, оказался затянутым в эти аферы по самые уши. Богача, вскоре, выдали замуж, но даже это не вернуло мне любимого. В нём проснулся азарт. Я страдал и решил, что пусть попаду за содеянное за решётку, но помогая, смогу быть подольше с тем, кого люблю. Дальше было предательство. Суд. Ссылка в Тартуру. Там… был мой личный ад. Насилие, унижения и шлейф слухов. А после я забеременел. Всё пошло плохо, врач едва смог спасти меня, о ребёнке и речи не было. Так всё потеряло смысл. Выбраться оттуда помогли друзья отца. Но когда вся моя история всплыла на поверхность, папа тяжело заболел. Я практически свёл его в могилу. Так что простить себя за то, что натворил, я не смогу. У меня нет никаких родственников кроме тебя, Кай. Знаю, я для вас как снег на голову, но мне, правда, больше некуда идти. Мужчина подошёл к брату и погладил его по голове. - Ты - часть нашей семьи, и неважно, что там у тебя в прошлом. Не надо жалеть о том, что прошло. - Сейчас я больше всего на свете хотел бы попросить прощения у того юноши, который по моей вине столько пережил, которого я подверг стольким опасностям. Прости, я засыпаю, это дорога меня укачала. - Спокойной ночи. - И тебе. Комната опустилась в тишину и сумерки – идеальное время, чтобы всё неторопливо обдумать. Брат уже давно спал, а Кай смотрел в светлеющее небо и повторял про себя «Не показалось!», будто боясь, что мог сам себе перестать верить. Нет, он не мог ввалиться к местному префекту с претензиями или расспросами. В голове никак не складывалось подходящего плана. Слежка вряд ли дала бы какой-то результат, да и близко подойти всё равно не удалось бы. Так и не сомкнувший глаз, мужчина смотрел на задумчивого брата. - Если ты не против, я хотел бы прогуляться по городу, - поднял взгляд от завтрака и посмотрел на собеседника младший. – Вряд ли я когда-то сюда попаду ещё раз. - Почему? Могу свозить тебя сюда снова, - на лице собеседника появилась улыбка. – Ты сейчас напомнил мне Эри. - Эри… Эрвиль. Твой младший брат? - Да. Не знаю, удастся ли вас познакомить поближе, он у нас теперь человек замужний. - Счастлив, наверное… - Не грусти. И тебя обязательно замуж выдадим. За принца. - Хватит с меня принцев. Кивнув, Кай допил чай и поднялся из-за стола. - Пойдём. Гулять так гулять, я и сам уже забыл, каково это. - Ничего, если тебя увидят в моём обществе? Всё-таки могут неправильно истолковать… - Если слухи и будут, то ничто не помешает нам открыть правду. - Но твой супруг… - Мне кажется, его уже это не станет волновать. Звонок от Эри застал переодевающегося мужчину врасплох. В чувствах был такой бардак, что говорить с кем-то совершенно не хотелось. Но Эрвиль был неуёмно упрямым, звоня снова и снова. - Что случилось? - Новостей сразу несколько: я нашёл ниточку к Арне, нашарил информацию о Лоизене и кое-что про Джанни. - А он-то тут причём? - У него был романчик с Лоизеном в то же самое время, когда планировалась твоя свадьба с Арне. Проведи параллельные. - Любовники… - ошарашено проговорил Кай. – Ты, видимо, уже взял за традицию вышибать у меня землю из-под ног. Что там с Арне? - В среду будет открытый благотворительный вечер, и я почти уверен, что на нём он будет сопровождать префекта. Не упусти шанс. - Мы виделись вчера… Брат замолчал, будто что-то решая. - Это неважно. Не пропусти эту среду. А сейчас, извини, убегаю, не хватало еще, чтоб муж застал меня за передачей сплетен по телефону. Короткие гудки отбоя заставили мужчину нахмуриться. Близость Арне к Льюису ему совершенно не нравилась. Понимая, что есть ещё один нерешённый вопрос, он вышел в просторную гостиную номера, и посмотрел на сидящего в компании книги Джанни. - Скажи, чего ты добивался, скрывая правду? - Ничего. Я хочу убежать от своего прошлого, но если оно снова покажется на моём пороге, то, думаю, я смогу сделать правильный выбор. - Выбор? Молодой человек тяжело вздохнул. - Из-за Лои я разочаровался в людях, сломал свою жизнь и потерял возможность иметь детей. Сейчас я готов придушить его собственными руками. Или чужими… По ситуации.