Книга сказок

- Вы думаете, что загнали меня в угол? Как мило: самоуверенная кучка простаков. Великие воины, маги, хладнокровные убийцы, что крадутся в тенях - я знал о вашем приближении. Глупо было полагать, что меня можно застать врасплох в моём же доме. Маг сложил руки на груди и плавно спустился с потолка. Он улыбался снисходительно, как улыбаются глупому кутёнку, погнавшемуся за собственным хвостом. Мы обнажили оружие; маги приготовили заклинания и атаковали бы в следующий момент, но радушный хозяин дворца, сделав изящный жест рукой в белой перчатке, погузил нас в полудрёму. Совершенно потерянные, мы едва сознавали, где находимся и кто перед нами. - Посчитайте, мои милые гости, сколько свечей на этой люстре? Не в силах противостоять его чарам, мы завороженно уставились вверх, на злополучные свечи, и принялись считать вслух, медленно, монотонно. Нутро моё сковал страх: я думал, что всё уже кончено, как вдруг... Бард сделал драматическую паузу, насладившись томлением слушателей сполна. Самый нетерпеливый из них - мальчишка-поварёнок - дёрнул рассказчика за рукав: - И что было потом?.. Девчонка-эльфийка, та самая, чьего имени я не запомнил сразу, появилась прямо за спиной чародея, лишь только его холёные ножки в мягких бархатных тапочках опустились на пол. Холодная сталь кинжала коснулась подбородка глупца. - Но... как? - пролепетал он. Всё ещё не пришедший в себя, я с трудом перевёл взгляд на его лицо. И знаете? На нём больше не было уверенной улыбки хозяина положения, но гнева великого мага я тоже не увидел. Вы не поверите... он едва не рыдал! Его нижняя губа чуть дрожала, а в уголках удивлённых глаз уже показались слёзы. - Я не умею считать, идиот, - криво усмехаясь, сквозь зубы процедила эльфийка и не без удовольствия отделила голову несчастного от туловища! - Как так? Неужто... невероятно! - слышался со всех сторон восхищённый шепоток. Бард широко улыбнулся, довольный произведённым эффектом. - Так это правда, что в Академии бедных детишек даже не учат считать? - молоденькая горничная, до сих пор сидевшая очень тихо, вдруг подала голос и тут же покраснела, будто бы нарушив какое-то негласное правило. - Чистая правда, душа моя. Но этого им и не нужно - детишки учатся таким штукам, что ни один торговец, коему сколько-нибудь дорога жизнь, не посмеет обсчитать их или оставить в накладе...