Pandora's syndrome

synvase — don't go

      По так сладко заснула, что мне было жалко её тревожить. Поэтому, оставив тян, изморенную сладкими терзаниями, спать в гостиной, я вернулась в свою комнату. Большое помещение, выдержанное в темных лаконичных тонах: репродукции любимых картин известных художников; книги, высокими стопками, будто вавилонские башни, покоящиеся прямо на полу; внушительных размеров кровать с кованым изголовьем, занимающая значительную часть комнаты и пара антикварных прикроватных тумб — особая гордость. Пару лет назад я выложила за них довольно круглую сумму, но оно того стоило. Черные атласные простыни, украшающие постель, лишь добавляли ей изысканного готического шарма. Ночные лампы и витиеватые подсвечники создавали уютную мистическую атмосферу и давали нужное количество света, позволяя не включать основной свет, если вдруг вдохновение заставало посреди ночи. Большое, почти на треть стены, прямоугольной формы зеркало в обрамлении искусно кованого металла и дамский столик на резных ножках завершали картину. Старенький патефон и полка с огромной коллекцией пластинок занимали почетное место у французского окна от пола до потолка, обрамлённого чёрными шторами с россыпью вышитых звёзд и сфер, под стать «звездной ночи» Ван Гога. Завершали интерьер десятки альбомов и скетчбуков, разбросанных по всем возможным поверхностям. Рисовала я всегда и везде, поэтому не удивительно было обнаружить на полке, среди белья и кружев, коробку с пастелью, или очередной набросок прямо под подушкой. Действие травы давно закончилось, но сон никак не шёл. Горячий, дикий поцелуй, раз за разом пошлыми картинками всплывал в голове. Жаждущие губы, просящий взгляд, тяжёлое дыхание… Прочь, прочь из моей головы! Даже секс с нижней в последнее время не помогал утолить сексуальный голод, что не могло не нервировать. Полли права, без хорошего секса я, и правда, становлюсь злобной сукой. Может, прекратить уже, наконец, мучить его и дать нам обоим то, чего мы действительно хотим? Не думаю, что у Джа, кроме грязного удовлетворения сексуальных потребностей, еще какие-то планы на меня. Не могу, конечно, за него говорить, но… Для меня же изначально это секс и ничего более. Если бы была моя воля — уже давно жила бы где-нибудь на островах, вдали от цивилизации в окружении тишины, картин и минимального количества людей. Но я верхняя, я не имею права бросить любимую сабу. Я за неё в ответе. До тех пор, пока она сама не решит меня оставить. Что-то поменялось в отношениях между нами за эти три недели. Она всё ещё сабмиссив и всё ещё беспрекословно выполняет все приказы, но всё чаще показывает характер. В незначительных мелочах, но всё же. Это не пугает, как должно бы быть. Скорее, наоборот. Мы ведь не всегда были доминантом и сабой. Я знаю По еще со времен жизни в России. Мы учились в одной школе и были приятельницами. Сдружились теснее гораздо позже, когда я переехала в штаты. Мне всегда нравилась эта смешная девчушка с милыми косичками и умными серыми глазами. Не знаю почему, но только ей я доверяла свои секреты и переживания, хотя тогда нас разделяли тысячи километров и океан. Созванивались практически каждый день, часами зависали в скайпе, наплевав на часовые пояса. У Полли были проблемы эмоционального и психологического плана. Походу к врачу и медикаментозное лечение частично помогало, но не могло решить проблему в корне. Я знала об этом и поддерживала, как могла. А потом она пропала. Не сказав ни слова. Не отвечала на звонки, письма, смс. Как выяснилось, её теперь уже бывший парень, отправил По в клинику для душевнобольных, устав, видимо, от нежной девочки, которой всего-то и нужно было, что внимание и забота. Я сорвалась из ЛА прямо перед открытием галереи, прямо после разрыва с Полом. Сорвалась и приехала к ней, с большим трудом вытащив из безумного больничного ада. Привезла к себе и уже больше никогда не отпускала. Она была шокирована, разбита. Почти не разговаривала и не спала. Долгими ночами я приводила ее в чувства после очередной панической атаки или кошмаров. Обычная модель отношений не строилась, слишком подавлена девочка была после всего, что произошло. В начале строгие указания давались по мелочам — поешь, выпей лекарства, сходи прогуляйся. Мало-помалу указания стали распространяться и на все остальные сферы жизни. Более того — нам обеим это нравилось, приносило удовольствие. Сперва моральное, а потом и физическое. Я не ждала, что забрав к себе маленькую напуганную малышку, получу спустя время такую шикарную, любящую всем сердцем молодую женщину. Ничего не ждала. Просто знала, что ей нужна помощь и я обязана помочь. И была вознаграждена за свои старания. Я люблю По не только как сабу, но и как единственного близкого человека, как умного собеседника и в первую очередь — как друга. Друга, который никогда не бросит в беде. Телефонный звонок вырвал из омута воспоминаний. Четыре часа утра. Джаред. И почему я не удивлена? Выслушав пьяный бред неудовлетворённого мужчины, бросаю трубку. Прижимаю телефон к груди. И улыбаюсь. Редкостный кретин, но такой забавный. Утро наверняка встретит его крышесносным похмельем и головной болью. Зато в следующий раз сто раз подумает, прежде чем выпить. Почему люди появляются в твоей жизни тогда, когда ты меньше всего этого ждешь? Врываются вихрем, ломают всю устоявшуюся систему, которую ты строил с такой нежностью и трепетом, ломают тебя, твоё отношение к жизни. Для интровертов вроде меня это сродни аду. Но почему-то это странное знакомство не вызвало во мне страха. Будто так и должно быть. Будто я давно жду этой встречи. Будто пора, наконец, переступить порог нового этапа жизни.