Спасти Тебя

Аттракцион этот можно было назвать весьма сомнительным не только из-за длины тоннеля или развороченного выезда из него. Дело было в том, что рельсы, по которым мчалась расшатанная дребезжащая тележка, обрывались на полпути и вели прямиком в пропасть. По этой причине был заброшен парк — пару лет назад, когда подземные воды Готэма необратимо подмыли эту местность, половина территории просто провалилась вниз на несколько десятков метров. Часть строений оказалась погребена под толщей ледяных волн. Брюс, конечно, знал об этом. Он взглянул в беспокойные глаза сумасшедшего, в которых мелькнула знакомая искра бешеного азарта, и подумал, что мог бы крепко ухватить его и умудриться удачно спланировать к земле. Но это не то, что сейчас было нужно им обоим. Он смотрел на зеленоволосого мужчину, на его маниакальную улыбку, которая становилась шире с каждым метром, приближавшим их к обрыву. Джокер испытующе глядел в его глаза, делая глубокие затяжки, и было видно, что исход их совместной поездки ему далеко не безразличен. Клоун был весь словно на иголках, его ресницы подрагивали, а лицо то и дело непроизвольно искажалось гримасами. Естественно, псих всегда был против того, чтобы их общей безумной игре когда-либо настал конец... или он просто не хотел потерять его? За долгие годы борьбы чувство страха за свою жизнь у Брюса притупилось, но он не перестал бояться смерти мужчины напротив. Тот глубоко выдохнул и медленно опустил веки в слабых попытках унять своё волнение, а когда тележку немного подбросило, снова посмотрел на Брюса, но каким-то особенным взглядом: без наигранной неприязни и показного веселья. В его расширенных зрачках отражался чёрный, как сама ночь, силуэт человека, которого он, возможно, видел в последний раз. Брюс задумался над тем, каков был план Джокера и был ли он вообще. Искренность его слов, его ярко-горящих глаз могла быть фальшивой, но тёмного рыцаря не покидало ощущение, будто всё происходившее безумец вынашивал в уме неделями, месяцами. Мужчина с кровавой улыбкой выглядел собранным, будто боялся упустить что-то очень важное, чего-то недосказать своему верному оппоненту. Хотя для Брюса не было секретом, что любой план клоуна в итоге превращался в неконтролируемый набор непоследовательных действий. Тогда что же должно было произойти дальше? Действительно ли всё зависело от решения человека в плаще? Из груди сумасшедшего вырвался краткий вздох, и губы выпустили сигарету из своего плена, когда Бэтмен рывком подался вперед и, сжав его ладонь в своей, ударил большим пальцем по кнопке. Следующие пару мгновений они всё равно ехали прямо в бездну. Лишь по прошествии целой секунды четыре колеса одновременно замерли и с жутким визгом затормозили о металл рельс. Брюс не успел за что-либо ухватиться, и его с силой бросило вперёд. Чёрная маска встретилась с безразличным металлом. Последним, что услышал мужчина, был глухой хруст чьих-то костей. Тележка, перед тем как окончательно замереть на месте, встала на дыбы из-за смещения центра тяжести и затем, с оглушительным грохотом, который разнёсся по всей длине тоннеля, опустилась обратно на рельсы. Белоснежные хлопья продолжали неспешно опускаться с высот хмурого неба. Огни на том берегу понемногу угасли, а звуки затихли. Мегаполис засыпал. В парке аттракционов не было ни души, кроме двоих одиноких мужчин, один из которых уже почти пришёл в сознание. Брюс сделал попытку приподняться, заодно узнавая, сколько костей было сломано на этот раз. Оказалось - ни одной. Тут он почувствовал, как что-то мягкое под ним вяло зашевелилось, и понял, что лежал прямо на клоуне. Сладковатый аромат его парфюма вперемешку с резким запахом никотина вызывал обрывки полузабытых снов в воображении Бэтмена. Плащ цвета беззвёздной ночи накрывал их обоих с головой. Брюс попытался сдёрнуть ткань, когда тело под ним вздрогнуло и замерзшие руки вцепились в его плечи. Одним широким движением он сбросил покров, и неяркий свет сокрытой за снежными тучами луны упал на лицо, обрамлённое каймой зелёных волос, сверкнув маленькими белыми огоньками в изумрудных глазах, в упор смотревших на Брюса. Тот замер, склонившись над этим лицом. Все мысли в голове мужчины тут же перепутались, а сердце защемило, когда ему наконец выпал шанс созерцать совершенно статичного Джокера. Клоун впервые показался темному рыцарю таким красивым, беззащитным и брошенным. Брюс подумал, что сумасшедший испугался темноты, но тот так и не убрал ладоней с плеч в кевларе, хотя тьма уже отступила. — Я надеюсь, это решение было обдуманным, — с неизменной улыбкой прошептал Джокер. Он рвано дышал, потому что Брюс своим весом выбил из него весь дух. По щекам сумасшедшего прокатилось несколько прозрачных слёз, и мужчине в броне по-настоящему захотелось прижаться к этому продрогшему телу, понять, что этот несчастный чувствовал на самом деле, разделить с ним эти чувства. Но вместо этого он, уперевшись руками в спинку сидения по бокам от плеч клоуна, неуверенно спросил: — Ты предлагаешь остановиться? Джокер только шире улыбнулся, вглядываясь в тёмные прорези маски, нависшей над ним. — Догадливый, как всегда, — хрипловато ответил он, нежно проведя рукой по знаку летучей мыши. Брюс подумал, что сумасшедший мог бы ощутить под своей ладонью ту безумную барабанную дробь, которую отбивало его сердце, даже сквозь толстую броню. Увидев замешательство своего спасителя, зеленоволосый мужчина пояснил: — Не надо так драматизировать. Да, я предлагаю остановиться. Но я хочу остаться с тобой. Не веря своим ушам, поражённый этим предложением Брюс прошептал: — Ты думаешь, мы могли бы помочь друг другу? — Ну, дорогой, попробовать стоит. Тёплое дыхание, срывавшееся с обветренных губ рыцаря, его бёдра между колен клоуна, полные юношеской неуверенности глаза окончательно свели Джокера с ума. Он поддался чувственному порыву, охватившему его с головой, и потянулся вверх, к лицу под маской. В тот же момент Брюс сгрёб безумца в охапку и быстро вытащил из тележки, поставив на промёрзший бетон. Под их ногами захрустел снег. Джокер, всё ещё тяжело дыша, оперся спиной о холодную стену, подавив в себе желание съехать по ней вниз. Бэтмен встал рядом, и оба мужчины окинули задумчивым взглядом место своей остановки: рельсы и бетонный пол тоннеля заканчивались в паре метров от них, а дальше разверзлась тёмная пустота, в которой виднелись недружелюбные очертания кирпичных развалин и металлических конструкций, некогда бывших домами и аттракционами. — Думаю, я достаточно заморозил тебя, Бэтс, — произнёс Джокер, стеснительно улыбаясь и опуская глаза. Брюс молча перевёл взгляд с наводящего тоску пейзажа на клоуна. Этот псих десятки раз подвергал его смертельной опасности, гадким насмешкам, глупым издевательствам, а теперь в его голосе не было ни капли той мерзкой желчи. Он видел, что худощавое озябшее тело слегка подрагивало, в зелёных волосах запутались хлопья снега, задорные глаза с любопытством изучали лицо тёмного рыцаря. Всё это казалось ему таким до одури знакомым, привычным, но вместе с тем завораживающим и уникальным. — Я мог бы предложить тебе чашечку чая, — произнёс сумасшедший, достав из кармана брюк ключи и кокетливо позвякивая ими между пальцев. Обстоятельства решили измениться. Джокер понял это раньше Брюса и нашёл, как под них подстроиться. Всегда находил. Отчего же не мог Бэтмен? — С этого стоило начать, — негромко отозвался Брюс. Клоун тихо хохотнул в ответ. Они стояли на маленьком дощатом пятачке около двери, которая пряталась в покатой стене тоннеля, плавно переходившей в потолок. Клоун вставил звенящую связку в замок и отпер облупившуюся дверь. Обе фигуры бесшумно скрылись в её проёме.