Как Эдип загадку разгадывал

— Ты хочешь сказать, что моя команда— свиньи?!— ахнув, возмутился Одиссей. Кинув быстрый взгляд на жалобно хрюкавших животный, Гермес утвердительно кивнул. — Нет, это вопиюще несправедливо! Я конечно понимаю, что наше плаванье затянулось, да и признаю пару деньков, (ну недель это максимум) они не мылись, но это не повод сравнивать моих достопочтеннейших друзей с этими смрадными тварями! — Даже я уже понять.— закатив глаза произнесла амазонка. — Тогда отпусти этого бравого моряка, я тут каннибализма не потерплю!— вмешался Гермес,выдирая визжащую свинюшку из рук Уреи, которую та уже успела приправить близлежащими травами. Печально посмотрев на свой несостоявшийся обед, девушка облизнувшись, ногой затушила небольшой костер. Персей залился громким смехом смешанным с икотой.— Я понял! Умора-то какая! Ай-да Кирка, ай-да, кхм, Гелиосова дочь! Одиссей смутившись, непонимающе переводил взгляд то на животных, то на бога. — Ничего, дядя, я тоже ничего не понял.— с легкой грустной улыбкой проговорил Эдип, по-дружески похлопав Одиссея по плечу. *** — Сфинксусичка, ты чего-нибудь еще хочешь?— ласково промурлыкала могущественная волшебница, с нежностью погладив чудовище под подбородком. Сфинкс сидя на мягких перьевых подушках, в окружении благоухающих запахов фруктового сада, лениво потянулся. — Да вроде нет. Все есть, за что я вам несказанно благодарен. Если бы не ваша доброта я б наверное совсем помер. Только вот... — Только, что, моя радость?— озабоченно спросила Кирка, потягивая сладкий нектар из серебряного кубка. — Почему я здесь оказался? Я помню что охранял вход в Фивы, помню путников ел... Ох Кирка, если бы ты только знала какое у меня от них несварение было...— всхлипнул Сфинкс, сморгнув хрустальную слезинку.— Мне они поперек горла вставали, но я давился, ибо кто в здравом уме против Геры попрёт. Раз сказала - надо делать. — Мой бедненький птенчик, Гера та еще стерва! — Угу. Так вот, это я помню, а вот что дальше было, и как я здесь оказался, хоть убей - просто провал!— хлопнув себя по лбу, сокрушенно пожаловался Сфинкс, при этом его сверкающая диадема чуть не шлепнулась в суп из моллюсков. — Сама судьба тебя ко мне привела!— воскликнула волшебница, чмокнув монстра в макушку.— Ох, ты не представляешь как трудно найти себе подходящего собеседника. Геката тоже хороша, на призывы не отвечает, да и еще это хваленная почтовая связь накрылась. Эх... — И всё же мне кажется, я что-то забыл...что-то очень важное. *** — Где носит этого сорванца Гермеса?! Я этого мальчишку своими же руками выпорю, да-да, выпорю я вам говорю! Он узнает у меня какого это молнии в заднице иметь!—орал Зевс, метаясь как раненый зверь на троне. Гера в который раз закатила глаза и скучающе облокотилась на вызолоченный подлокотник. — Кхм, пусть у Ганимеда спросит какого это.— прыснула Афродита на ухо Ириде и залилась громким смехом. — А ну цыц, женщина!— рыкнул недовольный Арес, рассерженный тем, что его оторвали от созерцания увлекательного сражения в средней Азии. Златовласая богиня обиженно надула полные губки, и гордо тряхнув своими кудрями, невзначай обронила: — Месяц. Арес в замешательстве спросил: — Что месяц? — Уже два месяца.— Афродита отвернулась, сложив руки на груди. Она тоже была злая, так как её долгожданный шоппинг был бестактно прерван неожиданным вызовом Громовержца. И для чего же? Ради этого легконогого придурка? Да кому он сдался со своим кривляньем! Вечно самого умного из себя стоит. — Что два месяца.— как попугай повторил Арес, почесав затылок. — Папаша, ты на два месяца наказан, так что можешь забыть дорогу к её постели.— раздраженно пояснил парящий вверху Эрос. От нечего делать, он ковырялся в зубах ногтем мизинца, и заодно выбирал себе новую жертву, в которую можно было выпустить обойму новых, очень острых стрел. — Эй, галерка! А ну молчать! У меня сын пропал, а от вас толку что с гуся молока, ну или как там...не важно... У нас тут полный завал в канцелярии, а вам бы лишь бы поржать! Я Шиве уже неделю ответ прислать не могу, он наверное уже там весь извелся! Эти восточные боги такие вспыльчивые...— Зевс сокрушенно покачал головой, и в бессилии опустился на трон, прикрыв глаза рукой. — Ага конечно, отослать ответ ты и без Гермеса можешь, а как грамотно составить свою мыслю, тебе и невдомек!— вновь прошипела Афродита прямо в ухо рядом стоящей богине радуги, но та лишь безучастно промолчала. — Ирида, ты вроде как-то изменилась...— внезапно протянул Арес, окидывая могучую фигуру девушки пристальным взглядом.— Похорошела так. Спортом занимаешься? — Да, так просто прическу поменяла.— пробасила Ирида, поправляя волосы. Её пеплос цвета жженой морковки едва ли не трещал по швам, не имея сил сдерживать всю красоту мощных рельефных мышц. — Не смей, приставать к ребенку, извращенец!— воскликнула Афродита, неожиданно прижав лицо Ириды к своей необъятной груди.— Пошел отсюда немедленно, не то я всё Гефесту расскажу! А ты знаешь, муженек у меня за словом в карман не лезет! — Сама иди курица блондинистая! Да у меня таких как ты сотни, нет тысячи, нет миллионы! — Он тоже самое так и о своей армии говорил. А на деле и пару десятков не набралось.— зевая, обронила недавно вошедшая Афина. Афродита залилась смехом, чуть не задушив бедную Ириду. Арес яростно проскрежетал зубами:— Афина... — Ба, неужто за столько лет наконец выучил мое имя, долго же оно тебе давалось.— даже не взглянув на Ареса, богиня безучастно погладила севшую ей на плече сову. — Афина, ну наконец-то!— Зевс вскочил с трона, но Гера дернула его обратно.— Где твой горемычный брат? — Не знаю. Последний раз я его видела на горе возле Фив, и он был мертвецки пьян. — Красава!— прокричал Дионис, поднимая чашу с вином.— Так выпьем же за это! Все начали быстро о чем-то между собой шушукаться, перешептываться и кричать. Ради забавы порхающий лучник любви, выстрелил в сгусток толпы, но стрела летевшая прямо в голову, пробирающейся сквозь живое море богов, Ириды, было нагло перехвачено её могущественной рукой, и мгновенно переломано пополам. В суматохе этого никто не заметил, кроме несказанно удивленного Эроса, чей рот безвольно отвис. На бедные ушные перепонки Громовержца волной обрушился весь безудержный гвалт и шум, и он в отчаянии пытался всех перекричать, гневно тряся кулаками. Гера лишь махнула рукой, и вздыхая, отпила из золотой чаши дионисовый самогон. Она вполне могла их всех заткнуть одним лишь взглядом, но зачем? Пусть муженек сам выкручивается. — Тииихоооо.— глубокий низкий бас раскатисто разлился по всему помещению, заставив после воцарится долгожданную тишину. Все взгляды праздных олимпийцев были прикованы к двухметровой Ириде, безмятежно стоявшей в самом углу. — Ии-ири-д-да, душечка, спа-а-с-с-сибо.— содрогаясь выдавил из себя Зевс, но под хмурым взглядом жены он величаво выпрямиться, и пророкотал.— Всем, молчать! Я - отец всех богов, Великий Громовержец, Верховный...— он вновь поймал тяжелый взгляд Геры.— кхм, ну и все такое прочие, повелеваю найти моего горемычного сына и привести сюда! — Какого из?— послышался пьяный окрик из толпы. — Гермеса, мать его! Дионис, ты пьян иди домой.— Аполлон удрученно потер переносицу и закатил глаза. После еще нескольких словесных перепалок, олимпийцы в дурном настроении потихоньку начали расходится. Когда божественная чета удалилась в свои покои, Ирида решила тихо и незаметно улизнуть, вернувшись к своим обязанностям. Но на нее внезапно кто-то сзади навалился и дыша недельным перегаром, в самое ухо прошептал:— Танатос, милый пеплос. Тебе идет. Но не объяснишь, что за маскарад ты устроил? *** — Так-с. Ты бог. Гермес подтверждающее кивнул. — И ты не знаешь, как расколдовать мою команду. Гермес мотнул головой в разные стороны. — Ты говоришь, чтобы я сам пошел, и попросил Кирку снять чары, так? Гермес снова задумчиво кивнул. — А за это я должен вас взять к себе на корабль. Персей, Эдип и Гермес активно закивали. — Извините, но с какой стати. Вы то мне как поможете?— начиная злиться, проворчал Одиссей.— И вообще не хочу я к ней идти, может она меня сама превратит в бородавчатого борова. Идите-как вы сами к ней прямым маршрутом. Компашка вы отвязная, с вами великий бог, я всего лишь измученный моряк. — Н-да...— оценивающе протянул Гермес, придирчиво оглядывая царя Итаки. Уже мысленно продумывая план по соблазнению хозяйки острова.— Вид конечно не комильфо, но ничего, я покажу тебе, что значит стиль! По дороге разберемся. — Не пойду я и все.— заупрямился Одиссей, и хмурясь сел на камень.— Я многое чего слышал об этой проклятой женщине, и увольте, но я к ней не сунусь пока не буду уверен своей безопасности! — Эреб с тобой, вот держи, и не тявкай!—Гермес величаво отцепил от себя фиговый листик и как некую реликвию протянул царю.— Прям от сердца отрываю... — Не знал, что там у тебя сердце. Однако, какая у богов анатомия...— присвистнув, иронично пробормотал Персей сведя глазки в кучку. — У нашего папаши между прочим сердце именно там, судя по его подвигам, так что не паясничай тут.— замахнувшись на Персея, процедил бог торговли.— Не криви рожу Одиссей, этот листик не простой, листик сей у нас блатной. С ним тебе никакие чары не страшны! — Точно?— сомнительно уставившись на зеленый лист, царь двумя пальцами нехотя с некой брезгливостью ухватился за маленький стебелек. — Точно-точно, давай шуруй. Свиньи, слушать мою команду! Всем идти за Одиссеем! Так-с, левой, левой, раз, два, три. Вперед!— Гермес активно жестикулирую погнал царя с командой далеко и надолго. — Герм, а разве это не простой лист с дерева был?— едва шевеля губами спросил Персей. — Ну да, ток ему это знать не обязательно. — оглядев себя и Персея, Гермес недовольно цокнул языком.— Чёт меня продувает, так давай снимай эту задрипанную пелерину и давай мне. Че вылупился, давай, не жадничай. Или боишься что твои цыплячью грудь кто-то увидит? Ща я такой себе схенти забацаю...— он принялся активно обматывать ткань вокруг своих бедер.— Так если чё, я типо с ней.— ткнув пальцем в Уреа, Гермес поправил свой ирокез цвета фуксии и облизал пересохшие губы.— Я иностранец, по-гречески не-бе-не-ме, ясно? Если эта стерва меня запалит мне кранты, а так мне одному скучно, кранты всем вам. Эдип вздрогнул и поежился, Персей презрительно сплюнул и поковырялся в ухе, его этим уже давно не удивишь, лишь Уреа все выслушала с серьезным лицом и понимающе кивнула. Потом пошла, расшевелила оглушено носорога и вскарабкавшись на его спину, перекинула поперек визжащего Эдипа и помчалась за ударяющийся процессией. — Я тож хочу на единорожке прокатиться...— жалобно выпятив нижнюю губы, поведал Персей. Гермес в который раз закатил глаза и хлопнул себя по лбу.