Я не вернусь, но ты приходи!

— На каком мы сейчас этаже? — спросил парень с факелом рыжих волос на голове. — Третий, судя по обстановке. А что? — ответил старый военный. — На первом этаже есть запасной выход? — Есть, но он открывался при помощи панели. Если бы Фурьёзус не уничтожил её, мы бы здесь не сидели. — Мы с Фербом попробуем открыть её. — А ты не слишком мал, чтобы... — Маленький да удаленький. — Не мешайте им, майор. Вы обалдеете. — удручённо вздохнула Кэндис, вспоминая о таланте неприжученных братьев. А может и к лучшему, что неприжученных. Сейчас их талант действительно может пригодиться. — Хорошо, но нужно проверить обстановку на этаже. Фурьёзус мог оставить там бомбу на случай если мы... — Фурьёзус! Фурьёзус! Фурьёзус! ФУРЬЁЗУС! Все только о нём и говорить, мы сидеть здесь из-за него без еды, воды и солнца! И сейчас он уничтожать город, который я так и не успеть захватить! — Взорвался доктор, когда ненавистное имя снова противно резануло слух, словно игла прошла по стеклу. — Я пойти и посмотреть на этот чёртов первый этаж! Подождать меня здесь. — Так, я не отпускать тебя! Там может быть опасно, а если и правда он что-то там сделать?! — как в зад ужаленный подскочил со своего места АльтХайнц. — Другие варианты, о, мудрейший?! — Вариантов нет, но... — Тогда не мешать мне! Звук шагов постепенно удалялся, разносясь эхом по коридорам. — Нет, подождать, я пойти с тобой! — после секундного колебания Альтфуфелшмерц побежал за своим двойником. *** — Так, вот лестница. — указал АльтХайнц, успокоившись, что они на верном пути, а не заблудились, как в прошлый раз отделения от группы. — А вот и лифт. — учёный зашагал к нему. — Ты с ума сойти?! Это небезопасно в таком месте! — Он не зависеть от панели управления. Должен работать. — Да тут всё на соплях держаться! — Так идти по лестнице! Чего пристать! — Ну и пойти! — Хорошо! — Хорошо! Доктор развернулся и продолжил свой путь к лифту. АльтХайнц провожал его взглядом и явно не спешил к лестнице. Сердце, казалось, стучало с ржавым скрипом от волнения. Зайдя в лифт, доктор нажал на кнопку. Двери начали закрываться, но так и не завершили начатое. Доктор заметил щель в двери, лифт не двигался. Он опустил глаза и увидел кончик кожаного чёрного сапога. Дверь вновь открылись. — Чего это ты вдруг передумать? За меня волноваться что ли? — съехидничал доктор, глядя собеседнику в спину. Он не отвечал и не оборачивался, боясь, что учёный поймёт, как метко он бросил фразу. По красным от смущения щекам и растерянному голосу. Снова клацнули по кнопке. Лифт на удивление плавно и послушно повёз их вниз. Однако напряженное молчание и мирный путь длились недолго — что-то загромыхало, ржавые железки со скрипом остановили лифт, а затем пропал свет. — Что за... — начал доктор после секундного шока, а затем кабину затрясло с жуткой силой. Скрип металла больно ударил в уши, свет мигал как при работе хорошего экзорциста, а воздух наполнился запахом пыли, старого железа и жжёного каната. Каната, который должен удерживать этот лифт, чтобы он не упал... "Падаем." — тут же пронеслось с обеих головах, когда они ощутили стремительное движение. В мигающем свете АльтХайнц оборачивается к учёному. — Если это конец... Хайнц... Я хотеть тебе сказать что-то очень важное... — Что?! Я не слышать! — крикнул доктор в ответ, прорываясь сквозь гул рушащегося на ходу механизма. Бывший правитель Триштатья взглянул на доктора, который упёрся спиной в угол кабинки и руками держался за стены, и решил, что обойдётся без слов. Он резко, не теряя времени, наклонился к нему, так близко,что смог отметить красивые, изогнутые ресницы. Смог отметить милые, едва заметные морщинки у глаз от частых улыбок. Смог отметить небольшую красноту глаз от вечных недосыпов. Так близко к столь желанным губам. В долю секунды. Оставалось совсем ничтожное расстояние. Одно уверенное движение и... Но тут лифт тряхнуло с невероятной силой, они не устояли на ногах. Доктор свалился на своего двойника, прижимая его к вибрирующему полу. И тут... Тишина. Полная, абсолютная, совершеннейшая. Гробовая. "Я уже умер?" — пронеслось в голове АльтХайнца, но тут с мерзким скрипом открылась дверь лифта. — О, как это мило. Решили наобниматься перед смертью? — раздался уродливый голос. "Уродливый". Так и подумал доктор. На самом-то деле голос как голос, но тот всплеск ненависти, который он вызывал, превращал голос мужчины в самый мерзкий звук в голове Хайнца. Он поднял глаза. Так и есть. Фурьёзус. — Я просто упасть. — нахмурил доктор брови, не сводя глаз с силуэта. — Я решил спустить вас чуточку быстрее, так что прошу прощения за неудобства. — хихикнули в ответ. Учёный поднялся. — Что ты здесь делать? — Да так, мимо пробегал... На самом деле я хотел взорвать это здание к чёртовой матери, — сердце обоих дрогнуло под иглой страха, что впилась так резко. — но затем решил заглянуть внутрь и посмотреть на ваши трупы. Очень уж вы мне понравились, ребятки. И какого же было моё удивление, когда я услышал звук работающего лифта! Дай, думаю, посмотрю, кто катается, а тут такой приятный сюрприз! — Фурьёзус растянулся в приветливо-доброжелательной улыбке. "Псих." — мелькнуло у доктора. — Раз уж вы живы, я хотел бы поделиться с вами своим планом на ближайшие сутки. Он так великолепен, а похвастаться некому, представляете! — невесёлый смешок. — Кстати, остальные живы? — Нет. — твёрдо сказал Альтфуфелшмерц прежде, чем доктор успел открыть рот. — Ах, какая жалость! — Фурьёзус театрально всплеснул рукам. — Но вы не волнуйтесь. Скоро вы со всеми встретитесь. А я тем временем уже буду править всей вашей планетой. — Н-да, и как же? — АльтХайнц поднялся с пола и облокотился на стену лифта, скептически скрестил руки на груди. — Очень просто — я поменяю временной континуум. — И какой в этом смысл? — изогнул бровь доктор. — Смысл такой, что если я всё сделаю правильно и поставлю свой прибор на правильный ракурс, то получу власть над временем... Я буквально отмотаю историю назад! Недоразвитые технически люди не смогут дать мне отпор и вынуждены будут подчиниться мне и моим технологиям. Часть населения я уничтожу, а часть будет в пожизненном рабстве на меня и моих собратьев, которые вскоре заселят эту планету. И это всё, господа, с помощью нажатия одной лишь кнопки... — он вытаскивает из широких карманов пульт, который выбивает из рук бирюзовая молния. — Какого?! — Перри Утконос?! — Синхронный вопрос в два голоса. — Вы же должны быть мертвы! — рычал Фурьёзус. АльтХайнц подбежал к зеленоволосому парню и дёрнул его за рукав. — Как вы здесь оказаться?! Как вы открыть дверь? Парень вытащил отвёртку и умело покрутил в руках. — Ясно. Вы вовремя. Тем временем Монограмм поднял пульт и тут же получил удар по лицу, от которого отлетел неестественно далеко. Кожа на скуле была глубоко рассечена. Вступать в схватку с нечеловеком было действительно рискованно, но Перри не привык обходить трудности стороной. Ему оставалось надеяться на свою ловкость и удачливость. Удар задними лапками пришёлся в грудь. Фурьёзус тяжело выдохнул, пошатнулся. — Грязное животное! — он попытался пнуть утконоса, но тот, ловко изворачиваясь маленьким тельцем и избегая удара, схватил его за ногу, из-за чего соперник не удержал равновесие. Не успев сообразить и подставить руки, он плашмя рухнул на холодный пол, поднимая клубы пыли. Краем глаза отмечает мелькнувший белый халат, а затем начинает подниматься, но тут же получает сильный удар по лицу носком ботинка. Губы становятся похожи на только что оттаявший фарш. Моментально брызгает кровь, омывая подбородок. — Вот как... — он ухмыляется кровавым месивом. Слишком резко, вопреки законам физики, поднимается на ноги, угрожающе наступая на доктора. Заносит кулак. Опускает его со звериной яростью, но не достигает своей цели. Лицо доктора цело, а вот его кулак оказывается перехваченным тёмной перчаткой. Оказывается в мощных тисках. С непринуждённой улыбочкой АльтХайнц резко сжимает своего пленника. Помещение оглашает пронзительный хруст костей, а вслед за ним крик, от которого кровь стынет в жилах. Рука-тиски так и не разжимается, отказываясь выпускать сломанные пальцы. Неожиданно свободная, целая рука хватает за горло. — Как-то быстро ты прийти в себя... — сквозь зубы хрипит АльтХайнц, с ужасом отмечая, как стремительно темнеет в глазах. И тут на лицо брызгает тёплая жидкость и новый вопль проносится по помещению. Рука разжимается, столь желанный воздух вновь наполняет лёгкие. Он поднимает глаз. Фурьёзус, неосознанно пятясь назад, прижимает целую руку к кровоточащему остатку глаза, из которого, угрожающе поблёскивая, подмигивало битое стекло. Невнятные слова и рычание вырывалось из глотки, а бурая жидкость лилась на пол. Уцелевший глаз то зажмуривался, то открывался, бешено вращаясь, но ничего перед собой не видя от неизмеримой, пульсирующей боли. Споткнувшись обо что-то, он безвольным грузом рухнул на пол и, казалось бы, не представляет больше угрозы. Альтфуфелшмерц ошарашенно повернулся на учёного, который наблюдал за всем этим с поистине садисткой улыбкой. Впервые в жизни доктор пугал его. Он передёрнул плечами. — Нет! — раздался крик Карла откуда-то издалека и он снова повернулся на Фурьёзуса. Тот дотянулся до злосчастного пульта. Глаз сфокусировался на учёном. — Ты... — булькающее хрипение вырвалось из груди. — Прости, неровно дышу к отсутствию одного глаза. — усмехнулся учёный, даже не заметив, как дёрнулся от этих слов его альтернативный двойник. Фурьёзус нацелил пульт прямо на него, занёс палец над кнопкой. Клац. Направленный луч, не успевший рассеяться в столь небольшом относительно пространстве, целеустремлённо летит в учёного. И не промахивается. От силы удара хочется кричать, но горло сжимает до размеров игольного ушка. Доктора отбрасывает. Он, несколько раз ударяясь об землю, пролетел несколько метров и больше не вставал. — Хайнц! — от резкого крика заболело горло, АльтХайнц хотел броситься к нему, но поймал пристальный взгляд. Теперь пульт смотрел прямо на него. Раздался пронзительный треск и по помещению поплыл запах жаренной плоти. Новый крик ударил в уши. Циркулярная, металлическая, нагретая до бела пила врезалась в руку, с легкостью входя в неё, как горячий нож в масло. Рука вместе с пультом сухо упала на землю, а из обрубка почти фонтаном полилась это мерзкая жижа, что заменяла кровь. — Генерал Уткоборг! — Альтфуфелшмерц не мог поверить своему единственному глазу. — Тебя прислать АльтКэндис, я прав? Шея киборга механически скрипнула в кивке. Его маленькие, неживые лапки окатило чужепланетной кровью, от которой весьма дурно пахло — в таких её количествах это было сложно не заметить. — Генерал Уткоборг, команда номер пять! Использовать её! — бывший агент отдал честь по старой привычке бывшему господину и взмыл в воздух с удивительной лёгкостью для машины. Перевернувшись через голову, он начал падать, заранее поднимая хвост. Фурьёзус открыл глаз, и в следующую секунду он расширился от неминуемого ужаса. Тяжёлый, металлический хвост с оглушительным грохотом, сопровождаемый эхом, похожее на многократные выстрелы вдалеке, опустился на голову лежащего мужчины. Кончик хвоста с лязгом коснулся земли. Всё вздрогнули, когда под хвостом начала стремительно расти тёмно-бурая лужа. Люди начали подходить ближе. Но полу рассыпались небольшие трещины. Из-под хвоста торчали слипшиеся от крови волосы. — Хорошо, Генерал Уткоборг. — тихо сказал АльтХайнц. Хвост отлепился от пола. Кэндис в очередной раз стошнило. Изабелла отвернулась, тут же оказавшись в объятиях Финеса. Карл закрыл лицо рукам. Монограмм и Ферб поморщились. Лицо АльтХайнца оставалось удивительно спокойным. Он с лицом любознательного первоклассника разглядывал то, что секунду назад было лицом. Изуродованным, но всё таки лицом... Сейчас же это было похоже на прокисший суп из фасоли. Только это не фасоль... И не кусочки картофеля... Кусочки мозга, что порождал чудовищные планы и изобретения для них. Нечто, похожее на порванный гондон, напичканный чем-то неясным — то, что было глазом. В крови плавали остатки черепа и поломанные зубы. С краю этого вида отстранёно лежал оторванный кусочек уха. — Откуда вы знали об этих командах? — спросил Монограмм, отрываясь от тошнотворного зрелища и переводя взгляд на Альтфуфелшмерца. — Я же их и устанавливать. Что за вопрос. — И сколько всего у него таких смертоносных команд? — 83. — так же спокойно ответили ему. Майор нервно сглотнул, многозначительно переглянулся с Карлом. Послышался звук работающих механизмов. Головы рефлекторно повернулись к выходу. Генерал Уткоборг был уже на пороге, снова поднимаясь в воздух с целью покинуть это место. — Генерал! — крикнул Финес и помахал рукой. Киборг обернулся, но его взгляд был прицелен лишь на его альтернативную версию. Агент зарычал, поймав взгляд. Уткоборг уже не слышал его, но характерные движения клюва уловил и понял моментально. "Спасибо." *** Люди шли к выходу. АльтХайнц, проходя мимо трупа, ухмехнулся. — Доктор бы оценить, если бы... — его передёрнуло от ужаса. — Хайнц! Все обернулись на тело, лежащее среди осколков и пыли. Альтфуфелшмерц бросился к нему. Оказавшись рядом, он упал на колени и осторожно перевернул учёного к себе лицом. Сердце словно пилили той же циркулярной пилой. Много пил. Лицо доктора было покрыто ссадинами, в щеку воткнулся при падении небольшой кусок стекла. Лицо, местами покрытое грязью, а местами — кровью, было безмятежно спокойно. — Нет... Пожалуйста... Открыть глаза... Слёзы подкатили слишком близко, да и незачем их уже сдерживать. Он прижал тело к себе. Так крепко, как не осмеливался ранее. Руки неосознанно сжимали белый халат. Тело сотрясало дрожью. Слёзы бесстыдно катились по щекам, уже капая с подбородка. Монограмм коснулся шеи доктора. — Пульса нет. — едва слышно сказал он. Новая волна дрожи охватила, едва он осознал смысл этих слов. Он прислушался. Доктор не дышал. — Нет-нет... Я не верить... Ты не мог... Ты не мог умереть. — он гладил уже остывающее лицо, легонько коснулся бледнеющих губ, роняя на спокойное лицо солёные слёзы. Было слишком тихо.