Сияние неба

Он молча наблюдал, как смерть протягивает к нему свои ледяные костлявые руки. Как из лёгких выбивало дыхание, а сердце замедляло свой ход. Как непроглядные чёрные крылья беспомощно опускаются к земле, а из лазурных вкраплений исчезают последние всполохи Потенциала. То, ради чего он так отчаянно боролся, исчезало без следа. Он равнодушно считал удары сердца, последние капли крови отбивали такт незнакомой, пугающей мелодии. От неё было не убежать, не улететь, не спрятаться, не укрыться. Он с детства знал правила игры. Хочешь жить - борись. Хитри, изворачивайся, а не можешь - отбери, выгрызи победу из чужих перьев. Он никогда не признается, как часто хотел пойти другой дорогой. Не переключать клапаны и получать полный контроль. В "Трауме" такой моралью не просто жили, а видели единственным способом к существованию. Немногие справлялись, но получали заветные ключи ко всем дверям. Однако и в этом случае не стоило переходить своим же дорогу. Ему повезло: лучше цельных костей оказалось заполучить в должники более могущественных коллег. Одни делились информацией, другие учили противоестественной природе Манипуляции. Навыки могли долго пылиться на полке памяти, а в моменты нужды являлись последней надеждой на спасение. Противоестественное не просто давило на физические возможности, а старалось перекроить, перебить генетический код, это вело к сбоям, аномалии, сумасшествию и мучительной смерти. Сейчас, оборачиваясь назад, он понимал Верменов. Это было в их крови - стремиться к противоположному, откуда нет возврата. И если бы они старались чуть лучше, трагедии не случилось. Если бы Элизабет Гроуп потратила чуть больше времени на баланс, кто знает... может, от него остались бы лишь сгоревшие перья, а Джон навсегда потерялся в той маленькой квартире, не зная, что реально, а что нет. Чужая сила - проклятие, а не дар, его нужно обуздать и подчинить своей воле. Врезать в памяти тлеющим клеймом. Шерлок хрипло застонал, отчаянно цепляясь за ускользающую реальность. У него оставалась минута, может две, прежде чем он умрет по-настоящему. Он вложил последние силы в почти неработающие лёгкие. - Momento de malforteco nut epizodo Миг слабости - лишь эпизод La spaco kontentigos la soifon de vivo Простор жажду жизни устроит Kaj la horizonto mentale И мысленно взор горизонт Malfermos la horizonton sur la korpo На теле горизонтом откроет. Слова с мерзким послевкусием гнили вырвались, втягивая по команде всё утерянное: воздух под рёбра, кровь по венам. Забившееся сердце оглушило ударами до звона в ушах, до тёмной пелены перед глазами. Всё тело болело как после драки. Крылья резко захлопали в воздухе, сбивая с ног и поднимая тучу мерзких блёсток. Краем глаза Шерлок успел увидеть, как вкрапления замигали испорченным светофором от бледно-голубого до кобальта, грозясь взорваться. Наконец, когда организм пришёл в себя, он смог встать ровно. Уставший, но всё ещё остро реагирующий мозг просканировал его внезапную темницу. База Баскервилей определённо могла похвастаться обширными землями и какие-то задние дворы не особо впечатляли, но это пространство... угнетало. Акры газона, несколько десятков деревьев и большое, кристально чистое озеро. Тихие волны манили к себе, взывая, чтобы окунуться. Странный порыв Шерлок пресёк за мгновение до того, как ноги опустились в воду, в ужасе отшатнувшись. Что-то не так. И вдруг послышался звук, который не хотелось слышать. Мерзкий, едва слышный скрежет приближался по мере того, как Фандом всё дальше отходил от озера. И наконец, предмет шума показался сбоку от высоких камышей. - Нет... На сушу, неестественно поворачивая тело взад-вперёд, вышел Синопцис. Воистину исполинский образец - не менее четырёх футов в высоту, с длинной шеей и крупным приплюснутым клювом, покрытый грязно-белыми перьями - медленно наступал на Шерлока. Птицы, даже самые дикие и неуправляемые не пугали его. Любым созданием двигали инстинкты, их можно было предугадать. Но эту птицу нельзя было обуздать, потому что её природа разрушилась до самого основания. Тут и там из тела зияли страшные дыры, из которых торчали провода и поблескивали металлические бока. Из изящной шеи виднелась сложная конструкция из трубок и чего-то, отдаленно напоминающего позвонки. И если нижняя часть с трудом, но казалась обычной, то верхняя пострадала сильнее всего: голова почти не скрывалась кожей и мышцами, обнажая продолговатый гладкий череп. Смотреть на что-то вполне живое и в то же время - давно умершее было очень странно. Шерлок оторопело осматривал существо и не понимал, как к нему относиться. Что оно здесь делало, для какой цели? У Синопцисов было немного полезных функций. За исключением служебных, дикие вели простой образ жизни, не связанный с жизнью крылатых. Да, некоторые из них могли отследить след Потенциала, а глаза позволяли снять отпечаток последних событий, что оно видели. Но на этом удивительные способности заканчивались. Шерлок никогда не хотел питомца, ему казалось это пустой тратой денег и времени. Играть с другими крылатыми было куда увлекательнее, те могли ответить по-настоящему. Словно узнав о его раздумьях, птица решила изменить свой курс и расправила крылья, в один миг оказавшись перед Фардоном нос к носу. Равнодушные пустые глазницы заставили его отскочить в сторону. И если до этого ситуация казалась раздражительно неприятной, то теперь приобретала зловещие ноты. Из недр черепа вспыхнули два огонька, алые как кровь или сигнал бомбы. Синопцис повернул голову, словно только сейчас замечая, кто перед ним. Напряжённая тишина длилась вечность, казалось, ей нет конца, а в голове Шерлока не появлялось никаких умных мыслей. Едва он попытался переместиться и аккуратно заблокировать крылья, как птица встрепенулась и издала короткий клич. Значит, этот кошмарный звук шёл прямо из импровизированных лёгких странного создания. Нужно было выбираться отсюда. Шерлок медленно двинулся в сторону того места, откуда предполагаемо Френкленд его сослала, и в этот же момент она показалась собственной персоной. Доктор Френкленд выглядела глубоко задумчивой, а её движения выдавали нервозность. Она вскинула голову и нахмурилась, словно не ожидая кого-то ещё. - А, мистер Холмс. Я надеялась, что вы к моему приходу ещё не очнетесь, - произнесла она, пакостливо улыбнувшись. - Но так даже лучше. Я люблю трудности. Шерлок неприязненно скривил губы. У него не осталось времени на пустую болтовню. Тревожное чувство царапало разум, заставляя думать, как выбраться из этой ситуации. - Почему Ниберии, доктор Френкленд? Я могу понять ваш интерес к Фардонам, но почему именно Ниберии, да ещё Военные? Их Потенциал не так гибок. Они не умеют собирать, только накапливать. Крылатые медленно обошли друг друга. Чёрная мгла против радужного взрыва. - Почему? - Френкленд выглядела искренне удивленной. - А вы сами ещё не поняли? Они - наши дети, мистер Холмс. Когда-то давно были лишь мы и Сетралы. Величественные правители, земные воплощения Высших и их верные соратники. И милые Панримы, готовые слушаться нас во всём. И спустя какое-то время стали появляться малыши-Ниберии, чудесные наследия нашего могущества. Вы знали, что изначально Ниберии имели не сизый, а чисто белый цвет крыльев? Это выглядело очень красиво, с их переливом мы словно смотрели в зеркало, где смешалось самое лучшее от нас обоих! Так продолжалось долгое время...пока однажды не стали появляться крылатые с чёрными перьями. Шерлок вздрогнул. Он явственно ощутил, как сила внутри Френкленд забурлила подобно кипятку в кастрюле. - Можете представить наш ужас? Короли и королевы не чувствовали угрозы, они словно поняли, что иногда могут позволить себе пошалить. Но мои далёкие предки уже знали, что от вас будут одни проблемы. Они не подпускали вас к нашим детям, мы сделали из вас воинов. Защитников, способных воплотить некоторые планы. Это было удобно, вы не касались королевской семьи, а мы давали вам всё необходимое. Но вам было мало... Вы хотели большего. Хотели коснуться трудов наших стараний. И так появлялись другие виды, Мастены, Вермены... Одному Темному известно, о чем думали королевские семьи. Шерлок захотел срочно сбежать, отчётливо понимая, разговор ушел в абсурдную полемику. Он не интересовался генетикой. Его интересовали Манипуляции и мотивы, но не исторические обиды. Но позади всё ещё стояла странная конструкция с перьями, а спереди маячила перевозбужденная Алкар. - То-то я заметил, Ниберии сплошь и рядом в высших кругах, - усмехнулся детектив. - Вы никому бы не доверились. - Ниберии находятся там, где им самое место - в тепле и комфорте нашего покровительства, - холодно ответила Френкленд. - Им не стоит надрываться в бессмысленной погоне, которой занимаются Фардоны. Мы дадим им самое лучшее, независимо, попросят они это или нет. Вот теперь Шерлок понимал, о чем они беседуют. Действительно, независимо от положения семьи, уровня дохода и криминальноного прошлого, Нибериям давались поблажки. Не то, чтобы он видел хоть одного, кто не хотел работать, скорее наоборот - в погоне за тем, чтобы стать полезными, они гибли гораздо чаще других видов. Лучшие во многих сферах, они жили достойной жизнью, а покидали этот мир со всеми почестями. Сколько раз он задумывался о Джоне, с тех пор как тот переехал на Бейкер-стрит, он ведь мог податься на все четыре стороны в любой момент. Да, служба в армии была закрыта, но непыльную работу с бумажками получил бы незамедлительно. Словечко там, словечко здесь... Проклятие, да даже Майкрофт взял бы его без особых раздумий, поглумился для вида, а документы за сутки подготовил бы. Каковы шансы, что у конкретного Военного не сформируется кодекс Семейности и активируется Единение, недоступное большинству населения? Шерлок гордился не своим видом, а умением учиться и применять знания для дела. И своего положения добился потом и кровью. Иронично, как это походило на путь Панримов. - Я заставила вас ревновать? - улыбнулась Френкленд. - Вы ощутили несправедливость этого мира? - Вовсе нет. Об отношении к Нибериям мне прекрасно известно, - холодно ответил Шерлок. - То, что у истоков власти стоят не они, а Фардоны, говорит лишь о том, что нам единственным это нужно. Герои могут рисковать жизнью, но должен же кто-то управлять процессом, верно? Алкар недобро прищурилась. Что ж, в чем он действительно был хорош, так это ходить по краю. - Верно. Теперь я понимаю, почему о вас так много говорят. - О, пожалуйста. И всё же Ниберии не подошли вашему проекту, вы перешли на Фардонов. И вам сразу же помешал доктор Найт. - Доктор Найт считал, что все наши старания приведут к катастрофе. Ну, кое-что из его опасений сбылось. Но риск необходим, если это касается порядка. - Вы готовили супер-оружие. Похвально. Но не слишком банально? Вряд ли вы способны придумать то, что перевернёт наш мир. Разве что... Крылья поотрубаете, или Потенциал сожжете. - Видите ли... По позвоночнику прошёлся разряд электричества, заставивший вытянуться по струнке. Френкленд лениво взмахнула крылом и под всполохи огненного перелива Шерлока согнуло в три погибели. Глухо застучали потревоженные клапаны. На пределе сил и упрямства детектив призвал защитные блоки. Вкрапления замигали и потухли, передавая сигналы хозяину. - ... наш проект уже работает. Шерлок беспомощно забился в невидимых тисках. Красные глаза и скрежет. Сначала истории Найта, потом этот странный инцидент в пустоши Дьюрера. Эксперименты над Синопцисами, которые начались до смерти отца Генри. Странное бинерное поле, которое срабатывало на уровне ультразвука... - Бросьте. Не заставляйте меня в вас разочаровываться, - ласково произнесла Френкленд. Мужчина закашлялся, когда удавка начала шипами проходить защитные барьеры. Нервная система била тревогу, старалась защитить, но без толку - чужая Манипуляция отравляла каждый угол естества, подчиняла своей воле. Если бы он мог - свалился с сердечным приступом, но это казалось слишком просто для его мучителя. - Вы не могли это сделать. Вам бы не удалось сотворить такое с ними, ради того... - Какая глупость! Я бы сделала куда больше, если бы нам дали время на перегонку. Вы представляете, сколько сил уходит на то, чтобы отделить защитные барьеры? Сколько мороки перенаправить четвёртый клапан на стабилизацию? Наш Потенциал как спутанной клубок ниток - начнёшь отделять одно и путаешься в другом. Мы надеялись, Военных Нибериев будет достаточно для сбора материала, простой очистки. Но оказалось, среди наших пациентов нет ни одного чистокровного. У всех бабушки, дедушки, а то и дальше - мерзкая мешанина... Всё дело в объеме генома, которого никогда, НИКОГДА не достаточно даже для одной порции. Френкленд наконец опустила крылья и Шерлок почувствовал, как Манипуляция слегка ослабла и пошла другим путём. Прямо в кровь. Что было сродни кислоте: каждая вена шипела и стонала от вторжения. Ему казалось, ничего больнее шипов Мастена уже не будет, но нет, как же он ошибался. Эта боль не имела ничего общего с удушением, ломанием костей или мигренью. Режущая боль сейчас показалась бы комфортной, ведь она говорила, что тело живо и борется. Но когда в тебя проникало нечто, что без труда обесцвечивало цвета внутренностей, хотелось плакать и биться головой об стену. Он даже и не был уверен, что как-то внешне реагировал на страшную пытку, таким невесомым и нереальным казалось это. - Вам... Вам нужен геном чистокровных, потому что у них нет перегородок между связками клапанов. А это значит, нет трудностей с раскрытием загибов. Именно этого хотел избежать доктор Найт. Я прочёл его работы. Он считал внедрение ошибкой. Как и всё на этой Высшими забытой базе. - Я думал, что вы подстроили взрыв. Но теперь понимаю, что это просто всех отвлекло. Вы запустили звуковое оружие. Оно всё ещё здесь. Ждёт вашей команды. - Верно. Но вы не знаете, для чего оно мне нужно. В конечном счёте, все крылатые глупы. Мне даже не жаль вас. Вы ослеплены собственной силой и считаете, что можете всё. Но это совсем не так. Вы - лишь маленький винтик в большом механизме. С другой стороны...может, если я постараюсь, мне удастся извлечь из вас что-то толковое. Я никогда не видела Зеркального Единения между Ниберием и Фардоном. На секунду все сильные и в то же время - нежные эмоции касательно Джона перехватили всё. - Не трогайте его. Вы ничего не сможете добиться, это бесполезная трата времени. - О, разве? А я считаю, у вас хорошо получается. Начиная поверхностным перекрытием, - с этими словами Френкленд коснулась вкрапления, которое нет-нет да иногда вспыхивало зелёным. - И заканчивая защитными реакциями. Доктор Ватсон очень быстро пришёл в себя, когда вы его покинули. Доктор Стэплтон, полагаю, до сих пор лежит в обмороке. Бедняжка. - И что же? Это ничего не значит. Вы не сможете ничего вытянуть, потому что это не работает. Никто даже не знает, как это должно работать. - Так может, мне пора рассказать об этом побольше? Что скажете? *** Джон ощутил, как его поднимают ещё до пробуждения. Сильные руки без усилий зафиксировали его ремнями, а крылья насильно расправили небольшими крючками. Открыв глаза, он с трудом разглядел двух лаборантов сквозь прутья клетки. Те деловито копались в планшетах и не обращали ни на что внимания, словно занимались такой работой каждый день. Воистину сыны беспощадной науки. - Пожалуйста, вы совершаете ошибку! Голос предательски задрожал, несмотря на все уговоры разума казаться сильным. К сожалению, даже армия не готовила к тому, чтобы оказаться на расклании сумасшедших учёных. Надежда, что здесь занимались селекцией зерновых, расстаяла ещё в первые дни расследования. Судя же по словам Френкленд, он разделит участь маленьких Нибериев. Итог казался очевидным... Несмотря на сковывающий страх, Джон мог думать только о Шерлоке. Пойти против Алкара оказалось закономерной глупостью. Мощь высших способна промыть разум, лишить воли. Превратить в марионетку. А если он опоздал? Не ощутит больше полёта до предела скорости, отбивающего ритм адреналина? Приятную дрожь в перьях и твёрдую уверенность в завтрашнем дне? Не будет живым и бок о бок с беспокойной душой, чья сила так велика и желанна? Больше не поделит одно дыхание на двоих в момент единения? Джон стиснул челюсть. Нет, он не сдастся только потому, что кто-то сумел расставить ловушки. Если суждено погибнуть, то нужно сделать всё возможное, не жалеть о выборе. Вместе. Спасти Шерлока - вот что важно. Остальное не имеет значения. Ниберий аккуратно проверил крылья, оценив выбор закрепления. Чтобы с ним не собирались делать, они использовали пластик, а не металл. Значит, бить током будут только в качестве усмирения, но не блокировки. Высокое напряжение считалось опасным орудием против Потенциала, однако почти не приносило вреда телу. Опытным путём во Вторую мировую войну обнаружили, что нервные окончания в крыльях имели отдельную структуру. Результатом любого урона на грудь, шею, руки и ноги служили разве что ожоги. Такие раны считались пустяком, все Военные сплошь щеголяли в них, особенно служившие на горячих точках возле бинеров. А вот если лазеры попадали на крылья, особенно в момент использования силы, шансы выжить уменьшались втрое. Попав в нервные окончания, обработанный код бинеров уничтожал клапаны и Потенциал выворачивался наизнанку. Описать ту боль сложно. Джон зацепился трижды беспощадной машиной смерти и не мог рассказать ничего полезного. Это что-то пожирало на молекулярном уровне, действовало по заранее разработанной схеме. У кода всегда стояла одна цель - захватить и уничтожить. Как только оно доходило до адресата, то делало своё плохое дело - растворялось в последних искрах. Даже лучшие умы не могли отщепить собственное творение, лишь наблюдать за процессом, страшным парадом агонии. Джон ещё раз дёрнулся, стараясь создать трение между ремнями и решёткой. Использовать Потенциал стоило только в крайнем случае, истратить весь резерв на одну атаку. Вспышка здесь не поможет, а лишь сильнее разозлит мучителей, а включить "Искру безумия" одновременно на двоих не представлялось возможным. К тому же требовалась полная концентрация, а сердце как назло отбивало чечётку. - Forgeso de malvarma cindro... Забвенье холодной золой... С каждым вдохом Джон старался достучаться до четвёртого клапана, нагреть сплетения, чтобы они подействовали как зеркало. Зеркало не работало в чистом виде, но позволяло отрекошетить достаточное количество Манипуляции, оставалось самое трудное - отвлечь противника. Ему всегда не доставало актёрских способностей. Ниберии повернулись, подозрительно оглядывая пленника. Они явно услышали начало Манипуляции, но не привязали её к атаке, так как внешне чужой Потенциал никак не проявил себя, даже цвет не поменялся. Один из них - высокий, достаточно накаченный для своей должности - подошёл ближе. От него исходила спокойная, но ожесточённая аура, такая же как от Френкленд. Абсолютное понимание своих действий. - Что вы собираетесь со мной делать? - спросил Джон. - Вы понимаете, что нарушаете главный врачебный завет - не навреди? Второй Ниберий удивлённо хмыкнул, но не произнёс ни слова, даже взгляда от компьютера не поднял. А вот первого последняя фраза, кажется, повеселила, его рот растянулся в той же нежной улыбке. - Дорогой доктор Ватсон, если то, что показывают наши данные - правда, то все заветы мы готовы выкинуть в окошко. - Что... - Мы благодарны удаче, что получили ваши образцы. Вы получите лучший уход, обещаю! Но сейчас будет немного больно, вы уж потерпите. И с этими словами крылатый в чистейшем накрахмаленном халате достал из кармана маленький пульт с дистационным управлением, а затем сдвинул рычаг чуть вперёд. Послышался едва слышимый гул, по металлическим перегородкам прошлась искра и потянулась прямо к обездвиженному Джону. Военный зажмурился, уже готовясь к боли, но вместо этого почувствовал зуд под кожей. Он нарастал и нарастал, превращаясь в нестерпимую чесотку, словно его укусила разом стая паразитов. Первичные клапаны беспокойно забились по стенкам нервов, понимая, что не способны противостоять невидимому врагу, пока тот не нападёт по-настоящему. Краем глаза Джон заметил движение и внутри всё похолодело. Перелив, почти неподвижный за последние сутки, хаотично замерцал, волнами шевелился по белоснежному полю. Зелёная лавина безмолвно вспыхивала, просила о помощи, но не дождавшись её, начала медленно сползать к нижнему ряду. Джон задержал дыхание, не веря, что это происходит. Перемещать перелив самостоятельно стоило достаточных усилий и требовало такой же тренировки, как управлять клапанами, это занимало годы. И не каждый Ниберий добивался отличных результатов, поскольку перемещение напрямую контактировало с нервными окончаниями, малейшая закупорка вела к неприятным последствиям. Но то, как работала неведомая машина, говорило о масштабных экспериментах. Те дети не просто страдали от перекачки генома. - Нет, нет! Пожалуйста! - Джон затрепыхался в клетке. - Остановитесь! Ощущение стянутости не проходило, казалось, перья начинало выворачивать в сторону тока. Ниберий хаотично перебирал варианты. Его разберут на атомы, сразу как перелив сместится хотя бы на пять дюймов. Он знал статистику, перелив защищал четвёртый клапан от линейного вторжения и едва это изменится, как начнутся необратимые процессы разрушения. Вкрапления Фардонов работали иначе: чем больше цветных перьев находилось среди больших кроющих, тем сильнее держалась защита. Это было похоже на орудие, направленное по дуге, готовое выстрелить по первому требованию. Перелив же походил на щит. Именно поэтому ему было легче сравнивать себя с "мускулами" в тандеме с "мозгами" Шерлока. Джону оставалось лишь одно. Если он сможет воспользоваться Потенциалом, определенно попадет на первую полосу газет. Ему часто везло на пустом месте. - Forgeso de malvarma cindro Забвенья холодной золой Ne povas kas'i la factor, ke g'i malaperis... Не скроешь того, что ушло... Один из лаборантов заподозрил что-то, ещё когда услышал первые попытки в Манипуляции. Небольшие колебания в перьях ощущались не слишком инородно, ведь за столько лет работы ему приходилось терпеть и не такое. В конце-концов, первым пунктом в договоре при приёме на эту работу значилось требование держать третий клапан в полуоткрытом состоянии восемь рабочих часов. Сегодня он заступил на дежурство в два часа дня, ему оставалось потерпеть ещё полтора часа. Но через какое-то время щекотка стала слишком настойчивой. Этот не было похоже на процедуры доктора Френкленд. Он медленно оторвался от монитора. Перелив заключённого работал как часы, по дюйму стекая в нужное для дистанционного внедрения положение. Процедура абсолютно необходима, если требовался новый материал, а по информации Алкара полученный геном сулил их отделу существенные сподвижки в проекте. Испытуемый, не слишком активно сопротивлявшийся процедуре, резко затих, а затем пробормотал незнакомые строки. Уже на первых слогах он нащупал ломоту в теле, которая переходила из угла в угол, словно что-то разыскивала. - Lun tagon la pasinteco revivig'os Однажды воскреснет былое Cu' g'i estas nigra au' blanka... Черно оно или бело... Лаборант взглянул на коллегу и наконец, всё понял. Жаль, что слишком поздно. Сизые крылья уже разворачивались в сторону клетки, следуя безмолвной команде. Джон часто задышал, пот крохотными бисеринками выступил на висках, а белоснежные перья задрожали в такт сердцебиению. Он мрачно смотрел на своих собратьев, дожидаясь, когда чужие Потенциалы окончательно активируются в его сторону. - Что за... Доктор Ватсон, что вы творите?! - Lun tagon la pasinteco revivig'os Cu' g'i estas nigra au' blanka... Оба Ниберия невольно воскликнули, не ожидая яркой вспышки. Жёлтые волны заискрили, выплюнули мощный блок в Джона. За мгновение до попадания зелёный перелив вырвался из перьев и обволакивая световой шар, отрекошетил его. Всё произошло быстро - работники базы не только не попытались отменить свою же атаку, но и банально не ушли с линии огня. Звук падающих тел Джон проигнорировал, отдавая все усилия на на попытки выдернуть крепежи. Пары сильных движений хватило, чтобы пластик отскочил куда-то в темноту. Оставалось освободить руки, Потенциал тут ему, к сожалению, не помощник. Приближающиеся шаги заставили крылатого немало струхнуть, отчего он инстинктивно вжался в прутья. На свет вышел майор Бэрримор, не выглядя сколько-нибудь шокированным, словно... - Парень, какого Дегрона ты творишь?! Вы уже должны были улететь отсюда! Я дал вам больше времени, но вы и здесь налажали! - Постойте... Вы знаете? - Об экспериментах? Сложно не замечать такое под носом. Так вот почему никого не было на нижних этажах, - догадался Джон. Френкленд успела сложить два и два, пойдя на опережение. - Майор... Шерлок, он... Я должен... Я должен помочь ему. Пока не стало слишком поздно. - Дерьмо, - ругнулся Бэрримор. Он подошёл и скрипнув дверцей, перерезал одним движением острого конца первостепенных маховых путы Джона. - Слушай меня. Времени в обрез. Если твой парень ещё не превратился в кисель, есть шанс отвлечь Френкленд. Тебе придётся задействовать "Око". - О чем вы вообще? - Не прикидывайся дураком, - прошипел Бэрримор, грубо схватив его за локоть. - Если то, что я узнал - правда, то такая ерунда даже перья тебе не распушит. Другого выхода нет. Я помогу тебе. Нечто мерзкое и тёмное поднялось в желудке Джона, уже второй слыша про свои способности. Но он не мог отвлекаться. Шерлоку нужна помощь. Если он уже не опоздал. *** Давным-давно Высшие - трое могущественных двенадцатикрылых - создали землю и наполнили её жизнью. Однажды Высшие задумались оставить своё наследие и создали бессмертные копии себя - Сетралов, чьи крылья нельзя было затмить тьмой. Четверокрылые озарили своим сиянием пространство подобно солнцу на небе. Идеально красивые и невинные в своей чистоте, они попросили создателей дать им право нести Их слово. Высшие согласились и создали Панримов - хрупких гнедых крылатых, не обладающих силой, но служивших с верностью и смирением. Так жили они бок о бок. Но однажды один Сетрал возгордился своим величием, он считал, что может затмить солнце, олицетворяющее волю Высших. Другие отговаривали его, ведь они были истинными творениями и не могли идти против Их указа. Но Сетрал был непреклонен, он хотел доказать, что может сместить создателей, встать на их место. Он взлетел высоко в небо, оставляя облака позади, и казалось, скоро достигнет светила. Но потеряв все силы, крылья подвели его и падение длилось вечность. Тело упало в священное озеро, напугав Панримов. Когда же Сетрал поднялся со дна, все увидели, что белоснежные крылья размылись цветными пятнами. Как бы ни пытался крылатый смутьян очистить их, ничего не получалось. Так Высшие наказали его за гордыню. Опасаясь, того, что может повториться, наказали Они других Сетралов, отняв бессмертие и наделив болезнями. А оскверненный цветами и его потомки теперь искупали грех, наблюдая, как их любимые умирают юными. Шерлок никогда особо не задумывался об этом. Да и кто верит в глупые сказки в наше время? Но вспоминая тираду Френкленд, ему вдруг пришло осознание. Может, вся жизнь Алкаров - отголосок первородного греха? Самые могущественные крылатые, способные поставить мир на колени, тратили все ресурсы на спасение единственных, кто мог бы их любить. Даже если она захочет уйти, это просто убьёт её, разрушит до основания. Фардоны давно отладили государственные процессы, и если Сетралы не играли в ней никакой роли, то ради чего нужно существовать Алкарам? Они больше никогда не найдут себе места на земле, потому что однажды оступились. - Вы бьетесь головой о стену, за которой ничего нет. Если не я, то вас остановит система. Почему он этого не понял? Хау должен был стать венцом победы над абсолютным злом, но глядя в безжизненные синтетические глаза Синопциса, Шерлок заключил, что это замкнутый круг. Девоншир превратится в пепелище и напрасно, потому что это не сработает. - Я бы согласилась с вами лет десять назад... Но теперь...всë изменится. Френкленд взмахнула крыльями, активировав алые полосы и одной мощной волной пригвоздив Шерлока к земле. Он еле успел набрать воздуха в лёгкие, как гравитация начала душить его. Самое страшное в высших видов было, пожалуй, то, что им не приходилось тратить резервы на поддержание энергии. Он даже сомневался, истратила ли та даже половину. У него остался лишь один козырь в руках, а для это ему нужен Джон. - Теперь, когда доктор Ватсон здесь, я завершу проект. И наконец, ваша система рухнет, - лицо её исказилось в непонятной эмоции. - Только троньте его... - А не то что? - рассмеялась Френкленд. - Я уже сделала вам предложение. Соглашайтесь. Жаль будет лишиться такого материала. - Обойдусь, - Шерлок напрягся и тёплая волна распространилась по спине. Если получится её отвлечь, понадобится лишь одно движение, чтобы запустить Манипуляцию. Да хранят Высшие его запасливость и тягу к знаниям. Но разумеется, у вселенной были свои планы. На площадку выскочил Джон, растрепанный и напуганный, но решительный, словно стая разъяренных Синопцисов. Перелив яростно мерцал в вечерних сумерках. - Отойдите от него! Ниберий уверенно подлетел к Фардону, почти заслоняя его. На удивление, такой жест помог немного успокоиться. Верно, - подумал Шерлок, глядя как несколько зелёных искр прыгнули на его вкрапления. Но Алкар на такое поведение никак не отреагировала. Казалось, она искренне рада сложившейся ситуации. - Помяни Тёмного, вот и он! Хотя в нашем случае Светлого, - Френкленд медленно подошла к ним. - Я вижу, вы легко сбежали от моих учеников. Надеюсь, вы не слишком злы на меня, милый Джон? - О, ну разумеется нет. Как можно злиться на попытки убить меня, - голос Джона дрожал от еле сдерживаемого гнева. - Убить? Что вы! Усовершенствовать - вот правильное слово. Френкленд повернулась к роботу, или чему-то, что могло быть роботом и издала какой-то мелодичный звук. Птица вышла из спящего режима и направилась к мужчинам. Поравнявшись с ней, она застыла в ожидании команды. Длинная шея со скрипом подняла голову и уставилась на Ниберия. Джон в ужасе попятился, не веря своим глазам. Он надеялся, что это неправда, а Генри и Шерлок просто ошиблись. Лучше бы они просто надышались газа в том овраге. - Благодаря новой разработке нам больше не понадобятся дети, доктор Ватсон. Улыбка женщины грозила разорвать лицо. - Достаточно одного вас. По бокам вспыхнули флаунские огни, обжигающие кожу даже сквозь завесу из плотных перьев. Лавина из точечных ударов безжалостно пробивалась к центральным отсекам. - La kontrolo de specimeno!* Крохотный и несерьёзный в своей защите барьер бледной плёнкой обтянул пространство, оттесняя нежеланную агрессию. Пользуясь короткой передышкой, Джон профессионально оглядел Шерлока и не заметив серьёзных повреждений, незамедлительно встал ему за спину. - Джон? Шерлок распрямился и уставился на на него, ожидая ответа. Вкрапления весело блеснули, вторя внезапно поднявшемуся настроению. - Доверишься мне? - Никакого флирта при посторонних. Ниберий улыбнулся. Они уже использовали подобные бессмысленные фразы, если не могли обсудить план заранее. Этого и не требовалось, Потенциал не нуждался в таких глупых условностях. Сияющие синие шарики пронеслись по кромке плечевых и перескочили на чужие. - Бэрримор, давайте! Внимание зацепилось за движение прямо напротив разбушевавшейся помпейской грозы Френкленд. Короткий миг и на его плечи опустились тёплые ладони, а глухой голос разнёсся эхом в воздухе: - Kio estas vera, oni devas memorigi! То, что верно - должно воздасться памяти! Ох, понятно, к чему эти неожиданные объятия. Казалось, от самых пяток до корней волос пробежала электрическая волна. Она разделилась, разветвилась по конечностям, насыщая и обновляя рецепторы. Сердце наполнилось безмятежностью, крылья - приятной истомой, раскрываясь для чужой Манипуляции. Закрутившись, завертевшись волчком, она приобретала острые углы там, где смыкались реакции двух Потенциалов. Любопытство достигло апогея и Шерлок задрал голову как только мог в своём положении. Чутье не подвело, это была очень хорошая Манипуляция. Доступная немногим, но дающая долгожданное преимущество. Единение до сих пор с трудом пробивающееся к ним через тернии клапанов, наконец поскреблось о туго натянутые переплетения. Даже не осознавая этого, мужчины одновременно ощутили удовлетворение. - Kio estas malkaŝita, devas esti returnita Что открыто - должно обернуться вспять! Френкленд вздрогнула, почувствовав холодок на подступах ко второму клапану. Натруженный Потенциал никогда не подводил и практически сразу уловил опасность. Внутри неё лениво раскрылись энергетические бутоны, истекая накопленными сгустками. Единственный раз, когда у неё что-то не получилось, произошло в средней школе. Научный проект, на который было убито несколько дней и ночей, не заработал в нужный день и приз достался другому. Разозлило ли это её или расстроило? Ничуть. Её учёный ум уже тогда стремился к трудностям. К чему ей простое и доступное? Лишь далёкое и трудное может вызвать желание двигаться дальше. Поэтому когда этот наконец, случилось, она ликовала. Эти малыши решили что-то провернуть? Грех не дать им такую возможность! Сила Алкаров всеобъемлющая, они не боялись ответной реакции и в отличие от Мастенов и Фардонов, никогда не били напрямую, а брали в клещи с двух сторон клапана. И всё же... даже у них имелись слабости. Огромное светящееся пятно приобрело форму всевидящего ока и устремив немигающий взгляд на Френкленд, выстрелило ровно в цитрусовый перелив. Крылатая зашипела, застыв как статуя, понимая, что простенькая атака захватила рецепторы и спины тоже. Она обернулась к предателю, но Бэрримор встретил злой выпад с воистину каменным лицом. - Остановись, Бонни. - О чем ты, Джон? - сухо рассмеялась Френкленд. - Мы в кои-то веки пришли к точке невозврата, а ты сдаешь назад? Где тот Ниберий, который шёл на всё ради цели? - Он остался там, в лаборатории, вместе с ребёнком, которого мы подвели. Нашего ребёнка, Бонни! Шерлок раскрыл рот, впервые удивляясь больше, чем всему, что успело произойти за сутки. Джон отреагировал менее спокойно, неосознанно надавливая Потенциалом на чужой клапан. Френкленд поморщилась, но даже не повернулась в их сторону. Всё её внимание сейчас занимал один конкретный крылатый. - Ты ещё не устал? - голос её почти источал яд. - Так нужно, это было частью эксперимента. Мы должны были понять, куда двигаться дальше. Это не вернешь. Мы потеряли всех, но получили драгоценные материалы! - И ты спишь спокойно? - горько произнёс Бэрримор. - Я надеялся, ты успокоишься, примешь эту ошибку... Но нет. Ты пошла дальше, за новыми трупами. Память Итана не должна стоить жизней десятков невинных душ! - Ты хочешь знать, сплю ли я по ночам? Я тебе отвечу. Алкар прикрыла глаза и показалось, будто вокруг всё замерло. Послышалось мерное гудение, которое нарастало и схлопнувшись где-то в воздухе, оглушило присутствующих. Радужные полосы завертелись на крыльях, становясь всё ярче и ярче, пока не достигли опустошающего накала. Первым от боли застонал Бэрримор, схватившись за голову. Едва его крылья опустились, Манипуляция зарябила, с трудом удерживаясь на весу. Но вслед за одним застонал второй Ниберий. Джон стиснул зубы до скрежета, но даже если бы и захотел сопротивляться, куда там - шансов минимум. От висков до макушки образовался обруч, который колючей короной начинал стягивать несчастную черепушку. Выдавливая глупые, бесполезные мозги, ведь зачем они ему понадобятся, раз решил противостоять высшему виду? Он медленно осел на траву, почти без сознания падая в руки Фардона. Шерлок обеспокоенно коснулся чужого лица, пытаясь помочь, предотвратить, но тщетно. Сам же он пока ничего не ощущал и задавался вопросом, почему. Почему его мозги ещё не разбросаны по земле, а крылья не вырваны и не висят где-нибудь в кладовке? Осознание сковало мышцы, когда металлическая птица открыла пасть и издала клекот. Тошнота подступила к горлу, но не дала освободиться от желчи. Из недр обглоданных рёбер показалась алая точка, запуская непонятный механизм. Повороты крошечных деталей заставляли Синопциса смешно дёргаться, хотя единственное, чего хотел Шерлок это орать от ужаса. Он не ощущал Потенциала, ничего, что можно сдержать, чему препятствовать. С подбородока неожиданно упала капля крови и наконец, до него дошло. Эта груда истерзанной плоти и металла и есть передатчик. Едва заметная вибрация отдалась в спине. Передатчик жил ради одной команды - определить цель. Он - цель. - Теперь, когда он в моих руках, - произнесла Френкленд, глядя по-прежнему на Бэрримора. - Мне больше не придётся думать о нашем сыне. Потому что его жертва станет не напрасной. - Это ничего не изменит, - прохрипел Бэрримор, сизые крылья не слушались, но пытались удержать тело в вертикальном положении. - Он отпустит тебя, только если ты прекратишь. Можешь убить меня, плевать. Итан никогда не просил о прощении, он был хорошим мальчиком и всё понимал. - Прекрати! Взвизгнув, Алкар взмахнула крыльями. Радужная плёнка набросилась на него ослепляющей сеткой. Ниберий покорно опустился на колени под тяжестью искр. - Он хотел помочь тебе, даже когда ты видела в нём лишь расходный материал. - Прекрати! - Знаешь, что он мне сказал однажды? Френкленд задрожала, будто от холода. Её красивое, но жёсткое лицо меняло эмоции с бешеной скоростью. Злость, обида, грусть, безысходность. - Что ему нравится, когда ты плачешь. Одна в своём кабинете, сняв халат и распустив волосы. Потому что в такие минуты ты была настоящая. Его мамой, а не могущественным доктором в закрытой лаборатории. Она тихо всхлипнула. Смиренно сложила крылья, опустила хрупкие плечи, закрыла лицо изящными руками. Бэрример грустно наблюдал, как та, ради которой он шел на безумства, медленно ломалась. Он одними губами произнёс короткую фразу и перелив на крыльях засиял осенним закатом. Словно этого ожидая, Френкленд подняла покрасневшее, заплаканное лицо. Её губы изогнулись в кривой, неприятный ухмылке, а голос звучал удивительно спокойно. В словах слышался чистый Ниберийский акцент: - Mi pensos pri vi du kiam mi finos ĉi tion.* И жестом, означающим что угодно, она развернулась к притихшим крылатым. Джон болезненно поморщился, тяжело приподнимаясь. Хотя и не мог скрывать, как крепкие, надёжные руки у его шеи и затылка вызывали мурашки. Похоже, у Единения был своеобразный юмор, раз в минуту смерти он думал лишь о том, чтобы прикосновения не заканчивались. - Только посмей. - Ты ещё поблагодаришь меня, reĝo sen krono. Джон непонимающе нахмурился. Конечная фраза звучала незнакомо: резкие главные и при этом тягучие ударения, не похожие ни на что другое. Буквально такая же реакция со стороны Шерлока привела к выводу, что они не расшифруют это. Френкленд раскрыла крылья на всю длину и буквально призвала все цвета в себя. Выглядело жутко: красные всполохи сталкивались с жёлтыми, неуправляемое пламя скрещивались с зелёными щупальцами, а те с синими волнами и вместе всё это походило на какую-то картину Апокалипсиса. Такие рисовали в древних церквях и Высшие, картинки казались полной фигней по сравнению с реальностью. Вся эта бесформенная, угрожающая масса дважды взметнулась в небо. Птица же, вновь оживая, одним движением отрезала путь к бегству. - Включить программу перекачки. Уровень два. Синопцис повернулся со скипом и открыл клюв. Шерлок вновь прошила вибрация, а затем вялый, увязающий в собственной беспомощности третий клапан закопошился и подчинился более серьёзному приказу. Голова опустела от глубокого ужаса, он просто больше не мог сопротивляться и хотелось заплакать, спрятаться и забиться в угол. Его невесёлые размышления отвлёк Джон, который внезапно заскулил и забился в его хватке. Белоснежные крылья затряслись, забились в припадке, заставляя хозяина захлёбываться от переполняющего водоровота энергии. Перелив взорвался газом и стремительно стекал к низу острых перьев. И Шерлок знал, что это, с немым всепоглощающим и смиренным интересом наблюдая за метаморфозами. Вибрация волнами окатила рёбра, заставляя кашлять и задыхаться. - Шерлок..., - мольба в голосе Джона обливала сердце кровью. Вкрапления раскалывались словно льды в бескрайнем океане и плыли навстречу чёткому порядку. Он никогда не мог сместить их так далеко, никто бы не смог, если находиться в здравом уме или хотя бы на свободе. Но вот они, в чудовищном захвате больной идеи посреди ничего. Наэлектризованные нити наконец освободили путь к сердцевине клапана и насильно сдерживали тугие края, не давая закрыться. Тянущее чувство раскрытости пугало. Цвета вкраплений медленно бледнели, оттенками разрываясь и скрываясь на фоне чёрных перьев. Фардон замычал, упрямо дергая плечами. - Можете закрыть глаза, если вам будет легче от этого, - милостливо разрешила Френкленд. Она не приблизилась ни на дюйм, отвечая только за удержание крылатого на месте. - Осталось недолго. - Вы сами сказали, что на перегонку вам никогда не хватало количества! - Шерлок выплюнул короткий блок и синева слегка потемнела, возвращаясь к тому обычному состоянию, когда ему просто требовалась перезарядка. - Вы не получите столько материала, даже не надейтесь! - Мне - нет, а вот ему достаточно. Шерлок резко повернулся. Джон учащенно дышал, трясущимися руками пытаясь не распластаться по земле, стук сердца почти оглушал обоих. Крылья заискрили сотнями блёсток, озаряя пространство. Проклятье, проклятье! Он отчаянно вцепился в плечи друга, пытаясь заслонить блоком и его. Но к сожалению, клапаны на такую команду лишь жалостливо вспыхнули, что перегоревшая лампочка. Его сил не хватало. А помощи ждать неоткуда. Если только... - Джон. Джон, посмотри на меня, - произнёс он как можно спокойнее. - Пожалуйста, посмотри на меня. Джон с заминкой повернул шею и зашипел, когда по ним прошлась новая волна боли, заставляя каждую кость дернуться, словно марионетка от дергания нитей. Сквозь пелену непрошенных слез он едва видел лицо Шерлока. Детектив легонько ухмыльнулся и медленно приблизился. - Мне понравился ваш трюк. А со мной слабо такое провернуть? Джон неверяще охнул, почти истерично засмеялся. Хотя ему было не до смеха. Казалось, каждая частичка в теле распадалась на атомы и переходила через тоннель между ними и птицей. - Ревнуешь что ли? Во втором клапане распустился небольшой, но очень важный клубок, вторая единому ритму сцеплений и это казалось ему самой правильной вещью. Плечи непроизвольно выгнулись назад, позволяя симфонии боли разбавить свои ноты новой тональностью. Рёбра опасно затрещали. Крылья захлопали, создавая сквозняк. Бэрримор открыл глаза, подставляя лицо свежему воздуху. Он уловил пристальный, почти приказной взгляд. И впервые не собирался с ним спорить. - Ещё как, - ответил Шерлок. Левым крылом он тесно прижал Джона к себе, слыша, как кости в грудине смещаются ещё на дюйм. Правое же крыло он поднял строго вертикально. Вкрапления заискрились от проснувшейся энергии, готовой к последнему залпу. - Fidela al la memoro! * Первый ряд мигнул, по очереди передавая эстафету друг другу. Перемещение отдавало новой болью, но осознание собственного выбора утешало почти разрушенное эго. - Turnu reen! * Второй ряд присоединился к первому, вставая чётко по кругу. От низа до очина каждое голубое пёрышко наполнилось тысячей капелек росы, а каждая из них увеличивалась, пробуждаясь от долгого сна. Они искали вместилище, достаточное, чтобы насытиться. Достаточно сильное, чтобы задержаться. Френкленд громко втянула воздух, раздражённо вглядываясь в мелкое недоразумение перед ней. Она ещё не осознавала своей ошибки. Каждый может оступиться на такой глупости, как эмоции. - Только попробуй, наглец, - пригрозила Френкленд, уже занося крыло как лезвие. Ближайшая к сердцу кость опасно впилась в мягкий орган, соседняя благосклонно прогнулась мимо важных артерий. Рот наполнился тёплой кровью, мешая внятной речи. Чужой перелив тлеющими углями мазнул на переферии и выстрелил ровно в то же место, что и до этого - в золотистую стену у самих лопаток. Но стену не нужно было разрушать, для захвата крепости им требовалась бы армия. Нужно было всего лишь смазать эту стену мазутом и поджечь. Ампарские стрелы выскочили из темноты и врезались в переднюю часть, заставив Алкара покачнуться. Манипуляция растворилась как будто её и не было. Френкленд яростно взмахивал крыльями, грозя снести всё вокруг. Незваный кашель вырвался из её всегда улыбчивого рта. Бэрримор неосознанно повторяя лихорадку, заметил, как та приседает для прыжка. - Не смей, Бонни! - закричал он не своим голосом. Френкленд со всем изяществом, присущему её виду, оттолкнулась ногами и взлетела. Пламенеющие от блокирующей плёнки крылья ясно виднелись в вечернем небе. Маршрут её пролегал прямо к бинерному полю. - Шерлок, вставай, скорее! Джон глянув на удаляющуюся фигурку, засуетился и подхватил мужчину. Шерлок зашипел от боли, но послушно поднялся. Плечевые с лучевыми кости недовольно заныли от излишней нагрузки, но благодаря паре сильных движений пряжки наискосок, он преодолел расстояние до спасительной двери почти без происшествий. Оба уже почти ввалились в лабораторию, как Ниберий вспомнил о собрате. - Проклятие, где Бэрримор? Фардон глухо застонал, едва не падая носом, каждый шаг отдавался иголками в образовавшийся перелом. Стоически потерпев ещё пару футов, он с удивлением обнаружил себя в объятиях. Глаза ослепили ярко-оранжевые перья и он непроизвольно скривил губы. Ещё одной гирлянды он сегодня не выдержит. - И я рад видеть тебя, братец. - Май...? - Всё потом, - не терпящий возражений голос быстро раздал указания. - Держите его крепко. - Джон... - Да здесь твой Джон. Не дергайся. Шерлок неуклюже повернулся, как вдруг послышался взрыв. Он вскинулся, но не смог ничего увидеть, только как от волны выбило все стекла, резанув слух. Куски стекла разлетелись по помещению. Отчётливо просвистел звук бьющегося стекла о мощную стену защищающих его крыльев. Благо, защита Майкрофта всегда превосходила его собственную. Едва его спина коснулась жёсткого каркаса, лимит боли окончательно исчерпался и мозг позволил окунуться в приятную тьму. Очнулся он уже под мерное пиканье приборов жизнеобеспечения. Тело гудело и ныло, но находилось в тепле и безопасности. После скорого анализа пальцы нащупали плотную материю, упирающемуся ему в кожу тонкими мягкими иголочками. Подумав ещё, он пришёл к выводу, что его укутали в одеяло для пострадавших от истощения. Особая разработка проникала через кожу и через специальные трубочки-иголки насыщали первые и вторые клапаны специальной жидкостью. В нос был вставлен катетер, видимо, тоже для насыщения Потенциала, но уже в легкие. Крылья же на удивление держались молодцом и почти свободно лежали по обе стороны от кровати. Что ж, одно то, что они в порядке, успокоили Фардона. С несчастной плотью разобраться куда легче. Полежав ещё немного, он позволил мыслям растечься и отрезать его от реальности. Неизвестно, сколько прошло времени, но когда щелкнул замок в двери, он быстро вернулся в скучное созерцание. В палату вошел Майкрофт, а за ним, слегка хромая и прижимая крылья к лопаткам, Джон. Оба выглядели уставшими, хоть и прошли через разные состояния. - Наконец очнулся, - без приветствия начал Майкрофт, покровительственно становясь у задней перекладины. - Ты переплюнул все свои рекорды, дорогой брат. Мама очень огорчена. - А ты и рад наябедничать, - закатил глаза Шерлок. - Спаситель, герой дня. Хочешь шоколадную медальку? - Шерлок, - наконец подал голос Джон. Он подошёл к кровати, нетерпеливо кладя руку на укутанное плечо. - О, не беспокойтесь, Джон. Моя самооценка переживала и не такое, - усмехнулся Майкрофт. Вкрапления на его правом крыле задорно вспыхнули, что листья по осени. - Ну что, ты готов послушать? - Как будто у меня есть выбор, - намекнул Шерлок. Когда в кожу впились короткие ногти, он быстро добавил. - Ну давай, Майкрофт, не томи. Старший Холмс деловито достал блокнот из внутреннего кармана пиджака и уткнулся в записи. - Что ж, во-первых конечно, я проверил твою теорию. И да, ты оказался прав, Девоншир готовили для чего-то массового. Мы уже активно занялись опросом населения и результаты оказались любопытными. Согласно записям, были отобраны группы Фардонов и Нибериев, родословная которых считается чистой. Тебе это о чём-то говорит? Шерлок хмыкнул с последней фразы. - Да. Доктор Френкленд заправляла проектом по отбору генома. Её эксперименты с Нибериям провалились. Тогда она перешла на Фардонов. - Это...интересно, - выдержав паузу, протянул Майкрофт. Несмотря на непроницаемое выражение лица, крылья выдавали его растерянность. - Я так понимаю, вам посчастливилось попасть в фокус-группу? Он медленно обвёл взглядом обоих. Наконец, отпустив Шерлока, Джон оперся о комод. Ноги предательски отказывались стоять прямо. - Доктор Френкленд, она... Она решила, что использовать перекачку стоит на чистокровных, потому что наши крепления в четвёртом клапане более сбалансированы. Нет, так сказать, лишнего...мусора. - Понимаю, - ровно ответил Майкрофт. Хотя оба осознавали - это с трудом тянет на правду. - И ваш клиент, Генри Найт? - Он также учавствовал в проекте. Доктор Найт работал с четвёртой группой, уже после провала с Нибериями. Его Потенциал пострадал безвозвратно от перекачки. Слава Высшим, Найту хватило совести закончить издевательство на ранней стадии. В отличие от Френкленд, - мрачно закончил Шерлок. - Что ты имеешь в виду? - Сын доктора Френкленд и майора Бэрримора погиб во время эксперимента, - ответил Джон. Перелив коротко блеснул шартрезом. - Мы не знаем его вид, но вероятно, он мог находиться в предыдущей группе, прежде чем она сменила направление. - Думаю, департаменту Претедиоза будет интересно изучить документы. - Майкрофт, лучше скажите главное. Этот взрыв... - Ах, это. Ну, доктор Френкленд судя по всему, пыталась снять ваше замечательное баловство с крыльев при помощи вибраций бинера. Думаю, вы уже видели поле. Однако, из пострадавших мы обнаружили только Ниберия в военной форме. - Бэрримор, - хором ответили пострадавшие крылатые. Оба неосознанно включили второй клапан навстречу друг другу. Майкрофт на такое внезапное интимное действие слегка растерялся, но быстро пришёл в себя. Шерлок же почти не отрываясь от сканирования, продолжил: - Бэрримор помог нам с Джоном с Манипуляцией, раскрыв четвёртый клапан. Это очень опасно и он прекрасно осознавал, что делает. После смерти сына его грызла вина и таким образом, он решил искупить её. Это всё равно что выйти в грозу в доспехах. - Ты же не хочешь сказать..., - Джон жалобно сложил брови. - Не хочу. Но так и есть. Скорее всего, Бэрримор решил остановить Френкленд, а та в защиту проникла в его клапан. Это было вопросом времени, когда тот взорвётся как напичканная порохом бочка. На минуту повисла тяжёлая тишина. - Значит... Значит, она сбежала? - Джон едва мог думать о том, что произошло, но тревога сжирала его заживо. - Теперь корпорацией Баскервилей займутся более компетентные специалисты, - просто сказал Майкрофт, будто это решение уже давно подписали. - Документы изымут, работников задержат. В общем, та ещё скука. Что касается доктора Френкленд...ею займётся королевская семья. Ваше же дело привести себя в порядок и вернуться на Бейкер-стрит. Шерлок, серьёзно, твоя выходка вышла за пределы моего бюджета. Играйся в следующий раз где-нибудь поближе к Лондону. С этими словами он как ни в чем не бывало направился к выходу. Уже почти выйдя за дверь, Майкрофт всё же обернулся. - И да. Не за что, Шерлок. Шерлок раздраженно вздохнул и откинул голову на подушку. Этот разговор его порядком утомил. А хотелось совсем другого. - Джон. Ниберий о чём-то задумался, продолжая стоять в стороне, совершенно игнорируя его. Однако, услышав командирские нотки, резко пришёл в себя и направился к нему. Кровать прогнулась под двойным весом, недовольно заскрипев. Рука заботливо опустилась на одеяло у коленей и Шерлок тут же заострил на ней внимание. - Сколько я тут? - Двое суток. Тебя напичкали обезболом по самое не хочу. Шерлок, у тебя рёбра сломались в трёх местах. Чем ты думал? Эта Манипуляция могла убить тебя! Шерлок расслабленно повёл плечами. - Ерунда, бывало и хуже. - Ты сумасшедший, - произнес Джон. Губы задрожали, силясь скрыть улыбку, но последствия стресса не позволяли сосредоточиться. - Просто невероятный и гениальный безумец. - Ну, следую твоему примеру. Джон нахмурился. - Чего, прости? - "Око" требует тщательной подготовки. Её минус состоит в огромной трате Потенциала и ускоренной закупорке. То, что ты её за пару минут врубил - потрясающая, просто невероятная и гениальная глупость. - Скажи спасибо Бэрримору, это его идея, - закашлялся Джон. - Не мог же я пропустить всё веселье. Они захихикали, оценив шутку. И удобно расправив крылья, Шерлок резко придвинул Джона, заставив почти упасть на себя. Тот охнул, еле успев выставить руки по бокам. Мышцы оказались недовольны и послали хозяину волну ноющей боли. - Шерлок, какого... Что ты творишь?! Твой перелом... - Скука, - ответил Шерлок, насильно прижимая дрожащее тело ещё ближе. От долгожданного контакта сносило крышу, а Потенциал нетерпеливо подпрыгивал, желая зарыться в чужие потоки. Ещё один дюйм и сделав завершающий пинок локтевым сгибом крыла, губы смяли чужие в широком, горячем поцелуе. Джон промычал, задыхаясь от такого напора, но не мог ничего сделать, чтобы случайно не навредить. Шерлок удовлетворенно зарычал в поцелуй и настойчиво запустил язык в беззащитный рот. Пара поступательных движений и ему удалось вызвать отчаянный, жадный стон. Наигравшись с языком Ниберия, Фардон вернулся к губам, вцепился зубами за нежную кожу. Он оценил проделанную работу и не мог насытиться такой тихой покорностью. Джон трясся что осиновый лист, едва соображая, на каком свете находится. Хотелось впиться в него снова, до боли и крови. Лишь вновь занывшие рёбра остановили порыв. Уцепившись за эту паузу, оба отодвинулись, Шерлок на подушку, а Джон к середине койки. Потенциал гулко стучал в перьях, покорно ожидал следующего шага. - Когда с меня снимут эту фигню, ты так просто не отделаешься, - пообещал Шерлок, облизывая губы, заставляя Джона сладко сжаться. - Тебе нужно будет пройти все обследования. Даже не спорь, - пресёк Джон любое возвражение. - Как доктор тебе говорю. Высшие, я даже представить не могу, сколько она успела отщепить от тебя. - А сам посмотреть не можешь? - Ты же знаешь, я так и не научился этим... управлять. А пока отдыхай, маньяк чернокрылый. Джон вновь придвинулся, аккуратно целуя. В этом касании была нежность и забота, но ещё - обещание. От него в голове становилось легко и спокойно, а Потенциал наконец засыпал. Дождавшись, пока новая порция обезболивающего подействует и глаза Шерлока закроются, он тихо вышел. К сожалению, он не врал: его странное сканирование не работало по команде и не могло утешить встревоженные мысли. Хотелось надеяться, реабилитации хватит для восполнения украденного. Может, Майкрофт поможет, не зря же его власть так далеко продвинулась, что даже Дегрон у него на быстром наборе. Он оглянулся в поисках лестницы, но резкая боль в спине скрутила пополам. Крылья распушились, не понимая, в чем дело, перед глазами помутнело. Сил хватило только прислониться боком к стене. Неожиданное прикосновение ощутилось как лёд к горячему лбу. На него встревоженно глядела пожилая Ниберий. На белом халате тускнел бейджик "Джой Патрик, медсестра". - Мистер Ватсон, что с вами? - Ой, я...кхе! Спина, что-то... Джой участливо кивнула и обняла его за талию, подхватив одну руку и забросив себе на плечо. Она обследовала его сразу как Майкрофт с командой занесли отрубившихся в дороге крылатых. Результаты, полученные при первых анализах, её напрягли. - Зачем встали, да ещё и потащились куда-то? Вам нужен такой же покой, как и мистеру Холмсу. - Мне нужно было его проведать, - улыбнулся Джон, на что Джой лишь покачала головой. - Пойдёмте. Мне нужно с вами поговорить. Сестра шустро для её возраста завела больного в палату, усадив на кровати. Она подала стакан с водой, а когда стакан опустел, присела на стул и взяла его за руку. - Мистер Ватсон, вы ведь знаете, что мы берём анализы, когда к нам поступают пациенты? - Я сам доктор и эта процедура мне знакома, - коротко кивнул Джон. - Что-то не так с моими анализами? - Да, есть кое-что, что вызвало у нас беспокойство. Однако, вам нужно послушать нашего рентгенолога, доктора Эшти. Вы не против? Джон медленно кивнул и через несколько минут в комнату зашёл ещё один Ниберий. Мужчина был примерно его возраста, высок, подтянут, с небольшой бородкой и живыми карими глазами. Коротким движением убрав чёлку с лица, он подошел ближе. - Доктор Чарльз Эшти. Можно просто Чарльз, - широкая ладонь протянулась для приветствия. - Джон Ватсон. Можно просто Джон, - немного заторможенно ответил Джон. Его не покидала паранойя по поводу количества Нибериев на квадратный дюйм. - Очень хорошо, Джон, - Чарльз и Джой поменялись местами. - Сразу хочу сказать, мы оперативно взяли анализы у вас и мистера Холмса. Меня предупредили о... не классической ситуации и хоть мистер Холмс пострадал, его показатели уже в норме. Потенциал стабилен, клапаны закрыты, а наличие излишков несущественно. Чувствовалось, что этот спешный монолог уже был сказан Майрофту, а тот попросил повторить для него. И Джон внутренне был благодарен за это. Но что-то во взгляде врача ему не давало покоя. - Я так понимаю, вы пришли не только ради того, чтобы успокоить меня о состоянии Шерлока? Чарльз вытащил из нагрудного кармана крохотный планшет. На нём поблескивал открытый документ с данными. - Видите ли, наша клиника специализируется в первую очередь на лечении высших видов. Или высоких видов с аномальным уровнем Потенциала. У них риск подобных недугов выше и мы стараемся успеть захватить первые изменения... Джон в пол-уха слушал Чарльза, читая строчки. И чем дальше двигался по таблице, тем больше понимал, о чем идёт речь. Он уставился на цифру в конце - тридцать процентов - и молчаливо поднял взгляд. В голове стало внезапно очень тихо, так тихо, что можно было услышать, как сердце сделало кульбит. А вслед за тишиной последовал звук падения планшета на пол. - Это... - У нас лучшее оборудование химиотерапии. Мистер Холмс дал лучшие рекомендации и вам не придётся записываться на очередь. Если вы... - Мистер... Мистер Холмс видел эти анализы? - Эм... Простите, он приходится вам родственником? Обычно мы не разглашаем эту информацию, но... - Нет, нет. Джон поднял кусок пластика, с понурым видом возвращая его владельцу. Почти умиротворенное сцепление внутри клапанов беспокойно задергалось, раздражая утомлённые нервные окончания. Перелив потускнел и лимонным стеклом отбликовал от света лампы, что стояла у кровати. Джой словно почувствовала чужое смятение и уже хотела подойти ближе, как столкнулась с решительным, твёрдым взглядом. С таким взглядом обычно шли в бой. В последний бой. - Нет, мы...мы не родственники. И я хотел бы, чтобы наш разговор не выходил за пределы этой комнаты. Как насчёт встречи на неделе? Чарльз обернулся на Джой и вновь повернулся к нему с уже понимающей улыбкой. - Конечно, Джон. Как скажете. *** За окном окончательно стемнело. Когда ветер разбросал бумаги по всей комнате, она закрыла ставни. С радужного перелива медленно стекала мутная субстанция, которая походила на слабо сваренный кисель и густым каплями пачкала пол. Час назад безымянный Фардон принес ей ужин в номер и аккумулятор от ноутбука. Свой она как-то не догадалась прихватить. Пара щелчков клавиатуры и монитор ожил, привычно показывая рабочий стол с кучей папок. На фоне мерцали анимированные фотографии. На них маленький мальчик показывал фокусы с переливом. На светло-сизых, ещё не окрепших крыльях попеременно мигали то жёлтые, то бледно-красные фонарики. Она некоторое время смотрела на смену кадров, пока в нижнем правом углу не выскочило окошко видео-вызова. Намеренно медленно подводя курсор к окошку, она приняла звонок. На мониторе высветилось мужское лицо. Симпатичное, но на её вкус слишком слащавое, особенно для тех разговоров, что они вели уже десять лет. - Бонни, детка! Я так забеспокоился, когда одна птичка напела новости. Надеюсь, тебе больно! Скажи да! - Спасибо за сочувствие, твои навыки эмпатии как всегда, на высоте. Ты не обидишься, если я скажу, что попортила птичку по дороге? - Ну что ты. Между нами никаких секретов! Я бы удивился, если ты не захотела это сделать. Но давай перейдем от приятного флирта к серьёзному разговору. Порадуй папочку! - Мы с тобой одногодки, мешок ты с перьями. Он театрально взмахнул рукой, чем вызвал у неё глухое раздражение. - Ах, это такая ерунда! Говори уже, Бонни. Или ты пожалеешь, что не взяла билет в Италию на завтра. - Как страшно, - холодно ответила она. - Проект доведён до стадии три. Твоя задача, Джимми - не напортачить, иначе уже я тебе обещаю - ты не соберешь свой драгоценный Потенциал по клапанам. Она без удовольствия наблюдала, как крылатый по-детски скачет из стороны в сторону. Если бы знала, что это принесёт столько хлопот, вела бы проект в одиночку. Но деньги лишними не бывают, а уж редкий материал - тем более. Словно по неведомой команде, он резко прекратил дурачиться и снова сел на место. От былого веселья не осталось ни следа. Тёмные, почти чёрные крылья угрожающе зашелестели. - Не беспокойся. Я сделаю всё в лучше виде. Не могу дождаться встречи с ним. И с мечтательной ухмылкой он завершил вызов. Она захлопнула крышкой ноутбука с громким стуком. ******** Послесловие: Вот и закончилось дело Баскервиллей. Это дело было единственным "канонным" по сериалу, но оригинальным в плане трактовки. Как вам финал? Догадались ли вы уже, что именно врачи сказали Джону? И надеюсь, вам понравилось телефонное упоминание персонажа, которого мы ждём уже давно! Честно скажу, я жила ради маленького интимного момента нашей парочки. Я придумала это ещё в 2015 году :D ******** Спойлеры! До финальных событий нам осталось одно дело - 5 звуковых сигналов, которые в моей трактовке будут 5 вещих снов Нибериев. В следующей главе мы познакомимся ещё больше с иерархией крылатых, особенно с Военными Нибериями и их необычными способностями. Сразу скажу - дальше будет дофига грустного, готовьте платочки. Но в конце хэппи-энд, это без разговоров. ******** Буду рада любому комментарию. Люблю всех!