Несовместимые

      Перед уроками я решаюсь найти в школе Кейт и завязать с ней разговор. Весь мой план по устранению застенчивости и налаживанию хороших отношений с одноклассниками состоял в том, чтобы постепенно заново сблизиться с каждым из бывших друзей. И первый человек в моём списке, с которым мне снова хочется общаться — именно она.       Бывшую подругу я нахожу быстро: она стоит около кабинета истории в компании двух наших одноклассниц — Лори Фостер и Маккэйлы Хьюз. Единственные девушки, с которыми у меня всегда были напряжённые отношения.       Однажды в третьем классе они украли мой портфель и спрятали его за батареей в соседнем кабинете, а затем ещё и нагло съели мой сэндвич. После этого я их возненавидела и в отместку даже насыпала им кнопок на стул. Конечно, тогда меня впервые отвели к директору, но я была очень рада, что отомстила своим врагам. Уже в средней школе мы с Лори и Маккэйлой простили друг другу все обиды, однако неприятный осадок от их поведения у меня всё равно остался.       Идти к ним сейчас совершенно не хочется, поэтому я переношу разговор с Кейт на следующие перемены, когда вокруг нас никто не будет ошиваться.       Даже в школьном коридоре солнце успевает пробиваться через окно и оставить свои узоры на полу. Оно светит очень ярко, несмотря на то, что крыло, в котором я сейчас нахожусь, обычно с теневой стороны. Я бы назвала это магией.       Я подхожу с своему школьному шкафчику и ввожу пароль. Железная дверца со скрипом открывается. Достаю учебник истории и письменные пренадлежности из рюкзака, после чего кладу его внутрь шкафчика и оборачиваюсь.       На меня смотрит парень.       С удивлением отмечаю, что я никогда его раньше не видела. Худой, среднего роста, с растрёпанными чёрными волосами, он одет в тёмные рваные джинсы, белую футболку с какой-то странной надписью и потёртые кеды на небольшой подошве. Издалека его лицо немного расплывчато, но даже так я замечаю, как его взгляд медленно скользит по мне.       Я чувствую, как краснею, поэтому быстро отворачиваюсь. Не люблю привлекать к себе внимание людей. Это ещё один минус застенчивости.       И тут я вспоминаю кучу своих комплексов: худые, словно палки, ноги, ногти, обкусанные до крови из-за постоянного стресса, низкий рост, большое и чуть расплющенное лицо и многое другое. Руки начинают трястись. Сглатываю подступающий к горлу ком и осознаю, что уж лучше стоять в компании Кейт, Лори и Маккэйлы, чем знать, что какой-то незнакомец вовсю пялится на тебя.       "Не думай об этом, не думай об этом!"       Но не думать об этом очень сложно. Я пытаюсь сосредоточиться на чём-то другом и вспоминаю об отце и Питере. У отца выходной на работе, а Питер прогуливает занятия в колледже якобы из-за "болезни". Он тот ещё врун, и ведь папа действительно ему верит! Странно, что из нас двоих только я могу видеть брата насквозь, так же, как и он меня.       Наконец звучит звонок на первый урок. Я осмеливаюсь повернуться. Его нет. С облегчением вздыхаю и направляюсь в кабинет, где у нас должны проходить занятия.       Прошу заметить, что моё счастье длилось недолго: как только я захожу в класс, то замечаю этого же незнакомца, сидящего за самой последней партой, прямо около окна. Всё бы ничего, но он сидит именно на моём месте.       По телу пробегает лёгкая дрожь.       Если бы я была менее стеснительной и более решительной, то попросила бы его уступить мне место, но жаль, что я не такая смелая, поэтому просто присаживаюсь за одну из соседних парт без лишних слов.       Смотрю на него.       Мы встречаемся взглядами.       Сейчас, когда мы находимся на довольно близком расстоянии, я замечаю некоторые особенности в его внешности: первое, что бросается в глаза — его по-детскому пухлые щёки. Дальше я рассматриваю его небольшие губы, кругленький носик, густые брови и огромные глаза зелёного оттенка. Он красив. Слишком красив.       Но парень резко отворачивается от меня, когда в кабинет уверенным шагом входит мистер Барнс. Одной рукой мужчина попровляет свой чёрный галстук, а в другой пытается удержать маленькую стопку бумаг.       На моём лице появляется хитрая ухмылка. Мистер Барнс носит только чёрные галстуки с тех пор, как Кейт "случайно" пролила на его одежду тюбик с чернилами. Тогда учитель истории поставил ей неудовлетворительную оценку за контрольную, но подруга не расстерялась и придумала хитрый план мести. Кейт была той ещё бунтаркой. Жаль, что я никогда не имела права носить такое же звание.       — Извините за небольшое опоздание, — тараторит мистер Барнс, разбирая какие-то папки на своём столе. Пожалуй, он самый занятой учитель в нашей школе: всегда что-то пишет, что-то обсуждает, что-то перебирает. Я бы с удовольствием вручила ему медаль с надписью "Учитель года", если бы могла.       Несмотря на то, что ему чуть больше тридцати пяти лет, он выглядит как двадцатилетний парнишка и даже чем-то похож на Питера. И если все девчонки из класса подлизываются к этому мужчине, чтобы он обратил на них внимание, то я подлизываюсь только для того, чтобы выпытать у него секрет молодости.       Кто-то громко откашливается и спрашивает вслух:       — Мистер Барнс, говорят, скоро будут экзамены. Когда мы начнём к ним готовиться?       Голос принадлежит Еве Уотерс — одной из отличниц этой школы. Я часто видела её фото на "Доске Почёта", но знала её не так хорошо. Поговаривают, однажды Ева выиграла в школьном конкурсе эрудитов и после этого стала слишком гордой и занудной, так как ни о чём кроме алгебры и физики она говорить не хотела. Может быть, именно поэтому она тоже теперь одинока. Хоть чем-то мы с ней похожи.       — Мы ещё успеем об этом поговорить, Ева, — ласково, но так раздражительно проговаривает учитель. Он убирает все папки в огромный кедровый шкаф, привезённый из Европы, и оборачивается к ученикам.       Незнакомец напрягается и это выглядит очень... сексуально? От своей же мысли мне становится чертовски смешно, но признаюсь честно: он мне понравился.       — Итак, сегодня у нас две новости: одна плохая и одна хорошая. С какой начнём?       Естественно, все проголосовали за хорошую новость, но я выбрала плохую, однако озвучить свои мысли не решилась. Никому всё равно не важно мнение тихой и робкой девочки.       — Значит, хорошая новость, — начинает учитель, тоже откашливается и продолжает: — Как многие уже заметили, в вашем классе появился новый ученик. Насколько я понял, он переехал в Калифорнию из соседнего штата и ещё плохо знает нашу местность. Так что надеюсь, что вы ему обо всём здесь расскажете и всё покажете.       Я вижу, как уголок губ новичка дёргается.       — Билли Джо, встань, пожалуйста, чтобы тебя все могли видеть.       Парень лениво потягивается и медленно выходит из-за парты. Можно даже и не упоминать о том, что все взоры устремились именно на него.       — Красавчик, — выпаливает Маккэйла с первых рядов и довольно улыбается. Не похоже, чтобы её слова были произнесены с сарказмом. Возможно, он действительно привлёк её внимание. И я согласна с ней.       — Мне все так говорят, — смеётся Билли Джо и смотрит прямо на девушку. Его голос оказался довольно приятным и немного грубоватым. Ещё один плюс.       По всему классу проходятся тихие смешки. А он не боится вести себя открыто перед людьми, тем более когда практически никого здесь не знает.       — Остынь, Маккэйла, он мой! — кричит кто-то. Это была Анна Бейкер — та, кто случайно сломала мне нос на уроке физкультуры в пятом классе. Мы играли в вышибалы и её мяч попал прямо мне по лицу. Только благодаря этому случаю я и запомнила её имя и фамилию.       — Боже, девчонки, успокойтесь. Кто-кто, а этот пацан точно будет парнем ботанши! — выкрикивает с другого конца Макс Паттерсон — самый популярный парень этого учебного заведения по версии нашей школьной газеты. Ещё один бунтарь, который самоутверждается за счёт других. Думаю, можно не рассказывать, почему одна половина школы его ненавидит, а другая, наоборот, пытается набиться к нему в лучшие друзья. Пожалуй, всё, что я могу о нём сказать.       Вижу, как Ева, которую только что снова назвали ботаншей, краснеет. Девушка поправляет свои очки, съехавшие с её маленького носа, и утыкается в книгу.       — Кхм-кхм, вы не забыли то, что я всё ещё нахожусь здесь? — Мистер Барнс скрещивает руки на груди и недовольно оглядывает учеников. Все мигом разворачиваются к учителю и садятся ровно. — Свои любовные дела решайте за пределами моего кабинета, — злобно говорит он, а затем добавляет, обращаясь к новичку: — Спасибо, Билли Джо, ты можешь присесть на место.       Парень послушно кивает и присаживается обратно.       — А теперь плохая для вас новость, — продолжает мужчина. — Возможно, плохая для всех, кроме меня и мисс Уотерс. К экзаменам мы приступим готовиться на следующей неделе. Точнее, приступим готовиться прямо сейчас, а вот пробные тесты будем решать позже.       Он ещё раз оглядывает учеников и хитро улыбается.       — Эту неделю мы потратим на повторение пройденного материала за весь курс истории США. Я буду вызывать к доске ребят, у которых появилось много плохих отметок, и мы все вместе будем задавать им различные вопросы о появлении культуры нашей страны, а также самые важные даты и события, сыгравшие немаловажную роль в развитии Соединённых Штатов.       Внутри всё сжимается, когда мистер Барнс хладнокровно смотрит в мою сторону. В прошлом году я еле сдала историю, чтобы перейти в другой класс, приэтом полностью завалив пробный тест. Да и в этом году возникли кое-какие проблемы с учёбой. Поэтому у меня не было сомнений, что учитель начнёт опрос учеников именно с меня.       Он обходит учительский стол и садится на свой стул.       Все волнуются. Ева жадно вчитывается в книгу, Макс надувает пузырь из своей жвачки (с оценками у него всё в порядке, но лёгкое волнение заметно по его дрожащим ногам), Маккэйла, Кейт и Лори нервно опрашивают друг друга, а все остальные что-то записывают в тетрадях.       Палец учителя скользит по раскрытому потрёпанному классному журналу и останавливается на чьём-то имени. Многие одноклассники перешёптываются между собой.       — Тихо! — приказывает мистер Барнс.       Сердце уходит в пятки, когда до меня доходит то, что всё, что накопилось в моей голове за несколько лет учёбы, вмиг исчезло, не оставив и следа. Я учила историю. Я пыталась её учить. Ради папы и брата старалась получать удовлетворительные оценки, но это не всегда получалось. И если сейчас назовут моё имя, то я просто обязана буду вспомнить строчки из занудных книг и слова учителей. Чтобы не опозориться перед родными. Чтобы не испортить впечатление о себе перед новеньким.       Но я всё равно чувствую, как пульс бешено стучит в висках.       — Роуз Говард, — произносит мужчина и ищет девушку среди остальных учеников.       Я облегчённо выдыхаю. Её фамилия рядом с моей.       — Но её нет в классе! — выкрикивает кто-то, и я опять напрягаюсь. Волнение снова разливается по всему телу, а колени дрожат.       — Нет? — переспрашивает учитель и недоверчиво смотрит на пустую парту во втором ряду. — Ладно, тогда отвечать пойдёт...       Мистер Барнс несколько раз оглядывает список учащихся, а затем смотрит на новичка.       — Билли Джо? У тебя нет оценок. Ты готов отвечать?       Билли качает головой.       — Извините, но я многое пропустил во время переезда.       Он пытается скрыть свою немного кривоватую улыбку. У парня это хорошо получается. Пытается увильнуть от казни.       — Хорошо, — кивает мужчина и переводит взгляд на меня.       "Пропала", — проносится у меня в голове прежде, чем у он снова успевает заговорить:       — Лиа Гонсалес, прошу пройти к доске. У тебя как раз провал за последнюю контрольную.       Перед глазами всё чернеет так же, как и в моём сне. Снаружи я не подаю признаков паники, но внутри у меня царит полный разгром. Я просто не справлюсь.       Как можно медленнее встаю с места и плавно направляюсь к доске. Стараюсь растянуть каждый шаг как минимум на пару секунд, но слышу недовольное рычание:       — Лиа, можно побыстрее?       Я вдыхаю полной грудью и чуть ускоряю шаг. Пытаюсь собраться с мыслями и сосредоточиться на уроке, но ничего не получается. В памяти всплывает утренний разговор с отцом, и я крепко стискиваю зубы.       Мистер Барнс сейчас чем-то напоминает мне папу, а не брата. Такой же хмурый и чем-то обеспокоенный. У него такие же карие глаза и такие же тёмные, короткие волосы.       Встаю около учителя и замираю. Сердце бьётся ещё сильнее, готовое выпрыгнуть из груди. Я замечаю, что всего лишь три человека пристально следят за мной: мистер Банрс, Кейт и он — новичок. Все остальные ребята либо занимаются своими делами, либо смотрят куда-то в сторону.       Ладони потеют.       "Чёрт!"       Учитель уже открыл рот, чтобы задать мне первый вопрос, но неожиданно в кабинете распахивается дверь. Тихий скрип петель и громкий стук каблуков нашей медсестры — миссис Томпсон . Она одета в белоснежный медицинский халат и серые туфли, её длинные русые волосы заплетены в косу, а молоденькое и привлекательное личико расплывается в улыбке. Странно, что она не постучалась перед тем, как войти.       — Мистер Барнс, извините, но мне нужно забрать учеников одиннадцатых классов на осмотр. Директор школы приказала проверить всех детей на наличие каких-либо болезней.       Мистер Барнс смотрит сначала на меня, затем на учеников и в конце оборачивается к миссис Томпсон. Замечаю, как его взгляд теплеет.       — Вообще-то, у нас сейчас опрос материала и... — Он умолкает, когда медсестра поднимает брови и странно на него смотрит. — Ну, если это так важно, то... — начинает он, —... то можете забрать их. — Затем бросает уже мне: — Спрошу на следующем занятии, Лиа. Советую хорошенько подготовиться.       В его глазах проскакивает странная искорка надменности, от которой по моему телу пробегает стая мурашек.       "Пронесло", — успокаиваюсь я и хватаю с парты учебники по истории в одну руку, а пенал — в другую.       Все ребята выходят из класса и идут за миссис Томпсон. Я следую за ними.       В воздухе витает необычное напряжение. Солнце уже не светит, оно скрылось за грозовыми облаками, выплывшими из ниоткуда. Из открытого окна в коридоре дует прохладный ветер.       У меня появляется плохое предчувствие.