Условия Наследования.

Даже когда она узнала...Она обняла меня... Они стояли возле комнаты Ализель, когда время было уже глубоко за полночь. Ромиан только и ждал их появления, чтобы спокойно отпустить в постель Жане и себя. Часы пробили ровно три ночи и Ализель смущенно улыбнулась: - Тогда... спокойной ночи? Стелла улыбнулась в ответ. Она обняла меня... а я... - Спокойной ночи. Хороших снов. Ализель кивнула, смотря на свою дверь и закусив губу, посмотрела в глаза ведьме: - Ты только без меня не перебирай артефакты... пожалуйста? Стелла кивнула, мягко улыбаясь. А я... - Спокойной ночи! - Ализель закрыла дверь и, подперев её спиной тяжело вздохнула, держа в руке пару красивых сапог на каблуке. Поддавшись желанию, она прижала их к груди и, прикрыв глаза, прошептала: - Я люблю тебя. Стелла мрачно глянув на закрытую дверь, прошла дальше по коридору, мерцающему от огней свечей, освещающих его. Открыв дверь в комнату, и зажигая свечи щелчком пальцев, на автомате произнося заклинание, она бросила котомку на пол и, подойдя к своей кровати, одернула одеяло. "...Надеюсь, она невинна?" На белоснежной простыне алело большое кровавое пятно. Она отвернулась, чтобы избавить себя от всплывающих воспоминаний, от нестерпимой боли и, подойдя к столу с книгами, смела их с него, резким движением. Судорожный вдох. Рваный выдох. Не помогло. Что я наделала? Она медленно сползла на пол, прислоняясь к столу и уткнувшись лбом в колени, прикрыла глаза. Я не должна так думать... Не факт, что если бы я была под зельем, этого бы не случилось. Это не моя вина... Не моя... Тяжелый вдох. Едва сдерживаемые в глазах слезы. Между нами столько лжи... И нарастает все больше. Как лавина... Она... женщина. Теперь. Уже. Жалкая усмешка собственным мыслям. Благодаря мне... Обесчещенная... Темной. Обесчещенная Каприс. Подняв глаза, она задумчиво посмотрела в сторону кровати. Она не скажет, кто её обесчестил, потому, что считает, что я была под действием зелья. А я... я не могу ей доверять. Не после всего что было. Если она узнает, что я Каприс, она сможет меня шантажировать... Она поморщилась собственным мыслям. Она бы меня не предала. Даже когда она узнала, что я Каприс, она обняла меня. Ей всё равно! Стелла встала и начала мерить комнату шагами. А если бы она узнала, какую цену я плачу за силу? Как я могу ей верить? Как я могу кому-либо верить после сегодняшнего дня? Она застыла и вынула из сапога два идентичных кинжала и, покрутив их в руках, бросила на кровать. Она меня любит. А я... Она накрыла ладонями лицо и вздохнула. А я слишком много пережила для своих лет, чтобы верить в любовь. Тем более такую... Её детская влюбленность пройдет, а я останусь страдать. А если к тому еще добавиться, то, что я Каприс и, да еще и в здравом рассудке обесчестила её... И она все это выложит своей энергичной мамаше, чтобы спокойно выйти замуж, после того как наиграется со мной... Думаю, Крепость Страданий покажется мне тогда раем... Тяжелый вздох. Надо было просто не заходить в свою комнату до полуночи. Не отвечать на её детские поцелуи. Не чувствовать её невинных ласк и не слышать её признаний в любви... Скинув сапоги и плащ, оставаясь лишь в легкой рубашке и мужских штанах, она села на кровать, обхватив голову руками. Не надо было шептать ей собственных признаний в темноте, не надо было желать её. Она потерла лоб ладонью. Головная боль постепенно нарастала. Она встала и, наполнив до краев бокал темно-алым вином, выпила его залпом. И уж точно не надо было трахать её! Бокал, запущенный в стену с характерным звоном разлетелся на осколки. Взяв открытую бутылку, она еще раз взглянула на кровать, на которой красовалось большое красное пятно и, сделав большой глоток из горлышка, села на кровать. Я ей сделала больно... она плакала... Глоток. Вздох. Тишина. Горькая усмешка. Я же ведьма, твою мать! Я не принц на белом коне, который в тебя влюбиться, потом жениться, а потом в первую брачную ночь сделает тебе хорошо и безболезненно... Жизнь... она же не сказка... Глоток. Стелла поболтала перед глазами бутылкой, пытаясь понять, сколько там осталось, но подсветив бутылку и поняв, что едва лишь меньше половины, сделала еще один глоток. Жизнь вообще дерьмовая штука, девочка моя... Люди играют тобой, если у них есть время и желание, а главное деньги, а потом выкидывают, как ненужную игрушку. Использованную игрушку... Усмешка. Еще глоток. Все... больше никаких соплей! Я пережила то, что оказалась в черном круге, пережила Крепость Страданий, переживала сотни раз свою плату... Черт! Плата! - Демоны! - Стелла резко встала, поставив бутылку на стол. Первым появился спокойный и уравновешенный рыжеволосый демон, оценив состояние Стеллы, он протянул: - Предлагаю выговориться пока ждем остальных. - А тебе прям таки хочется покопаться еще и в моих мозгах? Души мало? Сарказм был встречен равнодушно. Стелла провела пальцами по волосам, убирая длинные локоны, упавшие на лицо. - Кажется меня все предали, Самаэль. - Бывает. Стелла посмотрела в его чёрные глаза, без радужки, удивляясь, про себя зачем делится с ним своими мыслями. - И думаю, что предадут еще не раз. Он кивнул, на его губах появилось что-то напоминающее улыбку. - И что мне делать? - она усмехнулась. - Жить, - он пожал плечами. - Ты просила жизнь. Ты её получила. - Но я становлюсь не человеком, - она посмотрела почти опустошенную ею бутылку вина, все ещё ощущая жажду. - Ты согласилась на это. Он проводил её взгляд на бутылку и, взяв её с тумбочки протянул ей. - Наслаждайся всем, чем сможешь, пока чувствуешь себя живой. Стелла благодарно улыбнулась, и сделав глоток, заговорила: - А кем я стану? - Чудовищем, - демон сел рядом с ней. - Ты сама знаешь кем. Мы тебе рассказывали сотни раз. Стелла кивнула. - Сколько мне еще? - Год. Два. Сколько ты раз воспользуешься нами, с каждым разом приближаешь этот момент. - Зачем вам это? - она отпила еще глоток из бутылки, смотря в голую стену, и не видя её перед собой. Перед ней вновь была её камера, куда её приводили после. После всего того, что делали с ней. - Ты знаешь ведь.7 - он удивленно поднял бровь. - Я рассказывал. Она кивнула. - Вы поспорили, сможет ли человек жить во тьме, взамен получив бесконечную силу. Тишина. Стелла отпила еще глоток. - Почему я? - Мы говорили. - он сложил руки на груди, задумчиво смотря в окно. - Да... Говорили. Я молила вас об этом... - грусть. Ей совсем не хотелось возвращаться в своих воспоминаниях в камеры пыток, да и в свою камеру тоже. Слышать днем и ночью крики и стоны. Просыпаться от них и засыпать с ними. - А где, кстати, все? - ещё глоток. Бутылка опустела. Недовольно поморщившись, Стелла бросила её на пол. - Анаэль опять пудрит кому-то голову, а Заф кажется, искал для тебя какую-то литературу у нас в библиотеке. - А, да... - ведьма кивнула, вспоминая, что, когда-то просила его принести ей побольше книг о изначальной тьме, как силы. - Я думала он забыл. - Он не забыл. Ты нас давно не звала. - А вот и я! - демоница весело улыбнулась и, покосившись на пустую бутылку вина, сморщила носик. - Фу, какие вы злые, без меня все выпили! Ты же такое не пьешь. Демоница плюхнулась на кровать, разглядывая алеющее пятно с улыбкой: - Ммм... А помнится ты так краснела, когда говорила, что с девочками ни-ни! Стелла опустила взгляд в пол, слушая свое участившееся сердцебиение. - Ты такой ребенок, иногда, - рассмеялась она, касаясь длинными пальцами темных локонов девушки. - Надеюсь той, кому эта кровь принадлежит, понравилась ночь с тобой? Стелла закусила губу. Надо было сменить чертово белье! - Ну и ладно. Не хочешь не говори... Хотя мне действительно интересно, как ты, именно ты, смогла это вообще сделать? Ты же считала это ненормальным? Или я что-то путаю? Бурное помешательство. - Самаэль, она со мной не разговаривает! - пожаловалась демоница, наиграно сделав грустную физиономию. - На самом деле это больше похоже на упрек, за то что она сделала это не с тобой, а с кем-то другим, - Самаэль встал и, подойдя к столу, поднял сброшенные с него книги. - Ты как всегда на моей стороне... - иронично заметила Анаэль продолжая перебирать темные волосы Стеллы. Странно... Ализель трогала их по-другому. - Та-дам! - Заф появился в комнате и, положив на пол стопку книг, тут же отряхнул одежду от серы и пепла. - Фух! Еле удрал! О чем говорим? О том, о чем с тобой будет говорить невозможно, маньяк. Анаэль пожала плечами: - О женском. - Вы же не предлагаете мне уйти, правда? - наигранно удивился он, и тут же расплылся в улыбке, - потому что я никуда не уйду! Как у меня от них всех еще крыша не поехала? Самаэль вынул из кармана своего необычного черного костюма пузырек с чем-то черным и протянул Стелле: - Все до капли. Я сама пошла на это. Ради свободы. Ради жизни. Она вынула из пузырька затычку и опрокинула содержимое в себя. Анаэль быстрым и точным толчком в спину, выбила Стеллу из собственного тела, улыбаясь: - Обожаю это делать. - Садистка, - расплылся в улыбке Заф и посмотрел в сторону Самаэля, - а где субстанция? Стелла смотрела на свое меняющиеся тело. Кожа стала белой, потом серой, а потом и синюшной. Пальцы удлинились, а ногти стали когтями в какое-то мгновение. - Не бойся. Мы тебе пока прогулку устроим. Самаэль субстанцию дома забыл. Прогуляемся? - оскалился Заф, обнажая острые клыки. Бросив последний взгляд на свое дёргающееся тело, она пожала плечами: - Ну пойдем. Надо еще до рассвета успеть. - Новая субстанция сделает тебе еще больнее. - Я боли уже не боюсь. - усмешка. - Я просто предупредил. Анаэль встала с кровати, и в последний раз бросив взгляд на кровавое пятно, исказилась и исчезла. Следом последовал Заф, с улыбкой смотря на дергающееся в судорогах тело, которое не переставало меняться, становясь то чудовищем, то обратно человеком. Самаэль взяв её за руку слегка улыбнулся: - Не бойся. Проснешься ты как всегда в своем теле. - Посмотрим, - душа пожала плечами, бросая на собственное тело встревоженный взгляд и искажаясь в пространстве вместе с Самаэлем.