Дети Завета

Новый брат. Джаред узнал новости неделю назад, но до сих пор не мог справиться с волнением. Мальчику, который будет жить с Джаредом и его семьёй, пятнадцать лет, как и ему. Это означает, что у него появится друг. Джаред никогда не говорил ни с кем из сообщества о том, как ему было одиноко. Он ходил в частную школу, где над ним постоянно издевались. И то, что он был слишком длинным и лохматым, только всё усугубляло. К тому же, он всегда ходил в домотканой одежде и приносил собственную еду. Даже воду свою таскал. Ему не было разрешено заниматься на уроках физкультуры, вместо этого он сидел в сторонке, пока другие дети недружелюбно косились на него, вынужденные нарезать круги или играть в спортивные игры. Он понимал их раздражение. Если бы Джаред мог поступать по-своему, то присоединился бы к ним. Но он не мог не повиноваться Господнему слову. Он связан по рукам и ногам. Поэтому Джаред был просто высоким чудаком, который почти не общался с другими детьми и всегда хорошо учился. Он мог бы стать лучшим в учёбе, но отец не одобрял это. - Только Господь может быть совершенством. Тебя заставляют посещать эту школу, Джаред, но ты не один из них. Их оценки успеваемости ничего для нас не значат. Учись так, чтобы достаточно было пройти через этот этап. Таково веление Бога. С таким указом на плечах молодой парень старался учиться на четвёрки, но иногда случались и пятёрки. Особенно когда дело касалось эссе. Во время написания сочинений Джаред наконец-то мог выговориться, не боясь, что его побьют одноклассники или об этом узнают Старейшины сообщества. Это была его отдушина, незамысловатая и прекрасная. Он никогда не получал плохих оценок за свои сочинения. Его учитель английского, мистер Морган, часто говорил Джареду о том, что он должен больше писать, просил написать о себе, о своей семье, попытаться стать писателем в собственной зоне комфорта. Мистер Джеффри Морган просто не знал всего. У темноволосого мужчины была добрая душа, несмотря на демонов, засевших внутри него. Джаред не мог видеть демонов, как его отец. Он не мог слышать их шёпот, как слышала его мать. Джаред только знал, что его учитель был очень добрым и что он поощрял мечты, которые Джареду были недоступны. Откуда об этом знать мистеру Моргану? Джаред чувствовал, что для учителя он был всего лишь печальным мальчиком с небольшим потенциалом. Правда заключалась в том, что вся жизнь Джареда была полностью спланирована, он лишь повиновался указаниям. Он был ещё мальчиком, а ему уже подобрали будущую жену. Джаред ни разу её не видел. Её звали Элис Донахью, и она жила в другом сообществе Завета в Огайо. Их родители сами договорились о свадьбе. Когда Джареду исполнится двадцать один, он сможет назваться мужчиной и должен будет жениться. После этого, он должен будет завести детей и растить их согласно воле Господа, чтобы поддерживать Детей Завета. Ему не оставляли никакого выбора. Его отец впадёт в полнейший шок, если Джаред хотя бы намекнёт, что хочет посвятить себя «мирской» школе и стать кем-то иным, нежели сосудом Света. Такое заявление привело бы к очищению. Джаред поёжился. Он ненавидел саму мысль об очищении. Однажды, когда-то давно, ему довелось это пережить. Он был очень маленьким, но помнил это, потому что Старйшины тогда казались ему громадными. Он не мог слезть со стола, на который его положили. Он смутно помнил, как с него снимали обувь, а в мозгу отпечатался безумно выглядящий краснолицый персонаж на его кроссовке. Хоть для большинства людей это мало что значит, но Джаред не мог выкинуть из головы образ Элмо. Он рос в месте, где все ботинки были однотонными – из чёрной или коричневой кожи, - и воспоминание о кроссовке с Элмо было словно клеймо на его подсознании. Он даже помнил, кто этот персонаж. Какой голос был у куклы, шепчущий и радостный. Любимый персонаж Джареда. И как у него мог быть любимый персонаж? Как? Это сумасшествие. Детям Завета никогда не показывали Элмо. Когда он слишком упорно над этим думал, у него начинала болеть голова, а спрашивать значение этого воспоминания у матери или отца он не смел. Как у него вообще могла быть такая обувь? Что он тогда сделал, чтобы заслужить очищение? Он никогда не смел спрашивать об этом. Мало что принадлежало только Джареду Куку, но никто не мог забрать у него способность мыслить. Он будет продолжать в том же духе. Будет держать при себе свои вопросы и тайны. Не было смысла преследовать загадки, которые могут только доставить неприятности. У него и так хватало проблем в школе; он бы не выдержал, если бы с ним так же обращались дома. Он сидел в своей комнате, окружённый учебниками, как вдруг услышал хлопанье входной двери внизу. Громкий скрип старой сетки от насекомых было чем-то вроде неофициального дверного звонка в доме Куков. Слушая, как все его сёстры сбегают вниз по лестнице, Джаред пришёл к выводу, что наверняка приехал новый брат. Он вскочил с кровати и поймал своё отражение в зеркале. Чёрные штаны, свободная белая рубашка, которая делала его фигуру ещё более костлявой. Фермерские работы сделали его тело стройным и сильным, как кнут. Но мальчик критично замечал в себе лишь рост и нехватку веса. Он покинул комнату, босиком спускаясь по главной лестнице. Его мать, Хестер, благодарила Малькольма у порога, пока все пять сестёр Джареда налетели на нового мальчика, как пчёлы на мёд, окружив плотным кольцом. Девочки были очарованы: их возбуждённая болтовня могла кого угодно напугать. Наконец Джаред хорошенько присмотрелся к Дженсену. Глаза Джареда широко распахнулись, и он почувствовал, как перехватило дыхание. Дженсен был красивым. Не просто хорошеньким или симпатичным. Эти слова не шли ни в какое сравнение с тем, что было перед ним. Дженсен был… красивым. Высокие скулы; спадающие белокурые волосы напомнили Джареду о солнечном свете, озаряющем пшеничное поле перед наступлением сумерек. Глаза, зелёные, как хризолиты, пронзили высокого мальчика и заставили покраснеть. Он не мог объяснить, почему, но увидев Дженсена, подумал, что лучше бы не привлекать к себе внимания, следить за своим выражением лица и не пялиться. И не чувствовать себя таким впечатлённым. Рука опустилась на плечо Джареда, заставив его подпрыгнуть, и отец повёл его к дверному проёму. Пока Элайя и Малькольм обменивались рукопожатиями, Хестер повернулась к старшим детям: - Джаред, это Дженсен. Твой новый брат. Поздоровайся. Хестер была милой женщиной. Её светло-каштановые волосы всегда были аккуратно забраны в пучок или перевязаны лентой, а на миниатюрном нежном овальном лице ярко выделялись большие голубые глаза. Сбоку на её подбородке был шрам – несчастный случай с молотильной машиной в детстве. Женщина видела, как мальчики посмотрели друг на друга, и понадеялась предупредить любую враждебность. Конечно, сложно представить, что бы Джаред вдруг стал ревновать к новому брату, но всякое могло случиться. Теперь Дженсен был вторым сыном, а ведь до этого Джаред был единственным мальчиком в семье. Пять маленьких девочек и один очень высокий мальчик. - Можешь показать ему свою комнату? Джаред утвердительно кивнул и протараторил вежливое приветствие: - Дженсен, добро пожаловать домой. Пойдёшь за мной? Мы живём наверху. Он отвернулся ото всех и почувствовал, как румянец заливает щёки. Он не мог объяснить почему.