Глава 2. Советчики.
3 сентября 2014 г., 02:40
— И что мы всем скажем? Что у нас теперь не ярл, а ярлесса? Ульфрет Буревестница — встречайте и жалуйте! — новоиспеченная нордка широкими шагами мерила комнату.
— Ну, по крайней мере с именем определились, — Каменный Кулак хмуро следил взглядом за расхаживающей взад-вперед женщиной.
— Нельзя допустить, чтобы кто-то узнал! — нервно восклицала та. — Если хоть кому-то станет известно… Да еще если Туллий, пользуясь возможностью, не преминет пустить грязные слухи… Всему конец, никто не пойдет под наши знамена!
— Согласен!
— Скажем, что ярл отбыл по делам, — Ульфрик резко остановился. — Ты за старшего. Никому ни слова, пока не решим проблему.
— А как мы ее решим? Есть идеи?
Мысль позвать на помощь придворного мага пришла в их головы почти одновременно. Вунферт Неживой являлся членом коллегии Винтерхолда и слыл весьма опытным магом. Но, что самое главное, он был всецело предан Ульфрику и уже не раз оказывал неоценимые услуги ярлу, возможно, он бы справился и с этой щекотливой проблемой. Опасаясь прибегнуть к помощи стражников или слуг, Галмар самолично отправился за магом. Вунферт очень удивился, когда сам Каменный Кулак — правая рука Ульфрика, ни свет ни заря вломился в его комнату, растолкал бедного старца и, ничего толком не объяснив, потащил из комнаты, буркнув только, что Ульфрику требуется помощь.
— Надо, так надо… Для Ульфрика — что угодно, — сонно пробормотал маг, едва поспевая за Галмаром.
— Вот, — когда они вошли в королевские покои, Галмар кивнул на молодую женщину, которая стояла у окна и куталась в меховую накидку ярла. — Вот наша проблема.
— О, понимаю… — с невозмутимым выражением лица закивал Вунферт. — Ярл не хочет допустить появления нежелательных наследников? Так бы сразу и сказали. Что ж, не впервой, не впервой. Подождите немного, сейчас я принесу все необходимое. Но сначала мне нужно ее осмотреть. Какой срок?
Ульфрик, который сначала совершенно ничего не понял, вытаращился на мага так, как обычно смотрят на умалишенных. Но, когда до него постепенно дошел смысл сказанного, и он увидел, что Вунферт направляется к нему, чтобы «осмотреть», то в ужасе отшатнулся.
— Не бойся, голубушка, если срок небольшой, ограничимся простыми снадобьями. Ты просто выпьешь зелье и все закончится, — поспешил он заверить светловолосую нордку, которая почему-то начала пятиться и отступать от надвигающегося старца.
— Галмар, скажи ему! — пискнула нордка, продолжая отступать, пока не уткнулась спиной в стену.
И Галмар сказал. Говорил он долго, сбивчиво. Вунферт слушал его рассказ с выражением крайнего скептицизма. Но взглянув на шрамы, и задав несколько вопросов о событиях, которые мог описать только Ульфрик, маг не на шутку задумался. Ни слова не говоря, он вышел, а вернулся уже с полным ворохом книг и свитков. Долго он копался в записях, тихо бормоча себе под нос. Иногда применял какие-то заклинания, иногда просто молча глазел на ярла, изучал карты созвездий и, наконец, заговорил:
— Кажется, я знаю, что произошло. Картина не вполне ясна, но… Не буду вдаваться в подробности, я бы объяснил вам процесс своих исследований, но вы меня не поймете. Для того, чтобы понять… — Вунферт принялся философствовать, но был бессовестно прерван.
— Послушай, — Ульфрик мертвой хваткой вцепился в мантию мага. — Вытащи меня из этого тела! У меня тут война на носу, я не могу возглавлять армию в таком виде. Эти руки — ярл затряс перед носом мага своими изящными кистями, — слабы, они и нормального меча не удержат! Вытащи меня из этого проклятого слабого тела! Проси, что хочешь! Все сделаю, только вытащи!
— Что ты узнал? — спросил Галмар.
— Я полагаю, тут не обошлось без вмешательства даэдра. Сказать наверняка я, конечно, не могу, но ни один в мире маг не в состоянии за одну ночь изменить пол человека. Такая магия потребовала бы огромных затрат сил и нескольких месяцев экспериментов над испытуемым. Сейчас конец месяца Последнего Зерна, а в такое время воздействие даэдрических сил может быть особенно ощутимо.
— Так это не Талмор? — настороженно спросил Ульфрик, который настолько привык винить во всем эльфов, что никак не мог поверить в их непричастности к его горю.
— Не думаю. Невероятное по своей мощности колдовство — такое не под силу даже самым квалифицированным магам Альдмерского Доминиона. Это вмешательство высших сил, не иначе.
— И что теперь я, по-твоему, должен делать?
— Я думаю, стоит поискать решение в коллегии магов в Винтерхолде, — Вунферт глубокомысленно нахмурил брови. — Я практически уверен в своем предположении, на счет вмешательства даэдра. Но я ограничен в ресурсах. Я напишу рекомендательное письмо Савосу Арену, архимагу коллегии, я у него на хорошем счету, он прислушается к моей просьбе и поможет тебе разобраться.
— Значит мне предстоит странствие в Винтерхолд?
— Несомненно, — закивал Вунферт. — И послушай, что я тебе скажу. Раз уж ты выглядишь, как женщина, то и вести себя должен соответственно, — добавил он поучительным тоном.
— Устраивать истерики по всякому поводу и постоянно изводить окружающих своими жалобами? — скептически приподняв бровь, спросил ярл, припомнив Роган — свою последнюю «возлюбленную», которая за месяц их совместного времяпрепровождения попила у него кровушки не меньше, чем войска имперского легиона за последний год.
— Говорить тише, ходить медленнее и более плавно, как бабы ходят, — Галмар, кажется, смекнул, о чем толкует Вунферт. — Сидеть, сведя колени вместе. В общем, тебе следует вести себя, как подобает деве. Начни с походки. Давай, попробуй пройтись!
«А ведь они правы, Талмор бы их побрал. Ох, не по нутру мне изображать из себя бабу, да вот придется. Никто не должен догадаться. Так, сейчас главное успокоиться. Ничего ведь сложного в этом нет, ерундовое дело!» — Ульфрик тяжело вздохнул, расправил плечи и… пошел…
Сказать было проще, чем сделать. Гораздо проще. При первой же попытке пройтись «как подобает деве» у ярла сразу же появилось ощущение необычайного дискомфорта и даже неловкости — одно дело смотреть на женские округлости со стороны, и совсем другое, когда эти самые округлости трясутся при каждом резком движении, а уж если ускорить шаг — так и вообще начинают подпрыгивать. Со стороны наблюдавших за его дефиле Галмара и Вунферта послышалось сдавленное фырканье.
— Если ты так пройдешься по улицам города, за тобой тут же образуется очередь из… хм, восторженных поклонников, — Вунферт кашлянул, в попытке скрыть смех.
— Задом так не верти, — разъяснил Галмар, — если не хочешь, чтобы тебя затащили в ближайший закоулок. Народец тут ретивый, живо наложат лапы.
Следующие несколько часов Галмар с Вунфертом, с видом непревзойденных знатоков учили Ульфрика как правильно ходить, как сидеть, как держать спину. Как следует разговаривать, ведь слышать фразы «я сказал» вместо «я сказала» от особы женского пола было бы весьма странно. Когда, после очередного «дельного» замечания совершенно обессиленный ярл уже готов был взвыть во весь голос, Галмар заметил:
— Еще одно… Ты не можешь занимать покои ярла, поскольку теперь, формально, им не являешься.
Тут Ульфрик и вовсе растерялся. Галмар, конечно же, прав, но где ему теперь жить? Не в казармах же со стражей? Все дворцовые покои были заняты, и даже более — переполнены. Чем дальше, тем больше единомышленников прибывало в Виндхельм, чтобы примкнуть к его войску и вопрос их размещения в замке уже не первую неделю являлся главной головной болью управителя Йорлейфа.
— Я думаю стоит попросить помощи у драконорожденного. Он ведь недавно говорил, что в скором времени собирается в Винтерхолд, верно, Галмар? — маг повернулся к норду. — Довакин ведь преданный последователь и верный соратник ярла, думаю, он не откажет. Пускай отведет Ульфри… Ульфрет в Винтерхолд. А говорить ему всю правду не обязательно. Скажем, что нужно сопроводить девушку в коллегию по личному поручению ярла. А до отбытия Ульфрет может пожить у него.
Менять свои любимые дворцовые покои на небольшой, хоть и уютный дом Довакина Ульфрику совсем не хотелось, но делать нечего. Горестно вздыхая, ярл прихватил свою верную булаву, которая теперь казалась ему слишком тяжелой, набил полные карманы септимами и, в сопровождении старого друга покинул королевский дворец.
— Соберись, — Галмар попытался подбодрить своего друга и ярла. — Что же ты трясешься, как баба. Будь мужчиной, ты же истинный норд.
— Если ты не заметил, дружище, я и есть теперь баба, — огрызнулся Ульфрик. — И я не трясусь, чего мне теперь уж бояться! Меня превратили в женщину, пытались напоить очищающим чрево зельем, учили правильно ходить, сравнивали со шлюхой, что еще может быть хуже? Я думаю, что хуже этого уже ничего быть не может.
Оказалось, что может. Ульфрик понял это, как только они, прошествуя через весь город, постучали в двери Хьерима. Широкое лицо Довакина расплылось в самой идиотской улыбке, при виде закутанной в меха эффектной нордки, которая в сопровождении Галмара зашла в его дом.
