Зависимые

Меня разбудил крик коменданта, который, казалось, мог разбудить весь штат. - Уэй, Айеро, подъем! Вам особое приглашение на завтрак требуется? – пропищала она. Я уже хотел сказать, что не голоден, но звук умирающего кита, доносящийся из моего желудка, спалил всю контору. Еще бы, я не ел со вчерашнего утра. Айеро проигнорировал коменданта, наигранно спрятавшись под одеялом. Нехотя поднявшись с кровати и захватив с собой полотенце, я поплелся в душ. Около раковин стояла та самая компания, что накинулась на меня вчера, и еще четверо подростков. Те с опаской и неким презрением покосились на меня. Я же спокойным шагом направился в душевую кабину. Неужели все так уважают и боятся Фрэнка, что слушаются и подчиняются каждому его слову? На самом деле, я был даже рад такому повороту событий. Ведь если бы не Айеро, кто знает, что бы они сделали со мной вчера. Сняв с себя всю одежду, я включил душ. Первые холодные капли коснулись моей кожи, заставляя ее покрыться мурашками. Кто-то вошел в помещение. Несмотря на то, что вода заглушала практически все звуки, что доносились из-за пределов душевой кабины, я все же смог распознать голос Фрэнка. - Эй, Айеро, - как мне показалось, это говорил тот самый Бен. Повисло секундное молчание, и парень сразу же исправился. - Фрэнк, - более тихо произнес он. - Чего тебе? – грубо поинтересовался Фрэнк. - Этот красноволосый, он же только вчера заселился? - Ну да. - Чего ты тогда за него впрягаешься? - Ну… он мой сосед, - замялся Айеро. Кажется, Фрэнк и сам не знал, почему за меня впрягается. - Наш Фрэнки влюбился? – сначала был слышен громкий смех нескольких человек, а потом удар. Кажется, тот, кого ударили, отлетел в стену. - Мне абсолютно похуй на этого клоуна, и я тебе это докажу, - серьезным голосом сказал Фрэнк, затем послышалось, как хлопнули дверью. Я все еще продолжал стоять с намыленной головой и открытым ртом. Докажу? Это еще как понимать? Закончив водные процедуры, я вернулся в комнату, где сидел Фрэнк. Накаленная атмосфера чувствовалась еще из коридора. Вытирая волосы полотенцем, я подошел к окну. Я не знаю, понял ли Айеро, что я слышал их разговор, но что-то мне подсказывало, что ему было наплевать. - Ты же понимаешь, что из-за тебя страдает моя репутация? – нарушил тишину он. - Я не просил тебя помогать мне, это было твоей личной инициативой. И позволь спросить, неужели мнение этих тупых представителей социума для тебя так важно? – чувствую, зря я подкинул дров в костер. - Запомни, Уэй, тут одно главное правило: «Либо победишь ты, либо победят тебя». А ты и понятия не имеешь, как здесь поступают с «пораженными». Я не хочу оказаться в их числе. Представь, что ты идешь по бревну над пропастью. Один неверный шаг, и ты погибнешь. Сейчас ты сорвался и висишь над обрывом, вцепившись за бревно. А я стою рядом. Если я захочу, то подам тебе руку помощи, но не исключено, что после этого окажусь рядом с тобой, болтающимся над пропастью. Или же могу просто скинуть тебя. Ты правильно мыслишь, мне абсолютно по барабану на их мнение. Но кто по доброй воле захочет оказаться опущенным? Я прекрасно понимал, что он имеет ввиду. Айеро доходчиво объяснил, что наши с ним судьбы зависят от его решения. Я присел на кровать, отбросив чертово полотенце в сторону. - Что мне делать? – тихо спросил я. - Выживать, - грубо ответил Фрэнк и вышел из комнаты. Вечно он уходит, толком ничего не объяснив! А мне правда было интересно, что я должен делать, чтобы вписаться в их общество. Вести себя так же, как эти нарики с мозгами диплодока? Нет уж, спасибо. Я уже собирался выходить из комнаты, чтобы пойти на завтрак, но мой взгляд упал на мусорное ведро, стоявшее около выхода. В нем валялся скомканный альбомный лист. Обнаружив, что это был мой рисунок, который я оставил Фрэнку в знак благодарности, я разозлился, порвал его на кусочки и выкинул обратно в мусорку. Спустя минут десять, я все же нашел эту гребанную столовую. Хотя, слово «столовая» - это слишком сильно сказано. В буфете нашей школы еда аппетитнее выглядит, чем здесь. Я кое-как проглотил ужасную манную кашу, которая в основе своей состояла из множества комочков, слипшихся между собой. К холодному чаю, который был покрыт блестящей пленкой, а это говорит о том, что заваркой пользовались ни один раз, я даже не притронулся. Подавляя рвотные позывы, которые возникли после утреннего перекуса, я забежал в комнату за пачкой сигарет (благо, курить, здесь было разрешено) и пошел прогуляться. За второй день пребывания в этой тюрьме, именуемой интернатом, я ни разу не встречал, чтобы человек шел один. Как я понял, все подростки были разделены на компании и ни на минуту не отлучались от своей шайки. Кажется, я был единственным изгоем. Уйдя в самый лес, что находился на территории, я сел на скамейку, которая стояла рядом с каким-то сараем, и закурил. Клубы сизого дыма медленно растворялись в воздухе. Из сарая послышались какие-то звуки. Я насторожился. Мое любопытство мешало мне просто сидеть на месте. Я встал с лавочки, направился к сараю и открыл дверь. - Ку-ку, - от неожиданного звука я вздрогнул, - Наша шлюшка сама пришла. На старых бочках сидело четверо парней во главе с Беном. Говорила мне мама, не суй нос не в свое дело, это до добра не доведет! Сглотнув ком, что подступил к горлу, я хотел убежать, но почувствовал удар в спину. Оказавшись на полу, я понятия не имел, что делать. Кричать о помощи Фрэнка – абсолютно бессмысленно. Я попытался встать, но получил сильный удар в живот. Кажется, я понял, почему на этой лавочке никто не сидит. Один из них сорвал с меня штаны прямо с бельем. Глаза предательски защипало. Я и правда чувствовал себя шлюхой. Беззащитной шлюхой, которая не может ничего сделать, кроме как молчать и подчиняться. Парень развел мои ноги и, облизав палец, резко ввел его в меня. Я вскрикнул. Задницу пронзила адская боль. Всю свою жизнь я - гетеро и, следовательно, был девственником в этом плане. - Да он у нас не готовый, - в насмешку сказал тот. - Отойди, Джек! – крикнул Бен, - Надо быть аккуратнее, нам же не нужно, чтобы в медпункте все узнали, - произнес он и бросил моему насильнику пакетик с какой-то жидкостью. Как я понял, это была смазка. Что же, из двух зол нужно выбирать меньшее, так что я был благодарен (если можно так выразиться в данный момент). Неожиданно для всех присутствующих, дверь старого сарая громко скрипнула. На пороге показался Айеро. - Привет, Фрэнк! Проходи, представление только начинается, - крикнул кто-то, чьего лица я не видел. Айеро закрыл за собой дверь и облокотился на нее, скрестив руки на груди, пошло ухмыляясь. Как я понял, помощи от него не будет. Вот, что означало «доказать».