Снорка

Харма скрывалась в кустах у ворот, тропа от которых ведет к Армейским складам. Увидев Снорку, химера, как всегда, обрадовалась. Девушка погладила любимицу по голове, и вся троица пошла по заросшей, некогда асфальтированной дороге, пролегающей через лесок. В лесу было красиво. Мрачные деревья с чуть желтоватыми листьями окружали тропу. Этот лес было не сравнить с другими лесами, что находятся за Периметром – здесь стояла особая, жуткая и в тоже время завораживающая атмосфера. Вдруг Харма свернула с натоптанной сталкерами тропы к старой, облезлой ели и осторожно раздвинула огромной лапой прелые листья. На свет появился небольшой белый гриб. Химера наклонилась, оторвала зубами шляпку и с недовольным видом съела ее. Кот сильно удивился, значит, самый опасный мутант Зоны не такой уж и кровожадный. Химеры обычно предпочитают свежее мясо. Растения, а тем более грибы, эти мутанты не едят никогда. Хотя кто знает химеру, выкормленную тушенкой и бутербродами с колбасой… Снорка тоже удивилась. – Ничего себе... – пробормотала она. – Конечно, я ее выкармливала человеческой едой, но грибы я ей не предлагала никогда... Да и не нравится ей, по глазам вижу. Оголодать она никак не могла – вон какая упитанная. – Все бывает… Может ей другая химера нашептала, что грибы, выросшие в лесной полосе между Затоном и Армейскими складами, полезны для здоровья, – пошутил Кот. – Там же столько полезной для мутантов радиации… – Кто сказал? Радиация полезна в умеренных дозах. Вот я, например, не могу жить без излучения и аномальной энергии Зоны. Но если я поселюсь в четвертом энергоблоке без снаряжения, там точно получу лучевую через сутки-двое. – Везет… – хмыкнул Кот. – Хотя… Я не химера. Я всего лишь чуточку мутированный человек. Может и впрямь Харме полезны грибы. Харма, слопавшая весь белый гриб, подошла к соседней молодой елочке и выудила из листьев красную сыроежку. – Однако, она у тебя грибница, – сказал Кот. – Эх, я тоже грибы любил… Бывало, с отцом в лес рано утром уйдем и до вечера там бродим… Вернемся – по две огромных корзины принесем и до середины ночи вместе с матерью и сестрой перебираем… Как у меня мать вкусно их потом готовила! Иногда скучаю по тем годам, когда все были живы… – А что с ними случилось? – Авария. Они все вместе на дачу ехали, а мы с сестрой в городе остались – экзамены в университете сдавать надо было и мне, и ей. Потом звоню матери на мобильник, узнать, как добрались – недоступен. Я тогда даже не заволновался – связь в пригороде хуже некуда. На следующий день мне позвонили и сообщили об аварии. Отец заезжал на бензоколонку и у него случился сердечный приступ. Теряя сознание, отец пытался затормозить, но нажал не на тормоз, а на газ… В результате «Жигули» сгорели дотла. Остались мы с Ксюхой вдвоем… Через несколько дней умерла от инсульта мать моего лучшего друга. Он и подбил меня пойти в Зону. Через месяц мы уже были новичками на Кордоне. Ксюха пошла с нами, но после первых боев с мутантами захотела домой. Но обратного пути не было – и так еле-еле через Периметр пробрались. Она сейчас в Деревне новичков – так и сидит там вместо врача. Она в мединституте училась – с детства хотела врачом стать. Вот и нашла свое призвание, спасает жизни. А мы с Громовым пошли дальше… Разное потом случалось… К нам присоединились Немой, Турков, Серый… Потом Туркова и Немого убила химера, мы с Громом и Серым вступили в Долг… При бое с монолитовцами я потерял их. У меня осталась лишь Ксюха, да и осталась ли… Уже полгода на сообщения не отвечает. – Да уж… У меня хоть отец остался… А может, и не остался… Я с ним уже много лет не общалась. Он ведь тоже сталкер. Харма, съевшая все грибы в радиусе ста метров, подошла к Снорке. Группа ускорила шаг. – Что мне здесь нравится, – сказала девушка – что здесь спокойно. Ни одного мутанта и аномалий мало. – Харму ты за мутанта не считаешь? – усмехнулся долговец. – На этот счет, кажется, я уже говорила... – Ни одного мутанта, кроме твоей подруги... Ага, и вон тех кабанчиков, – сказал Кот и показал взглядом на опушку, где спокойно дрыхли четыре взрослых кабана и семь детенышей. Харма быстрым, но неслышным шагом пошла к лежбищу. Кот было уже прицелился вожаку в бошку, но Снорка остановила его: – Не стреляй в него. Им займется Харма. А мы примемся за остальных. До самого большого кабана оставалось метров двадцать, как химера, набрав приличную скорость, разогналась и с рыком прыгнула на него. Кот пустил очередь в голову другому кабану, лежавшему неподалеку. Оставшиеся в живых лесные свиньи завизжали и, довольно быстро поднявшись на ноги, попытались кинуться на Харму. Но та, ударив лапой бегущего впереди поросенка по морде, одним прыжком оказалась на середине опушки и помчалась вправо от Снорки и Кота. Один взрослый кабан заметил сталкеров и свернул к ним. Снорка выпустила в него несколько пуль из Беретты. Одна попала хряку в глаз, и он, пропахав по инерции еще пару метров, уткнулся рылом в землю. – Неплохо, – оценил работу девушки Кот. Химера, чтобы дать Коту и Снорке отстрелить оставшихся мутантов, погнала их за собой в их сторону, но, не добегая метров сорок, резко свернула в сторону. Последний оставшийся взрослый кабан помчался на Кота и тут же получил несколько грамм свинца в толстый лоб, а семеро поросят так и пытались угнаться за Хармой. Кабанчик, ударенный по морде когтистой лапой, отставал. Кот выпустил в него короткую очередь, дабы тот отстал навсегда. Химера периодически останавливалась и с грозным рычанием хлопала лапой по мордам кабанчиков. Кот и Снорка стреляли по отстающим раненым поросятам. Наконец, все кабаны были убиты. Девушка потратила всего две обоймы, а Кот – один магазин. Не так уж и много, если учесть количество противников. Но и не мало, путь предстоит неблизкий, а купить или взять патронов негде. Если только в Рыжем лесу, на заставе Долга. Но до этого места еще нужно дойти. Тем временем вся троица шла по тропе дальше. Часто попадались аномалии. Около одной из Воронок, почти завязавшей в узел растущее рядом деревце, виднелась Медуза. Брать ее путники не стали – толку, как и денег, которые можно выручить за артефакт, мало, а лишний груз совсем не нужен. К тому же свободных контейнеров не имелось – у Снорки Липучка и Плетенка, а у Кота – та же Плетенка и несколько Оливок, которые гасили излучение сборки. Все оставшееся место в рюкзаках было занято едой, медикаментами и патронами. Количество аномалий увеличивалось с каждым пройденным метром. Через десять минут путники замедлили шаг: Снорке, чтобы найти путь через аномальные поля, требовалось время. К гравитационным аномалиям: Трамплинам, Воронкам, Каруселям прибавились мерцающие искрами Электры. Идти становилось сложнее и сложнее, нервное напряжение нарастало и нарастало. Кусты справа зашуршали. Харма кинулась чуть в сторону от них с грозным рыком. Никого не видно. Зашуршали другие кусты, рядом с ними мелькнуло что-то бурое и тут же растворилось в воздухе. Кровосос наматывал круги вокруг сталкеров. Химера отчаянно пыталась поймать мутанта, но слишком часто теряла его из виду. Кот, едва замечая врага, тут же открывал по нему огонь. Получив несколько пуль, кровосос переставал скрываться: на это не хватало сил. Теперь Харма могла гнаться за ним, уворачиваясь от ударов когтистых рук. Недавно, на опушке, была похожая ситуация, только теперь роль кабанов играла химера. К счастью, пока что монстр ни разу не задел ее. Через несколько минут кровосос с ревом начал удаляться от несостоявшихся бифштексов, чтобы накопить сил для нового нападения. Но тут Харма оттолкнулась от земли, прыжком сбила его с ног и прокусила ему шею. Раненый мутант откинул ее в сторону, естественно, практически не причиняя ей вреда. Химера прокатилась по земле, чуть не влетев в Трамплин, и тут же вскочила на лапы. Но этих двух секунд кровососу хватило, чтобы раствориться в воздухе. Озверевшая Харма еще долго рычала ему в след… Осторожно оглядываясь по сторонам в поисках врага, Кот, Снорка и Харма пошли дальше. У химеры на спине была неглубокая, но длинная царапина: монстру все же удалось достать ее своими когтями. Через двадцать минут напряжение спало. Химера успокоилась и перестала рычать в молчащую пустоту. Уже начинало казаться, что сбежавший с поля боя кровосос уже не вернется. Вдруг Харма опять начала рычать и нервничать. Снорка резко повернулась назад и два раза выстрелила. Тот самый, раненый кровосос, стоявший у девушки буквально за спиной, тихо зарычал и свалился на землю с дыркой в голове. – Как ты его почувствовала? – удивился Кот. – Не знаю. Ощутила чье-то дыхание за спиной и опять голос… Внутренний голос опять подсказал мне, что надо обернуться и выстрелить. Количество аномалий постепенно уменьшалось. Идти уже было легче. До Армейских складов оставался где-то километр. Сталкеры решили остановиться на небольшой привал. Только путники поставили рюкзаки на землю, как из кустов показалась небольшая мордочка щенка слепой собаки. Химера глянула на него и то ли мявкнула, то ли рыкнула. Щенок тявкнул ей в ответ и скрылся в зарослях. – А не к матери ли он побежал? – сказал Кот. – Совсем не хочется, чтобы к нам прибежали сородичи этого пока что милого создания. Раздался выстрел. – А мы тут не одни… – протянула Снорка. – Как-нибудь отобьемся. Ну и сами, может быть, сразимся...