Снорка

Все затихло. Путники замерли. Человек, стрелявший в щенка, тоже. Кто это? Враг или нейтрал? Свободовец или одиночка? Он один? Или их несколько? Наверняка он слышал рык химеры, которым она прогнала щенка. Стоять без движения и ждать можно было долго. Через пять минут ожидания Кот не выдержал и сказал: – Выходи давай. Кто бы ты ни был, обещаю, что не буду стрелять, если сам не начнешь. – Ладно, – ответил знакомый Коту голос. Из-за кустов медленно вышел человек в «Ветре Свободы». – Кто ты? – спросил Кот, уже зная ответ. Свободовка подняла голову и ответила: – Ксюха Сиамка. Рада знакомству, братик. – Теперь я понимаю, почему ты перестала отвечать на мои сообщения, – хмыкнул Кот. – Ты специально вступила в Свободу? Мне насолить решила? Ведь если узнают о нашем родстве, то нам явно не пряников раздадут. – Хорошо тебе меня винить, – обиженно протянула девушка, закатив глаза. – Сам-то вон, с монолитовкой кайфуешь. Я, между прочим, уже сто раз пожалела, что на Армейские склады поперла. В разговор вмешалась Снорка: – Никто со мной не кайфует. Я, между прочим, временно его пленница, и он ведет меня на Янов, к своему главному. – И ты так спокойно говоришь, что находишься у кого-то в заложницах? – вскинула брови Ксения. – Да ты мазохистка, я смотрю. – Кот говорил, ты на Кордоне осталась. Каким же макаром ты сюда попала? – Так получилось, нечаянно, – вздохнула Сиамка. – На Кордон свободовцы приезжали. Зачем – не знаю. С нами у костра сидели. Я тогда сильно выпила и заснула. Проснулась в машине, и ребята мне объяснили, что я в пьяном угаре записалась к ним. Так и сидела я в этой дыре. Сначала очень жутко было. Я всего боялась и с базы даже выходить не хотела. Потом как-то решила прогуляться с ребятами за артефактами. Так и получилось. Знаете, как я хочу оттуда сбежать! Только некуда. Да и трусиха я жуткая. Хожу за артефактами рядом с базой с двумя стволами и полным рюкзаком. – Мы видим, – сказал Кот. – Чего сюда-то забрела? Да еще и одна. Тут мы недавно от кровососа еле отбились и стаю кабанчиков перестреляли. Причем заметь: нас тут не двое. Мы с подругой Снорки идем, Хармой. – И где же она? – Да небось где-нибудь в кустах спряталась, – сказала Снорка. – У нас с ней уговор. Людей она трогает лишь по команде, а так, завидев сталкера, прячется. – Людей трогает лишь по команде… Она мутант?! – Да. Только не пугайся. Думаю, химер ты еще никогда не видела. Харма! – Она химера?! Харма вышла из-за своего укрытия: большого валуна. Снорка погладила ее по голове и сказала: – Вот она, моя лучшая подруга. Не бойся, она ручная. Сиамка минуту постояла в оцепенении и с мольбой произнесла: – Люди, возьмите меня с собой. Я вам могу «Лерку» отдать. Только уведите меня из этого кошмара! Сказав это, она протянула Коту свою LR300. – Ну, допустим, возьмем мы тебя, – ответил сестре Кот, – а ты как без автомата? – У меня пистолет же есть, – она взяла в руки свой Desert Eagle, один из самых лучших пистолетов Зоны. – И куда ты дальше? На Янов? Как там к нам отнесутся, если увидят тебя? – А ты скажи, что я тоже пленница! – Знаешь, при штурме группы монолитовцев погибли все мои друзья. Снорка потом не раз спасала меня. Я ей сказал, что раз она меня спасла от смерти, я ее могу не вести к Рокотову. Но она уперлась: пойду и все! Зачем ей к полковнику – не знаю. Но тебе к нему зачем? Умереть хочешь? – Нет. Я не знаю. Что-нибудь придумаю. Только не оставляйте меня здесь! Пожалуйста! – Ладно. Пойдешь с нами. Сейчас у нас привал. Дождемся ночи и будем пробираться через склады. – Через склады не получится. Ночью у нас надзор за территорией знаете какой? Тремя группами патрулируется, причем тщательно, а не так, как раньше. – Значит, придется идти через Радар и биться с фанатиками… – протянул долговец. – Не придется, – сказала Снорка. – У меня есть план. Главное, вы мне подыграйте. Будет немножко сложно, но, думаю, справимся. – Идти через Радар? – запоздало ужаснулась Ксюха. – Ни за что! Я же и стреляю не метко, отнюдь не снайпер! А вы, пусть даже и с химерой, вряд ли прорветесь! И потом, Кот, подумай. Может, у нее со своими договор такой! Потому она и упирается, хочет жертву своему булыжнику принести! – Дура, – беззлобно сказал ей Кот. – Ты ее не знаешь. Как она свое детство провела. Как с химерой познакомилась. Как они друг друга выручали. Как она меня от выброса прятала. Как через Глючник проводила. Как на меня ценные сборки из артефактов не жалеет. Кот рассказал все, что ему было известно про девушку: от самого рождения и до нынешних дней. Сиамка удивилась и вроде как поверила. А Снорка спросила: – Слушайте, а чего у вас кликухи такие? Кот, Сиамка… Свободовка улыбнулась и ответила: – Из-за фамилии. Котовы мы. Меня сначала все Кошарой звали. Потом из-за характера – Сиамкой. Ну и кошек я люблю. – Ну вот тебе кошечка, – сказала Снорка, показывая на Харму. – У нее вроде в дальних родственниках кто-то есть из кошачьих. На счет сиамских, конечно, не знаю. Но для Зоны моя «котейка» то, что надо. И поласкается, и порычит, и всех, кого надо, перегрызет, и никаких сухих кормов не надо: сама себе кабанчика поймает. – Или грибов нароет, – добавил Кот, не переставая удивляться: ну почему химера ела грибы? – А почему ты Снорка? – задала очередной вопрос Ксюха. Монолитовка отмахнулась: – Потому что я их легко брала под контроль. Сейчас это имя уже не оправдывает себя… – У вас привал или так и будем стоять? – спросила Сиамка. Сталкеры достали из рюкзака еду. Воды оставалось не очень много. Ксюха предложила, что сбегает к себе на базу и возьмет там чистой воды, но Кот не разрешил: – Не ходи. Во-первых, где гарантия, что тебя не раскусят, во-вторых, мне не особо хочется пить воду с базы анархистов. – Кот, сейчас не до принципов, – сказала Снорка. – Я тоже не горю желанием пить эту воду, но выбора не остается. – Ладно, продержимся как-нибудь, – отмахнулся долговец. – Ага, и сдохнем от жажды где-нибудь на подходе к Радару, – недовольно буркнула Сиамка. – Не сдохнем, – сказала Снорка, – если найдем какой-нибудь небольшой водоем. – Пить радиоактивную воду? Ни за что! – вздрогнула свободовка. – Правда, Снорка, – поморщился Кот, – это ты у нас, Зоной с детства закаленная, можешь хоть голой по Саркофагу бегать. Мы ведь обычные люди, не наделенные никакими особыми дарами. – Да подождите вы! – прервала поток неодобрений девушка. – Я забыла еще кое-что про Оливки рассказать. А может, и рассказывала, только ты, Кот, уже забыл все. Если опустить один шарик в емкость с водой, то она станет пригодна для питья. Правда, впитав из воды в себя радиацию, артефакт перестает работать и начинает фонить. – Ну у нас Оливок не так много, – сказал Кот. – На какой объем воды одна Оливка рассчитана? – Примерно до пяти литров. Я не мерила, не знаю точно. – Что за Оливки? – запоздало поинтересовалась Сиамка. – Артефакты с Затерянных полей, – пояснила монолитовка. – А насчет того, как мы пройдем через Радар, не волнуйтесь. Есть план. Главное, сыграть его надо убедительно да потерпеть несколько дней. – Где эти несколько дней провести надо будет? – испугалась Ксюха. – Здесь, в лесу? – Бери выше, – усмехнулась Снорка, – на Радаре. И пожалуйста, не начинай опять свои «не хочу – не буду – боюсь»! – Ну правда… Там нас живо расстреляют, а в первую очередь – Кота, потому что он штурмовал то здание, где ты сидела… – Ксюха! Ты меня вообще слышишь? Или тебе свободовцы мозги в траве прополоскали? Я же сказала, что все продумала! Мы мирно и тихо пройдем без всяких перестрелок. Внезапно в кустах кто-то зашуршал. Сталкеры живо схватили оружие и встали. Харма, продолжая лежать на земле, тихо рыкнула в сторону кустов. В ответ ей раздался тихий непонятный звук: то ли рев, то ли рык. Через несколько мгновений из зарослей вышел снорк. Но он, находясь метрах в двух от сталкеров, совершенно не собирался ни на кого нападать. От удивления никто даже не стал стрелять. Снорк остановился около монолитовки и сел. Он посидел рядом с ней несколько минут, после чего, издавая странные звуки, поскакал дальше. – По-моему, теперь я поняла, почему ты именно Снорка, а не Контролерша какая-нибудь, – сказала шокированная Сиамка. – Это не простой снорк. Это наш с Котом знакомый. Почему он здесь и почему без товарища, я не знаю.