Мой личный кошмар

Надо сказать, что эти эльфы мне понравились несколько больше, чем те, что рассекали воздух в Ривенделле. Обитатели долины Имладрис были слишком спокойными, одухотворенными и нездешними, чтобы их можно было воспринимать всерьез, без желания подколоть, напакостничать или хоть каким-нибудь образом вывести из равновесия. И что-то мне подсказывает, что мы с гномами успешно с этой задачей справились и Владыка, а также его подданные еще не скоро забудут нашествие горных варваров. Эти же лесные жители были не в пример приземленнее и агрессивнее, и я бы даже испугалась, если бы не знала, что они меня не видят. Что-то мне подсказывало, что терпеть голых гномов в дворовом фонтане они точно не будут, и я взмолилась небесам и двум призракам неподалеку, чтоб хоть те или другие даровали Торину, волосы которого вставали дыбом от одного только слова «эльфы», выдержки и разумности. Уж не знаю, поспособствовали ли тому мои молитвы, но подозреваю, что сдерживающим фактором оказалась стрела, недвусмысленно направленная узбаду прямо в лицо и едва не задевающая его нос острым кончиком. Торину это явно не нравилось, но он угрюмо молчал, сперва сведя глаза к переносице, а потом сфокусировав взгляд на агрессоре. — Гномы, — с непередаваемым отвращением выплюнул эльф со светлой гривой ничуть не растрепавшихся в бою волос и светло-голубыми, почти бесцветными глазами. — Эльфы, — не остался в долгу Торин, и, на мой придирчивый взгляд, у него получилось внушительнее. — Есть контакт, — сообщила из кустов я, но гном меня мужественно проигнорировал. — Что вы делаете во владениях Короля? — справедливо рассудив, что окруженный отряд гномов сильных бед наделать не сможет, эльф опустил лук, с тщательно скрываемым любопытством разглядывая стоящих перед ним противников. Ха, наивный. Может, потом бы отряд Торина и перебили, но сначала узбад точно добрался бы до бедовой головушки уверенного в себе остроухого. А я бы поспособствовала этому благородному делу. — Просто мимо проходили, — буркнул Двалин и неприязненно скосился на хрупкого и изящного эльфа, который целился в нашего здоровяка. Я хихикнула. Создавалось впечатление, что Двалин перешибет эту тощую жердину одним ударом. Может, я была не так уж и не права. — Просто мимо проходили? — насмешливо переспросил предводитель эльфов. — По тайной тропе? Да еще и не поддавшись на морок, который должен был завести вас прямиком в паучье логово? — Нет, Бильбо, ты это слышал? — возмутилась я, выискивая камень потяжелее. — Они тут так всех гостей привечают — с помощью ручных восьминогих тварей. Неудивительно, что у них тут мертвяков полным-полно. И несдобровать бы остроухому, потому как камень подходящий я уже нащупала, если бы вперед не выступил Фрерин. — Я им показал, — спокойно произнес он. — Леголас, прекращай дурить, ты же был прекрасно осведомлен, что они могут пойти здесь. — Трандуил выволочку устроит, — уязвленно буркнул названный Леголасом и мгновенно перестал вызывать у меня агрессию — на его лице появилось нормальное выражение, а не сдобренное презрением высокомерие. — Ты, Фрерин, хоть предупредил бы, что ли, мы ж пауков в эту сторону погнали. Я, конечно, не сомневаюсь, что гномы — отличные воины, но если бы в результате на ваш отряд вышла матка, то мы бы поспели на помощь к мертвецам. Эта тварь мне целый отряд положила и все равно удрала. — Надо было сразу в ловушки ее гнать, — бросил Фрерин. — Я чего-то не понял, — обрел, наконец, голос Торин. — Что тут происходит?! Фрерин, объяснись! — Давно прошло то время, когда я держал перед тобой ответ, — достаточно резко ответил медноглазый, но мгновение спустя смягчился: — Ты действительно думаешь, что я, истощенный и измученный после плена в Дол Гулдуре, смог бы выжить в этом лесу без посторонней помощи? — Это же эльфы! — взвыл Торин, забыв про все. — Когда мы нуждались в помощи, они отвернулись от нас! — Торин, да тихо ты! — завопила я, внимательно прислушиваясь к разговору. Обстановка накалялась. Эльфы молчали, явно не представляя, как себя вести с неадекватной гномьей компанией, а сами гномы только растерянно переводили взгляды с Торина на Фрерина и обратно. Братья вздрогнули и одновременно повернулись ко мне. Остроухие окончательно пали духом — немудрено, особенно когда два гнома единовременно разговаривают с пустым местом. — Какая разница, что было тогда? — распалялась я. — Ты подумай о том, что будет сейчас — вы устали, проголодались и замерзли. Ладно-ладно, не замерзли, я это ввернула для нагнетания атмосферы. В любом случае, если вам сейчас предоставят ночлег и ужин, то дальнейший поход будет гораздо более продуктивен. Разве я не права? Торин посмотрел на меня, как на предательницу, но говорящую умные вещи, пусть и неприятные. — А Фрерину потом морду набьешь, — добавила я и спешно ретировалась в кусты, чтобы не перепало от медноглазого, у которого от неожиданности вытянулось лицо. — Прости, Фрерин, но Торин это сделает в любом случае. Считай это официальным предупреждением. — Леголас, я думаю, Владыка не будет столь нелюбезен, что откажет нам в приюте? — уточнил Фрерин, отворачиваясь и стараясь не замечать полного справедливого возмущения взгляда Торина. — Нет, — согласился Леголас. — Вы только ведите себя потише. А не как в прошлый раз, Фрерин! Сказал и знаком приказал своим воинам опустить оружие. Эльфы мгновенно рассредоточились: вперед ушли два разведчика, остальные окружили отряд гномов, чтобы никто не потерялся в коварном лесу, и двинулись вперед. Мы с Бильбо переглянулись и последовали за ними. Идти пришлось не так уж и долго — около получаса, но к тому времени я, привыкшая болтать хоть с кем-нибудь, совсем извелась и подумала, что срочно надо давать обет молчания. Иначе я рискую тут совсем сойти с ума от недостатка общения, а так хоть выдержку потренирую. Торина и Фрерина не хотелось совсем уж дискредитировать в глазах эльфов, а Бильбо не мог мне отвечать, даже если бы у него было желание — его не видели, но могли слышать. Сначала я что-то напевала себе под нос, потом проголодалась, а так как до Дори было десять шагов и шедший за ним эльф, я загрустила и от скуки все-таки пристала к Фрерину. — А о чем Леголас говорил? — поинтересовалась я. — Что ты такое устроил, что это помнят даже эльфы? Торин, пытающийся сохранить величественный вид, скосился на меня, явно заинтересованный, а его брат смутился. — Было дело, — едва слышно буркнул он. — Когда мне удалось сбежать из Дол Гулдура, я оказался здесь, в этом лесу, и почти сразу заблудился. Конечно, за мной послали отряд орков, а мотаться по незнакомым чащам с таким хвостом — то еще удовольствие. В результате я, как и мои преследователи, наткнулся на эльфийский отряд. У них их предостаточно, потому что приходится постоянно зачищать территории из-за нашествия темных тварей, которые так и лезут из древней крепости. Орков, конечно, перебили, меня скрутили и отправили к Трандуилу. Мы немного с ним повздорили… — Немного, — хмыкнул Леголас, который, как оказалось, слышал каждое слово, но решил, что Фрерин это все рассказывает Торину. — Крики были слышны аж у главных ворот, и у меня создалось впечатление, что я внезапно попал в человеческий кабак. Еще бы немного — и на кулаках бы, наверное, разборку устроили. — Да за кого ты нас принимаешь-то?! — возмутился Фрерин, а я заметила, что Торин неудержимо расплывается в улыбке. Вот она, пакостная гномья натура: сделал гадость — в сердце радость, особенно если объект гадости — это эльф. Я точно гном. Леголас только плечами пожал, а я внимательнее к нему пригляделась. Молодчик-то явно с двойным дном: весь такой из себя остроухий, а в глазах нет-нет, да мелькнет что-то озорное. Огромные ворота в эльфийский дворец не были громоздкими. Наоборот, они казались чем-то невесомым, и создавалось впечатление, что их можно пальцем проткнуть — настолько изящными завитками скользил узор по створкам толщиной в пару метров. Далеко не всякий таран возьмет такие. Я засмотрелась и едва не прозевала момент, когда эти сворки захлопнулись. Почти перед самым моим носом — спасибо мистеру Бэггинсу, который вовремя меня дернул, затаскивая внутрь. Кажется, по своей неуклюжести я умудрилась оттоптать ноги одному из эльфийских стражников, и теперь тот удивленно таращился на пустое место перед собой, оказавшееся на редкость агрессивным. Гномы были напряжены, хотя я бы не сказала, что был повод чувствовать себя пленниками: оружие у них не забрали, их самих не связали и не пихали некультурно в спину, терпеливо дожидаясь того же Ори, что спотыкался на каждом шагу. Молодому гному нравилось тут решительно все, судя по тому, как он вертел головой; я даже опасалась, что она у него просто-напросто открутится. А вот мне не особо нравились запутанные ходы, большинство из которых представляли из себя уходящие вверх мосты и переходы, тянущиеся от одного необъятного ствола дерева до другого, и лестницы, вьющиеся так, словно архитектор был немного поддат, а потому прямую линию начертить не смог. И все без малейшего намека на перегородки или перила. Возникал вопрос: эльфы не пьют или они даже в хмельном состоянии способны не навернуться с одной из таких дорожек и закончить завывающим от обиды призраком с переломанной шеей? — Я думаю, вам стоит поговорить с Трандуилом, — ненавязчиво оттеснил Фрерина и Торина в сторону Леголас. — Иначе он не простит подобного пренебрежения. Я, увязавшись за ними, только хмыкнула: по лицу Торина стало ясно, что он готов еще и плюнуть сверху на макушку этому пресловутому Трандуилу, а не разговаривать с ним. Но Фрерин, кажется, был умнее или просто терпеливее, а потому понимал, что пользоваться гостеприимством лесного народа, но при этом воротить нос от аудиенции у Короля — последнее дело. И я была с ним в этом согласна. Проблема заключалась только в том, что меня особо как-то и не спрашивали. И вообще, с того времени, как мне пришлось скрыться от чужих глаз, я почувствовала себя на удивление невостребованной и загрустила. А уж когда Леголас повел представителей рода Дурина к таинственному Трандуилу, а остальных, включая крайне недовольных таким положением дел Фили и Кили — вообще в другую сторону, так и вовсе растерялась. С одной стороны, мой желудок так громко требовал позаботиться о нем, забытом и несчастном, что даже Фрерин на меня удивленно косился, а с другой — мое любопытство упорно дергало за ниточки и вынуждало последовать за Торином и его братом. В конце концов, природный двигатель прогресса все же победил, и я пристроилась за эльфом, опасливо поглядывая себе под ноги. Первое, что меня поразило — это малое количество охраны. Я, конечно, не видала еще королей столь часто, чтобы диктовать условия, но вспомнила курсы истории и сторонние материалы, которые в свое время с удовольствием изучала. А уж там во всех красках расписывали, что рядом с каким-нибудь величеством постоянно ошивался с десяток личной охраны, а еще одна двадцатка становилась в кружочек даже тогда, когда монарх тискал очередную фаворитку. Тут же было всего два стражника, причем шлемы у них отличались особой красотой, но явной нефункциональностью. — Как они в них вообще ходят? — поразилась я, обходя одно такое чудо по кругу. — Или они думают: ну и что, что ничего не видно, зато выгляжу лучше всех? А эти… рога? Они к земле не клонят? Стража, которая цепляется за все выступы шлемами — позор для правителя! Торин старался выглядеть серьезным, но на узбада, похоже, напал страшный, можно сказать, недуг — злое веселье. И потому гном вполне благосклонно воспринимал все мои не отличающиеся лояльностью к эльфам комментарии происходящего. — Торин, сын Траина, — величественно прозвучало откуда-то сверху, и я задрала голову. Лесной Владыка был мужчиной импозантным. Осанка — словно палку проглотил, глаза ледяные, брови кустистые, а уж побрякушек на нем было нацеплено… В общем, я едва не сплюнула. Остановило меня только отчетливое ощущение, что Король играет давно заученную роль, а маска настолько прочно прилипла к его истинному лицу, что вряд ли сквозь нее прорвется хоть одна настоящая эмоция. — Мое почтение, Трандуил, — чуть склонил голову Фрерин и таким приветствием и ограничился. Торин так вообще сжал зубы и промолчал, волком глядя на эльфа. Того такой холодный прием ничуть не удивил. Однако лесной Владыка снизошел до того, чтобы подняться с трона и спуститься вниз, на грешную землю. А я увидела удивительную красоту, которая заставила меня восхищенно замереть. В изголовье трона, увенчанного огромными оленьими рогами, раскинулось незнакомое мне созвездие. Составлено оно было из потрясающих, прозрачных, будто воды горной реки, камней, которые отражали приглушенный свет и рождали на своих гранях изумительную, непередаваемую в своей красоте радугу. Разве я могла удержаться? Вооружившись загогулистым ножом Фили, я, пользуясь тем, что хозяин покинул свое место, взгромоздилась с ногами на трон и, высунув от усердия язык, начала увлеченно выколупывать самый крупный камень, находящийся в центре созвездия. — Ты что творишь? — опешил Фрерин и зашипел, пока Владыка испытывал терпение Торина, не обращая внимания на посторонние шумы и странное поведение гнома: — Отойди оттуда! Увидят — все ведь на нас спихнут! — Пусть тогда весточку Элронду пошлют, — фыркнула я, не собираясь расставаться с добычей. Камень, плотно прилегающий к окантовке, слегка поддался. — И когда тот расскажет им, что твой братец со спутниками устроили на званом ужине, а после — в фонтане во дворе, то Трандуил поблагодарит всех своих богов за то, что легко отделался. — Слезь немедленно! — явно разозлился медноглазый, чем сильно напомнил мне Торина. Но как от того мне удавалось пока успешно удирать и избегать взбучек, так и с Фрерином не составит труда подобное провернуть. — Прекрати! Придем в Эребор — возьмешь себе любой камень, да что там — наберешь столько, сколько в твои жадные руки влезет! — Там дракон, — пропыхтела я, осторожно раскачивая проворачивающийся в гнезде камешек и изредка косясь на увлеченного монологом, в смысл которого я даже не вникала, Владыку. — Не сватай мне то, что еще пока тебе не принадлежит! — А тут Трандуил! — простонал Фрерин. — Один другого не лучше! — Да пусть себе колупает! — неожиданно вступился за меня порядком замученный эльфом Торин. — От этого сноба не убудет. Ты лучше послушай, чего он от меня хочет — камни ему подавай! Так что, Фрерин, оставь девку в покое, пусть эльф где-то найдет, а где-то потеряет. — Торин! — ошарашенно повернулся медноглазый к брату. — И ты туда же! — Я вообще с кем разговариваю? — будничным тоном вопросил Трандуил, про которого все благополучно забыли, и гномы разом повернулись к эльфу, одарив того таким взглядом, что Владыка даже задумался: а так ли ему надо встревать в разговоры двух братьев? Камень наконец подался, покорно вывалился и лег мне на ладонь. Я тут же сунула его в карман, намереваясь полюбоваться уже потом, в безопасном месте, и повернулась, собираясь сообщить о своей победе гномам. И заметалась: Трандуил плюнул на невменяемых гномов, занятых собственной перепалкой, и отправился на свое законное место. То есть на трон, на котором сейчас так некультурно стояла я, причем с ногами. Момент, когда я могла незаметно спуститься, не столкнув поднимающегося эльфа, я пропустила, а потому мне пришлось сделать то, что меня вконец расстроило — забраться на рога, что изображали спинку трона. — Торин Дубощит, — устало сообщил Король эльфов, — в знак того, что я предлагаю забыть нашу вражду, я даю твоему отряду кров и пищу сегодня, а также потом один из моих отрядов проводит вас к границе Леса, оберегая от врагов, которых здесь немало. Отдыхайте и готовьтесь продолжить свой поход. — Ишь какой хитрый, — мстительно заявила я сверху, нависнув над белобрысой макушкой, увенчанной такой же рогатой, как и трон, короной. Нет, у этого эльфа явно пунктик. — Думает, ему что-нибудь потом перепадет. Торин ухмыльнулся и кивнул головой, соглашаясь с язвительностью, скользнувшей в моем голосе. — Все, что будет лишним, отдадите мне, — заявила я, заставив Фрерина схватиться за голову. — Даже если я все это не унесу — так увезу. Или утащу по частям. — Жадность тебя сгубит, — тихо прошипел медноглазый и отвернулся, собираясь уходить. — Э, погодите, — растерялась я, неожиданно понимая, что снимать меня отсюда никто не собирается, а сколько Трандуилу, недоуменно глядящему на гномов, вздумается просидеть на троне, я понятия не имела. И узнавать это на личном опыте мне совсем не хотелось! — А как же я? — Вот как залезла, так и слезешь, — мстительно бросил Фрерин, разом расплываясь в улыбке и поспешно ретируясь, пока я не устроила здесь практический семинар по использованию ненормативной лексики. — Вы уйдете отсюда или нет? — не выдержал совершенно сбитый с толку лесной Король, недовольно заерзав на троне. Чтоб тебя известная болезнь прохватила! Ну что мешало этому эльфу опустить свое седалище чуть-чуть попозже?! — Мы тебе оставим поесть, — подмигнул мне Торин, довольный моей антиобщественной деятельностью. Кажется, мне придется проторчать здесь до самого вечера. Я взвыла и, наплевав на все, кубарем скатилась со своего насеста, чудом не задев Трандуила, который, почуяв движение рядом с собой, мгновенно оказался на ногах, но зато ощутимо ударившись локтем. Вскочила, развернулась и бросилась вслед за уходящими гномами. Но забыла про ступеньки, которые коварно подвернулись мне под ноги, и я с воплем, сделавшим бы честь даже банши, провалилась в уже знакомое ничто.