Наследие

Возвращение в школу походило под девизом "Я не буду вести себя как гриффиндорец". Это было своего рода обещание, которое я себе давал перед зеркалом первого сентября столько раз, пока не вышло достаточно убедительно. В начале каникул я определил, что вёл себя глупо и необдуманно, потому в этом году я хотел избежать подобных ошибок. Убеждал я себя довольно долго, так как не был уверен, что справлюсь. Всё-таки пять лет среди львов дали свои результаты. От гриффиндорских замашек будет не так-то просто избавиться. Но я приложу максимум усилий для достижения данной цели. Главное, чтобы мне не мешали и не подталкивали ко всяким безрассудным вещам. Это у моих друзей получается особенно хорошо. Почти так же хорошо, как учителям на всё закрывать глаза. Уменьшив свой сундук и убрав его в карман, пошёл вниз. Было уже десять, и нам надо было поторопиться. С девяти часов по дому кто-то носился, кричал. Вещи собрать вчера додумался лишь я. Близнецы не захотели снова идти в школу и вчера свалили в свой магазинчик. Рон и Джинни активно бегали по дому и собирали разбросанные вещи. Я встал в восемь, сходил в душ, надел заранее приготовленную одежду, убрал пижаму и вчерашний, выстиранный заботливым домовиком, комплект одежды, не спеша, аккуратно убрал волосы в косу, с помощью эльфа вплетая в неё зелёную ленту. Кричер уверил меня, что это жутко подходит к моим глазам. Я поверил ему на слово, но бант на конце косы показался мне чересчур девчачьим, однако я решил, что у меня нет лишнего часа, чтобы всё это переплести, как и нет достаточного терпения для этого. Потом я сходил позавтракать. Молли активно будила детей и заставляла их пошевеливаться, потому завтрак ещё готов не был. Но любезный Кричер сделал мне овсянку с фруктами, пару тостов с джемом и налил очень вкусный чай. Не спеша я позавтракал, ко мне под конец присоединись Ремус и Тонкс, и мы неплохо поболтали. И вот сейчас уже пол одиннадцатого, а они всё ещё не готовы. Я почти начал требовать у Рема, чтобы он меня одного на станцию доставил, но тут пришёл Грюм и одним своим рыком заставил всех поторопиться. Без пятнадцати мы аппарировали на станцию. Там все уже активно прощались и заходили в вагоны. Гермиона уже была на вокзале. С минуту она удивлённо смотрела на меня, а потом её прорвало: - Гарри, ты так необычно выглядишь! Не смотря на то, что твой образ немного женственный, тебе очень идёт! – если бы мы не опаздывали, я бы сказал ей всё, что думаю об её умственных способностях! Как она могла додуматься сказать такое? Это жутко оскорбительно! Только я могу говорить про себя, что выгляжу, как девчонка, а она имеет права так только думать. И то, только до тех пор, пока я не научился читать мысли. – Почему ты не написал мне об этом? Ты должен был сразу рассказать, что с твоей внешностью что-то случилось, - начала она меня отчитывать без перехода. – Ты вёл себя очень безответственно! Интересно, а как тогда она себя вела, не написав другу за всё лето ни строчки? Или же то, что она бросила в беде того же друга? Это не только безответственно, но ещё, к тому же, бездушно и совершенно не по-гриффиндорски. Если уж смотреть на факультет, то грифы в последнее время совершенно не оправдывают свой статус. Единственное, чего у них не отнять, так это безрассудства. А вот про благородство и смелость я бы поспорил. Зато слизеринцы никак не выбиваются из своего образа. Берегут свою шкуру, всё время что-то хитрят и всегда выходят сухими из воды. Взять хотя бы Малфоя-старшего, который как-то играючи избавился от подозрений в участии в неудавшемся налёте на Министерство. Равенкло упорно делают вид, что единственное, что их интересует, это книги. Только почему-то активно участвуют в создании и распространении сплетен. Наверное, как учёным, им просто нестерпимо хочется поделиться своими мыслями с другими. А хаффлпаффцы вообще мечутся от одного лагеря к другому. Если что-то сильно скандальное придумали грифы, они поддерживают их, если вороны, то их, и даже слизеринцев не обделят вниманием. Вообще, в последнее время студенты школы у меня ассоциируются с большим стадом баранов, которое пасёт стайка змей. К стайке змей я отношу пару слизеринцев из последних двух курсов, Снейпа и Дамблдора. Последний ни за что не оставит без контроля целую колонию абсолютно не думающих своей головой идиотов. Ведь, управляя ими, он управляет и их родителями, умело задавая тон общественному мнению. Я знаю, что он может многое. Я просто уверен, что он мог бы выпереть Амбридж из школы, найти хорошего, а главное, компетентного преподавателя по ЗоТС. И он смог бы возобновить дело Сириуса, и он мог бы в обход Фаджа просветить общественность о возвращении красноглазого. Он вообще не просто мог бы это сделать, он обязан был это сделать. Но у него какие-то свои наполеоновские планы, в которых мне самому не разобраться. Но вот когда я буду уметь читать мысли… Интересно, а окклюменция помешает мне? Уж мои-то природные щиты ему не пробить, но вот пробью ли я его? Было бы интересно узнать, о чём думает глупый старикашка. Хотя, глупым был я, а он-то как раз таковым и не является. По-быстрому отчитав нас, Гермиона потащила Рона в сторону вагона старост. Не знаю, где были мозги у того, кто предложил кандидатуру рыжего на пост старосты. Хотя, какой факультет, такой и староста. Мы с Джинни вошли в вагон, но её тут же куда-то утащила подскочившая подружка. В общем, купе я пошёл искать в гордом одиночестве. Правда, далеко мне уйти не удалось. Из одного купе вышел Малфой и, судя по значку на мантии, он отправлялся в сторону, куда уже ушли Рон с Гермионой. Он тоже значительно вырос. Если в прошлом году он был меня всего на пол головы выше, то сейчас он был не ниже Забини (что я теперь всех друг с другом стал сравнивать, и собственно, откуда я помню, какого роста был Забини?). И если для последнего такой стремительный рост из-за вступления в наследие вполне нормален, то для Малфоя... Хотя, у него тоже могло быть какое-нибудь наследие. И если бы от отца (какого-нибудь) мне не достались эльфийские гены, я бы тоже был высоким. Вампиры все высокие! Один я какой-то ущербный. Малфой, увидев меня, остановился. Он был немного удивлён. Я смог отделить чужие эмоции от картинки, потому авторитетно заявляю, рожа у него была непроницаемая. Правда, не долго. Втянув воздух, он уставился на меня, как на восьмое чудо света. А его следующий вопрос заставил удивляться уже меня. - Поттер?