Преемник — 2: Настоящий король

      Сенжу казалось, что прошла целая вечность, пока он карабкался по хрупкой лестнице наверх. Волосы прилипли к искусанным губам, а по лбу стекали капли пота. Левая рука дрожала, а правая стала болеть ещё сильнее. Гном чувствовал очередной приступ лихорадки, поэтому нужно было как можно скорее добраться до Фили и всё ему рассказать.       Глаза понемногу привыкли к темноте, но голова продолжала кружиться. Сенж чуть ли не на четвереньках поднимался наверх, ощупывая ступени левой рукой. В правой пульсировала острая боль, но лучник сейчас старался не придавать этому значения. Оставалось двигаться вперёд.       Очередная склизкая ступень с грохотом полетела в небытие, и лучник замер. Он находился на порядочной высоте, и перспектива упасть совершенно ему не нравилась. Каменные перила некогда большой и крепкой лестницы разрушились окончательно, что придавало подъему ещё большую сложность.       Когда-то эта лестница предназначалась для спасения важных персон, знати, вельмож, женщин, детей и самого короля, дабы, в случае нападения дракона, защитить их здесь. Правда, до сегодняшнего дня проход этот так и не пригодился. Сенж в очередной раз возблагодарил Махала за своё спасение и, помотав головой, стал продвигаться дальше. Ступени вверху были много крепче, и Сенж уже увереннее перебирал руками и ногами. Запах сырости понемногу остался далеко внизу.       Вскоре гном уткнулся в тупик, который оказался полузакрытой дырявой дверью. Собравшись с силами, гном поднялся и плечом толкнул дверь. Та оказалась на удивление хрупкой, и Сенж с грохотом ввалился в подвальное помещение, подняв столб пыли, которая копилась здесь долгие годы. При падении Сенж выставил вперёд руки. В правой руке вновь вспыхнула боль, и гном еле удержался, чтобы не закричать. Он лишь скрипнул зубами и перекатился на спину, кашляя от пыли, которая забилась в нос. Немного отдышавшись, Сенж хрипло истерически рассмеялся. Кажется, самое неприятное позади. Но отлёживаться здесь сейчас нельзя было, ещё нужно предупредить Фили о случившемся. Морщась от слабости, которая стала раскатываться по его телу, гном заставил себя подняться, опираясь левой рукой о стену.       Подвальное помещение было не очень большим, но очень пыльным и захламлённым. Старые доспехи, пара столов, ржавые мечи и прочие предметы лежали здесь не один год и просто пылились. Кажется, про этот ход давным-давно забыли. Сенж прошёл вперёд, ведя рукой по стене и стараясь ни на что не наступить.       Дверь, ведущая прочь из подвала, оказалась напрочь закрытой. Железная, с кучей внутренних засовов, на которые прятавшиеся здесь гномы могли запираться, она была словно гигантская стена, которая спасла бы даже от дракона.       — Нет! Нет, нет, нет… — Сенж в отчаянии заколотил рукой по двери, пытаясь достучаться до внешнего мира. — Эй! Слышит меня кто-нибудь?       Лучник принялся бить по двери ногами и долбить её плечом, но лишь потратил последние силы. Оставив бессмысленные попытки и опустившись на пол, Сенж со злостью ударил кулаком по двери и закрыл глаза. Он заперт тут, и теперь оставалось либо ждать чуда, либо попытаться вернуться назад тем путём, которым он попал сюда. Едва вспомнив своё «путешествие» от хранилища с ядами до этого захламлённого подвала, гном поморщился. У него не хватит сил вернуться назад. Он свалится с лестницы или его вновь обуяет страх в тесном тоннеле. Нет, надо попытаться найти выход здесь.       Разозлившись на мнимых ландскнехтов, самого себя и вообще на обстоятельства, Сенж скрипнул зубами и вновь поднялся на ноги. Он принялся колотить руками по двери и вопить во весь голос:       — Кто-нибудь, помогите мне! Я здесь!       Когда последние силы оставили его, а голос постепенно стал хрипнуть, Сенж сдался. Привалившись спиной к двери, он сполз на пол и закрыл глаза, перед которыми плясали цветные пятна. В голове загудело, а правая рука вновь отозвалась нестерпимой болью.       — Нет, надо остановить их… — бормотал гном, почти погрузившись в беспамятство. — Остановить...       Ответом ему была гулкая тишина.

***

      Кили не знал, сколько времени он провёл в спасительном беспамятстве, но когда пришёл в себя, голова дико болела, а к горлу подкатывала тошнота. Что за дрянь он пил прошлым вечером? Пытаясь припомнить события ближайших часов, гном сел на кровати, потирая руками виски. Сидящую подле него Тианиссу он заметил не сразу.       Девушка дремала в кресле, накинув на плечи тонкий платок и обхватив себя руками. Во сне её лицо было таким умиротворённым, таким… прелестным. Кили мысленно одёрнул себя от такого разглядывания и негромко кашлянул.       Девушка тут же всполошилась, открыв глаза и бросая на Кили встревоженный взгляд. Увидев, что лучник пытается встать, она тоже вскочила, откинув платок на пол.       — Кили! Как ты? Голова болит? — Гномка присела на кровать и ощупала лоб Кили, словно он только оправился от лихорадки.       — Нет, всё отлично, — соврал Кили, встав с кровати и, пошатываясь, направившись к двери.       Лучник хотел выйти на улицу, подышать воздухом, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Недавняя новость о смерти Генри совершенно выбила его из колеи, но ужаснее всего было осознавать, что все здесь лгали ему, чтобы якобы уберечь его от потрясения.       — Кили, прости…       Тихий, слегка сдавленный и виноватый голос Тианиссы заставил Кили остановиться. Замерев сначала у двери, гном развернулся и взглянул на девушку, уже понимая, за что она извиняется. Она ведь тоже знала и лгала ему.       Принцесса выглядела растерянной, стараясь тщательно подобрать нужные слова. Но Кили так смотрел на неё, что ей вновь стало стыдно. Тиа уже не раз корила себя за враньё. Набравшись решимости, Тианисса подошла ближе и взяла гнома за здоровую правую руку.       — Я знала, что произошло с твоим другом, Кили. Знала и лгала тебе вместе со всеми. Но пойми – так было нужно. Ты чуть не погиб, мы не могли взвалить на тебя эту потерю. По крайней мере, не до тех пор, пока ты не поправился бы.       Кили вдруг резко вырвал свою руку, а глаза его недобро сузились.       — Вы не имели права ничего от меня скрывать! Я заслужил правду, пойми ты наконец! Он был моим другом, а для вас он считался только помилованным преступником! Я до последнего хотел увидеть Генри, поговорить с ним, а вы делали из меня идиота!       Кили резко развернулся, схватился за ручку двери и хотел выйти, но потом понял, что сильно погорячился. Он не должен был так разговаривать с девушкой. Сделав глубокий вдох, Кили виновато взглянул на Тианиссу, которая, как ему показалось, готова была разреветься.       — Тиа, прости меня… я правда идиот, не должен был кричать на тебя. Прости…       Тианисса плотно поджала губы и слегка кивнула, показывая, что не злится. Когда за Кили закрылась дверь, она медленно опустилась в кресло и вытерла выбежавшую из глаза слезинку. Как же он не понимает, что ей действительно стыдно? А она и правда повела себя ужасно, нужно было всё рассказать ему, помочь преодолеть эту боль, а она… Сколько девушка прожила здесь, она видела, как нелегко приходилось Кили. Он постоянно попадал в какие-нибудь ситуации, часто ругался с братом, а в последний раз чуть не погиб, выполняя его приказ доставить письмо к Трандуилу. Кили был прав – он заслуживал знать правду, а они так бессовестно с ним поступили.       Но всё же девушка не смела перечить королю Фили, который попросил всех пока что ничего не говорить брату. Принцесса же разрывалась надвое, споря со своей совестью, и всё чаще думала о здоровье Кили, когда тот был в Лечебном крыле. Тианисса замечала, что всё чаще думает о младшем брате короля, и это было неправильно. Она не должна была, просто права не имела, это могло расцениваться как предательство по отношению к Фили, за которого она, возможно, выйдет замуж.       Девушка встала с кресла и расправила светло-зелёное платье. Дурацкое платье. Оно постоянно цеплялось за что-нибудь или душило девушку тугим корсетом. И зачем она только нацепила его? Хотела обратить на себя внимание Кили? Вздор какой-то! В последнюю очередь она должна думать о таких вещах, она ведь не какая-то трактирная девка, трясущая своими прелестями перед всеми вокруг.       Печаль быстро сменилась злостью. Принцесса вытерла остатки слёз и стремглав вышла из покоев Кили, чтобы привести себя в порядок и надеть любимые кожаные штаны. Погода сегодня позволяла взять молодого пони и отправиться поохотиться.

***

      Софи немного успокоилась, идя по тихим и безлюдным улочкам Дэйла. Девушка плотнее закуталась в плащ, поправила капюшон и, прижав к себе мешок с пожитками, неспешно зашагала в сторону рынка, на котором хотела приобрести новый плащ и немного еды. Можно было конечно попросить о помощи Иллию, но Софи решила не рисковать, ведь девочка отправила бы её прямиком к Фили. Нет, никто не должен её хватиться, прежде чем она окончательно покинет Эребор. Стоило лишь опасаться Джарека, который наверняка уже рыщет по округе, словно ищейка, а если он её найдёт…       Софи сглотнула. Не стоило и представлять, что тогда с ней будет в таком случае. Джарек разорвёт её на части и ни за что не поверит в её враньё о том, что она просто вышла погулять. С такими, как её брат, шутить не стоило вообще. Он убьёт её и глазом не моргнёт. Ах, если бы она имела хоть часть мужества, она сказала бы ему «нет» в тот самый момент, когда брат решил отправиться сюда. Ну почему она такая бесхребетная?       В глазах нестерпимо защипало, но девушка быстро вытерла их рукавом тёплой телогрейки. Не время сейчас заниматься самобичеванием, нужно было совершить задуманное.       Бегло оглядевшись и убедившись, что за ней нет слежки, гномка двинулась вперёд к рыночной площади. Отовсюду беспрестанно доносились зазывные крики торговок. Людские женщины, раскрасневшиеся от мороза, улыбались и демонстрировали свои товары. Их звонкие голоса разносились по всему городу, оживляя его.       Софи забилась в середину толпы и старалась ни на кого не смотреть. Люди иногда не замечали её и могли случайно толкнуть. Коротко извинившись, они вновь торопились по своим делам. Постепенно Софи успокоилась. Здесь её больше никто знает, значит больше шансов скорее улизнуть.       Впереди девушка увидела прилавок с пряниками и маслом. В животе сразу заурчало, ведь гномка почти ничего не ела. Лежавших в мешке крошек хватит лишь на один день. Заранее достав золотые монетки, Софи подошла к торговке и попросила два пряника и маленькую баночку масла.       — Пряники пряные, ароматные! Не пожалеешь, уважаемая! — приговаривала женщина, упаковывая товар.       Софи деликатно улыбнулась и, протянув торговке монетки, быстро пошла дальше, вдоль прилавков. Осталось подобрать лишь плащ, в котором бы её точно никто не узнал. Покрутив головой, девушка заметила наконец нужную палатку. Тучный торговец в сером кафтане и меховой жилетке переводил взгляд на людей и гномов и неспешно откусывал от маленькой луковицы из своих заледеневших рук. Когда Софи подошла к его прилавку, он смерил её пристальным взглядом и продолжил есть луковицу.       — Что-нибудь приглянулось, красавица? — спросил торговец, но сам смотрел совсем в другую сторону, будто не замечая девушку.       Софи приметила чёрный, подбитый лисьим мехом плащик. То, что ей сейчас нужно. Её плащ, цвета ореха, почти не грел, да и протёрся в нескольких местах. Гномка провела рукой по тёмной ткани с ворсом и осталась крайне довольна. Она будет похожа на странницу, на в которой никто не узнает беглянку из Эребора. А самое главное, Джарека это точно собьёт со следа.       — Я беру его! — воскликнула девушка, протягивая мужчине последние монетки.       Мужчина на минуту оставил своё занятие по поеданию лука и наконец обратил на девушку внимание. Смерив гномку взглядом, он ухмыльнулся.       — А не великоват ли для тебя плащик-то будет, красавица? Моя жена всегда шьёт эти плащи для людей, ты в нём запутаешься и не сможешь очаровать своего возлюбленного! — Мужчина засмеялся, обнажая гнилые зубы, изо рта у него нещадно разило луком.       Софи лишь мило улыбнулась, продолжая протягивать торговцу деньги.       — Я закутаюсь в него и мне будет тепло! Так вы продадите его или мне лучше поискать более сговорчивого торговца? — Гномка потрясла перед человеком золотом.       — Ладно, красавица, дело твоё! — Торговец сгрёб золото и сразу же спрятал в большой карман своего жилета.       Софи аккуратно взяла свою покупку и прижала к груди. Первый шаг на пути к свободе. Осталось найти укромное место, чтобы переодеться и спрятать старый плащ, в котором Джарек без труда её узнает. Поблагодарив торговца, гномка кинулась бежать мимо прилавков к тихим и незаметным переулкам. Людей там было намного меньше, только бездомные коты да собаки бегали. Там она без труда сможет переодеть плащ и улизнуть из города. Куда идти дальше Софи пока не решила, но сейчас самое главное было покинуть пределы Эребора. Может, ей вернуться назад, туда, где жила их мать? Или податься в Синие горы? Этот вопрос она непременно обдумает, когда окажется совершенно свободна! Мысли окрыляли гномку, она даже не обращала внимания на холод и стала приплясывать. Кажется, самое страшное скоро будет позади. Пусть Джарек сам осуществляет свои гнусные планы, а она больше не хочет ни во что впутываться.       Софи свернула за угол. Здесь было темно, солнечный свет практически не проникал из-за высоких домиков. Повсюду валялся мусор и даже недавний снегопад не смог его прикрыть. Откуда-то из-за кучи старого тряпья выпрыгнул тощий бездомный кот, который принялся шипеть на девушку, словно дикая гиена. Гномка оторопела и поспешила обойти мусор и кота, который, видимо, думал, что девушка хочет посягнуть на его имущество. Пройдя ещё дальше, гномка оказалась в тупике. Впереди была большая каменная стена, основание которой было припорошено снегом. Лучшего места просто не найти. Девушка положила мешок и поспешно сбросила себя плащ орехового цвета. Гномку тут же обдало холодом. Телогрейка истрепалась и уже не давала нужной защиты от холода.       Софи наскоро откинула назад светлую косу и облачилась в новый плащ. Ах, как же прекрасно было чувствовать себя в нём. Она словно оказалась под крылом большой чёрной птицы, которая навсегда унесёт её отсюда…       — Думала, что я не узнаю тебя в этом балахоне, мерзавка?       Софи так испугалась, что не сразу сообразила, откуда раздался этот насмешливый и жуткий голос. Быстро обернувшись, гномка увидела перед собой того самого мужчину, который пристал к ней у ворот. Человек выглядел ещё более нетрезвым, чем ранее. Он криво посмеивался, запустив руки в полурваные карманы своих грязных заплатанных штанов.       Софи сглотнула. Она поздно сообразила, что отступать ей по сути некуда – позади была стена, а впереди этот человек, намерения которого не несли ничего положительного. Быстро схватив мешок, гномка стала пятиться к стене, не спуская с человека напряжённого взгляда. От него можно было ожидать чего угодно.       Мужчина хрипло рассмеялся, увидев, что девушка боится его, но бежать ей некуда. Он поправил свою мятую рубаху и громко срыгнул, а потом зашёлся хохотом.       — Думаешь улизнуть, шлюха гномья? Бен не прощает гнусных поступков, а ты публично унизила меня!..       Софи удивилась, что этот пьяный человек ещё может ворочать своим языком. Может выпивка ослабит его силы, и ей удастся вновь ударить его и сбежать? Но вдруг мужчина достал нож и помахал им перед гномкой.       — Будет немного больно, тварь! Если не хочешь умереть, задирай юбку!       Софи выронила свой мешок, и сама чуть не упала в снег. Её затрясло от страха и отвращения. Уж лучше она умрёт, чем будет жить изнасилованной. Правда, сначала она поборется за свою жизнь и не продаст её так дёшево.       Человек стал подходить ближе, продолжая смеяться. Из горла его вырывался сиплый хрип, похожий на скуление собаки. Ещё шаг – и он почти дышал девушке в лицо, которая сжала руки в кулаки и приготовилась бороться с этим негодяем.       Хруст снега позади нарушил триумф человека. Потом мужчина вздрогнул оттого, что кто-то запустил ему снежок в спину. С удивлением и злостью в глазах, мужчина развернулся, готовый порвать на части любого, кто решил помешать его мести. Софи вытянула шею и во все глаза уставилась на неожиданного спасителя.       Перед ними стоял гном в тёмном балахоне, с тёмными волосами и шрамом, тянувшимся от виска до щеки. Несмотря на этот изъян юноша был привлекательным для гнома, а глаза его искрились задором. Для него как будто всё происходящее было не больше, чем игрой. Юноша наклонился, чтобы слепить новый снежок.       — Позволь поинтересоваться, Бен, что тебе нужно от это милой барышни? Кажется, ты забыл, в какой стороне таверна? Могу любезно тебя проводить!       — А ты кто такой? Иди к чёрту, щёголь, пока не прирезал! — огрызнулся мужчина, направив нож в сторону незваного гостя. — Что смотришь, щенок? Брысь отсюда!       Юноша рассмеялся. Смех его чистым ручьём разнёсся по всему переулку, и Софи почему-то не сомневалась, что этот юноша не оставит её на растерзание мерзавцу. Пока мужчина отвлёкся, она аккуратно подняла мешок и стала продвигаться вдоль стены.       Гном бросил снежок в сторону и запустил руки в карманы своего тёмного балахона, словно совсем не боялся человека с ножом. Потом он кивнул Софи.       — Вам лучше не оставаться в этом грязном ужасном месте, милая барышня, — сказал парень, игнорируя слова Бена.       — Эта тварь никуда не пойдёт! — рявкнул Бен, — а ты, поганец, сейчас первым получишь!       С этими словами Бен заревел, словно бык на бойне, и кинулся на гнома. Он выставил вперёд нож, направляя его, как ему казалось, прямо в сердце гному. Юноша лишь усмехнулся. Он был готов к этому. Подпустив мужчину поближе, он ловко увернулся, ухватив его за руку и направив в сторону, не давая себя задеть. Пока мужчина соображал, что произошло, гном оказался за спиной и с силой вывернул человеку руку, отчего тот завопил не своим голосом и осел на колени.       — Больно, тварёныш, отпусти сейчас же!       — Будешь снова донимать эту девушку или отправишься в свою дыру, из которой вылез? — прошипел гном ему в ухо, сильнее надавив.       — Я сейчас кишки тебе выпущу, — брызгая слюной, зарычал человек. Юноша почувствовал адский запах перегара.       — Кажется, ты не понял меня, Бен! Спрашиваю ещё раз – ты уберёшься с наших глаз?       Вместо ответа Бен попытался вырваться, но гном оказался очень проворным и на удивление сильным. Он с такой силой скрутил человека, что у того чуть глаза на лоб не полезли. Побарахтавшись и покричав, пока силы не оставили его, мужчина сдался и стал всхлипывать. Он почти протрезвел, но в голове его всё ещё крутились гнусные мысли. Правда, теперь какой-то вшивый гном смог заставить его передумать.       — Отпусти меня! Забирай свою шлюху, а меня отпусти! — проревел Бен, едва не давясь собственными слюнями.       Гном удовлетворённо кивнул и разжал хватку. Мужчина повалился в снег, потирая руку. Юноша же кивнул оторопевшей и явно напуганной Софи, которая застыла у стены, боясь пошевелиться.       — Идёмте отсюда. Думаю, вы замёрзли и проголодались. Теперь я просто обязан накормить вас и проводить домой. — Юноша протянул девушке руку. — Меня зовут Марк.