Преемник — 2: Настоящий король

      Сенж не знал, сколько времени прошло после того, как он оказался в этом подвале. Он, словно вялая кукла, сидел на полу, прислонившись спиной к железной двери. Голова жутко кружилась, а сознание периодически угасало. Кроме того, рана в ноге сильно кровоточила, несмотря на все попытки лучника обернуть её тканью, оторванной от грязной рубашки. Лучник начинал бредить, а перед глазами возникали образы, которые почти сразу же угасали. Галлюцинации, вызванные лихорадкой, стали учащаться. Когда Сенж приходил в себя, он вновь пытался встать и стучал в дверь, громко крича и зовя на помощь.       Тишина, царящая здесь долгое время, нарушалась копошением крыс и вознёй Сенжа, который пытался хоть как-то достучаться до внешнего мира. Лучник, опираясь левой рукой о стену, смерил подвал шагами и определил, что тот был размером с небольшую комнатку для прислуги. Значит, место это служило лишь переправой из дворца прямиком к лестнице. Но куда же вела железная дверь? Оставив попытки открыть её, гном стал шарить рукой по полкам, пытаясь найти хоть что-то, что поможет ему выбраться. Может быть, где-то здесь завалялся ключ?       Очередная попытка закончилась неудачей, и на гнома обвалилась одна из верхних полок, на которой он нащупал какие-то склянки и горшки. Один горшок с шумом полетел на пол вместе с полкой. Как только горшок разбился, Сенжу ударил в нос сладковато-едкий запах. Неужели и здесь повсюду яды и лекарства? Осторожно опустившись на колени, Сенж стал ощупывать пол, пытаясь понять, что же было в том горшке. По полу растекалась густоватая жидкость со сладковатым запахом.       — Да это же…       Сенж макнул пальцем в густоватую жидкость и лизнул. Поняв, что он нашёл, на лице гнома засияла улыбка. Это был мёд!* Вот что припасли здесь для важных особ, чтобы они не умерли с голоду. Сенж принялся шарить руками по полу в поисках целых горшков. Мёд уже успел заляпать пол, и лучник пару раз в него наступил, беззвучно выругавшись. Найдя на полке ещё один горшок, Сенж с жадностью запустил туда здоровую руку и принялся поедать мёд. Он не ел почти сутки, и силы были ему нужны как никогда.       Мёд засахарился, загустел, но был всё таким же летним и вкусным. Намного лучше, чем просто голодать здесь и истекать кровью. Сенж вновь привалился спиной к замурованной двери, но уже чувствовал себя намного лучше, к нему стали возвращаться силы. Интересно, сколько он здесь продержится на одном мёде? Если он не придумает, как вернуться, то можно просто сразу подавиться этим мёдом, чтобы не мучиться.       Сенж усмехнулся. Ну нет, просто так он не сдастся. Придерживаясь за всё, что попадётся под руку, гном вновь принялся звать на помощь.

***

      И без того тёмный тоннель погрузился во мрак. Повсюду пищали тощие крысы и шмыгали тараканы. Это был самый неприятный путь, ведь предварительно нужно было ещё сдвинуть повозку с нечистотами, прежде чем попасть сюда. К тому же здесь неприятно пахло сыростью.       Марк плотнее закутался в свою тунику и плащ. Он прибавил шаг, стараясь не смотреть на голодных крыс, которые принюхивались и прислушивались. Жадные твари настолько обнаглели, что могли запросто подползти к человеку или гному, если тот замешкается. А Марку не хотелось, чтобы эти скользкие твари приближались к нему. Да, наверно это было одним из самых больших страхов. Впереди показался свет, и юноша облегчённо вздохнул. Он почти пришёл. Бегло оглядевшись, черноволосый почувствовал, как неприятно заныл шрам. Да, воспоминания ничем не сотрёшь. Почесав щёку, Марк зашагал дальше, стараясь ничем не выдавать своего волнения. Когда он дошёл до ворот, часовые в старых лохмотьях, с палками в руках, покрытые оспой, бегло поклонились и пропустили юношу вперёд.       — Топай скорее, он ждёт тебя, — сказал один из них, махнув рукой в сторону прохода.       Марк не ответил. Он знал, что взбучки возможно не избежать, но разве он мог подумать, что такой прекрасной девушке, как Софи, потребуется помощь. Идти вперёд было уже не так страшно. Повсюду висели факелы, а крысы боялись совать сюда носа. Правильно делали, ведь некоторые могли их съесть прямо так, со шкуркой. Марк стянул с себя перчатки и дохнул на замёрзшие руки. Он с ужасом отметил, что они тряслись. Ворон заметит, станет отчитывать. Шрам вновь неприятно заныл. Юноша встряхнул головой, приводя волосы в беспорядок. Пусть лучше кажется наглым, чем напуганным.       Последний поворот. Часовые с какой-то жалостью провожали Марка взглядом. Ну точно, они уже всё знали, как обычно. Некоторые позволяли себе посмеиваться. Марк внимательнее вгляделся в их лица, чтобы запомнить – месть не заставит себя ждать!       В конце тоннеля показалось подвальное помещение, облюбованное для короля нищих. Марк знал сюда дорогу также хорошо, как и собственное имя, данное ему отцом-королём. Ворон всегда был лидером, тоглько жизнь простого гнома была ему не по вкусу, а вот управлять целой гильдией нищих, прокажённых и бездомных стало его основным занятием. Только Марк не хотел такой жизни, и одно такое заявление отразилось клинком на его смазливом лице. Юнше не пришлось выбирать – судьба его давно была предопределена за него.       — Ворон давно ждёт тебя. — Один из часовых указал на дверь и громко чихнул.       Марк лишь покачал головой и вошёл внутрь. в нос ударил запах горелого мяса, а крики приглушались едва слышными молитвами. Юноша огляделся, пытаясь насчитать нищих, которые сейчас заполонили собой всё помещение. В дальнем левом углу лежал старик, который и кричал о боли. Его нога превратилась в кусок мяса, который сгодился бы крыс, обитающих в тоннеле. Подле старика хлопотал юноша, смутно зовущийся здесь лекарем, а неподалёку на коленях ползала гномка, читавшая заунывные молитвы и воззвавшая к высшим силам. Другие нищие как будто не заметили появление Марка, но к юноше вдруг подошёл давно не молодой гном, с длинной чёрной бородой и уставшими глазами. Гном этот отличался более приличной одеждой и ростом. Живот его к старости превратился в пивную бочку. Гном этот положил тяжёлую руку на плечо Марка и слегка сжал.       — Я рад, что ты наконец-то посетил нас, Марк. — Глаза такие же уставшие, как раньше, а вот голос твёрже мрамора, с долей пренебрежения.       — Прости, Ворон. Были дела.       Ворон сразу же скинул руку с плеча сына и сузил глаза.       — Знаю. Мне уже рассказали о твоих «делах». Я приказал тебе принести мне вести о Кили, а не шастать по девкам.       Марк нахмурился. Хотел бы он сейчас разозлиться, втолковывая отцу, что Софи не какая-то там «девка», но знал, что всё это плохо кончится. Ворон обладал завидным статусом среди этих нищих, которые сразу признали его своим королём. Марк по собственному опыту знает, что не стоит тягаться с отцом в выражении собственного мнения. Его интересовали только факты, а не доводы.       — Она знала Генри, — сухо ответил Марк, смотря на отца снизу вверх. Ворон возвышался над всеми гномами здесь.       Ворон прищурился, пытаясь оценить ценность информации, принесённой Марком. Потом король нищих махнул рукой в сторону старика, который продолжал стонать, и его жену, взывающую к Высшим силам.       — К утру он умрёт. Здесь нужно будет почистить, а одежду сжечь. Ты этим займёшься.       Марк бросил беглый взгляд на старика, а потом вопросительно уставился на отца.       — А что, если ему ещё можно помочь? Надо позвать к нему королевского лекаря, я уверен, он сможет…       — Нет! — рявкнул Ворон, тыча пальцем в лицо сына. — Ты хочешь, чтобы вместе с лекарем сюда набежала стража и другие злопыхатели? Не будь таким глупым, Марк. Нищие не будут подчиняться никому, кроме самих себя. Но нищие помнят и не забывают долгов. Генри спас жизнь мне, твоему отцу и твоему королю. Поэтому мы разберёмся и подвергнем мести тех, кто виновен в его смерти! Не привлекая внимания гномов Эребора или Дэйла. Король Фили не знает о нас – так пусть и никогда не узнает! Но если его брат причастен к смерти Генри – ему не убежать от расплаты!       Марк молча слушал, потупив взор. Он так сильно закусил нижнюю губу, что там выступила кровь. Гном давно избавился от привычки перечить отцу, но сейчас был полностью с ним не согласен, поэтому сам сперва хотел во всём разобраться. Благо, что Симон пока на его стороне.       — Как скажешь, — гном лишь пожал плечами. — К утру здесь всё уберут, труп сожгут. Есть ещё раненые?       — Только Осмас. Проклятые люди, гоняют нас, как собак, а ты ещё хочешь открыть им наше убежище. Хватить быть таким простачком. Тебе уже не двенадцать лет. — Ворон направился к двери, поманив за собой сына. — Прогуляемся. Заодно расскажешь мне о той девчонке. Что она знала о Генри?       Марк пошёл следом за Вороном по пути рассказывая ему всё, что удалось узнать. Король нищих слушал молча, всё время хмурился и потирал чёрную бороду. Он прикидывал что-то в голове, делая выводы, запоминая.       — … но потом появился её брат, — продолжал Марк. — Он показался мне… грубым. Не то, чтобы он показывал свою враждебность, но я почувствовал, как испугалась Софи. Может ли родная сестра бояться любимого брата?       — Только если он совсем не любимый брат! — подытожил Ворон. — Думаешь, есть смысл проверить этого Джарека?       — Считаю, что есть, — кивнул Марк. — Возможно, Джарек тоже знал Генри, наверняка может что-то знать.       Ворон вдруг резко остановился, вновь потирая массивный подбородок и поглаживая бороду. Он долго смотрел перед собой, а потом слегка кивнул Марку.       — Значит придётся несколько поменять наши планы. Когда Симон вернётся, передай, что теперь ему придётся присмотреть за этим Джареком. На тебе будет слежка за Софи. Вы ведь успели подружиться?       Марк вдруг покраснел и насупился.       — Я просто выручил её. Любой бы нормальный так поступил…       Ворон вдруг слегка улыбнулся – что бывало с ним крайне, крайне редко.       — Можешь идти, Марк. Я услышал достаточно!

***

      Старый лекарь топтался вокруг разбитой склянки с успокоительной настойкой. Сначала гном побледнел, потом лишился дара речи, а когда пришёл в себя, не знал, как лучше поступить с криворуким помощником – высечь его розгой или просто прогнать его ко всем балрогам. И зачем ему такие неумелые помощники? Родители этих мелких гномов утверждали, что их мальчики обладают желанием трудиться и талантом к врачеванию, но пока эти проказники только теряли ключи от хранилища с ядами и били ценные склянки. В самое ближайшее время старый лекарь, спасший не одну жизнь, намеревался вернуться помощников их бедным родителям, которые платили последние монеты, лишь бы их дети стали хорошими врачевателями. Но это оказалось лишь несчастной растратой последних средств.       — Вам бы руду копать, а не настои смешивать, черти проклятые, — отменно ругался лекарь, подметая с пола осколки и вытирая то, что раньше было настойкой для сна. — Мелкие изверги! Только попадитесь мне на глаза!       Услышав позади себя шорох, лекарь замахнулся, чтобы отделать мальчишек веником, но чуть не попал в Кили, который с ошарашенным видом отпрянул назад.       — Что тут происходит? — озадаченно спросил темноволосы, держась на безопасном расстоянии от явно обезумевшего лекаря.       — А, сбежавший больной! — прокряхтел старичок, бросая веник на пол и берясь за занывшую от боли спину. — Как ваша рука, юноша? Смотрю, повязку вы не меняли с самого побега!       — Я никуда не убегал, — пожал плечами лучник, проходя в келью лекаря. — Просто нудное лежание в палате нисколько не способствовало моему выздоровлению!       Старичок фыркнул и вновь принялся подметать. Кили подскочил к нему.       — Может, помочь вам? Не порезались?       — Проклятые изверги! Разбили склянку, ключ потеряли! Одни расходы от них! Да сядь ты уже! — Старичок полностью отверг помощь лучника, подтолкнув его к стулу. — Сейчас посмотрю твою руку и повязку сменю.       — Да я не за этим, — сказал гном, но всё же сел на стул. — Хотел поинтересоваться другим вашим пациентом! Сенж давно был у вас?       — Кто?! — Лекарь вновь распрямился и посмотрел на Кили с таким лицом, словно первый раз слышал это имя. Потом, немного покрутив мысли в голове, лицо его смягчилось. — Этот бестолковый юнец?       Лекарь принялся кряхтеть, вздыхать и трясти головой, словно в нервном припадке. Он прекрасно знал этого юнца, именуемого Первым лучником Эребора, хотя лекарь дал ему другой статус – Первый упрямец Эребора.       — В последний раз видел, когда мой помощник потерял ключ от хранилища с ядами. Ох, и устроил я тогда трёпку этому мальчишке, а Сенж мимо шёл. Видел, видел его руку. Если ничего не предпринимать, скоро наш Первый лучник потеряет свой статус…       Кили понял ужасающи намёк лекаря и шумно сглотнул. Он и сам понимал, что из –за всего этого упрямства, Сенж рисковал своим здоровьем, и это уже было не смешно.       — Так вы помогли ему или нет? Фили сказал, что отправил Сенжа к вам, чтобы не запускать рану, которая уже гноиться начала. Он во врачебном крыле?       — После того случая я больше его не видел. Видимо, ваш друг так и не решился зайти ко мне. Если увидите его, передайте, чтобы всё же зашёл. Если ещё не слишком поздно, постараюсь сохранить ему руку.       Потом лекарь убрал веник и взялся за бинты.       — А пока я займусь вашей рукой!