Преемник — 2: Настоящий король

      Вновь скрипнули тяжёлые двери, пропуская к заключённым немного света. Не успели они насладиться его отблесками, как в проёме показался командир стражи, за ним шёл палач, король, Кили и Двалин. Едва завидев палача, заключённые затряслись от страха, тесной кучкой сбиваясь в угол. Самые дерзкие остались у решётки, скаля гнилые зубы и выплёвывая отборные ругательства. Каждый предпочитал переносить пытки по-своему.       — Ваше величество, надумали лично узрить пытки над нами? — съязвил один из преступников, смерив короля прищуренным взглядом.       — Нет, сегодня я здесь не для этого, можешь выдохнуть, — ответил Фили, даже не смотря в сторону преступника.       Король устремился к дальней стене, где, по мнению брата, кто-то кричал и пугал заключённых. Фили провёл рукой по холодному камню и приложился ухом. Ничего. Светловолосый обернулся, вопросительно смотря на брата.       Кили и сам кинулся к стене, пошарил по ней руками, приложился ухом. Действительно ничего.       — Это не значит, что ничего не было, — вскинулся младший, кидая взгляд на Двалина и сыскивая его поддержки. — Двалин тоже что-то слышал!       — Ваше величество, думаю, стоит начать пытку, дабы не терять времени! — подал голос палач, всё врем стоявший в тени и ожидавший приказа к началу пыток. — Чем скорее вы получите признание, тем быстрее избавите своё королевство от убийц!       — Мне не нужны ложные признания, — возразил Фили, — мне нужна правда! Пытать кого-то удовольствия ради я не собираюсь.       — Тогда начнём с простого – для начала я покажу преступникам орудие, и если они не решат говорить, то будем переходить к более серьёзным мерам, — прицокнул языком палач, нисколько не изменившись в лице.       Кили с сомнением посмотрел на брата.       — Фили, не стоит ли обойтись без допроса? Мне кажется, заключённые не виноваты в смерти Генри. Им было незачем…       — Мы уже обсуждали это, Кили, — шикнул на брата Фили. — Если тебе больше нечем меня отвлекать, то я, пожалуй, займусь допросом!       — Отложи его! Хотя бы на день! Прошу тебя, Фили. И позови камнеломов. Эту стену нужно сломать, чтобы спасти застрявшего там… не знаю кого, но там точно кто-то есть! — стоял на своём младший.       Фили вздохнул, испепеляя брата взглядом. Видимо, Кили не уймётся, пока не получит своего. Для верности король снова подошёл к стене, пытаясь расслышать хоть какие-либо звуки о помощи. Снова ничего.       — Двалин, ты тоже что-то слышал? — уточнил король, обращаясь к воину, который до сих пор не вмешивался в разговор.       — Не буду врать, Фили, поначалу думал и списывал всё на усталость и царящее здесь наваждение, но уши меня не обманут – действительно что-то слышал. Думаю, сейчас будет разумнее прислушаться к твоему брату.       Потерев переносицу, Фили кивнув и перевёл взгляд на командира стражи.       — Гонн, приведи лучших камнеломов. Они нужны здесь немедленно, скажи, что по моему приказу.       Гном быстро откланялся и тотчас же отправился исполнять. Фили обвёл взглядом присутствующих.       — Ну что ж, давайте узнаем, что прячется за этой стеной!

***

      Джарек был зол. Нет, не просто зол – он был в гневе. Наглая старуха, подлая жадная женщина! Заломила такую цену за какое-то мелкое колдовство без каких-либо гарантий. Но зато она была единственной, кто мог ему помочь? Как теперь выкручиваться дальше? Король ни за что не обратит своё внимание на его жалкую замухрышку-сестру.       Джарек издал звериный рык и с силой вложился в решающий удар. Рекрут только ойкнуть успел, прежде чем отлететь к стене и застонать от жуткой боли. Джарек только сплюнул.       — Слабак, — констатировал он. — Вы все слабаки!       Гном обвёл взглядом рекрутов, которых обязан теперь был тренировать. Кучка жалких трусливых мальчишек, которым никогда не стать воинами. Все они затравленные щенки, вырванные из-под материнских юбок. Жалкое зрелище. Из всех достойным соперником оставался только Нэйт, который стоял в стороне и посмеивался над остальными. Захотелось сбить эту самодовольность с его лица.       — Нэйт! Тащись-ка сюда, хватит отдыхать! — крикнул ему Джарек, помахав деревянным мечом.       Нэйт пожал плечами и подошёл, по пути пиная тяжёлые снежные комки. Он подошёл в центр арены и зевнул.       — Хочешь ещё один поединок? И чтобы тебя снова в звании повысили, принц Джарек?       Джарек пропустил мимо ушей насмешливый тон и указал кивком на второй деревянный меч.       — Бери. — Не просьба – приказ.       Нэйт усмехнулся и поднял меч, подкидывая его в руке. Слишком лёгкий, не такой, как настоящий, но тоже сгодится, чтобы помять бастарду рёбра. Смахнув со лба русые пряди, гном оскалился, словно уже одержал победу над наставником.       — Покажи себя, бастард. С прошлого раза на тебе должок, — Нэйт стал обходить Джарека по кругу, направив на него меч.       Джарек молчал. Он уже изучил технику Нэйта, знал его слабые места, но молодой рекрут с каждым разом умудрялся показывать новую тактику. Это забавляло больше всего, ведь каждый раз победа была за Джареком.       — Нападай, — едва слышно прошептал «принц», удобнее перехватывая деревянное оружие.       Издав боевой клич, Нэйт бросился на Джарека, сразу совершив ошибку и открывшись. Что это значило – решил поддаться или действительно думал с первого раза одолеть наставника? В любом случае, очень опрометчиво, но Джареку не хотелось лёгкой победы – он сделал шаг в сторону, не взмахнув мечом.       — Плохо. — Джарек отсалютовал мечом и сплюнул. — Ещё!       — Нарываешься ведь, бастард! — оскалился Нэйт, придавая себе сходство с наглым маленьким львёнком, у которого ещё клыки не выросли.       — Мастер Джарек будет предпочтительнее моему уху, но если такая злость придаёт тебе сил, я спущу тебе эту издёвку – лишь до следующего раза, — нисколько не поменявшись в лице, ответил темноволосый гном.       Нэйт обходил Джарека по кругу, оценивая его позицию и предугадывания урон, который он смог бы ему нанести. Бастард был на удивление изворотлив, и это злило. Нэйт вдруг остановился и бросил деревянный меч.       — А знаешь что – да пошёл ты, бастард!       Молодой рекрут демонстративно отвернулся и зашагал прочь, не поворачиваясь. Ему уже порядком надоело, что лже-принца сделали его наставником. Кого угодно, но только не его.       Джарек коротко осмотрелся. Вокруг были только тощие рекруты. Никакой стражи, поэтому не раздумывая ни секунды, Джарек бросил деревянный меч, выхватил из сапога кинжал и метнул его в удаляющегося Нэйта, угодив парнишке в правое плечо.       Нэйт повалился в снег с криком, совсем не ожидав такого поворота. Он судорожно корчился, пытаясь вытащить из раны острозаточенное оружие. Рекруты так и охнули. Кто-то хотел кинуться Нэйту на помощь, а кто-то попятился, в страхе смотря на Джарека, который неспешным шагом направился в скулящему Нэйту.       — Всем стоять на месте, — предостерёг он остальных. — Это не ваше дело!       Он подошёл к Нэйту, который теперь сыпал ругательствами и пытался подняться.       — Проклятый бастард, сволочь, лживое отродье! — ругался мальчишка, едва сдерживая слёзы от боли и обиды.       Джарек подошёл ещё ближе, испепеляя юношу взглядом. Внешне он оставался почти спокойным, но внутри кипела злость. Он не мог позволить, чтобы какой-то сопливый рекрут унизил его, показывая, что может уйти, когда захочет, а не когда позволят.       Джарек обошёл Нэйта и с силой вырвал кинжал из раны, наслаждаясь мучением рекрута. Вытерев кровь о свою же тунику, «принц» склонился над всхлипывающим мальчишкой.       — Никто не уходит раньше, если я не позволил! Надеюсь, уяснил? — Дождавшись злобного кивка, Джарек продолжил:       — Недельку обойдёшься без тренировок. И если кто-то узнает, то будет ещё больнее. — Джарек распрямился. — Относится ко всем! Тренировка закончена, можете убираться!       Рекрутам не пришлось повторять дважды. Они кинулись прочь с площадки, двое из них пошли помогать Нэйту подняться, чтобы довести его до врачебного крыла.       — Скажешь, что упал и неудачно налетел на штырь, — бросил Джарек перед уходом, даже не обернувшись на побледневшего Нэйта.       Бастарду определённо стало легче, и накопившуюся злость к ведьме, какую он планировал выплеснуть на сестру, он благополучно спустил на рекрута. Будет знать, как показывать свою гнилую гордость. Они все у него научатся уважению. Джарек не сомневался, что трусливый Нэйт расскажет всё Двалину, а если не он – то кто-то из других сопляков. В любом случае, у Джарека уже был припасён на всё готовый ответ. Проблема с рекрутами вовсе не была проблемой – самое главное нужно было найти денег для ведьмы, а для начала попробовать обойтись без магии.       Сестра сидела в комнате и опять лила слёзы. Надоела! Джарек хлопнул дверью, и Софи испуганно вздрогнула, а потом спрятала глаза.       — Опять льёшь слёзы, дрянь? — бесцеремонно спросил Джарек подходя ближе.       Софи почти трясло, но она заставила себя поднять на брата глаза и вытереть слёзы.       — Прости, Джарек, — пробормотала девушка.       — Хватит, — буркнул гном, взмахнув рукой. — Прекрати быть такой жалкой, это раздражает меня не меньше, чем твоя чрезмерная тупость. Приведи себя в порядок, дрянь, завтра ты возвращаешься работать на кухню!

***

      Три долгих часа были похожи на вечность. Камнеломы работали неспешно, стараясь не засыпать обломками камня того, кто возможно был ещё жив по ту сторону. Они осторожно прорубали ход и прислушивались к звукам, но всё было тихо.       — Уверены, что там кто-то есть? — обратился главный камнелом к королю, пока его помощники ломали стену.       Фили перевёл сомнительный взгляд на брата, который во все глаза смотрел на множащийся в разы проход и ждал, когда там покажется живое существо.       — Уверен, ломайте скорее, он ведь там задохнуться может от этой пылищи! — ответил за брата Кили. Младший уже хотел кинуться сам помогать, но Фили ухватил его за руку.       — Остановись, Кили, не мешай им работать.       Кили лишь нетерпеливо сопел и ходил по темнице, ожидая, когда камнеломы закончат. Фили хотел сослать его заняться хоть каким-то делом, навестить мать или сходить к лекарю поменять повязку на руке, но тот захотел остаться, чтобы посмотреть, кто томился за стеной.       Прошедшие три часа принесли лишь разочарование – за каменной была большая массивная дверь, которую замуровали не один год назад. Все присутствующие во все глаза смотрели на открывшееся зрелище, а заключённые хрипло рассмеялись.       — Ну что, спасли кого-нибудь? — язвительно раздалось из дальне клетки у входа. — Может, перейдём уже к пыткам!       — Не понимаю, — воскликнул Кили, проводя рукой по тяжёлой двери. — Мы ведь слышали… а отпереть эту дверь можно?       — Там дальше старая шахта, сынок, и звуки, видимо, оттуда были. Там никого нет, только разрушенная лестница, — покачал головой начальник камнеломов. Потом обратился к королю:       — Ваше величество, можем эту дверь назад замуровать…       Кили с мольбой посмотрел на брата – ведь нельзя было просто взять и замуровать всё обратно, даже не убедившись, что спасать действительно некого. Младший думал, что король согласится с камнеломом, но Фили неожиданно покачал головой.       — Нет, надо убедиться, что всё в порядке. Откройте эту дверь или сломайте её, если потребуется, мы должны убедиться. Я верю Кили.       Фили взглянул на брата и прочёл в его глазах благодарность.       Командир пожал плечами и приказал камнеломам вернуться к работе. Те снова прислушались. Дверь была длинной, тяжёлой, пара брешей в ней были заляпаны глиной. Гном провёл пальцем по замочной скважине – та была чем-то забита или залита затвердевающим раствором. Если по ту сторону и было живое существо, удивительно, что оно смогло докричаться. Наверно, крики ночью были слышны из-за того, что ночью здесь была относительная тишина. Дверь была неполностью железной, как оказалось. Прощупав её как следует, гном обнаружил внизу оскол, с какого можно было начать выкорчевывать препятствие.       — Ну что же, давайте сделаем последний рывок! — обратился командир к своим рабочим.

***

      — Кили, проснись!       Темноволосый гном открыл глаза, пытаясь понять, кто его растормошил. Это был Фили. Младший потряс головой. Он и сам не заметил, как задремал прямо у стены, свернувшись в три погибели. Фили тряс брата за плечо, но добудиться смог только с третьего раза.       — Проснись, Кили, они закончили.       После этих слов гном резко вскочил, чуть не рухнул обратно от внезапной смены положения – в глазах потемнело. Камнеломы действительно закончили, собирая инструменты. Заключённые спали, привыкнув к шуму, они были эмоционально вымотаны.       Кили увидел на месте стены большую дыру и едва уклыдывающийся слой пыли. Фили протянул брату платок.       — Прикрой лицо, чтобы не задохнуться.       Кили кивнул и взял платок, прикрыв им нос и рот. Фили достал второй и направился к дыре в стене. Позади пошёл Двалин, придерживая в руках факел. Кили шагнул внутрь подвала, который оказался за стеной. Пыли здесь было столько, что Кили даже сквозь платок ощущал её. Он закашлялся и стал размахивать рукой, отгоняя её, словно назойливую муху. Фили тоже начал кашлять, а Двалин пару раз чихнул. Гномы чувствовали под ногами глиняные осколки и увидели следы почти иссушенной рвоты. Фили во что-то вляпался и это что-то оказалось мёдом.       — Там! — Двалин посветил и указал пальцем в дальний угол – там определённо что-то лежало.       Как следует посветив факелом, гномы охнули. У стены лежал Сенж. Правда, он был совсем на себя не похож – осунувшийся, в изорванной одежде, с засохшей кровью на лице, одна рука гноилась и была испачкана мёдом. Левая нога была измотана всевозможными лоскутами, которые уже пропитались засохшей кровью. Сенж больше не двигался.