Преемник — 2: Настоящий король

      Кили ввели в его же покои и закрыли дверь. Гном прислонился к ней спиной и попытался вспомнить каждое слово брата. Он действительно смог бы бросить его в темницу? Или просто хотел напугать?       Кили отошёл от двери и подошёл к окну. Вечер неимоверно приближался. Солнце начинало садиться, а ветер кружил маленькие снежинки. Обычно такая тихая погода успокаивала гнома и дарила момент успокоения, но сейчас голова Кили сплошь была забита дурными мыслями. Даин. Кили волновал прибывший ни с того ни с сего Даин. Что понадобилось лжецу на этот раз? Надеюсь, Фили не будет глупым и не станет верить ему, как поверил Джареку, думал Кили, шагая из угла в угол по своей комнате. Все его раны вдруг начали жутко чесаться. Наверняка из-за той мази, которой его намазал лекарь. Нахлынувший зуд на руках и груди заставил гнома на минуту отвлечься от мрачных и беспокойных мыслей. Остановившись, Кили подошёл к двери и прислушался. Было очень тихо. Нет, не должен Фили один противостоять этому мерзкому Даину. Кили должен быть рядом, чтобы защитить его. Вдохнув воздух полной грудью, Кили резко толкнул дверь, но та оказалась заперта. Фили дал стражникам ключ, ведь он чувствовал, что младший не будет отсиживаться в четырёх стенах. Не веря в это, Кили попытался вышибить дверь плечом, но чуть не упал, а дверь так и осталась закрытой. Выругавшись на кхудзуле, гном ударил ногой по этой преграде, отделяющей его от желанной свободы. Нет-нет-нет, в отчаянии подумал Кили, схватившись за голову. Только не сейчас. И почему брат именно сегодня решил его подвергнуть наказанию? Нужно было как-то выбраться и защитить Фили, ведь он стал таким доверчивым. А вдруг прямо сейчас Даин и его сообщники грозятся убить Фили? Нельзя было сидеть и ждать. Уж если Даин брата своего мог убить без колебаний, то убийство Фили он совершит с ещё большей лёгкостью.       Кили вдруг почувствовал панику. Но не надо было ей поддаваться. Встряхнув уставшей головой, Кили попытался вышибить дверь ногой, но лишь ушибся, не добившись положительного результата. Тогда он забарабанил в дверь кулаками.       — Эй, выпустите меня немедленно! — начал кричать Кили.       — Замолчи! Тебя приказано не выпускать. Его Величество разгневается, если ты покинешь свои покои, — раздался в ответ ворчливый голос стражника.       — Выпустите, у меня срочная новость для короля. Речь о его безопасности, — сказал Кили.       — Скажи нам, а мы передадим всё!       — Нет, я должен лично поговорить с моим братом, — не унимался лучник.       Стражники что-то пробурчали в ответ, но так и не открыли дверь. Конечно, никому не хочется получить от короля. Лишь Кили не боялся его гнева, поэтому Фили и запер его. Нужно было срочно что-то придумать.       Подбежав к окну, Кили настежь отворил скрипучие ставни. Холод стразу же ворвался в комнату, а ветер вонзил в лицо невидимые иглы. По телу гнома пробежала дрожь. Опершись руками в подоконник, лучник взглянул вниз. Туда, куда с медленным танцем зимы отправлялись все снежинки. Покои Фили располагались на втором этаже, а окно вело в задний двор. Можно было попытать удачу и просто прыгнуть, приземлившись на снег. Но Кили не решился так рисковать. Быстро осмотрев свою комнату, Кили кинулся к шкафу и принялся искать простыни. Перевернув всё внутри, гном выудил три простыни и принялся связывать их между собой. Эта идея, которая помогла бы ему покинуть комнату, была единственной. Можно было, конечно попробовать уговорить стражников, но это займёт очень много времени и нет гарантий, что они согласятся.       Завязав несчастные простыни, Кили попробовал их на прочность. Вроде бы крепко. Один конец лучник привязал к спинке своей огромной кровати с балдахином, которая стояла довольно близко к окну. Подёргав несколько раз ткань, Кили осторожно вылез в окно, держась за свою самодельную верёвку. Оказавшись вне комнаты, Кили почувствовал зимний холод, окутавший его тело. Но, помимо него, лучника охватил страх. Не было никакого желания упасть и размозжить себе голову о какой-нибудь камень. Мельком поглядывая вниз, Кили начал осторожно спускаться. В какой-то момент лучник почувствовал, что руки его начали дрожать, а на лбу появилась испарина, не смотря на ветер и холод. Не позволяя страху взять над собой верх, темноволосый гном медленно выдохнул и продолжил свой спуск. Преодолев выступ в стене, Кили обнаружил, что верёвка уже закончилась. С досадой подёргав за неё, будто это что-то изменит, Кили посмотрел вниз. Темно. Лишь снег немного поблёскивает в неярком свете луны. Нужно было прыгать. Или остаться висеть здесь навсегда, а это уже точно не входило в планы Кили по спасению брата. Набрав в грудь побольше воздуха, гном прикинул, куда падать будет более выгоднее, и разжал руки. Полёт оказался недолгим, юноша приземлился в сугроб, лишь слегка приложившись коленом о какой-то камень. Зашипев от боли, Кили перекатился на спину и принялся выползать из-под снежного одеяла. Только сейчас до гнома дошло, что поверх своей тоненькой старой рубашки он не догадался накинуть даже плащ или хотя бы кафтан. Зубы начали стучать, а руки буквально онемели от холода. Очень опрометчиво, Кили, вот теперь мёрзни, думал про себя лучник.       Сцепив пальцы в замок, гном начал согревать их своим дыханием, пока они, боле менее, не начали что-то чувствовать. Стряхнув с себя оставшийся снег, Кили решил пройти через чёрный вход и застать Фили в тронном зале, где наверняка подлец-Даин убеждает его в своём раскаянии и говорит, что приехал с благими намерениями. Кили надеялся, что Фили станет менее доверчивым после всего, что им пришлось пережить, но всё равно не был в этом уверен.       До чёрного хода оставался один поворот, но там могла быть стража. Хотя Фили не стал бы предупреждать всю свою свиту, чтобы они стерегли его, значит, никто не станет его задерживать. Сделав серьёзное лицо, словно не он в такой холод вышел на улицу в тоненькой рубашке, Кили гордо вышел из-за угла. Стражники, в тёплых шубах и плотных шлемах стояли на своих местах. Руки их держались за рукоятки мечей, готовые в случае чего выхватить оружие и дать бой недругам. Факелы освещали всю заднюю часть двора, так что Кили сразу же стал всем виден. Услышав его шаги и завидев тёмную макушку, стражники как один выхватили мечи и направили его в сторону гнома.       — А ну стоять, нарушитель! — раздался тяжёлый и хрипловатый голос одного.       Кили никогда его не слышал. Кажется, Фили приказал нанять новых наёмников и стражников. Бывшие всегда были легкомысленны и могли уснуть на посту, но эти, видимо, хорошо знали свой дело…       Кили примирительно поднял руки и вышел из тени, переводя взгляд с одного стражника на другого. Гномы загремели своими латами, наступая на Кили.       — Стойте-стойте, я не нарушитель, я брат короля Фили, — сказал Кили, отступая на шаг назад.       Стражники резко переглянулись и, убрав мечи в ножны, стали медленно окружать Кили.       — Тебя велено запереть и никуда не выпускать. Стой, где стоишь, и мы просто отведём тебя в твои покои, брат короля, — сказал один из стражников с хриплым голосом.       Лучник вздрогнул. Ну уж нет! Гном не собирался возвращаться назад и ждать, когда Фили соизволит проявить милость и выпустит его на свободу. Не раздумывая ни секунды, Кили рванул прочь к главным воротам, почти аккуратно вписываясь в повороты. Стражники кинулись за ним, но куда им угнаться в своих тяжёлых шубах и доспехах за молодым гномом, которого подгоняли холод и жажда свободы.       — Стой, а то хуже будет! — кричали они, но Кили лишь улыбался, перепрыгивая через сугробы и стараясь ни на что не налететь.       В какой-то момент все крики остались далеко позади. На бегу Кили повернул голову назад, чтобы удостовериться, что преследователи отстали. Убедившись в этом, Кили повернул голову, чтобы посмотреть вперёд, но неожиданно на что-то налетел. Это что-то оказалось гномом, который чуть не упал от такого резкого столкновения. Кили быстро отскочил, тяжело дыша от быстрого бега. На юного лучника смотрели яркие зелёные глаза неизвестного. В них было столько холода и ненависти, что Кили на секунду подумал, что он его хочет убить.       — Простите, я вас не заметил, — пробормотал Кили.       Неизвестный сделал короткий шаг в сторону Кили, и гному бросилось в глаза, что у зеленоглазого незнакомца отсутствует правое ухо.       — Смотри под ноги, сопляк! Никогда не знаешь, что с тобой может случиться при таком быстром беге! — сказал незнакомец. Голос его был непривычно ровным и холодным. Кили понял, что никогда не видел этого гнома раньше.       А он, между тем, накинул капюшон и быстро зашагал в темноту. От этой встречи у Кили на душе остался осадок. Уж слишком мерзким и неприятным был этот незнакомец. А отсутствие ухо настораживало и заставляло задуматься – в бою ли потерял своё ухо этот гном? Или сбежал из темницы? Некоторым ворам могли отрезать какую-нибудь часть тела, если кража была слишком серьёзной, но не подлежала лишению жизни.       Но сейчас у лучника не было лишнего времени на раздумывания. Нужно было поспешить к брату. И будь что будет, сейчас нужно оградить его от Даина, который совершенно не нравился гному.       Идти через главные ворота Кили не решился. Там наверняка стояли стражники, которые тоже были осведомлены о том, что лучника никуда нельзя выпускать. Темноволосый гном чувствовал себя каким-то преступником, который вынужден скрываться и красться под покровом ночи. Ну спасибо тебе, Фили, думал младший, прикидывая в голове хоть какой-нибудь план. Вдруг лучник вспомнил рассказ Иллии о том, как она проникала на кухню, когда ей приходилось прятаться от сообщников Уилла. В кухню вела дверь, через которую выносили мусор. На кухне работал повар, свидетельствовавший против него перед Торином, и немой, живший возле мусора, которого подкармливал это повар…. Лжесвидетели, подставившие его. Из-за них он чуть не погиб. Кили замер на месте, вспоминая страшное для него прошлое. Ведь он мог не находиться сейчас здесь. Они бы с Фили были бы сейчас мертвы, а на троне восседал бы Даин или Уилл….       В сердце гнома что-то кольнуло от наплывших ужасных воспоминаний. Кили встряхнул головой, чтобы кошмар наяву растворился и больше не стоял перед глазами. Нужно решать новые проблемы, а не жить прошлыми.       Кили рванул туда, где была ведущая в кухню дверь. Поблизости никого не было. Слуги ходили и лишь кидали на Кили беглые взгляды, но не смели с ним говорить. Это было на руку лучнику. Осмотревшись и убедившись, что никто не обращает на него внимания, Кили вошёл внутрь. Дверь легко поддалась. В коридорчике, как всегда, было темно и пахло сыростью и отходами. Зажав рот рукой, гном принялся на ощупь продвигаться вперёд. Дойдя до конца, он толкнул дверь, ведущую в кухню. Кухарки и посудомойки уставились на гнома, не зная, как отреагировать.       — Милорд Кили! — воскликнула маленькая гномочка, которая помогала кухаркам, и принялась кланяться.       — Не кланяйся мне, пожалуйста, — сказал Кили, поднимая девочку.       — Что вы здесь делаете? — спросил кто-то из слуг. — Вас же бросили в темницу!       — Да нет же, его заперли в комнате, — шикнул кто-то другой.       Кили опешил. Удивительно, как же быстро расползаются слухи. Словно пролитое молоко, они заполняют собой весь пол, заставляя кого-то обходить, а кого-то наступать в эту лужу и разносить её повсюду…       Не желая участвовать в этом споре, Кили поспешил к выходу из кухни, но вдруг услышал знакомый голос, окликнувший его.       — Кили, дружище! А ты что здесь делаешь?       Кили повернулся и увидел Генри, державшего в руках грязную кастрюлю. Приятель во все глаза смотрел на Кили, совсем не ожидая его здесь встретить.       — Генри! — Кили шагнул к нему, не зная, радоваться их встрече или нет. — Это ты скажи, что забыл здесь?       Генри усмехнулся, взъерошив свободной рукой свои волосы.       — Ну так я здесь отбываю наказание! Вот чего мне стоит дружба с тобой! — засмеялся приятель, а потом вдруг лицо его сменилось серьёзнейшим выражением. — Ты… это… прости меня, что всё так вышло тогда. В таверне. Не хотел я, чтобы тебе досталось…       Кили слегка улыбнулся. Он подошёл к Генри и положил руку ему на плечо.       — Я не сержусь. Рад, что мы помирились. А сейчас извини, я должен спешить к брату. Он там с Даином…       При упоминании о Даине Генри вздрогнул и чуть не выронил кастрюлю. Гном хотел что-то возразить, но не успел.       — Кили! — Иллия выскочила, чтобы найти Генри, который вышел за кастрюлей, но сих пор не вернулся. — Каким ты здесь судьбами?       — Здравсвуй, Иллия, — улыбнулся Кили, — мне пришлось воспользоваться вашим выходом во двор… Чтобы стража не поймала… А сейчас я должен идти, Фили нужна моя помощь.       Всучив Генри своё полотенце и пару тарелок, Иллия схватила Кили за руку и потащила из кухни.       — Идём, я провожу тебя!       Кили не стал спорить и последовал за гномочкой, кивнув Генри на прощание. Иллия проводила Кили к выходу и, убедившись, что поблизости нет стражи, шепнула ему на ухо.       — Неужели Даин вернулся? — В её напряжённом голосе был испуг.       Кили кивнул. Иллия вцепилась в свои волосы и закрыла глаза. Она не переживёт ещё одно предательство. Кили попытался ей успокоить:       — Не бойся, Иллия, всё будет хорошо. Я не спущу с Фили глаз, буду рядом, чтобы защитить. Главное, чтобы он сам был осторожен. Не грусти! Мне пора, спасибо, что проводила!       Кили сжал её руку и улыбнулся на прощание. Гномочка выдавила из себя улыбку, больше напоминавшую гримасу, и пошла обратно на кухню.       Итак, думал Кили, оставшись наедине с собой, осталось найти Фили и не дать предателю никаких шансов для новой пакости. Кили знал, куда отправится первым делом – в тронный зал. Наверняка Даина и его свиту пригласили именно туда. Возле дверей никого не было. Тишина была почти идеальной, что жутко напугало Кили. В голове пронеслись самые страшные и жуткие мысли, побудившие гнома ворваться в зал. Там никого не было, кроме двух фигур, тени которых плясали в свете факелов. Фили и Балин.       — Фили! Фили, с тобой всё в порядке? — Кили подскочил к старшему брату, но наткнулся на бездонные холодные глаза, похожие на две льдинки. — Фили?       Балин растерялся. Он посмотрел на Кили, а потом его взгляд вернулся к королю, который резко встал и прожигал Кили взглядом.       — Что ты здесь делаешь? Почему стража выпустила тебя? — спросил Фили.       — Она не выпускала меня, я… сам. Через окно, — признался младший.       — Что?! — возмутился Фили. Он стремительно направился к брату. Балин хотел схватить его за руку, чтобы король не наделал глупостей в гневе, но не успел.       Кили стоял на месте, встревоженно смотря на Фили. Он как будто не хотел замечать гневного пламени, вспыхнувшего в уставший голубых глазах.       — Фили, где Даин? Я так боялся, что он может навредить тебе. Этот предатель способен на всё, лишь бы добиться достижения своих гнусных целей, а я не хотел, чтобы…       Удар по лицу заставил Кили замолчать. Гном даже не сразу понял, что произошло. От удара он пошатнулся и чуть не упал на каменный пол. Голова лучника дёрнулась по направлению удара. Сдавленно охнув, Кили приложил обледенелую ладонь к ушибленной части лица. Почувствовав кровь, текущую то ли из носа, то ли из губы, темноволосый гном отшатнулся назад.       — За что? — выдохнул непонимающий лучник.       Фили посмотрел на руку, которой ударил брата, и заметил, что его перстень-печатка запачкан кровью младшего брата. Балин сразу же вскочил со своего места, испуганно подбегая к королю.       — Фили, не надо! — растерянно пробормотал старец, забыв о правильном обращении к королю и должном уважении.       — Не вмешивайся! — крикнул на него Фили. — Он ослушался меня. Ослушался своего короля! Я устал от его выходок! Не хочет по-хорошему, то я отправлю его коротать время в темницу! Ты слышал меня? — на этот раз Фили обращался к стоящему напротив брату, который не верил, что Фили поднял на него руку. Впервые в жизни…       Ослушался своего короля…. Эти слова стучали в голове темноволосого гнома. Фили больше не считает его братом? Кили убрал руки от лица. Ручеёк крови стекал по его подбородку, но гном даже не думал вытирать его. Лучник встал на колени и с болью посмотрел на брата.       — Да, Ваше Величество, — почти шёпотом сказал Кили, — я Вас слышал…       Балин испуганно покачал головой, призывая Кили не злить брата сильнее. После случившегося этого никак не надо было делать…       После ухода Даина в его покои, Фили напряжённо мерил зал гулкими шагами, скрестив руки за спиной. Он попросил выйти всех, кроме Балина и Дарелла, чтобы обговорить текущее положение дел. Спустя какое-то время в тронный зал ворвался начальник стражи, сообщивший, что в сокровищницу проникли воры, желающий обогатиться. Их было трое, двое погибли, вступив в бой со стражей, но третий был жив. Опешивший вмиг Фили приказал привести преступника в зал. Когда его ввели, король начал рассматривать его. Гном был средних лет, с грязной седой бородой. Одет он был ужасно – старый потрёпанный дублет поверх изношенной рубашки, черный штаны и почти развалившиеся сапоги. В глаза бросался лишь большой перстень на его пальце.       — Знаешь, что мы делаем с ворами? — сухо спросил король.       Но гном лишь ехидно усмехнулся. Стоявшая позади него стража мигом среагировала, выхватив мечи.       — Проклятый король! Ты живёшь, а гномы голодают! Смерть такому королю! Смерть королю Фили! — с этими словами воришка схватился за свой перстень и, открыв его, засыпал содержимое себе в глотку и проглотил. Яд. Фили даже не успел среагировать, как и его стража.       Испустив последний вздох, тело гнома безвольно упало на пол, а глаза закрылись. Тяжело дыша, словно от быстрого бега, Фили отскочил назад, открыв рот и не веря в происходящее. Дарелл поднял панику, выскочив в коридор. Вскоре о произошедшем узнали советник, а потом и Дис. Фили приказал удвоить стражу в сокровищницу. Балин убеждал его поставить стражу к его покоям в случае покушения, но Фили отказался. Голова его была как в тумане. Не моргая, он долго смотрел на тело мёртвого гнома, а перед глазами стоял образ Торина, который с ненавистью взирает на него…       — Встань! — сказал Фили, продолжая смотреть на брата сузившимися глазами.       — Это приказ? — поинтересовался младший, в котором тоже начал закипать гнев вперемешку с обидой. Ему было больно, но физическая боль была ничто по сравнению с душевной мукой.       — Кили, пожалуйста, не сейчас, прошу, уйди, — взмолился Балин.       Метнув молнии в сторону Балина, Фили сделал шаг к Кили, но младший даже не собирался вставать. Он стоял на коленях, словно провинившийся перед монархом слуга.       — Да, братец, это приказ! Я приказываю тебе встать и по-хорошему отправиться в свою комнату, чтобы мне не мешать! — рявкнул светловолосый гном.       Вдруг губы Кили задрожали, а в глазах блеснули слёзы, но Кили шмыгнул носом, не собираясь сейчас плакать, как бы не было обидно.       — Да что с тобой, Фили? Я беспокоился за тебя, хотел помочь, оградить тебя от Даина-предателя, а ты… за что ты так меня ненавидишь, за что? — сорвался Кили, но с колен так и не встал.       Фили схватил его за руку и рывком поставил на ноги. Не выпуская руки, он потянул брата на себя, чуть ли не выкручивая забинтованное запястье.       — Отпусти! — вскрикнул Кили от внезапной резкой боли, вновь оседая на пол.       — Какой же ты бестолковый и… надоедливый! Как же я устал от тебя!       — Фили, перестань, он не виноват! — закричал подбежавший Балин, пытаясь освободить темноволосого гнома.       — Балин, не вмешивайся, прошу тебя! — чуть ли не взмолился Фили. — Я приказал ему сидеть в своих покоях, но он ни во что не ставит ни мои слова, ни мои приказы. Вот почему другие гномы усомнились во мне. Если уж этот сопляк меня не слушает, то что можно говорить про простой люд? Я никудышный лидер, и его поведение лишний раз это доказывает! — Голос Фили был наполнен болью. Кили попался ему под горячую руку, и Фили сорвался на нём, омрачённый недавними событиями.       — Фили, пожалуйста… — Кили пытался достучаться до прежнего Фили, но брат снова перевёл на него полный ненависти взгляд.       Молодой король толкнул брата, и тот упал на спину, чуть не приложившись головой. Балин сразу же кинулся к нему, пытаясь помочь подняться.       — Идём, Кили, идём, дай ему прийти в себя, — бормотал Балин.       — Нет, Балин! Никуда он не уйдёт! Отойди от него! Сегодня Кили будет ночевать в другом месте! Стража! — крикнул Фили.       В дверях стояла стража, уже готовая выхватывать мечи. Кили медленно поднялся, потирая запястье. Пульсирующее ощущение не отпускало. Карие глаза отчаянно бегали из стороны в сторону, разглядывая мрачный силуэт брата. «Он этого не сделает…. Нет…»       — Стража, отведите Кили в его новые апартаменты на нижнем уровне. Ему нужно посидеть и подумать о своем ужасном поведении…       — Фили! Не надо. Прости меня, брат, если я действительно виноват, но я не хочу возвращаться в темницу… Вспомни, ведь ты когда-то спасал меня оттуда, а теперь сам сажаешь. Давай поговорим и всё обсудим, Фили, — испуганно бормотал Кили, приближаясь к брату.       — Мы всё обсудим, когда ты подумаешь над своим поведением! Уведите его! — Фили посмотрел на стражу.       Двое здоровенных гномов подошли к Кили и схватили его за руки, закручивая их ему за спину, словно преступнику.       — Ты стал ненавидеть меня? За что? Я желаю тебе только добра, ведь ты мой брат. Не делай этого, Фили, пожалуйста… ФИЛИ! — эти слова Кили уже кричал из коридора, когда стражники грубо толкали его.       Округлив глаза, Балин неверяще качал головой.       — Эта власть… Она и тебя сводит с ума, — сказал Балин, отступая от короля.       Фили вдруг закрыл лицо руками, и старец услышал сдавленный всхлип.       — Я… никчёмный король, а теперь и никчёмный брат… Гномам не нужен такой правитель. — Фили осел на трон, не убирая рук от лица.       Балин замер, тревожно глядя на плачущего Фили. В зале повисла тишина…