Королевство кривых зеркал

Друидка в форме медведя, что мельтешила перед глазами, неимоверно раздражала и, не смотря на то, что остальные могли нести большую угрозу, Дорнозму сосредоточил свое внимание именно на ней. Хотя, по правде говоря, дракон слабо представлял, какую угрозу ему могут представлять эти жалкие смертные. Стрелы дренейской охотницы ощущались слабо, напоминая скорее о легкой щекотке. Не больше беспокоили и заклинания жреца. Разве что несколько укусов другого дракона ощущались чуть острее, но пока Повелитель Времени довольно успешно отмахивался от назойливой «мухи» хвостом. Была еще вторая друидка, довольно привлекательная с белоснежными волосами, что живописно разметались по ее плечам, но она ограничивалась лишь целительными заклинаниями, оказывая поддержку товарищам. В общем, шансов у маленького отряда не было никаких. Возможно, будь их больше, человек двадцать пять или вообще сорок, то постепенно их слабые атаки и расковыряли бы драконью броню, а так… Дорнозму еще раз оскалился, понимая, что может с наслаждением играть этими смертными, пока самому не надоест. Он уже прикидывал, кто и как покинет этот мир, раздумывал над красивыми атаками, которыми впоследствии будет восхищаться его второе я. А в том, что рано или поздно Ноздорму все поймет и будет им восхищаться, дракон ни на секунду не сомневался. Времени на это уже ушло больше, чем ожидалось, но как раз это Дорнозму мог себе позволить. Этого самого времени у него теперь было сколько душе угодно. Задумавшись, дракон бесконечности пропустил еще пару выстрелов и довольно ощутимый укус в основании крыла, от которого он взревел. На долю секунды ему даже показалось, что на самом деле он так и не сбежал от своей бесконечно повторяющейся смерти и эту пятерку привел проклятый Ноздорму, чтоб вновь насладиться видом умирающего Дорнозму. Встряхнув рогатой головой, дракон отогнал невесть откуда взявшиеся глупости и сосредоточил свое внимание на маячившем перед мордой медведе. Сейчас став Повелителем Времени, он был силен и его способности не ограничивались парой жалких плевков и слабеньким дыханием. Теперь в распоряжении Дорнозму были силы Аспекта, и он наконец-то придумал достаточно эффектную первую смерть. Сделав глубокий вдох, огромный дракон обрушил на находившуюся как раз перед ним друидку в облике медведя, плотную струю грязно-серого песка. Что-то сжалось внутри Ноздорму, заставляя терять столь необходимую сейчас концентрацию и возвращая сознание в зеркальную тюрьму. Медленно открыв глаза, мужчина посмотрел на висящие чуть в стороне песочные часы. Только сейчас он заметил, как несколько тонких серых щупалец настойчиво затягивали в нижнюю колбу золотистые песчинки. Несмотря на все сопротивление, еще чистый песок пополнял ряды своих захватчиков, стоило ему преодолеть середину часов. К своему сожалению, Ноздорму мог только смотреть на происходящее и прислушиваться к рождавшемуся где-то в глубине страху и презрению к самому себе. - Простите меня. - Голос бывшего Аспекта был подавленным. – Надеюсь, что ваши смерти не будут напрасны. Стараясь отбросить все, кроме мыслей о маленькой трещине, что уже прошла четверть расстояния до противоположного угла, Ноздорму вновь потянулся своим сознанием к месту сражения. Когда серый песок окутал фигуру большого медведя, Тайлена не сразу поняла, что смотрит на происходящее со стороны. Тряхнув звериной головой, девушка осознала, что в последнюю секунду ее место занял другой Страж, грубо оттолкнув ее с пути опасного потока. Быстро сменив облик, друидка сделала несколько ловких пассов руками, поочередно отправляя во врага серию заклинаний. Первым в ход пошел усиливающий Парад Планет, после чего крупные сияющие звезды на огромной скорости врезались в чешуйчатый бок дракона. Стоило звездопаду прекратиться, как ему на смену в небо поднялась огромная луна, тут же обрушившаяся на Дорнозму столбом чистого света. Однако следующее заклинание так и осталось не произнесенным. Прекратившееся дыхание дракона, наконец-то позволило рассмотреть того, кто принял удар на себя. Знакомая медвежья фигура, двигалась чуть медленнее, чем обычно, а местами на шкуре виднелись седые клочья и к общему ужасу, с каждой секундой, они становились все больше. Постепенно Истраэлю становилось тяжелее сдерживать удары и реагировать на происходящее. Вот уже только примененное вовремя заклинание Духовного Рвения вытащило Стража из-под удара драконьих когтей. - Помогите ему, мы пока тут справимся. – Андуин быстро переключил свое внимание обратно на Дорнозму. Едва переводя дух, Истраэль вернулся в свой естественный облик. Друид стал гораздо старше. Его зачастую строгое лицо теперь было покрыто глубокими морщинами. Свет в глазах эльфа стал в разы тусклее, а его спадающие на спину волосы уже полностью поседели. - О, Элуна! Истраэль… Кое-как, с помощью второй друидки, Кериэль оттащила теперь уже пожилого мужчину в сторону от сражения. Тяжело опустившись на землю, он привалился спиной к полуразрушенным песочным часам. Надеясь все исправить, девушка постаралась рассеять все отрицательные заклинания. После провала этой попытки она тут же принялась накладывать одно за другим заклинания исцеления и даже применила довольно мощное Спокойствие, что неоднократно спасало ее и ее спутников. Однако, не смотря на все это, Истраэль продолжал стареть. Немного медленнее, но так же неотвратимо. - Кериэль, - даже голос друида стал скрипучим и тихим, - я все испортил. Прости меня… - Глупый, ничего ты не испортил. Ты самый лучший, слышишь. Ну, посмотри на меня… Истраэль. Не смей… Истра… эль… Слезы сами потекли по щекам, когда девушка припала поцелуем к остывающим губам старика и поймала его последний вздох. Еще несколько секунд спустя в руках Кериэль остался лишь череп, моментально рассыпавшийся серым песком. - Нет… Не так… Это не должно было закончится так… Не с нами… ВЕРНИ ЕГО!!! Серой молнией стремительной большой кошки, девушка сорвалась с места и тут же бросилась на дракона. Совершенно не контролируя свои атаки и игнорируя оклики товарищей, Кериэль превратилась в бешеный клубок зубов и когтей. Зачем ей мир, в котором нет его? А Дорнозму только довольно скалился, вдыхая аромат ярости друидки. Серые щупальца вновь жадно потянулись к золотистому песку в верхней колбе. Как бы тот не пытался убежать или отбиться от обидчиков, щупальца знали, что победа будет за ними. Что с каждым разом, поглощая последние остатки чистого песка времени, они уносили в бездну чью-то жизни. А когда золота и бронзы не останется вовсе, тогда воле их Повелителя покорится и тот упрямец, что сейчас так настойчиво пытается увеличить мизерную трещину и сбежать из необычайно надежной тюрьмы. Резко взметнувшись вверх, серые щупальца все-таки смогли ухватить кого-то еще. Оставалось еще четыре жизни. Дорнозму ощутил легкую слабость, некоторые из нанесенных ран, все-таки начали побаливать, но пока не доставляли особого беспокойства. Наслаждаясь игрой со своими жертвами, дракон сделал очередной ход. Проревев несколько слов на непонятном языке, Повелитель времени заставил песок сложиться в высокую фигуру элементаля. Существо не имело привычно округлых форм и постоянно текло, его контуры были резкими, с острыми, подчас даже неестественными, углами. Прошипев подобно огромной змее, элементаль кинулся к друидке-кошке и, грубо схватив, отшвырнул ее в сторону. - Я им займусь! – Охотница, тут же отправила в чудовище несколько стрел, приходя подруге на помощь. Однако атака так и не достигла своей цели. Все три стрелы еще в полете потеряли свою идеальную форму, став тонкими ветвями с редкой листвой, а острые наконечники превратились в небольшие кусочки необработанной руды и тут же упали в песок. Довольно проревев, элементаль снова вернулся к друидке. Огромная кошка приходила в себя после довольно сильного удара и уже была готова броситься на своего обидчика. Резким скачком она оказалась у него за спиной и ударила наотмашь когтистой лапой. Песок взметнулся фонтаном, теряя свою плотность и осыпая кошку до самого кончика хвоста. По густому меху пробежали белые искры и Кериэль начала меняться на глазах. Зверь стремительно уменьшался, пока не превратился в котенка. Обескураженный малыш попытался убежать прочь, но уже через пару шагов запутался в собственных лапах и зарылся в песок, внезапно ослепшей мордочкой. Всего секунду спустя, попытавшийся отчаянно замяукать котенок просто исчез. Тенра смотрела на происходящее с ужасом, прикрыв рот слегка дрожащей рукой. Смахнув с глаз едва выступившие слезы, девушка кинула злой взгляд на упивающегося своим величием дракона. - И не таким рога обламывали. – Процедила сквозь зубы дренея, отыскав взглядом своего питомца. – Снежок! Пронзительный свист был подхвачен утробным воем двуглавого пса. Те, кто еще мог сражаться, тут же ощутили невероятный прилив сил. Упрямое зеркало не поддавалось, и Ноздорму все еще оставался пленником своего безумного я. Благо сражение целиком занимало Повелителя времени, а значит можно постараться разбить сдерживающие заклятие, но все-таки стоило поторопиться. Если бы хоть кто-нибудь помог повлиять на преграду с другой стороны. Оставив попытки переломить ход решающей битвы, бывший Аспект попытался найти в округе еще хотя бы кого-нибудь. В первые секунды, он замер, скованный липким ужасом. Вся стая, некогда гордо бронзовая, потом проклятая бесконечностью, сейчас была мертва. Большая часть Пещер Времени, сейчас была завалена телами огромных ящеров. Ноздорму помнил каждого по имени и от заполнившей сердце боли уже был практически готов согласиться на любые требования Дорнозму, лишь бы только тот вернул стаю. Но в последнюю секунду, золотая искра сознания другого дракона, заставила взять себя в руки. Осторожно установив связь Ноздорму прошептал: - Хроми, милая Хроми… - Вневременной? – В ответе ощущалось отчаянье и неуверенность. – Я подвела вас. План провалился. Я… - Погоди, Хроми. Ничего не провалилось. - Но, те искатели приключений, они… - …сейчас пытаются спасти Азерот ценой собственных жизней. – Не дождавшись ответа, Ноздорму продолжил. – Хроми, им и мне сейчас очень нужна твоя помощь. Прошу поспеши. - Что я должна сделать? – Теперь ответ был твердым и уверенным. - Помнишь странное зеркало, что стоит у меня? - Да, Вневременной. - Доберись до него. Наших совместных усилий должно хватить. - Да, Вневременной. Связь оборвалась с той стороны, Хроми явно не желала привлекать ненужного внимания. Оставшись один, бывший Аспект вновь сосредоточился на упрямой трещине. А тем временем, за его спиной, запертые в часах серые щупальца поглотили очередную порцию золотисто-бронзового песка. Сила разливалась по телу, давая ощущение уверенности. Заклинания били в цель с утроенной силой, а стрелы охотницы впивались в чешуйчатые бока в разы чаще. Дорнозму попытался взлететь, чтоб увеличить расстояние, тем самым выйдя из радиуса поражения. Чужие зубы и когти, пронзили острой болью плечо левого крыла, заставляя тут же опуститься на землю. Выгнув шею, гигант почти ухватил назойливого черного дракона, но тот хоть и был меньше размерами, явно выигрывал в скорости и проворстве, особенно сейчас, после воя двуглавого пса. Пока Дорнозму разворачивался, второй дракон вновь зашел со спины, обрушив всю свою массу на загривок противника в надежде, если не сломать ему шею, то хоть немного покалечить. Повелитель Времени взревел и встал на дыбы. Гневион заложил еще один крутой вираж, метя в глаза противника. Когда до цели оставалось совсем немного, мир потускнел и дракон ощутил подбирающуюся к нему пустоту. «Вот и все, время вышло». Мелькнувшая мысль, почему-то казалась такой естественной и совершенно не страшной. Тело перестало слушаться и, откинутый ударом когтистой лапы, Гневион кубарем полетел прямо в разбитые громадные часы, что стояли в середине долины. - Слово силы: Щит! Исповедь! Голос Андуина, такой родной и такой взволнованный, слышался, будто через слой ваты. Золотистое сияние исцеляющих заклинаний окутало Гневиона, но он знал, что все они бесполезны. Удара дракон не ощутил. Мир таял, заполняясь тишиной от края до края. Вот он сжался до одинокой человеческой фигурки, что спешила к нему. Мгновением позже исчезла и она, точнее перестал существовать сам Гневион. - Гневион! НЕТ!!! Сорвавшееся с пальцев заклинание воскрешения моментально развеялось, так и не достигнув цели. Не смотря на крик и слезы, что выступили на глазах Андуина, черный дракон растаял без следа. - Ха-ха-ха!! Его время наконец-таки вышло!! – Голос Дорнозму подобно грому разносился над Бронзовым Святилищем. – Оставьте ваши жалкие попытки! Вы уже проиграли!! - Нет. – Не смотря стоящий в горле ком, Штормградский принц был тверд. – Мы не уступим и мы… победим! Хроми спешила. Пусть времени почти не оставалось, но шанс еще был. Уверенность, что вселил в нее разговор с все еще плененным Ноздорму, подгоняла гномку в спину, заставляя забыть даже о песчаной буре. Расстройства как рукой сняло, и она уже прикидывала, как сможет пробраться мимо стажей бесконечности, добираясь до проклятого зеркала. Сменив форму, теперь уже бронзовый дракон, метнулся едва видимой молнией, прямо к Пещерам времени. Внутри было непривычно тихо, темно и веяло смертью. Быстро преодолев спуск, с множеством созданных для случайного путешественника чудес, Хроми притормозила в центральном зале. Бегло осмотрев следы, что сейчас вели в сторону от ее цели, девушка поспешила к скрытому от посторонних глаз входу в личные пещеры Ноздорму. Зеркало было на месте. Молчаливое, заполненное бездонной тьмой, казалось, что оно хищно смотрело на свою гостью. Внимательно окинув взглядом поверхность, Хроми старательно уцепилась сознанием за небольшую трещинку, помогая ей расти. Гномка ощущала, что с другой стороны еще одно сознание так же старательно пытается выбраться из заключения. Если бы Хроми проникла чуть дальше за зеркальную преграду, она бы ощутила еще кое-что. Алчную хищность серых щупалец, что все быстрее и активнее ловили золотой песок, которого становилось все меньше. Бой был проигран едва начавшись, и все это понимали. Только отступать уже было некуда, и если даже не попытаться оказать хоть немного отчаянного сопротивления, то в неведомой загробной жизни будешь об этом сожалеть. Тайлена тряхнула головой, отгоняя странные мысли и обрушила на врага очередной ливень из сияющих звезд. Они уже потеряли половину отряда и, вероятнее всего, погибнут и сами. Хоть друидка и сражалась уже когда-то с Дорнозму, этот бой был иным. Дракон оказался в разы сильнее. Создавалось впечатление, что его питала сила равная силе Аспекта, а возможно, и вовсе ее превосходившая. Кроме того, разбитые часы, практически растерявшие весь свой песок, красноречиво намекали, что попытка дается только одна. Девушке очень хотелось, как раньше, прикоснуться к волшебному предмету заставив его отмотать время, воскрешая товарищей и полностью восполняя им силы. Еще раз, встряхнув головой, друидка заставила лунный свет опалить драконий бок, От чего огромный монстр взревел. Хоть положение и было плачевным, враг все-таки был уже довольно потрепан, замедляя свои атаки и постепенно теряя над собой контроль. Заклинания сменяли друг друга, уступая место все нарастающему утомлению. Даже спасительное Озарение уже было применено и полученные от него силы уверенно иссякали. Тайлена не знала точно, когда наступит тот момент после которого она уже не сможет что-либо сотворить, но если верить ощущениям, он был уже близко. Очередное заклинание повисло в воздухе, так и не достигнув своей цели, а окружающий мир постепенно терял краски, превращаясь в застывшую черно-белую картинку. Опасливо сделав несколько шагов, друидка подошла к стоявшей, словно изваяние охотнице, потом к Штормградскому принцу. С каждой секундой эльфике становилось все страшнее смотреть на остановившийся мир, в котором даже песок, что совсем недавно скручивался в небольшие смерчи, теперь просто висел, не смещаясь даже на миллиметр. - Смотрю, ты заметила. – Вкрадчивый голос звучал у Тайлены в сознании. – Да, да. Время остановилось. Теперь для тебя существует только это мгновенье, а оставшиеся двое живут дальше и тщетно пытаются сделать хоть что-то. Друидка попыталась применить заклинание, потом еще одно и еще. После этого, руки девушки сами скользнули в одну из небольших сумок, висевших у нее на поясе, и вот уже она смотрела на темную сталь клинка. Небольшой жертвенный кинжал, казалось шептал, настойчиво предлагая вонзить себя в самое сердце. Коротким движением, Тайлена подчинилась чужой воле и взвыла, медленно опускаясь на колени. Остановившееся время не давало даже умереть. Ноздорму старался, действительно старался, и дело было даже не в висящем на волоске мире. То и дело бросая взгляд на находившиеся в стороне песочные часы, бывший Аспект понимал, что время уходило стремительнее чем он того хотел. Сейчас золотого песка в верхней колбе, едва бы набралось на две жизни, но и эти жалкие остатки понемногу затягивали в свой серый омут длинные щупальца. Несясь наперегонки с самим мирозданием, дракон еще сильнее надавил на трещину в зеркале. Звон бьющегося стекла заполнил все помещение, и множество мелких осколков брызнули сверкающим фонтаном. Ноздорму материализовался в реальном мире, стоило им осесть. Осмотревшись, дракон покачал головой, кинул взгляд на ревущую навзрыд Хроми, и аккуратно поднял, теперь лежавшие на полу, песочные часы. Золота в них почти не осталось. - Хроми, нам нужно спешить. - Да, Вневременной. Кое-как растерев слезы по щекам, гномка почти бегом отправилась за стремительно удаляющейся фигурой кровавого эльфа. Воздух звенел, словно тетива лука, что отправлял в цель стрелу за стрелой. Теперь их оставалось двое: дренейская охотница и Штормградский принц. Буквально пару секунд назад исчезла Тайлена. Просто растворилась, так и не завершив одно из заклинаний. Страх липкими пальцами прошелся вдоль позвоночника Тенры, услужливо подсказывая, кто будет следующим. - Раз так, - не смотря на нарастающий ужас, голос девушки все еще был тверд, как и ее рука, - то получи достойный подарок. Четыре последовательных залпа отправили в Дорнозму целый град стрел, следом за которыми охотница запустила две бешено вращающиеся глефы. Но ни одна из атак не достигла своей цели. Стрелы замедлили свой полет, повиснув буквально в нескольких сантиметрах от чешуйчатого гиганта. То же самое произошло и с глефами. Повинуясь взгляду дракона, каждый из выпущенных дренеей снарядов развернуться стальным наконечником к своей хозяйке. - Время вспять. Как только гигант закрыл пасть, вся туча висящих стрел, стремительно понеслась к охотнице. Медленно раскручивавшиеся в противоположную сторону, лезвия отстали всего на несколько секунд. Когда один за другим кусочки острозаточенной стали входили в тело Тенры, ей почему-то не было больно. Смотря как она превращается в подушку для булавок, девушка лишь непонимающее перевела взгляд на стоявшего в стороне Андуина. Кое-как улыбнувшись, охотница едва слышно прошептала: - Наару тебя не забудут… Затихающий голос дренеи утонул в драконьем хохоте: - Вот и все! Остался только ты один, принц Андуин… Метнувшись к человеку темной молнией, Дорнозму хотел просто проглотить его, устав изобретать что-то более изящное. Огромные челюсти уже были готовы сомкнуться, когда неведомая сила отбросила огромного дракона в сторону. Он не справился. Не смог. Что стоили все его силы и способности, что значили пустые слова о том, что он любим Светом, если он не защитил своих друзей и самое дорогое существо на свете. Истраэль, Кериэль, Гневион, Тайлена и Тенра, один за другим они отдавали свои жизни, а он ничего не смог сделать. Руки опустились сами, и Штормградский принц отрешенно смотрел на челюсти огромного дракона, что вот-вот должны были поглотить и его. Легкий ветерок прикоснулся к коже, обдав ласковым теплом. Едва слышный перезвон колокольчиков дарил уверенность и успокаивал. Тревоги отошли куда-то в сторону, хоть и не покинули принца полностью. Кто-то ласково и осторожно прикоснулся к человеческому сознанию. - Кто ты? - К’уре, Наару. - Зачем ты здесь, мы проиграли… - Проиграв битву еще можно выиграть войну. Свет окутал человека плотным столбом, сплетаясь причудливыми линиями где-то высоко. Загадочное существо одновременно и было Андуином и не было. Казалось, что все тайны вселенной сейчас подвластны одному маленькому человеку. - Моих сил на долго не хватит, но их должно быть достаточно. – Звон хрустальных колокольчиков заполнил сознание Андуина. – Победа близка. Собрав остатки воли в кулак, Штормградский принц произнес заклинание. Душераздирающий рев был слышен по всему бронзовому святилищу. Ноздорму спешил, как мог, но от внезапного звука, что был переполнен лишь безграничной болью, ему стало не по себе. Стараясь не путаться в своих длинных одеждах, бывший Аспект пулей пронесся по узкой тропе между скал и оказался в круглой долине, заполненной песком. Дорнозму не был повержен, однако дракон метался в агонии. Одно за другим впивающееся в чешуйчатое тело заклинание заставляло зверя кататься по песку и пытаться сбить с себя загоравшееся то тут, то там белое пламя. Нападающий не давал дракону не единой секунды передышки, кидая в него одно заклинание за другим. Ноздорму даже задумался, кого сейчас придется спасать. Однако уже миг спустя, столб света рассеялся с оглушительным звоном бьющихся хрустальных колокольчиков. Лишенный сил своего союзника, принц Андуин устало опустился на песок, более не в силах произнести даже самого слабого заклятья. Бой полностью иссушил его. Тем временем Дорнозму справился с последними языками горевшего на нем пламени и с хищным шипением, немного неловко, но, тем не менее, достаточно проворно направился к человеку. Когда их разделало не больше трех драконьих шагов, властный голос разрушил повисшую тишину: - Довольно! Дракон и принц обернулись на того, кто вмешался в их битву. Андуин смотрел устало и с безразличием. Дорнозму же сузил свои змеиные глаза и резко метнулся к новому действующему лицу. - Тебя не может здесь быть! – Шипел Повелитель Времени. – Ты не мог выбраться из зеркальной тюрьмы!! - Я же говорил, что ты проиграешь. - НЕТ!!! Сделав отчаянный рывок, Дорнозму разбился о внезапно выросшую стену золотисто-бронзового песка. Очертания гигантского зверя пошли рябью, он стал уменьшаться, пока не превратился в точную копию Ноздорму - Хранителя времени. Не смотря на то, что дракон бесконечности был уже изрядно потрепан, он все равно попытался продолжить борьбу и продраться сквозь стену песка хотя бы в этом облике. В какой-то момент даже показалось, что он вновь одерживает верх и вот-вот получит превосходство над противником. Но даже появлявшиеся тут и там серые пятна не могли выстоять в сплошном потоке чистого времени, которое, свившись в тугие бронзовые плети, оплело своего обидчика по рукам и ногам, лишая любой возможности сопротивляться. - Тебе меня не победить! Никогда! – Всех усилий Дорнозму не хватало даже на то, чтоб хоть немного пошевелиться. – Пока есть ты, буду и я! - Да, пока есть я, будешь и ты. – Не спеша бывший Аспект времени подошел к второму мужчине. – Мне стоило понять это ранее. - И что теперь? Снова запрешь меня в осколке прошлого или будущего, чтобы смотреть, как я умираю?! - Нет. Поступив так, я повторю ошибку и, возможно, мне даже придется вновь пройти через то, что сейчас подходит к концу. - О! Значит, ты придумал пытку поизощреннее? - Нет. – Ноздорму немного помолчал, будто подбирая слова. – Я решил принять тебя, таким, какой я есть. То, что произошло дальше, не ожидал никто, кроме самого Хранителя времени. Ни удивленный Дорнозму, что так и был опутан песками времени, не напуганная до полусмерти Хроми, прижимавшая к груди небольшие часы в которых серая пыль медленно наливалась золотом и бронзой, ни кое-как вставший на ноги Андуин. Медленно, или это только так казалось, Ноздорму приблизился к своему второму я, мягко приподнял его подбородок и поцеловал. Поцелуй вышел долгим и нежным. Ощутив чужие губы, дракон бесконечности только и смог, что прикрыть глаза и безвольно обвиснуть в своих путах. Ему хотелось, чтобы это мгновенье длилось вечно, чтобы этот чертов Аспект, его собственное второе я всегда был вот так вот рядом. - И все-таки вы одержали победу. Голос Ноздорму раздался над самым ухом Андуина, заставив того дернуться и обернуться. Дракон находился одновременно в двух местах. Стоя рядом с человеком, в тот же момент он продолжал поцелуй с самим собой, уже запустив свои пальцы в волосы второго мужчины. - Но вы же… - Штормградский принц удивленно посмотрел сначала на одного Ноздорму, потом на другого. – Сейчас там… - Не обращай внимания. Время расслаивается, стараясь вернуться в свое русло. Только и всего. - То есть, все встанет на свои места? - Да. - А люди, они… - Никто ничего не будет помнить. Время замкнется, вернувшись в ту точку, где все пошло не так. Прошлое, как и настоящее, вновь станет привычным. - А мы? Что будет с нами? Дракон замолчал, отведя взгляд в сторону. - Почему вы не хотите отвечать на мой вопрос? – Андуин сам сомневался, хочет ли он услышать ответ. - Потому что ответ тебе не понравится. - И все же. - С вами все сложно. Изначально не приняв новых порядков, вы стали для времени немного другими. Поэтому… - Да? - Велика вероятность, что погибшие в этом сражении не вернуться. - Но… - Андуин тяжело вздохнул и, внезапно развернувшись, побрел прочь от Ноздорму. – Катитесь вы к чертям вместе со своим временем. Кажется, дракон пытался что-то сказать, то ли утешить, то ли объяснить, но человек его уже не слышал. Говоря по правде, он и не хотел его слушать. Конечно, сравнительно со всем Азеротом, пять жизней это такая мелочь, но для Андуина они были дороги, а одна из них была дороже даже его собственной. Мысли текли вяло, цепляясь друг за друга. Да, теперь с отцом все будет хорошо, и даже Леди Праудмур вновь займет положенное ей место главы Кирин-Тора. Но, не смотря на это, перед внутренним взором принца вновь и вновь вставал Гневион. То ворчащий или возмущающийся, то улыбающийся или мечтательно смотрящий куда-то в даль, а то… От последнего воспоминания сердце сжалось в маленький комочек, а на глаза навернулись слезы. Хотелось броситься на шею и, отчаянно колотя по груди любовника, вновь и вновь напоминать, что черный дракон давал слово, что с ним ничего не случиться. Но, не смотря на это, Андуин прекрасно понимал, что в нем просто играют обида и эгоизм. Мир раскололся внезапно. Огромная трещина пошла по небу, заставляя его крошиться как хрупкое стекло и растворяться в нигде, что пожирало все вокруг. Вслед за небом исчезли горы, песок и даже драконы, настороженно замершие где-то в стороне. Через несколько мгновений исчез и Андуин. Первое, что увидел Андуин открыв глаза, был потолок. Знакомый замковый потолок с дурацкой лепниной и совершенно неуместным единорогом, нарисованным прямо на потолке. Кажется, это чудовище появилось там по просьбе королевы, чтобы ее сыну было, спокойно просыпаться и смотреть на несущегося по облакам рогатого коня. Может, рисуй зверя кто-нибудь не из Штормградских художников то все было бы как и задумывалось, но в итоге вместо утонченного сказочного существа, на потолке обосновался боевой конь грозно потрясающий рогом на любого вошедшего. Смотря на привычную картину, Андуин не сразу осознал, что находится дома, в Штормградском замке, более того в своей постели. Рывком, скинув одеяло и едва успев натянуть лежавшие возле кровати штаны, принц пулей вылетел из своих покоев. Не обращая внимания на слуг, что кое-как отскакивали с пути, Андуин спешил к комнате своего отца. Не сразу сообразив, что он даже не знает который сейчас час, парень вцепился в ближайшую горничную, которая с готовностью сообщила, что «Их Величество еще не вставали». Прибавив скорости, Андуин добрался до отцовских покоев меньше чем за пять минут. Резко распахнув дверь, принц бросился к спящему мужчине, в следующее мгновение, ощутив у своего горла острую сталь клинка. - Андуин? – Удивленный Вариан медленно убрал оружие в сторону. – Что ты тут делаешь? Ты же со мной не разговариваешь… И… Под тяжестью событий и переживаний парень только и смог что разреветься. Суровое лицо короля Штормграда тут же смягчилось и он, как мог, принялся утешать сына. Наконец-то выплакавшись и поняв, что, на первый взгляд, все вернулось на свои места, Андуин внимательно посмотрел на Вариана. - Отец. По поводу той ссоры, я… - Постой, Андуин. Я много думал и решил, что с моей стороны было немного жестоко решать без тебя… - Нет, отец. Ты был прав. У меня есть долг перед Штормградом и моими людьми, поэтому я женюсь на той, с кем помолвлен. – Тут принц не на долго замолчал, обдумывая, стоит ли продолжать, но в итоге все-таки решился. – Только у меня будет одна просьба… - Конечно, все что угодно! – Вариан был счастлив, поняв, что грозившаяся затянуться буря, закончилась сама собой. - Я бы хотел, чтобы мне позволили любить того кого я пожелаю… Ответ отца заглушили новые рыдания, стоило Андуину вспомнить о погибшем Гневионе. Ноздорму сидел в Пещерах времени и любовался парящими под ее сводами бронзовыми драконами. Время вернулось в положенное ему русло, и мир перестал сходить с ума. Даже, пока еще, вредный Дорнозму, понемногу успокаивался и уже ограничивался только едкими замечаниями, когда оставался утром один в кровати. Зато обеим сущностям дракона времени наконец-то удалось выяснить отношения, и найденное решение было хоть и немного неожиданным, но необычайно простым. Некоторые в стае даже позволили себе пошутить, что никто не доставит Вневременному столько удовольствия, как Бесконечный. Ноздорму не обижался на такие шутки, Дорнозму, кстати, тоже. В конце концов, глава бронзовой стаи оказался редкостным нарциссом. Усмехнувшись своим мыслям, Хранитель времени довольно потянулся и прогулялся вдоль одного из временных потоков. Заключенный в тонкий хрусталь он отличался от прочих переплетением золотисто-бронзового с грязно-серым. Не удержавшись, Вневременной все-таки сохранил этот осколок вероятной истории, временами вновь и вновь пересматривая последний бой и пытаясь до конца разобраться в произошедшем. Он никак не мог понять, куда пропали те пятеро, что пожертвовали собой ради спасания Азерота. Однако раз за разом, так и не находя решения этой загадки, Ноздорму возвращался к себе, где его всегда ждали различные безумства приправленные ласками и стонами.