Я стану счастливой.

POV Люси. Мне хочется умереть. Первая мысль всплывающая в моем сознании во время очередной тренировки. Я живу с отцом, если так можно сказать, уже как месяц, злосчастный месяц моих тренировок. То время протянувшееся для меня словно год, тот год который показался мне настоящим адом, но в реальности это всего лишь месяц, и это всего лишь тренировки. Вот только это всего лишь не укладывается у меня в голове, ведь сейчас я не чувствую ног, да и руки не особо, по всему телу царапины и синяки, отдающие ноющей саднящей болью. Нет, папа, конечно, лечит, такие раны как переломы, огромные болючие гемотомы, особенно на лице или шеи, кровоточащие раны, но все остальное остается. Я иногда не понимаю, ему вообще важно, что я его дочь или я просто груша, черт его побери?! Как можно с собственным ребенком так обращаться? За что ты его только любила, мама, не понимаю! Я ненавижу его, до смерти ненавижу! Я понимаю, что я ему лишний геморой наголову, но…он сам решил помочь мне, научить контролю и сделать сильней, но его тренировки убьют меня быстрее. «Ну нет, я не доставлю ему такого удовольствия! Я ему покажу, ни за что не сломаюсь!» — Оу, какое воинственное лицо, что же ты задумала, а, Люси? — снова этот ехидный тон, с которого начинается наш каждый разговор. Моя нарастающая злость во время тренировки, его расползающаяся довольная ухмылка, повторяющийся ритуал из-за дня в день. — Хотя меня больше интересует другое, почему еще не выбралась, кажется это было твоим заданием. — передо мной появился папочка, вопросительно изогнув правую брось, ну если быть точнее для меня их было два. Мне и одного дьявола хватает, а теперь он еще раздвоился, издевательство и мухлеж, никак иначе это уже не назовешь, если бы не одно «но». Он тут ни при чем, тут вся вина в моих глюках, а точнее кружащейся голове. А голова у меня кружится, потому что я уже седьмой час свисаю с горы, головой вниз, привязанная веревкой к ногам, и моя цель выбраться. Однако есть одна маленькая загвоздка, эта скотина забрала мои ключи! «Ну неужели заклинание телепортации никак иначе нельзя изучить?» — взвыло уплывающее подсознание. Все началось с этого дурацкого заклинания, оно мне не настолько необходимо. Папа сказал что оно мне пригодится, но у меня не получалось, и он решил, что в экстренной ситуации получится быстрее, но я то знаю, это мое наказание за то, что съела его завтрак. «Ну, ладно сейчас это не важно, важнее как мне отсюда выбраться, Акнология мне точно не поможет, как-то проверили.» Он сказал тогда мне по медитировать, чему я обрадовалась, по крайней мере сначала, поскольку физические нагрузки мне осточертели, но медитировать мне пришлось на горе из шатающихся камней, тогда я отвлеклась и меня засыпало ими, выбираться пришлось самой, помогать мне он даже и не думал. Так что на отца, я не особо рассчитываю. «Акнология сказал сосредоточиться на месте куда я хочу попасть, потом…потом…минутку…а куда я хочу попасть?» Главный вопрос, равно как и основная составляющая заклятья осталась без ответа. «Ладно, без разницы, сейчас главное попасть на землю. Сосредоточится, скопить магию и… думай только земле…земле…» Прикрыв от страха глаза почувствовала невесомость, и резкое падение вниз с последующим неприятным ударом. — Больно, однако, — прошипела, потирая ушибленное место. Приземлилась я вполне удачно, ну для той, что висела вниз головой, упасть на попу так вообще чудо, но вот только, — Где это я? Приземлилась я, непонятно где, место оказалось мне незнакомым, а ведь где-то читала, что можно перемещаться только в знакомые места или если ты хоть название этого места помнишь, как видимо оказалось, бред. Поднявшись, я отряхнулась, хотя думаю по большей части это было бесполезным занятием. Решив осмотреться, начала оглядываться по сторонам, зря, первым попавшимся мне на глаза предметом оказалось огромное здание волшебной гильдии в три этажа. Тяжело сглотнув, я посмотрела на его название. — Саб-ле-зу-бый Тигр, — прочитала я по слогам, и поняла насколько папа был прав. Мне действительно нужно больше практики в телепорте, вот какого Зерефа, я здесь спрашивается делаю?! Так соберись, Хартфилия, тебе надо назад, просто сконцентрируйся, представь до боли знакомое поле, родную пещеру отца… Магия заиграла различными бликами, плавными волнами окружая меня, обволакивая тело… — Люси Хартфилия? — прозвучал смутно знакомый голос, помешавший мне закончить. Магия заметалась вокруг меня, пройдясь зарядом тока по кончикам пальцев растворилась в воздухе. Я развернулась посмотреть на будущий труп, и слегка шокировано замерла. Кажется моему плану осуществится не суждено. — Стинг Эвклиф? — механически сорвалось с моих губ, а после последовал наиглупейший вопрос, — Что ты здесь делаешь? — Я-то? Блондиночка с остатками мозга распрощалась? — мда, я и забыла неприятный характер этого парня, самодовольный, уверенный в себе, нахал. Он окатил меня презрительным взглядом, пронизывающих голубых глаз. Бывало я хотела себе глаза небесного цвета. — Феечкам здесь не место, так что лучше бы тебе свалить. — А я и не феечка, — тем же грубым, с нотками раздражения, голосом ответила, словно передразнивая. «Хотя по больше части наверно действительно передразнивая.» — этот человек выстрелив в точности, напомнил мне о неприятном. Фейри Тейл, да, признаться честно, увидев здания гильдия я боялась, что будет именно она, хотя где-то глубоко в душе и надеялась. «Сентиментальная идиотка.» — мое душевно-мысленное заключение было таким. — О? — бровь парня вопросительно поползала верх, как несколько минут назад у отца, губы сомкнулись, в привычной мне, ухмылке. — Не уж то любимые друзья выгнали? «Ненавижу!» Говорить со мной таким тоном, так открыто выражать насмешку, глазами ставя меня на место, все его жесты и слова, будто так и говорят о том какая я слабая. «Ненавижу это, ненавижу когда напоминают об этой, чертовой слабости, когда насмехаются, для этого у меня уже есть свой собственный наглый дракон!» — Не твое дело, придурок, — равнодушно бросила я, собираясь всеми силами, удерживая это выражение, видимо вызвав смешанные эмоции у Стинга. От шока до злости. Это я умела как никто другой. В конце концов на драконе смерти тренировалась, хотя на нем и не всегда получается. Почти никогда не получается, если уж поправить. — Постой, — прикрикнул блондин, схватив меня за руку, крепко сжал. — Чего тебе? — я развернулась к нему, не забывая с силой вырвать руку. Где-то в глубине голубых глаз я читала плохо скрываемое там презрение, то же крылось и в моих. — Может расскажешь? — на лице появилась дежурная обаятельная улыбка. В его голосе, движениях, во взгляде, везде сквозила фальш, но он видимо не замечал, а вот я научилась определять ложь. Во всех твоих движений видна наигранность и плохо скрытая насмешка. «Из тебя отвратный актер, Эвклиф.» — И зачем тебе? — я выдавила фальшивую приветливую улыбку. Я начала перенимать его жесты или тон, и после отвечать ему, хотя его кажется это злило, что нравилось мне. В моих глазах промелькнул едва заметный огонек гнева. — Мне казалось ты ненавидишь все, что касается Фейри Тейл. — Может и так, — усмехнулся парень, досадно разводя руки. Он снял все эти неудавшиеся маски милого парня, понимая, игра не стоит свеч. — Интерес замучит? — понимающе протянула, губы сложились в усмешке, доставшейся по отцовской линии. Он удивленно поднял на меня глаза, обычная улыбка превратилась в безудержный безумный смех, была моя очередь удивляться. — Есть такое, и с каждой минутой все больше интересно, — подмигнул мне Стинг, продолжая тихонько смеяться, он уселся на каменные ступеньки гильдии, призывающе похлопав рукой рядом. Мое минутное удивление сменилось мимолетной растерянностью, а она любопытством, так что с долей сомнений все же села на предложенное место. — Мне действительно интересно, как наивная искренняя дурочка могла превратиться в тебя. «Сама не знаю.» — или возможно не знаю, как объяснить. Никогда бы и не подумала, что стану такой, кажется сейчас я не уступаю, а даже опережаю Эдо меня в грубости. Предательство самых близких друзей так отразилось, клинок, что вонзился в спину, естественно оставил кровоточащие, медленно затягивающие раны, оставляя шрам на сердце, как воспоминание. — Такая я совсем не привлекательна? — рот дернулся в грустной полу улыбке, обиженно надувая губы, я наклонила голову в бок, не сводя пристального взгляда. Естественная реакция — растерянность, и последующая возможная злость. Но он вновь решил удивить меня, явно нарушив порядок, в его глазах читалось увлечение, смятение и сильно разгоревшийся интерес. Наш диалог мне кажется игрой, где ошибись мы хоть чуть-чуть сразу же проигрываем. — Более чем, — неоднозначно ответил мой собеседник, пройдясь по мне изучающим взглядом, — Хотя одеваться стала явно лучше. — хмыкнул парень, я удивлено хлопнула глазами, парень залился смехом, почему-то в этот раз я рассмеялась вместе с ним, подхватив его заразительный смех. Мне не стало весело, скорее он просто потрясающе умел делится с посторонними своими эмоциями. — Не думала, что тебе нравится такой стиль, — почти, что механически оглянула себя еще разок. «И это же кошмар!» — хотелось немедленно прикрыть парню глаза. Черные обтягивающие лосины, в некоторых местах грязные, в особенности на попе и порванные на коленях после маленького происшествия во время бега, когда уклоняясь от шаровых молний, я не удержав равновесия с силой приземлилась на бедные колени, до сих пор ноющие от боли. Так же сегодня надела мешковатую темно-синею футболку, на одно плече, и кеды под цвет, волосы завязала в высокий, давно выбившийся и растрепанный, хвостик. — Я не про это, — возможно я ошиблась, или мне показалось, парень сложил губы в искренней добродушной улыбке, в глазах играли искорки сдерживаемого смеха. — Тебе закрытый стиль идет. — Стинг приложил руку к подбородку, усиленно делая задумчивый вид. — И да, когда ты была милой и доброй, мне нравилась больше, — словно загоревшись идеей резко вспыхнувшей в голове, он радостно хлопнул в ладоши. Это его театральность даже смешила. О немного смущался, говоря это, его выдавал легкий румянец, и он все еще был напряжен, легкая неловкость оставалась. «Мы ведь враги.» — напомнило сознание, создавая потрескивающее напряжение в воздухе. — «Бывшие.» — поправила я, улыбнувшись уголками губ. — Знаешь, это мне выбирать свой характер, и если я хочу построить вокруг своего сердца ледяную стену, значит есть для этого причины, — в этот момент мне действительно стало как-то грустно, как-то паршиво на душе. — Откуда появилось это желание изменений? — Стинг не сдавался, он хотел знать причину, я все еще не хотела говорить. Не хочу вспоминать тот ужасный, полный боли, унижения и разочарования день. — Наивная, добрая, вспыльчивая, дружелюбная и искренняя, все это уживалось с теплым взглядом и вечной помощи друзьям… «Я и не думала, этот парень наблюдал за мной?» — И слабостью, — шепотом заметила я, перебивая парня. Я рада, что он думал так обо мне, а ведь я думала что он меня терпеть не может, ведь я «слабачка» как они все говорили. Решив перевести тему хоть немного в другое русло, со слабой и никчемной меня, я с небольшим огоньком в глазах, произнесла: — А какая же я сейчас? Действительно интересно, а какой люди видят меня со стороны. Не так давно я была похожа на безвольную куклу с одной единственно, навязанной мне мной же, целью: «Стать сильней!». И я все еще стремлюсь к ней, и я сделаю так чтобы эти слова в будущем стали правдой, как можно раньше. И все же уже многое успело изменится, после встречи с папой я сама изменилась. Третье резкое изменение за год, думаю я поставила рекорд. Но я не довольна ни одним из этих обликов, оглядываясь назад, я понимаю это. Эмоции — необходимая неотъемлемая часть активной жизнедеятельности. Слишком поздно до меня это дошло. Именно мои эмоции могут дать мне стимул, и силу. Правда на сегодня это мой предел. Настоящую бурю, что могла сменится радужным днем я выразить больше не могла. — Какой стала, спрашиваешь? — Стинг призадумался, а я любопытно дырявила его взглядом. Опирая локти о колени, сложила голову в ожидании ответа. — Очень грубой, пропитанной фальшью и ледяным барьером, с равнодушным взглядом с горящей внутри грустью и болью. Парень недовольно морщил лицо во время разговора, показывая легкие морщинки от усталости. — Ты закралась от всего мира, став полной своей противоположность, противопоставляя прошлую себя новой. «Именно так.» — дернув в бок головой скрыла ее в коленях, волосы закрыли меня от окружающего мира. — «Ты все правильно сказал, и нечего драконо Саблезубых видеть мое грустное выражение.» — я прикусила губу, стараясь подавить эмоции. — Но знаешь, — парень закинул руки за голову, поднимая ее к небу. — В тебе осталось главное, — сквозь прорехи самодельного барьера из волос я видела хитрый блеск в его глазах. — Ты по прежнему притягиваешь, будоражишь любопытство и интерес. Стинг улыбнулся широкой яркой улыбкой в тридцать два зуба, оскаливая небольшие белоснежные клычки. У меня в глазах мелькнул, а после и вовсе застыл его образ. «Нацу, черт тебя побери, Драгнил!» — я вновь спрятала голову, для надержности закрывая руками. Лицо покрылось небольшим румянцем. Не из-за Стинга, или Нацу, скорей от стыда. Мне было до отвращения неприятно понимать, что я до сих пор везде вижу их образы. В глазах больно жжет, на щеках маленьким водопадом покатились слезы, образуя неприятную соленую дорожку. — Я ненавижу вас, Фейри Тейл, — с каждым словом мой голос звучал громче. -Ненавижу тебя Нацу Драгнил. — руки сжались, так, что костяшки побелели, открывая вид на надувшиеся вены. — Я действительно ненавижу вас! — срываясь на хрип, я уверенно подняла голову, глаза сузились, застывая в немом крике о помощи. Непрошеные слезы продолжали капать, превращаясь из легкой не сдержанности в абсолютную истерику. Старательно вытирая руками слезы, я пыталась остановить доказательство своей слабости, срыва, все было бестолку, я уже сорвалась. Я сама же задыхалась от собственных слез и прерывающегося дыхания, слова потоком рвались из глубин израненной души, раньше чем я успевала понять, что произнесла. Мое истерия накатила на меня в полном масштабе, вся боль скопившаяся за полгода, вновь вырвалась в реальность в виде слез и криков. И кому? Из всех людей я выбрала своего бывшего врага, человека, который меньше часа назад, как мне казалось, презирал меня. Сейчас же мой «враг» нежно обнимает меня, шепча на ухо успокоительные слова, внимательно вслушиваясь в мои гневные тирады и крики в адрес столь ненавистной мне гильдии. Стинг нежно гладит меня по волосам, стараясь вытереть слезы, и улыбается, вкладывая в нее все свое сострадание ко мне. А я? Я больше не могу сдерживать себя, не получается взять эмоции под контроль. Я наслаждаюсь этими объятьями, рассказывая произошедшее, в попытке успокоиться, но слезы накатывают новой волной, а он снова шепчет нежно мне на ухо успокаивающие меня слова. Я давно хотела высказаться, кому-то кроме них, кому-то кроме духов, я столько раз полагалась на них, вешала свои проблемы, что больше не могу, я боюсь, что я злоупотребляю ими. Риу, Локи, я всегда плачу у них на плече, а ведь не знаю ничего о них самих, об их проблемах, их переживаниях. Я больше не могу жаловаться им, я так сильно боюсь, вдруг они возненавидят свою слабохарактерную хозяйку. Но в жизни бы не подумала, тот кому я выскажу все накопленное, у кого буду плакать на плече, будет Стинг Эклиф. Я вижу этого человека вторрой раз в жизни, и именно это подкупает, наше почти, что абсолютное незнание друг драгу. И именно от него я услышала нужные мне слова и получила его плече как собственную живую жилетку, чтоб выплакаться. «Благодаря этой истерики, возможно благодаря ему, я чувствую себя лучше, свободней» — прикрыв глаза, вдохнула полной грудью ударивший в лицо легкий поток ветра. А вот паренька я своим рассказом загрузила сильно, после того как я успокоилась и нормально все ему повторила, ведь из-за моих рыданий я половину рассказа пропустила. Теперь он сидит, уже минут десять упорно переваривает полученную информацию, чуть ли не хватаясь за голову. В голове Стинга трудный мыслительный процесс. — Нацу-сан? — который раз шокировано переспросил парень с ошарашенным видом обратившись ко мне, я устало вздохнув, вновь кивнула. Да уж, скажи мне это кто-то полгода назад ни за чтобы не поверила, я бы из-за всех сил защищала их, обвиняла в распространение бреда, и не удивлюсь если Эклиф мне не поверит.  — Он так рьяно защищал тебя, что изменилось? — парень принял ту же позу, что и я, лениво уронив голову на руку в пол оборота повернулся ко мне. — Ты мне веришь? — я сейчас наверно очень глупо выглядело, состроив самый невинный и наивный взгляд, я глупо хлопала ресничками в упор смотря на своего «врага». Меня очень удивило, что он не рассмеялся, а просто кивнул с самым серьезным видом, который он только мог показать. — Я не вижу смысла тебе врать, — парень откинувшись назад, всем телом потянулся, устало вздыхая. «Думаю я его не слабо утомила.» — я с завистью посмотрела в сторону блондина, тело тоже немного затекло, но болевшие мышцы не давали такого простора действий. — И он оказался прав, я слабая, я всегда это знала, хотя старалась подавить в себе эти мысли, ведь они были рядом… — кажется теперь я понимаю, что значит давящая тишина, и что значит разговор по душам с врагом. «Хотя какой он тебе враг?» — влезла разумная мысль, и я с ней согласилась. — Я тоже так считал, — привлекая мое внимание обратно на него, он театрально кашлянул, о чего я легонько улыбнулась, показывая, что я вся в его распоряжении, — Я всегда считал, что слабые не должны вступать в гильдии, даже считал, что слабакам не место под солнцем, они не должны жить, но, может и немного, я изменил свою точку зрения. От части, даже больше, этому посодействовала Фейри Тейл. — я поджав под себя колени, слегка обняла себя, ветер становился прохладнее. — Да, ты была слаба физически, но была сильная духовно, к тебе тянулись люди, у тебя были друзья. У меня есть силы, но нет того духа, как и друзей, за исключением парочки идиотов. — Хех, может ты и прав, но из-за слабости я их потеряла, — ногти впились в кожу, — Все потеряла, оставшись одна. — мои глаза выражали полную опустошенность. -Если у меня когда-нибудь вновь появятся друзья, — я нервно перебирала пальцы, оцарапывая себя. — Если я захочу вновь их иметь, я хочу знать, что такого больше не произойдет, что я не потеряю их из-за того, что слаба. — Это только твое дело, — Стинг слабо улынулась, понурив голову. Он явно расстроен, что вся его речь прошла даром. «Но не вся, Стинг. Я благодарна тебе за сегодня.» — убирая руки назад, слегка потянулась вверх, чувствуя ломящие кости. — «И я бы возможно хотела поболтать немного дольше…» — вскинув голову увидела расцветающий звездами небесный палас. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, подмигивая на последок своей сменщице сестричке, передавая наш мир в полное владение лунного света. «А я ведь у меня тренировка!» — только от одной этой мысли передернуло. — «Так, отменить панику! Успокосйся, Хартфилия, расслабься! Я его дочь, семью не убивают.» — всем телом вдохнула вечерний воздух, из сада Саблезубых почувствовала тонкий аромат роз, что сказать, утонченная гильдия. «Ну, будем надеяться, что слово «дочь» все-таки имеет для него хоть какое-то значение, иначе я труп. Такс…» — соскочив с места, едва удержала равновесие, сильно пошатнувшись, склонившись почти до земли. — Постой, — выкрикнул Эвклиф, слегка схватив меня за руку, резко подорвавшись за мной, я удивленно обернулась к нему, было некое чувство дежавю. — Просто…я… — смущаясь блондин, пытался как можно корректнее подобрать слова, но так или иначе следующая его реплика заставила меня улыбнутся, — Если тебе некуда идти, то я попрошу мастера, и может ты вступишь в Саблезуб? «Слушать меня было надо!» — возмущенно впилась взглядом в блондина. — Нет, спасибо, — мой тон определенно покажется ему равнодушным, даже капельку недовольным, как в начале разговора, но я ведь в рассказе упоминала, а значит либо он мне не поверил, либо прослушал. — Мне есть куда идти, думаю папа ждет меня, и него уже чешутся руки прибить меня. — Неужели ты про Акнологию? — его губы медленно произносят эти слова, в одном страхе произнеся это имя, он пытается скрыть это за великолепно натянутой усмешкой. «Кто бы, что не говорил, и какие слухи не ходили бы о нем, одного его имени как и темного мага Зерефа люди боялись.» — и вся напыщенность Стинга, как при нашей встрече сошла на нет, и где-то в глубине души, на какую-то часть, он верит мне, от того и боится. — Да, — он ослабил хватку, а я аккуратно выдернула руку, — Он не такой как все думают, не такой как я думала. Он может и совсем не заметно, но по своему заботиться обо мне. — По твоим словам он и дъявол, и демон, и дракон в одном лице, постоянно издевающийся над тобой. «А ведь и вправду говорила.» — уголок губ дернулся в горькой усмешке. — «Я просто была на эмоциях, Стинг.» — Я злилась, очень сильно, он совсем не дает отдохнуть, его тренировки действительно адские, они меня полностью изматывают, и я часто получаю серьезные ранения, сегодня к примеру я вообще висела вниз головой с горы, но все время кое-что забываю, что этого я и просила. — я усмехнулась, видя расширяющееся лицо Стинга, его можно понять, никто по своей воле такого бы не попросил, а я в это время продолжила его удивлять, — Но он все-таки он всегда исцеляет серьезные ранения, он беспокоится, хоть и не показывает никакого виду, его язвительные комментарии в мой адрес, подстегивают, он укрывает меня по ночам, заставляет кушать, даже если не хочу, стимулируя, что останусь без сил. Я сделав пару шагов от парня, повернулась вокруг своей оси, слегка закружившись. Мне действительно было как-то свободно, словно тяжелый груз на плечах растворялся…по немного он исчезал… — Эти мелочи я не могу не замечать. — в глазах впервые заиграло теплота. — Я никогда не понимала, девушек кричащих какой хороший у них отец, что он лучший мужчина в их жизни, даже прежняя я насмехалась над ними. — заложив руки назад, вытянулась, хрустнув спиной. — А сейчас начала понимать, так странно, сначала думать, что ты сирота, а потом появляется человек, меняющий твою жизнь.Твой отец. «Мне хотелось бы сказать об этом и ему, но пороху не хватает.»  — Я так не хочу иметь с ним натянутые отношения как с приемным. Я хочу, чтобы этот глупый дракон стал мне семьей, он уже стал для меня дорогим человеком в моей жизни, самым важным! И вот я снова это сделала, рассказала все ему. Но почему-то я не хотела чтобы он плохо думал о папе, знал, что он не монстр. «Ты была права, мама, и теперь я разделяю твою точку зрения!» — руки прикоснулись к груди, в области сердца, ласковая улыбка появилась на губах. Ну, а Стинг удивил меня не в первый раз за сегодня, за еще одну мини-истерику он тихо стоял и слушал меня, тепло улыбаясь. «Странный все-таки парень.» Но он второй человек, которому благодарна новая я, ему, за что выслушал такую истеричку, как я, и мой запутанный бред, называемый чувствами. А папа всегда был и будет первым, главным для меня. Он изменил мою жизнь, раскрошив в пепел кукольную оболочку. «С ним я чувствую целую бурю эмоций, злюсь, радуюсь, раздражаюсь, смеюсь и грущу.» — Я рад, что у тебя все-таки есть дорогой сердцу человек. — тяжелая рука парня потрепала мои волосы, создавая вихрь на голове. «Да, я тоже. Спасибо, что помог понять мне насколько он дорог мне.» — Мне пора, спасибо за разговор, он мне…помог, — тут бы больше подошло был нужен, но все же не хочу я говорить тебе этого, уж прости. — Если что жди меня в будущем с еще одной гневной тирадой в сторону отца, — я махнула ему рукой, уже начиная светится и исчезать, услышав на последок довольно приятные слова: — Буду ждать. «Спасибо, Стинг Эклиф, глупый, сентиментальный, самоуверенный нахальный блондин.» — я закрыла глаза, чувствуя пропасть под ногами. — «Я полностью поменяла о тебе свое мнение сегодня. Я не видела раньше твоей доброты, и не думала, что ты можешь бескорыстно помочь. Я виновата. Прости и спасибо, Стинг Эвклиф.»

***

Голубой свет окутал поляну, длинные золотистые волосы взмахнули в воздухе. Уголок губ Акнологии дернулся в насмешливой ухмылке. — Вернулась, значит, — недовольно произнес дракон, — И года не прошло. — отец в пол оборота повернулся в мою сторону. На удивление приземлилась я на ноги, а не на пятую точку. — Я справилась с заданием? — я мило хлопнула глазами, всем телом разворачиваясь к отцу в полу наклоне с обаятельной улыбочкой. В душе его ответ я уже знала, но все же: «Попытка не пытка, так ведь?!» — Естественно, дорогая моя, — этот слащавый тон прошелся мурашками по коже. Если бы не это ответ был бы великолепен, только угрожающе-незаконченная интонация говорила о другом. — Естественно нет. На губах отца так же расцвела саркастичная улыбка, в глазах читались танцующие чертики. «И как только я могла в нем сомневаться?» — я обиженно прикусила губу. — «Я конечно так и думала, однако несправедливо это.» — ноги почти не держали, упала на землю, расслабленно вытянувшись. — «Мимолетно дарить надежду, и жестоко ее растаптывать. Его стиль.» — пальцы немели от внутреннего магического истощения. — Потратить около трех часов на телепортацию совершенно неприемлемо. — редкий строгий тон заставил вздрогнуть, я всем телом чувствовала пронзительно-недовольный взгляд отца. Я уже готовилась, что меня снова свяжут и свесят с горы, сознание взвыло, конечности задрожали. — Завтра весь день будешь переделывать, и не дай дъявол, — в милю секунды в глазах промелькнул гневный огонек. — А сейчас тебе надо отдохнуть. «А-а-а? Я не ослышалась?! — лицо вытянулось от удивления. — «Отдохнуть? Он сам предлагает мне сегодня отдохнуть? Без моего часового нытья?» — это не зотело укладываться у меня в голове. — «Не шутите так, это же бред! Даже если он будет чем-то безумно доволен, или у него будет высокий жар, даже если его чем-то треснет и он потеряет память, это нереально. Не верю!» — Па-а-ап, — с сомнением протянула я, — Ты серьезно? — с натянутой улыбкой, неуверенно поинтересовалась я, не веря выпавшему мне счастью. — Конечно, серьезно. «Нет, все равно не верю.» — я все так же удивленно хлопала глазками. — Ты ведь меня обманываешь, да? — Конечно, обманываю, — он оскалился в милой притворно-приторной улыбке. Мой рай рухнул в ту же секунду. «Хотя я и не сомневалась, чтобы он, да за НЕ выполненное задание дал мне отдохнуть? Да ни в жизнь.»  — Мы сделаем сегодня еще физические упражнение, — ноги немели стоило только представить. — Но сначала поешь, и пусть твоя горничная и мне чего-нибудь принесет. Глубоко вздохнув, нащупала знакомый золотой ключик, рассекая им воздух. — Дева. В золотистом сияние появилась родная сердцу горничная, розовые короткие волосы взметнулись в воздухе, цепи звякнули. Я попросила ее принести немного еды, и она исчезла, через пару минут вернувшись уже с огромным количеством еды, аккуратно разложенным на покрывале. Чувствовалась какая-то гнетущая тишина, мне было уютней даже когда он подкалывал меня, но Калип молча жевал мясо, даже не поднимая на меня взгляда. «Хотя бы не человека на ужин поймал!» хихикнуло сознание, а я поняла, мне надоела эта давящая тишина. — Чем занимался, пока меня не было? — пережевывая кусочек стейка, поинтересовалась я, мельком взглянув на него, его губы сомкнулись в хитрой усмешке. «Ох, как же мне это не нравиться.» — Да вот дочь пропала, — я сглотнула, всем телом напрягаясь. — Пошел понаблюдать, и, — подавившись сочным мясом, сильно закашлялась. «Он ведь не слышал наш разговор правда?» — схватившись за стакан с соком, жадно поглощала жидкость, отодвинув подальше еду. — «Вдруг чего и помру так, унизительно.» — И увидел довольно занимательное представление, — ехидно закончил Акнология, глаза светились смехом. «Ну не-е-ет, ну пожалуйста!» — М-м-м, а долго ты наблюдал? — аккуратно и незатейливо поинтересовалась, стараясь придать себе расслабленное. «Ну вот чего ему на месте не виделось, а?» — в душе разгоралась паника. — «Я хочу, чтобы этот глупый дракон стал мне семьей, ведь он уже стал для меня дорогим человеком в моей жизни, самым важным!»  Отец довольно умело передразнил меня, придавая голосу некую писклявость, едва сдерживая смех. На губах играла довольная ухмылка, а в глазах уже давно знакомые мне чертики. Мое же лицо пылало ярко красным, выдавая смущение и стыл, и злость. Сжимая кулаки и опустив голову ожидала новой насмешки, шутки, подкола, но видно сегодня день удивления. Ухо опалило теплое дыхание, когда он притянул меня к себе, легонько приобняв. Я чувствовала невесомо-нежное прикосновение к волосам. — И я привязался к тебе, малышка. — глаза наполнились слезами, в маленькие кулачки сжала черную футболку отца. Малышка — он впервые назвал меня так, ласково, с заботой обнимая. На сердце теплело от одного этого слова. — Я побуду великодушным сегодня, — папа поцеловал меня в лоб, подавая легкий щелбан. — Я создав тебе твою собственную гильдию, если захочешь, только по окончанию тренировок. Я потирала место где должна будет появится шишка, с теплом и слезами в глазах всхлипнув, наклонила голову в согласном кивке. — А сегодня можешь отдохнуть. — он последний раз потрепав меня по голове, широко зевнул, размеренными шагами скрываясь в тени пещеры. — Спокойной ночи, папа. Я сидя на коленях, откинувшись на руки осталась одна, ошарашенная, но до безумия счастливая с глупой улыбкой на устах. Едва сдержав рвущийся наружу счастливый визг и слезы, завалилась на траву, прикрыв лицо руками, оставляя вид на звездное небо, тихо под нос себе, шепча: — А все-таки, я была права, Стинг. — звезды словно подмигивали мне. — Он хороший, он заботится обо мне. «Именно в такие моменты, я понимаю тебя, мама.» — мне так хотелось закричать, чтобы она услышала меня. — «Я поняла почему ты любила его!» — но думаю она и так знает, что я хочу сказать. — «И знаю сейчас почему я так люблю его.» Конец POV Люси.