in from the cold

Суббота. Гарри бесконечно благодарен Лиаму за то, что он починил кофеварку. Потому что после такой долгой ночи, она ему просто необходима. После того, как Луи ушел спать, Зейн вернулся домой. Гостиница полностью забронирована на все выходные из-за фестиваля, но они положили дополнительные матрасы на чердаке, и Гарри постоянно извинялся за то, что сделал для них эту импровизированную кровать. Элеонор же сказала ему, чтобы он перестал быть идиотом, и что это гораздо больше чем, то на что она могла только надеяться. Но Гарри все равно жалел, что не мог дать им что-то получше. Первый свободный номер был занят ими. В конце концов, Луи уезжает в понедельник. Боже, это именно те мысли, которые Гарри старается сторониться. Вообще, он должен радоваться, что Луи больше не будет, и искушение будет устранено. Но притяжение между ними перерастает во что-то большее. Гарри нравится Луи, действительно нравится, будто он вновь в десятом классе сдает экзамены в классе. То есть, открывает ему Трад, показывает город, остается с ним на кухне. Все то же самое. Возможно, в душе он все еще подросток. Жалкий, влюбившийся по уши, подросток. Прежде чем Гарри успевает приготовить себе кофе, на кухню вваливается Луи, который, по-видимому, ищет Гарри. Он одет в узкие джинсы и белую выцветшую футболку, и это почти больно, когда Гарри вспоминает, что вчера они чуть было не перешли все границы. Слава богу, что Эль и Перри были в холле, потому что без их присутствия, бог знает, где бы они сейчас были с Луи. - Как Элеонор? – без предисловий спрашивает Луи, облокачиваясь на одну из скамеек. Гарри вздыхает, проводя пальцем по краю его пустой кружки. - Она еще не проснулась, - Гарри пожимает плечами, - она была спокойна, когда я ушел от них прошлой ночью. Я думаю, она чувствует себя в безопасности. - Давно вы с ней знакомы? - Она была первой, с кем я подружился здесь. Боже, это было несколько лет назад. Гарри замечает выражение лица Луи, можно сказать, что он ожидал гораздо более развернутый ответ, журналист внутри него не дает ему покоя. Как много ты о ней знаешь? Это был бы вопрос, на который у Гарри просто нет ответа. Но Луи держит язык за зубами, выжидая. Гарри делает ему одолжение и меняет тему. - Сегодня фестиваль, - говорит он, наблюдая за Луи, мысли которого возвращаются в настоящее. И да, ладно, Гарри тоже думает о том, как они дальше будут себя вести. Он ждет, будет ли Луи чувствовать себя неловко, после этой ночи, когда они танцевали друг с другом, и мчались вдоль улиц, как тогда, в марте. Луи просто смотрит на него, подняв брови, и думает, что Гарри сделает. Думает, и, возможно, ждет, чтобы Гарри начал говорить первым. Ну, ладно, - думает Гарри. Он будет тем, кто извиниться первым. - Мне жаль, - выпаливает он, и когда Луи ничего не говорит и ничего не делает, он продолжает, - за вчерашнюю ночь. За то, что поцеловал тебя или за то, что позволил тебе поцеловать меня. Я не знаю. Просто прости за желание целовать, я думаю. Лицо Луи по-прежнему нечитаемое, но потом на его устах появляется еле заметная грустная улыбка. - Мне тоже жаль, - говорит он, опустил глаза, его ресницы отбрасывают тени на щеки. – Я потерял контроль. - Алкоголь, - предполагает Гарри, и Луи медленно нерешительно кивает. - И это тоже, но не в этом дело. Я хочу поцеловать тебя не только тогда, когда я пьян, Гарри. – Тихо проговаривает он, поднимая взгляд на Гарри, и воздух будто пропадает из комнаты. Гарри чувствует, как что-то внутри него рушится, но он игнорирует это, просто это может быть давлением от всей этой недосказанности между ними. - У меня та же проблема. – Говорит Гарри, не разрывая зрительного контакта, пока не отвлекается на язык Луи, который пробегается по его розовым губам, и Гарри чувствует дрожь по всему телу. - Это так неправильно, - бормочет Луи, эти слова заставляют желудок Гарри сжаться, словно он проглотил что-то очень вкусное и горячее- - Никогда не называй это так, - требует Гарри, Луи смотрит на него, в его глазах словно пожар. - Как? Неправильным? Плохим? Пошлым? И, о боже, с каждым словом он приближался все ближе к Гарри. Они уже должны были соприкоснуться, но нет. Все волнение давит на Гарри, он просто хочет положить свои руки на Луи, оттолкнуть и вновь притянуть ближе, разорвать его на части. Его джинсы уже болезненно узкие только от одной этой мысли, о том, как поцеловать его снова, о тех звуках, которые Луи будет издавать, когда он сможет взять его так глубоко. Он может засасывать его кожу на бедрах до появления синяков, он может заставить Луи стонать и извиваться под ним. - Блять, - шепчет Гарри, мотая головой и уже в пятый раз, заставляя свои ноги нести его прочь, но они просто не слушаются. – Нет, Луи, мы не можем. Глаза Луи расширяются, и Гарри молча ругает себя за эти слова, словно они в каком-то любовном романе, потому что если они повлияют на Луи, то, получается, что он сделал все в разы хуже. - Я имею в виду, мы не должны, - поправляется он, почти заикаясь. – Мы ведь договорились. Это непрофессионально. - Абсолютно непрофессионально. – Кивает Луи, его щеки покраснели. – Но я бы забил на это ради нас. Гарри совсем не гордится тем писком, который сорвался с его губ. - Мы не можем, - повторяет Гарри, но зрачки Луи уже потемнели и расширились, его взгляд остекленел, и Гарри теряет контроль и просто принимает все это. Он просто должен податься вперед и соединить их губы. Это же всего лишь поцелуй. Он может прервать его в любой момент. Даже, когда Луи так страстно ему отвечает, закусывая его нижнюю губу и проводя языком по зубам Гарри. Даже если издает этот звук: полу стон - полу рык, который отдается в нижней части тела. Все в порядке. Это всего лишь поцелуй. У Гарри все под контролем. И Гарри не планировал, определенно не планировал, что все это закончится тем, что он в прачечной со спущенными на лодыжки джинсами и со ртом Луи на его члене. - Ох, черт, - шипит он, хватаясь за стиральную машину стараясь окончательно не потеряться. Луи обеими руками с силой прижимает его бедра к машине, чтобы удержать его на месте от резких толчков вперед. Это помогает, отчасти, хотя Гарри не в силах прекратить небольшие толчки бедер. - Ах, Луи- - Тише, Гарольд! – шикает Луи, немного отстраняясь. Затем он пробегает язычком по головке и одним движением заглатывает его, слушая стоны Гарри. Это так чертовски хорошо, что он каждый раз так близко, когда Луи берет особенно глубоко, это будто зажигает огонь в его крови. И он знает, что слишком громко стонет, но это самое тихое, на что он способен. Луи смотрит на него, делая что-то непристойное своим языком, втягивая щеки, и вот оно, Гарри у края. Он пытается отстранить Луи, но тот качает головой и заглатывает глубже. Гарри изливается Луи в рот, горячее наслаждение проходит по его телу, и к черту все, если не должно было произойти. - Это не должно было произойти, - громко стонет Гарри, когда Луи отстраняется от него с придыханием. Луи резко двигает рукой по своему члену, и оргазм обрушивается на него. Он прислоняется лбом к бедру Гарри, когда оргазм отпускает его, и глубоко дышит, а рука обессиленно падает в сторону. - Черт, - произносит Луи после нескольких минут тишины, когда кровь вновь приливает к голове. Он бьется головой о бедро Гарри несколько раз. – Я опасный человек, я на самом деле такой. - Это не твоя вина, - слабо отвечает Гарри, резко опускаясь на пол возле стиральной машины, натянув джинсы обратно. Луи двигается в сторону, освобождая ему место. - Ну, - поправляет себя Гарри, - не совсем твоя вина. Луи смеется, ласково облокачиваясь на плечо Гарри, и Гарри наслаждается этим прикосновением. А это плохо. Плохо, плохо, плохо. - Ты делаешь мою работу намного сложнее, Стайлс. Гарри кладет руку на грудь в притворном оскорблении. - Понятия не имею, о чем ты говоришь. Я просто образец сдержанности. Он смотрит на Луи, на его опухшие покрасневшие губы, его пылающие щеки и взлохмаченные волосы из-за того, что Гарри хватался за них. Но, господи, он великолепен и даже больше, такой разрушенный и удовлетворенный, прижимающийся к Гарри. - Мы не должны делать этого снова, - вздыхает Луи, глядя на Гарри из-под длинных ресниц. Его голос нежный, но он выглядит немного разбитым сейчас. - Я знаю, - соглашается Гарри, отклоняя голову назад к холодной машине. – Может все так и будет. Мы просто должны опустить это. Он даже не верит своим словам, потому что как только Луи вошел в холл, кровь в его венах вскипела, словно он принял наркотики. Будто Луи привез с собой из холода какого-то демона, который вселился в Гарри. - Может быть. А теперь мы должны вернуться к нашей работе, - усмехается Луи, и Гарри думает, что тот тоже не верит в это ни на секунду.